Черный Демон

— Сказала-то сказала, но сразу после этого стажер побежал записываться в наши ряды.

— Вот, госпожа Танигути! — Оцунэ хихикнула, влезая в куртку. — Они рассчитывали, что стажер будет на трибуне у них. А он теперь на трибуне у нас. Ты как хочешь, Принцесса, а с меня не убудет послать ему воздушный поцелуй. Может, все вместе, залпом?

Тошико чуть поморщилась. Оцунэ может позволить себе думать о мальчиках даже в поле. А Молния Ками-Сиратаки не должна. Согласившись выступить здесь, в Китами, Тошико тем самым согласилась подниматься к вершинам Будокана. Любой ее проигрыш подведет наставника.

Неужто зря она уколола Оцунэ? Иногда хочется, чтобы кто-нибудь сидел на трибуне именно ради нее.

За стеной раздевалки прозвенел обычный школьный звонок.

— Одеваемся, сестрицы. Сейчас уже за нами придут. Скоро первый бой.

Первый бой Синдзи наблюдал вполглаза, потому как подопечные щебетуньи из клуба кюдо — не иначе, сговорившись! — начали его дергать по поводам и без повода. Они-то программу выполнили, так или иначе отстрелялись. Привезут второе место, совсем неплохо для малой секции с дальнего края острова. И сейчас вот, почуяли они себя круче Фудзи: что им теперь совратить Черного Демона и заставить вступиться еще и за станцию Румои! Дескать, если Черный Демон отказался от своего цвета, их долг немедля загладить вину… И начали они беззастенчиво клеить стажера на вечер.

Синдзи, впрочем, перестал гадать, сколько тут игры, а сколько правды, еще когда белый “коробок” сороковой серии только-только отъезжал от Румои. Так что ответил Синдзи очень просто: Черный Демон цвет нисколько не менял. Напротив, усугубил до траурно-белого. Делайте выводы.

Какие выводы сделали девочки, они никому не сказали. Пришла их старшая — та самая, с апельсиновыми волосами — и разогнала всех гулять. Мол: “Что вы тут набросились на парня, дайте уже отдохнуть. Он ведь нас еще назад повезет.”

И так улыбнулась, что даже Синдзи, со всей своей мужской нечуткостью понял: конец. Вилы ему на обратном пути, если только он что-то прям немедленно не придумает.

А пока он с ними так препирался, первый бой и закончился, и победила в нем девушка из Нэмуро, и Синдзи вовсе не заметил, какими ударами или там приемами. Услышал только крики с трибун:

— Медведица! Вперед!

На медведицу, правда, девчонка походила не особо. Невысокая, кругленькая, подобная капле ртути; плавность ее движений не скрывала мешковатая форма. Но рослую брюнетку от клуба Юбэцу малявка выбила из круга вполне уверенно.

Дали два звонка. Второй бой.

Против невысокой шатенки из Саромы вышла та самая капитан команды Румои. Только с трибун кричали не “Апельсинка!”, а уже: “Рыбачка!” Услышав такое, девушка ничуть не растерялась и перед поклонами даже напела ту самую “Соран Буси”:

— Спроси у чайки, где там селедка? Приплыла она уже? Эй, все сюда! Бросайте сети! Разом! Разом!

И трибуны подхватили:

— Соран! Соран!

Конечно, Рыбачка выиграла: она очень хорошо чувствовала поддержку зала. Соперница в желтой куртке сопротивлялась отчаянно и отыграла очко, но после “один-один” Рыбачка накатилась на нее прибойной волной, используя рост и длину рук, и таки добралась до шлема. Два-один, побеждает Рыбачка из Румои!

Снова два звонка. Третий бой.

Зал уже всерьез пропах потом. Почему не сделали турнир на улице, тут же целых четыре поля? Наверное, по прогнозу ливень ожидался?

Вышли девушки. Первая в красной куртке от Кусиро, вторая в белом от Сиратаки. Тоже рослая, здорово похожая на Тошико фигурой, но шагающая широко, чуть ли не мужскими движениями. Мацуи Оцунэ, вычитал Синдзи в программке турнира.

