Портрет корсара. Рисунок из книги, изданной в Империи. Выходные данные неизвестны
Бюст принцессы Эйхаги, Остров-ная Империя. Серебро. Фотогра-фии, Музей г.Цо, о. Гузигэ, Жёлтый пояс
К концу 16 в. "белые" пиратские флотилии разнесли в щепки флоты всех островных правителей. Некоторые Хагиды сложили свои венценосные, но не очень умные головы в безнадежной борьбе с корса-рами. Выиграть войну с морскими разбойниками оказалось невозможно. Те оказались сообразительными и старались не обижать простолюди-нов. Более того, небольшую часть добычи, награбленной у князей и прибрежных феодалов, они раздавали наиболее неимущим крестьянам и ремесленникам. Самой собой, "робингудовские" наклонности саракши-анского "морского казачества" определялись отнюдь не их привержен-ностью идее имущественного равенства! Имел место точный расчёт: высадившись в любой точке побережья, пираты могли рассчитывать на самую горячую поддержку населения, тогда как князья в борьбе с белы-ми корсарами никакого содействия от собственных подданных вообще не получали.
Портрет корсара. Рисунок из книги, изданной в Империи. Выходные данные неизвестны
Бюст княгини Агахаги, Остров-ная Империя. Мрамор. Фотогра-фии, Музей г.Цо, о. Гузигэ, Жёлтый пояс
Казалось, лучшего расклада для себя "морские казаки" не могли придумать. Но все изменилось, когда разгромленные князья притихли на своих островах, отказавшись от борьбы за моря и усердно сооружая береговые крепости. Дальние броски к Континенту с отрывом от баз снабжения и ремонта на практике оказались невозможными для кара-велл и галеонов белых пиратов.
"Кого и где грабить-то будем, братья?!" -этот исполненный тра-гического недоумения вопль все чаще раздавался на сходках разбойни-чьих экипажей, измотанных бездельем, безденежьем и, как следствие, изнуряющей трезвостью.
3
В 1553-1600 гг. в государстве Дзагга правил царь Зуцихаг XV . Как и прочие Хагиды, он не имел никаких шансов силой истребить раз-бойничью вольницу. Но он и не ставил перед собой подобной задачи. Зуцихаг XV отменил крепостное право, предоставил вольности мелким землевладельцам и крестьянству, чем заслужил славу благодетеля и "отца народного". Затем предложил нескольким талантливым адмира-лам корсарского флота наняться к нему на службу. После разгрома со-предельного владетеля царь щедро оплатил услуги "белых", отдав тем всю взятую в бою добычу, а себе оставив всего-навсего (нет, каково бес-корыстие!) завоеванное княжество. Это привлекло к нему толпы других пиратов. Когда до других Хагидов дошло, что творится, и они сами по-пытались перетянуть на свою сторону "морских казаков", было уже поздно. Под властью державы Дзагга находились стратегически важные острова с главными базами корсаров.
Корабль эскадры царя Зуцихага XV. Средневековый гобелен.
Феодальная раздробленность завершилась уже после смерти Зуцихага XV с образованием на Архипелагах семи крупных царств, че-тырех княжеств и одной республики. По причине сложившегося равно-весия сил междоусобные войны между ними сами собою прекратились, а прирученные монархами бывшие пиратские флотилии перешли к по-стоянному служению в какой-либо державе. Боевые суда стояли теперь в портах не только под белыми флагами, но и с вымпелами хозяина. Ря-довые корсары сохраняли привычные вольности, а их капитаны и лейте-нанты получали теперь жалование из государевой казны, обрастали се-мьями, заводили дома, где надеялись спокойно и обеспеченно встретить старость.
Бюст неизвестного адмирала, Островная Империя. Дерево, лак. Фотографии, Музей г.Цо, о. Гузигэ, Жёлтый пояс
Бюст княгини Бадзихаги Вои-тельницы, Островная Империя. Бронза. Фотографии, Музей г.Цо, о. Гузигэ, Жёлтый пояс
Однако, "морское казачество" не было просто укрощено, подоб-но дикому хищнику. Оно всасывалось в государственные военно-морские структуры, ворча и порою огрызаясь, медленно и мучительно теряя одни традиции и настойчиво перетягивая другие в заново рожда-ющиеся государственные флоты островных держав.
