Вольный стрелок Иванов

Денег пока хватает, Казимир выдал мне 300 долларов и 100 дойчмарок, подозреваю, что Элла и оплатила "подарок", но перебирать харчами не стал, спасибо и всё в том духе. В сумке пара пакетов на передачу, от него побольше, но я не заглядываю, работа научила лишних вопросов не задавать.

Народа не много на улицах, но он есть, много подпитых, воскресенье заканчивается, видимо, догуливают, стараюсь их обходить и не ввязываться. Так, сверяюсь — вроде та улица, поворачиваю — ну ёппп, а вы откуда? — Эй, поделись на пиво, стоит парочка парней, какие-то смуглые, явно не немцы. — Я иду с работы, буркнул им и пытаюсь обойти. — Не жадничай, дай на пиво, хватает за рукав и дёргает на себя. Вот это ты зря, в противоход плюха прилетает гораздо больнее, упал и тут же крюком бью в челюсть второму.

Ой, как хорошо тело влипает в стенку и сползает на асфальт. — Наклоняюсь к нему — Ты слышал, что я тороплюсь домой? — Да-да, мы пошутили. — И я пошутил, похлопал его по щеке и иду дальше. Вроде сзади не догоняют, но прислушиваюсь, а вон и автобусы, сворачиваю к зданию и уже внутри.

Повезло, автобус уходит через 12 минут, успел купить большой бутер, бутылку с водой и ныряю на посадку. Народ есть, но не битком, даже увидел несколько человек примерно в таких же комбезах, кивнул мужикам и упал на своё кресло. А вот теперь пожевать и вперёд, мой первый вояж в этом мире. Ну, почти так, интересно, пароход считается? Перед самым отходом влез пьяный в дым мужик и упал на кресло напротив меня — Гутен таг, мыкнул мне и отрубился моментально.

Силён, бродяга, почти в отрубе, но добрался всё-таки. Ехали не очень быстро, он постоянно останавливался, кого то высаживал и подбирал, ну вот и прибыли , народ вылезает, мужик мычал, но героически поднялся и выбирается из салона.

Оппа, на сиденье книжка и та самая, которая нужна , с орлом и надписью — Паспорт. Темно, за мной не следят, прихватываю её и тоже иду на выход. Прости, дядя, но мне она пригодится. Ты местный и получишь новый, а я где его буду искать? Нырнул в туалет, разглядываю — хм, Генрих, только Грубер. Сгодится, 33 года, проживание мне не знакомо, но Германия, и это хорошо.

Таак, а где задницу приткнуть? Спрашиваю у продавца газет , тот подозвал какого то парнишку, сдал меня на руки и через 25 минут я уже в уютном домике. Фрау Берта даёт ключ и вот комнатка на чердаке, есть кровать, унитаз и душ — спасибо, всего то за 10 марок в сутки и даже с завтраком. Да мне тут и не прописываться, мне просто нужно обнюхаться, приодеться и двигать дальше.

Спал как в детстве — упал и отбился. Жарковато под крышей, но пережить можно, в душ и спускаюсь вниз. — Герр Грубер, доброе утро, присаживайтесь, я подаю завтрак. Тааак, перекусываем, попутно выяснил, где тут ближайший магазин с одеждой. Что-то наплёл про срочные дела, такие , что даже переодеться не успел, посочувствовала, но и только.

И то верно, она мне не мама, так что через час выхожу и попадаю по адресу. Оделся скромно, но прилично, там даже и доллары берут, пусть и с процентом.

Сижу в небольшом кафе и разглядываю окрестности. Всё-таки надо передачку передать, простите за каламбур, нравится или нет, но слово давал. Да и перед Эллой будет неудобно, но сделать это по уму. А ум подсказывает — выбери место сам, не ведись на шутки. А вот это кафе и подойдёт, задами выходит в сквер или парк, но с растительностью — потеряться проще. Потом я обошёл его кругом, прогулялся по парочке переулков и примерно пути отхода уяснил.

Звоню — Вы собираете открытки с видами Петербурга? — Да-да, я интересуюсь, слышу не очень молодой голос. — Я могу показать вам интересный комплект, рассказываю про адрес и время встречи.