Оцунэ посмотрела туда, сюда… Нашла взглядом Черного Демона и, нисколько не стесняясь, послала ему воздушный поцелуй.

Трибуны замерли, не понимая, как реагировать. Что дальше? При всех лизаться начнут? Мы же тут не в дораме!

Соперница в красном живо уловила настроение трибун и просто скромно поклонилась; люди зашумели одобрительно.

Увы! Кроме отношения трибун, в поле надо еще и самой что-то уметь. Первое очко Оцунэ взяла молниеносным ударом в правую перчатку. Тот самый “миги-котэ-ари”, который ей самой влепила как-то Молния. Соперница растерялась, и Оцунэ во втором сходе задавила ее массой, врубив по шлему прямым сверху, просто снеся выставленный блок. “Себу-ари”, есть победа, еще и всухую.

Опять протрещали два звонка. Четвертый бой.

Санада Охару, додзе Энгару, цвет лиловый. Мелкая шустрая скромница из Масиро, цвет черный. Охара выхватила первое очко ударом в шлем и расслабилась; мелкая скромница отыгралась колющим в защиту горла!

Колющим ударам учат лишь опытных фехтовальщиков. Больно уж эти удары эффективны. Пойдет не туда или не так… Молния Ками-Сиратаки могла бы кое-что рассказать о колющих ударах, да…

На третьем сходе Охара зевнула буквально пол-пальца расстояния и огребла четкий удар в боковину кирасы. Скромница из Масиро скромно поклонилась. Охара, по всему видно, злилась — но и она послала Черному Демону воздушный поцелуй, да еще и потом прикрыла глаза ладошкой: прости, мол. Не справилась!

Трибуны недоуменно заворчали. Здесь вообще что творится? Это турнир по кэндо или стриптизу? Мы тут на фехтование пришли смотреть, а не на всяких там Черных Демонов!

Синдзи подумал, что правильному японцу в такой ситуации лучше всего проявить эту самую скромность и уйти. Но он знал: стоит оторваться от бортика, на него насядут красотки из клуба кюдо. Так что Синдзи решил сегодня считать себя не воспитанным культурным самураем из Киото, а потомком поселенцев-тондэнхей из Мацумаи. Мы-де грубые северные варвары, намеков не разумеем. Прямо-то нам предъявить нечего, ибо нравиться девушкам отнюдь не запрещено законом.

Наставники и судьи, однако, никаких замечаний участницам не сделали. Весь турнир они как раз и устраивали ради зрелища, ради пересудов и обсуждений, ради привлечения новичков и пожертвований. А что лучше зажигает людей, чем намеки на любовные истории?

Поэтому распорядитель просто махнул рукой главному судье, а тот кивнул хронометристу, и над полем опять прогремели два звонка.

Пятый бой.

Снова черная куртка из Румои против лиловой куртки додзе Энгару. Стажер глянул программку: Акико против Синагава; Синагава на год старше, но Акико ростом выше на пол-головы и шире на треть. Синдзи очень хорошо ее помнил: госпожа Акико, единственная из пятнадцати подопечных, не отвлекала Синдзи по пустякам, и стажер испытывал к ней благодарную симпатию хотя бы за это.

Синагава, язва, послала ему два поцелуя. Обеими руками. И, несмотря на разочарованный гул трибун, уверенно выиграла первый сход. Обошла справа и влепила по кирасе — звонко, гулко, на весь душный зал.

Второй сход Акико отыграла ударом в шлем.

На третьем сходе Синагава обозначила рубящий по виску, крутанула синай под локоть и воткнула колющий в защиту горла. Два-один, ученики наставника Нагаэ снова побеждают.

Остался шестой и последний бой отборочного круга. Королева Китами против Молнии Ками-Сиратаки.

Два звонка. Совокупный выдох трибун. Белая куртка Сиратаки против глубоко-синей куртки Китами. На белую куртку повесили красную косичку, на синюю куртку — косичку белую. Традиция потому что: в синей куртке сегодня принимающая сторона.

Поклон залу. Поклон судьям. Поклон сопернице.

Никаких воздушных поцелуев: шутки кончились.