Укрупнение государств и их хозяйственное, общественное и по-литическое развитие, а также восстановление связей с Континентом привели к расцвету духовной культуры Архипелагов. И вот что инте-ресно: появился и окреп жанр социально-прогностической утопии. Сре-ди философов и литераторов этого направления следует выделить Зуи-цахи Ца Велемудрого (1622-1704 гг.), саракшианского двойника Плато-на и Томаса Мора.
Через 12 веков после образования феодальных монархий в се-верной части Континента сложились раннебуржуазные отношения. Устойчиво росло мануфактурное производство, трансформировалось в фабричное. Происходила общественная реструктуризация. Складыва-лись классы капиталистов и наемных рабочих.
Двести лет ушло на борьбу новых капиталистических традиций с уходящим феодализмом. Буржуазные революции на Саракше протекали по содержанию необычайно успешно, а по форме — скромно и скоротеч-но. Процесс не сопровождался массовыми кровопролитиями и казнями монархов, как это было на Земле, не выдвигались палачествующие ли-деры, подобные земным Кромвелю, Робеспьеру или Вашингтону. Соци-алисты-утописты этого периода проповедовали достижение обществом справедливости и общественной гармонии исключительно мирным пу-тем.
К 18 в. по земному календарю в некоторых островных государ-ствах сформировались основы капиталистических отношений . Ещё около полутора столетий ушло на их укрепление, а в начале 19 в. бур-жуазия "стеснительно улыбаясь и делая реверансы" Хагидам, начала приближаться к государственной власти. Архипелаги знали лишь одну весьма вялую буржуазную революцию, приведшую к благопристойной и очень ограниченной конституционной монархии. В прочих же царствах и княжествах процесс шел путем реформ и вообще без каких-либо со-циальных потрясений.
Саракш. Наброски А. и Б. Стругацких, сде-ланные при написании повести "Обитаемый остров"
Страницы трактата Зуццахи Ца. Источник неизвестен
В новое время Острова не были для Континента Terra Incognita, но оставались Terra Transcendenta. Их существование было принято континенталами к сведению, их очертания нанесли на карты, причем вопиюще неточно, и... И все! Никому из материковых правителей даже в голову не приходила мысль ни о завоевании далеких заокеанских тер-риторий, ни даже о налаживании интенсивной торговли с ними. И то и другое оставалось до изобретения развитого парового флота абсолютно нерентабельными предприятиями.
Карта Подробного Атласа. Отделение Имперского архива г.Зихай, о. Бабаху, Жёлтый пояс
4
Но вот запыхтели первые паровички, протянулись блестящие ни-точки железных дорог, вспенили воду лопасти пароходных винтов. Тут же Континент пожелал установить устойчивые связи с Архипелагом. Островитяне, в течение многих веков привыкшие к изолированному са-модостаточному существованию, поначалу встретили это с прохладным равнодушием. Тем более прохладным, что веками жители Архипелага передавали подраставшим поколениям не только пламенную любовь к островам, приютившим их предков, но и откровенную неприязнь к Кон-тиненту, некогда этих предков изгнавшему.
Карта Подробного Атласа. Отделение Имперского архива г.Зихай, о. Бабаху, Жёлтый пояс
Капиталистическая эволюция островных монархий отразилась на составе чиновничества, прежде всего — в ведомствах, связанных с эко-номикой. В своей деятельности бюрократия вынуждена была всё боль-ше считаться с интересами крепнувшей буржуазии Архипелагов. Тем не менее важнейшей опорой Хагидов, наиболее социально близкими князь-ям и царям силами по-прежнему являлось дворянство и армия. Вла-дельцы земельной собственности и офицеры преобладали в высших эшелонах власти, хотя их число, по мере оскудения дворянства, умень-шалось.