В запасе у нас три часа, погуляем, у меня и газета есть, посидим на лавочке и понаблюдаем, клюнет кто на меня или нет. Ещё заглянул в лавку со всякими хозяйственными мелочами — купил накидку от дождя и рабочую панаму, сунул всё в сумку, так, на всякий случай. Приклеиваю усы, прикрываясь листами, а вот это уже интересно — подкатила машина и встала метрах в тридцати от входа.

Ага, там двое, может просто, а может и нет, увидим. Минут за двадцать до встречи перемещаюсь в сторону , вроде как я выйду из вон того проулка, их тут 4. Сидят ребята, уже полчаса загорают, а я натягиваю накидку и шагаю к кафе. Есть, срисовали меня, вхожу, и сажусь так, чтобы можно были выскочить через кухню и на улицу.

Вроде появляется тот самый Андрэ, у него должен быть шрам на левом виске и ещё один на руке, кольцо сорвало в аварии. Прихрамывает, увидел меня и я чуть киваю головой. Да тут народа то пять человек, а мужчина вообще только я , не спутаешь.

Усаживается — Добрый день, вы звонили по поводу открыток?

— Да, у меня ровно 13 штук, произношу вторую часть пароля. Бонд, не меньше, чуть не смеюсь. Но по его глазам вижу, что смех тут не поймут, так что из сумки достаётся конверт, а там действительно ровно 13 открыток — я не пошутил. Он внимательно рассматривает их, а я за его спиной наблюдаю в окно за машиной. Пока сидят, хоть и смотрят в нашу сторону.

— Ну что я вам скажу — отлично сохранились. Как там мой друг поживает? Что ещё передавал? — Меня предупредили, что за конвертом следует ваш ответ, смотрю ему в глаза. — О, да, я забыл, вынимает из кармана конверт потолще и подвигает мне. Забыл он, ну-ну. Сдвигаю под локоть, открываю — вроде паспорт и пачка денег. — Проверю потом, а вот это ваше, отдаю второй пакет. Он только чуть приподнял его и сразу убирает в карман. Поднимаю чашечку с чаем — За успех нашего дела, герр Андрэ. А ваш друг жив и здоров, чего и вам желает, прозит, отпиваю глоток.

Опп, дверь открывается и два друга выходят из машины, началось? Мы и это прикидывали, столики то маленькие, чуть наклоняюсь и упираюсь в его пах твёрдым предметом. — Там вышли двое из машины, не надо глупостей, Андре.

— Эээ, я вас не понимаю.... — А мне это и не нужно, поберегите свои мужские драгоценности, ну? Он поднял руку и помахал, есть, встали, потом опять грузятся в машину. — Вот и отлично. А сейчас вы встаёте, прощаетесь и медленно выходите.

Учтите, я из пистолета стреляю хорошо, не ищите себе проблем. До свидания, киваю ему и дядя медленно выходит к дверям. На выходе выдавил улыбку и шагает к машине, вон она, стоит чуть в стороне.

А я прячу алюминиевый футляр с расчёской в карман , выкладываю пять марок на столик и подзываю официантку. Почему её, да в ней кг 100, не меньше, там есть где прикрыться. Ну не рыцарь я сегодня, а за ней отступаю в коридорчик, десять шагов и я на улице, теперь в кусты и быстро сматываемся отсюда. А вот в этом доме подъезд сквозной, проскакиваю и я на соседней улице, потом ещё парочка финтов и вот моё убежище.

Так, теперь замкнуться и спокойно осмотреть добычу, что там мне подсунули, может и резаную бумагу. Паспорт на имя Карла Леона Ризенхоффера, ну и фамилия. И фото примерно похоже, а вот это совсем не гут, значит, про мою внешность как-то сообщили?

А денежки? Вот тут пятьсот баксов пятёрками и все новые, тоже занятно. Даже упаковка банковская, но местная. Ладно, отложим, кто знает, номера переписаны или нет. У пятёрок? Вот бы им делать нехрен было.

Стоп, Вася, а кто знает? И вообще, может те ребята просто покурить вышли, а я запаниковал? Ладно, проехали. Теперь над выбраться из города и валить подальше. Но...но...но. Паспорт потребуется, а как с фото? Так что первая добыча мне больше нравится, внимательно разглядываю фото и понимаю, что придётся потрудиться по части маскировки.