Присели.

Хронометрист роняет желтый треугольный флажок: начали!

Начали с плавного схождения. Королева Китами атаковать не рвалась и на подначки не реагировала. Не поддавалась она и на крики зрителей.

На трибунах там и сям колыхались глубоко синие веера Китами, махали синими флагами и синими светящимися палочками многочисленные фанаты принимающей стороны. К белой хоругви понемногу сошлись болельщики всех приезжих команд, уже выбывших из игры: желтые барабанщики от Саромы, хмурые “ночные” из Юбэцу; чуть обок, но недалеко, стеснились “лиловые” из Энгару.

Тошико поняла, что атаковать придется ей. Что же: в зале службы безопасности ее отца учили и такому. Тошико продышалась, чуть подвигала плечами — и пошла той самой прибойной волной. Удар слева-справа, сверху-снизу, в локоть-висок-боковину; отскочить, закрыться; выпад!

Королева Китами нанесла очень красивый, четкий и быстрый прямой удар в шлем — но Тошико уже уперла синай сопернице под горло. А если противница контролирует оружием верхнюю треть тела, то удар не засчитывается. Смысл рубить, когда тебя уже проткнули?

Флажки скрещены у колен. “Ай-ути”, обоюдное поражение. Ноль-ноль.

Второй сход; Королева попробовала выхватить инициативу. Обе начали с “прибойной волны”, и Тошико выиграла буквально мгновение, и снова нанесла колющий. На этот раз Королева не успела ничего сделать: она как раз выводила синай на могучий горизонтальный удар и вот этого самого мгновения ей не хватило.

Выдох на трибунах. Два красных флажка боковых судей. Напряженные пять ударов сердца; вот красный и главного судьи.

Один — ноль!

Следующий сход. Королева обходит справа, рубит и рубит безостановочно, Тошико едва успевает закрываться; Королева переводит синай на левую сторону и бьет в кирасу — но Тошико в тот же миг опускает свое оружие на шлем “синей”.

Обоюдное поражение, пока что один-ноль.

Сходятся вновь; синаи мелькают, как зерна в мельнице, треск и хруст: Королева изловчилась попасть в перчатку, но Тошико снова держит синай у нее под горлом. “Ай-ути”, обоюдное поражение.

Поднят желтый флажок: пять минут истекли!

Судьи совещаются. Зал ждет, затаив дыхание. Девушки стоят каждая на своей стороне поля. Солнце заглядывает в окна, вынуждая жмуриться. Низко уже солнце. Синдзи чувствует голод и сразу же забывает о нем, потому что желтый флажок падает вновь.

Добавочные три минуты. Еще бы!

Королева Китами атакует: прицел на правую руку. Удар очень ценный, но взамен Тошико от всей души вкладывает ей по виску. Да что ты ж будешь делать: опять обоюдное поражение и все еще один — ноль!

Тошико не надо теперь даже атаковать. Достаточно просто продержаться до желтого флажка. Одно очко она уже заработала, и бой будет в ее пользу.

А нет, не будет. По крайней мере, не так просто. Королева Китами недаром носит громкое имя. Обозначив удар в голову, она прокручивает синай под локоть и бьет в левую перчатку. “Хидари-котэ-ари”, один-один!

Вот и интригу подвезли: кто получает первое очко в добавочное время, тот выигрывает!

Молния Ками-Сиратаки тоже умеет бить в перчатку; судьи скрещивают флажки — “ай-ути”, обоюдное поражение.

Новый сход; Королева успевает закрыться — но Молния быстрее настолько, что следующий удар в шлем Королева едва успевает заметить.

Выдох! Совокупный выдох на трибунах: разочарованный хозяев и облегченный всех гостей праздника. Красные флажки лишь подтверждают очевидное.

Два — один. Тошико выходит в полуфинал.

Полуфинал начался с жеребьевки. Потом, конечно же, всем напечатали новую программку с именами всех шести поединщиц. Организаторы проявили себя с лучшей стороны, успев за четверть часа нашлепать и раздать несколько сотен списков, чтобы зрители могли видеть не только большую таблицу на стене зала, но и с удобством читать ее, держа в руках белый листик.