Паровоз (ок 1930 г.). Голографическая реконструкция из фон-дов секции "Саракш" (КОМКОН-2).
Возникали буржуазные партии либеральной ориентации (Фаб-рично-коммерческая партия, Партия ограниченного прогресса в рамках законности и пр.), оказывавшиеся, впрочем, бабочками-однодневками.
"Суперпаровоз" (ок 1930 г.). Голографическая реконструкция из фондов секции "Саракш" (КОМКОН-2).
Ситуация изменилась в начале 20 в. На Континенте, обгонявшем острова по темпам развития, в группе стран разразился первый систем-ный кризис капитализма. Он сопровождался пышным букетом непре-менных признаков: спадом производства и массовой безработицей. За-тем в некоторых материковых государствах последовали так называе-мые "запоздалые" буржуазно-демократические революции, по формам и характеру напоминающие Первую Русскую.
Индустриальный пейзаж (ок 1930 г.). Голографическая рекон-струкция из фондов секции "Саракш" (КОМКОН-2).
Несколько отстававшие в развитии и потому пока что спокойные Архипелаги тогда находились на гребне экономического взлёта. Та-мошние капиталисты остро нуждались в рабочих руках. Миллионы им-мигрантов хлынули через океан с охваченного кризисом севера Матери-ка на фабрики и верфи Архипелагов, увеличив население островных государств почти на треть... и дополнив островной либерализм рево-люционными потенциями.
Общество островитян отреагировало на кризис такими же, как и на Материке, "запоздалыми" демократическими революциями на остро-ве Цай (1959-1960 гг.) и в царстве Дзагга (1961 г.). В других государ-ствах начались забастовки, В стачках участвовало примерно 888 тыс. человек. Резко возросло число забастовок с политическими лозунгами. На острове Ядзайка начались рыбацкие бунты. С большой силой они развернулись также на западных островах. В порту Дзагга произошло восстание на броненосце "Боцойги". После его подавления волнения в войсках стали повсеместными. Благодаря тому, что дзаггайские армия и флот перешли на сторону революционеров, царь Зуцихаг XХ Дзаггай-ский отрекся от престола, а в 1962 г. В Дзагге провозгласили республи-ку . Эти и другие революции явились закономерным итогом развития Архипелагов, породившего десятилетиями не решавшиеся проблемы.
Индустриальный пейзаж (ок 1940 г.). Голографическая рекон-струкция из фондов секции "Саракш" (КОМКОН-2).
Островитяне-либералы были крайне встревожены революцион-ными событиями и боялись их дальнейшего развития. Это подтолкнуло их к объединению.
Около семи десятилетий (прибл. 1980-2050 гг.) на Архипелагах западного полушария ушло на медленное слияние островных держав в Конфедерацию. Этот процесс облегчало наличие единого языка, хотя и разделенного на диалекты, географическое положение, единство эконо-мики. Трудности, стоявшие на пути объединения заключались в разли-чиях социально-политического устройства государств. Главным, что требовалось как можно безболезненнее преодолеть, было сопротивле-ние различных ветвей рода Хагидов — княжеских и царских. Следует от-дать должное островитянам: они оказались осторожными и терпеливы-ми. Путем выкупа привилегий, бережного изъятия полномочий у монар-хов, строго выверенных реформ политической системы парламентам удалось, наконец, превратить власть царей и князей в сугубо декоратив-ную .
Конечно же, все хорошее, как и следует ожидать, заканчивается. Маятник развития капитализма и здесь с роковой неизбежностью кач-нулся от подъема к кризису. Это произошло в середине 20 в. Многие представители правящих кругов Архипелагов осознали взрывоопас-ность ситуации. Часть высшей бюрократии видела выход в укреплении парламентаризма и полном переходе к буржуазной парламентской рес-публике. Консерваторы же всеми силами стремились сохранить неиз-менными существующие порядки. Острые конфликты в верхах были показателями упадка власти. Предотвращением революционного взрыва не озаботились. Политика "полицейско-профсоюзного социализма", призванная направить рабочее движение в желательное власти русло, предотвратить распространение революционных идей, в конечном счете провалилась.