Иду опять на поиски магазина, торгующего гримом — и такие есть, были бы деньги, покупаю набор и пробую дома изменить внешность. Нууу.... Попробуем подогнать лицо под фото, учился этому, пару раз рисую внешность — вроде получилось. А вот теперь двигаем в аэропорт и лететь нам не очень долго. А ведь прошёл номер, и билет купил и прошёл контроль — всё, я в салоне. Специально выбирал у окна, чтобы не светить гримом перед стюардами, накрылся шляпой и темнил до самого Парижа.

Ура, я в "Орли", выходим, прошли контроль и вот огромный зал, тут потеряться уже легче. Район я помню, но сразу на ту самую улицу соваться не стоит, едем на такси и вижу небольшой отель. В моё время тут уже ничего не было, а сейчас вполне симпатично, вот и поселимся, первая база есть! Уже вечер, перекусил в маленькой забегаловке и иду к себе. Сегодня мы спим, а завтра схожу и посмотрю, где "моё будущее" зарыто.

Утром за чашечкой кофе болтаю с хозяйкой — совершенно прелестной старушкой по имени Адель. — Мсье Грубер.... — Мадам Адель, зовите меня просто Генри, меня так мама звала. — Хорошо, Генри, пусть будет так.

Скажите, вы серьёзно решили обосноваться у нас? — Давно мечтал, как не странно. И именно в таком вот уютном месте, где ещё жив дух старого Парижа. — Ооо, вы правы, город меняется, после алжирских событий его наводнили чужие. Грешно говорить, вроде они и тоже французы, но они не такие , как мы. Ну да, вспоминаю картинки из того мира, пока это ещё цветочки, и очень невинные.

— Я похожу, посмотрю, хотел жить в старинном доме с юности. Вы не подскажите, что здесь продают, по умеренным ценам, конечно?

Называет мне тройку адресов и опять чудо — та самая квартира, в том самом доме. Я жил как раз напротив, было одно дело в городе, и в один прекрасный день тут набежали репортёры и просто зеваки — сносили стену и обнаружили вход в катакомбы. Или просто подземный ход, не так важно, а в нише прогнила стенка и обвалилась вместе со штукатуркой под камень.

Вот там и были сундуки с кладом времён тамплиеров. Ну, до того времени ещё много лет, а я то вот он и страстно хочу поучаствовать в этом празднике. — Спасибо вам, я схожу, посмотрю, а уж за советом точно приду к вам.

— Генри, я как-то смущена, ну какой из меня советник? — Вы же тут знаете всё и всех, у кого же ещё спрашивать, мадам? — поклон и прячу бумажку в карман. Ей тоже поговорить не с кем, вот я и терпеливо слушаю. Другой бы сказал, что болтушка старая, но я то как раз в этом потоке слов вылавливаю для себя ценное зёрнышко истины. О, как сказанул, даже сам возгордился. А пока одеваюсь, надо бы и о просьбе Эллы не забыть. И она что-то мне в последний момент туда впихнула, точно, ещё и шепнула — Это на дорожку.

Распечатываю пакетик, обана, есть тут один, хоть и маленький. Отрываю шнурок и вытаскиваю полоску бумажки — "Василий, это тебе в благодарность за спасение внучки, дороже её у меня никого нет. Прими ещё и в знак памяти о нашей встрече, ты очень интересный и загадочный человек.

P.S. Продай это и потрать деньги на что-то нужное, мне с собой это не унести". Тряхнул мешочек и выпал перстень, нет, это даже ПЕРСТЕНЬ, я таких не видел, просто сокровище.

А там ещё бумажка, разворачиваю и читаю — "Это фамильная драгоценность князей Щербатовых, подарок предку от Павла Первого, алмаз индийский , а работа персидская. Элла".

Сел и налил воды — такое надо обмыть, точно. И как и кому тебя продавать? Стоит много, а сколько?

Перекупщики на том и живут, чтобы купить за дёшево, а мне деньги нужны и много. И где вас искать?

Иду к милой хозяйке — Мадам Адель, я не сильно вас отвлекаю? — Ну что вы, Генри, приятно говорить с таким вежливым молодым человеком. У вас дело? Хм, цепкий глаз, усаживаюсь за стол и выкладываю перстень. — О, Мать Божья, какая красота! Можно посмотреть? — Я к вам и пришёл ради этого. Мне нужно его продать, у вас имеется знакомый ювелир? И честный, чтобы я не лишился ни его, ни головы?

