Он выглянул наружу и практически сразу засек несколько бегущих теней. На заборе всегда стоял караул из взрослого мужика и парочки подростков. Они не могли спать, за такое наказывали всерьез. И лезущие через ограду люди явно не с подарками явились.

— Анни! — зажимая рот, чтоб не крикнула.

Она моментально села и в глазах тревога. Так сроду не будил.

— Чужаки. Много. Бери детей и в лаз. На заимку уходи.

Она молча кивнула и торопливо принялась собираться. Здешние бабы носили маленьких детей частенько на спине, в особо скрученном куске полотна. Никита, попытавшись выступить в качестве прогрессора, соорудил нечто типа рюкзачка с отверстиями для ног и головы на лямках, но его вещь отвергли моментально. Старым способом удобно и привычно, не требуется шить и можно использовать полотно по другим надобностям, к тому ж предкам лучше знать.

Зато в серьезных ситуациях с мужиком не спорили. Ему лучше знать, если речь не о хозяйственных нуждах. Сейчас она без раздумий скрутила переноску. Младенец спереди, трехлетка сзади, дочка сама готова идти. Ей пошел девятый и она практически подросток.

Внизу мелькнули люди, крадущиеся к их избе. Встать на пороге и через пару-тройку копий никто не выйдет. А наружу выскакивать придется. Крышу запалят и смерть в огне и дыму, пожалуй, не из лучших.

Медлить больше уже нельзя. Он метнул с двух рук сулицы в людей внизу и с диким воплем прыгнул следом.

— Нападение! — орал во всю глотку.

Тут важно поднять спящих, а заодно отвлечь на себя, дав возможность Анни с детьми тихо уйти.

Один из незваных гостей лежал лицом вниз и сучил ногами в агонии. Похоже легкое пробито. Второй отделался легким порезом, все ж левой рукой кидать толком не научился и даже с близкого расстояния всего лишь зацепил. Однако человек не успел развернуться, как получил 'саксом' в шею. При этом Никита продолжал орать.

Меч выковать так и не удалось. Качество железа было таково, что после удара нужно было исправлять погнутое и щербленое лезвие. Долго мучился с многократной проковкой клинка, потом плюнул и сделал длинный нож типа саксонского классического. Сантиметров тридцать пять в длину, понятно чисто на глаз. Линейки у него не имелось. Вот и пригодился.

Уходя от удара топора, скаканул вбок, прямо на очередного налетчика. Совсем мальчишка и от неожиданности растерялся, получив острием в живот, причем Никита еще и провернул лезвие, вспарывая внутренности. А вот затем ему стало кисло. Мужик с топором неплохо умел с ним обращаться. Ножом парировать удары лучше не пытаться. Приходилось уворачиваться и метаться из стороны в сторону, ловя момент, чтоб подхватить копье одного из выведенных из строя. С ножом он бы не смог достать врага. Противник шанса не давал и скоротечная схватка непременно закончилась бы плохо, но вдруг странно вздохнул и медленно встал на колени. В шее торчала стрела, пробив ее насквозь. Никита дорезал раненого и лишь затем посмотрел. Комат, двоюродный брат Анни стоял с луком, а из низкого выхода, машинально пригибаясь, лезли остальные мужчины с рогатинами и луками. Правильно. Когда опасность, впереди защитники.

— В лес, — гаркнул Никита, забирая топор у мертвяка.

Это не дрова рубить, а легкая секирка. На людей. Даже на первый взгляд видно качество, аж зависть берет.

— Уходим. Их слишком много. Баб вперед, сами сзади.

Что в прошлом хорошо, когда доходит до серьезных дел никто не выясняет старшинство, а дети, ну за исключением совсем малых, не капризничают и не плачут. Бабы не ломают руки по поводу оставленного имущества. Нет ничего ценнее жизни. Добро появится, если сами не погибнут.

Тут как раз прибыла очередная порция врагов. Вооружены они были ничуть не лучше местных, но в доме кроме него пятеро взрослых мужиков, а их с десяток. Рассуждать и прикидывать шансы никто не стал. Моментально сцепились с рычанием и хаканьем. Про строй никто не подозревал, резались грудь в грудь с случайными противниками. Если б не опыт Никиты, прикончившего четверых, все б тут и остались. Но вышло наоборот.

Он очень давно не тренировался всерьез, но некогда вбитое умение никуда не делось. К тому же дрался на пределе сил. Либо ты, либо тебя. Даже старики и бабы помогали, ведь надо было спасать молодежь, чтоб род не прервался. Толку от них было мало, почти все гибли сразу, однако отвлекали врагов своими неумелыми наскоками, давая возможность мужикам драться. Заодно Комат умудрялся в свете ущербной луны и в общей свалке валить чужаков из лука. За ним трое числилось.

В итоге отходили с ним вдвоем, прикрывая бегство семьи. Еще одного подростка утащили родичи с неприятной раной на ноге. Остальные мужчины уже никогда не встанут. Причем двоих сами и добили. Идти они не могли, оставлять нельзя. Или в жертву принесут, или тешится станут на тризне, когда своих убитых в могилу положат. Так это здесь работает.