Синдзи, кстати, остался этим весьма доволен, потому что мог прочитать новый список, не отрываясь от чашки рамэна в лапшичной неподалеку. Девушки из клуба кюдо Румои и там, впрочем, никуда не делись: они следовали за Черным Демоном, пускай на некотором удалении, но глаз не сводили. И снова Синдзи задумался: сколько в этом игры?

Полуфиналистки обедали в кафе при спорткомплексе, чтобы им не пришлось бегать по незнакомому селению, искать место, а там еще и терять время в очереди. Зато выбывшие с турнира девушки освободились и посыпались кто куда: заедать огорчение или просто наконец-то расслабиться. Синдзи удачно встретил у лапшичной госпожу Акико и поблагодарил за ненавязчивость.

Вотще! Прочие девушки “Великого Похода” предпочли намека не понять, и Синдзи из кольца взглядов не выпустили.

Стажер поболтался еще по улочкам вокруг спорткомплекса, отправил в контору очередной доклад с фотографиями. Получил в ответ поздравления от господина Хирата и шуточную угрозу: смайлик с отрубленной головой от госпожи Хирата. Вспомнил еще о Фурукава-младшей. Подумал, загребая ногами палые листья: не позвонить ли корешу Фурукава?

Передумал. Если окажется, что Фурукава действительно пострадал при землетрясении, то Синдзи просто изведет себя переживаниями, ничего отсюда не умея сделать. Ему в самом деле еще сопровождать красавиц через весь остров. Хорошо хоть, экспресс “Охотск” идет от Китами до Саппоро без пересадок.

Синдзи даже тип и расцветку поезда не вспомнил, так старательно вертел перед внутренним взором пятнадцать подопечных. Но все-таки Синдзи вышел уже из детства, и причину такой старательности быстро понял.

Он почему-то избегал мыслей о Тошико.

Тошико смотрела на крыши городка. Солнце садилось где-то за спиной, на невидимой стороне здания. По стадиону и дальше пролегли черные покрывала теней. Деревья с ало-золотой листвой заиграли драгоценными камнями; облетевшие безлистые деревья проступили на синем закатном небе черными венами.

Тошико вздохнула.

— Не печалься, Принцесса! — Оцунэ и тут не растерялась. Удобно устроившись на лавке, опершись спиной на шкафчик, Оцунэ медленно, с удовольствием, пережевывала батончик, собирая даже упавшие в платок самые малые крошки. На вопросительный взгляд Оцунэ ответила:

— Ничего не могу сделать, люблю “сникерсы”. Так не печалься, Принцесса. Подумаешь, забыла послать Черному Демону воздушный поцелуй. Зато ушатала Королеву Китами. Она вполне ниче так. Могла нам подарков насовать… Кстати, я тут видела на трибунах…

Тошико повернулась, услышав нотки огорчения в голосе Оцунэ. Та, основательно дожевав батончик, сказала:

— Бывший. Весь в белом, козлина. Прыгает и белой палкой машет. За нас болеет, а трубку так и не берет, пальцы стерла звонить… Что же у меня за карма, в мудака влюбиться? Охара!

— Чего, победительница? — Охара не сильно расстроилась от проигрыша. Мальчики очень обижаются, а ей-то что? Родная ферма от нее никуда не денется. Муж, какой там достанется, тоже будет ценить не за рукомашество. Вот Принцессе можно и рекорды ставить, не зря ее на Будокан зовут. Ей-то беспокоиться о замужестве не нужно. Принцессу без куска хлеба папа из дому не выпрет.

— Развей тоску: что нам приготовлено в полуфинале?

Охара вытащила список — совсем коротенький — и прочла:

— Первая пара: наша Синагава против нашей же Тошико.

Синагава, лениво дремавшая под подоконником, спиной к выделенному ей шкафчику, даже не открыла глаз. Выиграть у Тошико она все равно не выиграет, проверено на тренировках. Так чего париться? В полуфинал вылезла, для нее и это хорошо. Пока молодая, можно дурачиться. Потом-то замуж, и привет…