Обложка и текст договора об образовании Островной Конфедера-ции. Рисунок из учебника "История вселенной", для третьего года обучения в средних школах всех типов, Островная импе-рия, Черный пояс, Цабу, 9588 г.от Озарения.
В 2050 -2075 гг. все государства Архипелага подписали догово-ры о вхождении в Островную Конфедерацию.
На Съезде Межгосударственного Совета Конфедерации в 2075 г. непрочное конфедеративное объединение было преобразовано в Ост-ровную Федерацию. Это был достаточно крепкий государственный союз с общей законодательной, исполнительной и судебной властью, с еди-ными армией и флотом, с обеспеченной золотом денежной единицей. Федеральное правительство опиралось на разветвленный бюрократиче-ский аппарат. С переходом от Конфедерации к Федерации общая чис-ленность чиновников различных рангов увеличилась примерно в 7 раз и составляла уже примерно 285 тыс. человек, а вместе с канцелярскими служителями в аппарате управления было занято около 400 тыс. чело-век. Это была по тем временам значительная цифра, хотя, впрочем, от-нюдь не уникальная, если сравнивать ситуацию, складывавшуюся в дан-ном отношении на Архипелагах с ситуацией в других странах. Так, в Великой (Континентальной) империи в ту пору в государственном ап-парате служило 968 тыс. человек.
Конституция ОФ провозгласила, что основной целью общества является укрепление либерализма и демократии, ликвидация острых классовых противоречий и — в далекой перспективе — построение обще-ства, которое мы могли бы (с существенными оговорками) назвать зем-ным термином "социал-демократическое".
Сельский пейзаж (ок 1980 г.). Голографическая Сельский из фондов секции "Саракш" (КОМКОН-2).
На рубеже 20 и 21 веков по земному летосчислению островитяне создали большой торговый, транспортный и пассажирский флот, по тоннажу превосходивший все флоты континенталов вместе взятые. Со-блазн протянуть руки к сокровищам недотеп с материка был слишком силен. Федерация направляла в разные страны (в основном лежащие к югу от экватора) экономических и политических разведчиков с удосто-верениями археологов, этнографов и собирателей фольклора, вяло изображавших научно-экспедиционную деятельность. Но островитян манили не только южные регионы Континента, занятые отсталыми по-луфеодальными монархиями, крупнейшими из которых были Дунд и Хутхо. Перспективными для проникновения казались также юго-восточные области Великой Империи, теперь часто именуемой Конти-нентальной или Старой. К югу от Алебастрового хребта проживало около пятой части имперского населения, и островитяне мечтали вло-жить капиталы в сельское хозяйство, текстильную и пищеперерабаты-вающую промышленность, а также в нефте— и угледобычу.
В 2107 г. по земному календарю ученые Республики Дзагга, до-минировавшей в Островной Федерации, изобрели детекторы биосоци-альной принадлежности. В 2108 г. образовалась Партия Биосоциали-стов-революционеров (ПБСР).
ПБСР как использовала легальные формы борьбы против суще-ствовавшего политического режима Островной Федерации, так и прибе-гала к незаконным средствам. Партия была малочисленной, но (для Са-ракша это совершенно нетипично!) настроенной радикально, даже экс-тремистски. Ее воздействие на массы оказалось буквально гипнотиче-ским. Бээсеры призывали к решительному преобразованию общества на принципах тотальной справедливости и разума. Буржуазно-помещичью частную собственность партия решительно отрицала, призывая сменить капиталистическую экономику многоукладной, основанной на сочета-нии лично-семейной, общественно-коллективной и государственной собственности. Самой саркастической критике ПБСР подвергала "гни-лой либерализм интеллигентских прихвостней буржуазии" и "маразма-тическую федеральную государственно-бюрократическую машину".