Уйти им не дали. Уже у ограды навалились толпой. Парочку врагов они совместно навечно успокоили, еще одному Никита практически отрубил кисть, не столько сражаясь за жизнь, уже понял — не уйти, сколько затягивая погоню и давая удрать хоть кому-то, но дальше чернота. Даже боли не почувствовал, просто вернулся домой.

Очухавшись в прежнем теле, в очередной раз полез в интернет. Ничего толком по теме не нашел, хотя язык определил. Возможно он считается вымершим, однако современную финскую речь на слух понимал неплохо. Разница на уровне западных диалектов украинского с русским. В современном финском полно заимствованных слов из шведского или еще какого древнескандинавского.

А почему исчез, так очень хорошо ясно из его опыта. Видимо это и называлось мирная славянская ассимиляция финно-угорских народов. Если мужиков выбивали под корень, то баб могли и взять в жены. Даже маленьких детей оставить в роду. Или прирезать. Жаль, но ему никогда не узнать, что случилось с Анни и детьми. Тел их при отступлении не видел, выходит смылись вовремя, однако потом, без мужиков, выжить не так просто.

Одна маленькая проблемка, он так и не разобрался, когда это происходило. В первую волну колонизации, когда и русских никаких не существовало и шли на восток и север лехитские племена или позднее, уже при христианах и киевских князьях. С датами полный пипец. Местные даже собственного возраста не знали и говорили, сын родился, когда большое наводнение случилось. А зачем им привязка к какому-то событию? Достаточно знать приметы и когда сеять/убирать урожай. Ну, шаманы могли точно определить равноденствие и это тоже был праздник большой. А в целом, годы текли и никого не напрягало.

Точно до монголов, поскольку никакой Москвы поблизости не существовало, помимо реки с тем же названием. Да и Владимир с Суздалем неизвестно построили или нет. Ничего такого в разговорах не мелькало. Было неподалеку некое Городище (так и называлось), но там жители тоже говорили на этом наречии, да и проживало в нем не больше трех-четырех сотен человек, включая князька с семьей и десяток его ближних дружинников.

При их способе хозяйства, когда вынуждено перекочевывали пусть и через годы, селиться постоянно в приличном количестве мало желающих. Кормиться то как? Дичь в округе быстро выбьют, а за урожаем далеко ходить. Был вариант, элементарно, в паре десятков километров могла существовать иная цивилизация. И толку? Следов за все годы не обнаружил.

Кстати, определить к какому народу они принадлежали тоже не сумел. Сами себя называли 'люди'. Остальные, стало быть, нелюди. Ну, это у каждого древнего народа. Мы и они. Греки и варвары, ханьцы и дикари, римляне и тоже варвары.

Зато вернувшись, разразился статьей на историческом сайте на сорок с лишним страниц. Описал в мельчайших подробностях способ хозяйства, жилье, чем кормились с земли и в лесу. Как жили и одевались. Его, на удивление, заметили и хвалили даже настоящие историки. Правда указали, что слишком много отсебятины, да и ссылки на работы откуда брал сведения важно указывать.

Блин, откуда ему знать про эти самые исследования? Не поленился и поискал. Да нет почти ничего. Археология, которая порой сосала нечто из пальца, но с чужим суждением никогда не согласится и реконструкторы-историки, типа делающих своими руками каменные наконечники стрел и живущие в построенном по археологическим данным доме. Что они могли сказать такого, чего он своими руками и боками не щупал? Но ведь ничего не объяснишь и не докажешь.

В итоге плюнул на исторические сведения и после очередного заброса написал абсолютно художественную книгу про стрельца-удалого молодца. Как за Софью встал, а потом был сослан на границу с степью. Не сам, понятно, а с командой. Оказался далеко от столицы Петра и не вернулся под топор, дезертировав от прогрессивного монарха. Ну а там уже покуролесил вовсю. И с русскими воевал, и с крестьянами, и с татарами, и с поляками, и с шведами, и с турками. Как говорили настоящие литературные критики, а не всякий научившийся читать про попаданцев в самиздатах автор так удачно передал атмосферу времени, хотя поведение иных персонажей отдавало откровенным психозом.

Нет, то было вовсе не подражание Мартину, как регулярно сообщали недоумки. Фактически описал очередную собственную жизнь в прошлом. Ну, сгустил, как без этого, ради интереса и кое-что позаимствовал у иных людей, но в основе не выдумка. Потому и пошло на ура у читателей. Даже переиздания были. Жить на гонорары не удастся, уж больно мизер платили, но приятно поставить на полку изданную книгу, чего уж там.