— Это вы верно сказали, и за меньшее могут убить. А вот тут вижу, что бабуля то далеко не проста. — Генри, я уже много пожила на этом свете, не льстите — знаю , сколько мне лет. Но вы пытаетесь и это приятно, улыбается мне.

Так вот, мой Шарль, упокой Господь его душу, перекрестилась, имел к этим делам отношение, вернее, его брат, он был ювелиром. Почему был? Его убили в прошлую войну. Но вы не расстраивайтесь так — остался его сын, он мне племянник вообще-то, вот к нему можно обратиться. Уж если ему не верить, тогда я и не знаю, что ещё в этом мире осталось безгрешным, опять перекрестилась, но чую, что это больше на публику.

— Мадам, я рад , что мы встретились, встаю и целую сухую руку. — Идите, юноша, узнавайте, присматривайте, а я пока позвоню этому негоднику, который ко мне уже года два не появляется. Это заберите, показывает на перстень, улыбаемся и выходим.

Чёрт, что-то дорожка к мечте сильно гладкая, сплюнул три раза и поднимаюсь к себе. Теперь спрятать цацку и можно прогуляться, спускаюсь по лестнице, никого не встретил и вот я уже на улице.

Первый адрес совсем не далеко, для вида поспрашивал, походил вокруг, повздыхал и иду дальше. А вот и искомое, выглядит поновее, чем в мои времена, а вот тут и я жил, даже окно узнаю. Ну-ну, прогуляемся.... — Мсье что-то ищет? О , мужичок с тросточкой — Добрый день.

-Да вот приглядываю себе квартиру, мадам Адель сказала, что она продаётся. — О, вы знаете мадам? — Я Генри, проживаю у неё и пришёл сюда посмотреть. — К сожалению , сама мадам Бусси сейчас в больнице, но я могу показать вам квартиру.

— Ээээ... — Мсье Девьер, молодой человек, меня все так зовут.

Вот я и здесь, это одна из двух квартир, во второй половине не живут, но и не продают. Ладно, нам к соседям не ломиться, идём на второй этаж, здесь две спальных комнаты, зал, небольшой балкончик с кованной оградой и даже цветочки в горшках.

— Красивый вид. А что внизу? — Сейчас покажу, спустились — тут кухня, столовая и туалет. — Мсье Девьер, а ванны здесь ставят? — А почему и нет? У соседей точно есть, они сломали эту стену и всё поместилось. — А это дозволено? — Если это ваше жильё, почему и нет. Вы просто получите разрешение у строительного инспектора, чтобы не разрушить дом и действуйте. Если что, у меня даже есть знакомые ремонтники. — О, спасибо. В этом районе такие добрые и отзывчивые люди, одна мадам Адель чего стоит.

— О, да, у нас хорошие соседи. — А что с ценой, вы не подскажите? — Месяц назад это было 35 тысяч франков, а сейчас....разводит руками. Её скоро выпишут, но я могу позвонить, если вас заинтересовало. — Звоните, а я пока ничего искать не буду, мне это понравилось.

Может и зря сказал, начнут цену задирать, но прикинусь простачком, лишь бы не уплыло из рук. Потом мы ещё поболтали с дядечкой и расстались лучшими друзьями. Молодёжи здесь мало, а этим старикам поговорить просто не с кем, понимаю и поддакиваю. Погулял ещё, потом купил сладостей и иду домой. Заметил, что старушка их обожает, но чуток прижимиста, а я попробую подсластить пилюлю. — О, вот и Генри. Как ваши дела? — Это вам, к чаю, подаю пакет. — Проказник, вы меня балуете, но не откажусь, грешна, любою сладкое, хоть доктор и не советует. Так, мы садимся обедать, а я вам расскажу новости.

Повар подал блюда и удалился, а она ведёт речь — Я дозвонилась, но немного неудачно — Антуан сейчас в Бельгии и приедет через неделю. — И у меня примерно такое же препятствие — мадам Бусси в больнице. — Сочувствую вам. Рассказал про старичка, она его прекрасно знает и сама ещё перезвонит. А дальше у нас опять разговоры, сижу, слушаю и улыбаюсь.... Вот и ещё день прошёл, почитал газету на ночь, это я так укрепляю свой французский, укладываюсь поудобнее и засыпаю.