Тут уж не выдержал и выдал про реальных викингов, не прекрасных гордых вояк, а настоящих. Насильников, убийц, мародеров, приносящих кровавые жертвы и не имеющих понятия о чести. Хитрость, сила, наглость — сколько угодно, но они и слова такого 'честь' не знали, как и 'мораль'. Репутация — вот важнейшая вещь. Ради красивого жеста можно сделать что угодно, но берегись, если затаит недовольство вынужденным щедрым жестом. При первом удобном случае подставит тебя, а то и вырежет всех присутствовавших, даже родичей. Нормальное поведение. А вдруг вырастут и захотят отомстить. Проще заранее всех кончить, вплоть до младенцев

И это тоже из личного опыта. Насмотрелся. Сам и ходил аж до Средиземного моря в составе парочки походов. Только уже многим пришлось не по нраву. Читатели лучше знают, как правильно рассказывать про руны или набеги. У них в башке красивая картинка про благородного героя, который убийца, но с нежной душой. И плевать. Раскупили на удивление приличный тираж и как раз прислали договор на переиздание. Любят нынешние мальчики сорока лет из офисов пощекотать нервы про кишки наружу и кровищу. Не про сидение же в офисе полный рабочий день им читать в свободное время. А уж он мог дать полный набор. Вплоть до запаха, с каким опоражнивает кишечник убиваемый человек.

Глава 5.

Назад в СССР.

Никита повернулся на бок и даже в дремотном состоянии почуял неладное, невольно дернулся, садясь. Это была не его кровать, не его комната. Достаточно одного взгляда на цвет стены и тумбочку в падающем снаружи свете луны. И женщина рядом незнакомая. Не важно, что тела не видно, укрытого одеялом, а лица из-за того, что на боку и спиной. У Иры волосы ниже лопаток, а эта имеет гораздо короче.

Опять! Неужели с марихуаны так торкнуло? Так не в первый раз курил. Все лучше, чем жрать химию. Ну, по крайней мере, лампочка присутствует и на потолке, и возле кровати. Наличие электричества не просто громадный плюс, еще и достаточно позднее время. Предыдущие четыре раза оказывался в какой-то седой древности и жизнь там была малоприятна. Фактически каждый раз, кроме одного, когда сразу угодил на жертвенник, продавали в рабство. Для разнообразия в разные стороны. Однажды аж до Алтая добрался не по своей воле. Проблема была, практически невозможно привязаться к какой-то дате. Разве у викингов с этим обстояло удачнее. Они грабили уже имеющих летоисчисление и по возвращении удалось вычислить даже десятилетие. А вот с тюрками и хазарами Аллах ведает, когда общался.

Осторожно поднялся, чтоб не потревожить женщину, заодно обнаружив отсутствие трусов. Выскользнул из комнаты, собираясь осмотреться и хоть попытаться разобраться кто он и когда. Хорошо хоть после предыдущего есть уверенность в месте нахождения. Он всегда попадал в район Москвы, кроме первого раза. То есть, где вырубался, там и очухивался. Единственное, что абсолютно точно. Больше никаких закономерностей определить не удалось. Из-за этих прыжков он категорически отказывался ехать за границу или в круиз по морю с Волгой. Еще не хватает внезапно очнуться в воде и глупо утонуть.

Квартира оказалась паршивенькая. Нет, вполне ухоженная, но малая по площади двушка в панельке. Календаря он не обнаружил, но телевизор имелся с огромным кинескопом, как заподозрил черно-белый. Включать побоялся, еще проснется его жена. Да-да, в этом теперь был уверен. В большой комнате наличествовали несколько фотографий в рамках. Кстати, тоже не цветные, но зато по одежде ясно — наверняка не ошибся с датой. Одна из них свадебная. Поскольку в шкафу имелось зеркало можно с уверенностью заявить — мужчина там с его лицом. Женщина, кстати, красива, однако странное ощущение будто старше. Или он просто такой моложавый. Бывает.

За окном стандартный микрорайон с многоэтажками, изредка проезжают машины. Похоже 60-70е годы 20 века, а это прекрасно. Уж точно не придется горбатиться на поле с сохой или воевать неизвестно ради чего. С другой стороны, грабить здесь сыкотно, милиция не поймет, а на что жить неизвестно. Какая б не была у его нового тела профессия он о том понятия не имеет и погорит моментально.

К сожалению, на виду газет не имелось и точной даты не узнать. Хуже другое. В доступных ящичках не нашлось ни документов, ни паспорта. Простыни, наволочки, майки и даже женские трусики, но только не нужное ему. Видимо в спальне, а шариться там, тем более зажигая свет, меньше всего хотелось. И без того будет куча проблем с адаптацией. Где-то ж он работает. А кем? Изображать внезапно потерявшего память не тянуло. Здесь уже развитая психиатрия. На цепь не посадят, зато запросто залечат до состояния овоща. Или он интересный медицинский случай и станут холить и лелеять в расчете на диссертацию?

Ну, почему вечно швыряет даже не в разных людей, а столетия? Невозможно все изучить, не имея представления куда закинет. Сознательно учился у настоящих кузнецов и реконструкторов, но даже в прошлом далеко не всегда знания применимы. А здесь ему толку от умения махать саблей или подковать лошадь — ноль. Чертежи автомата или Т-34 тоже без надобности. Хотя последнее не по его части.

Он мог работать столяром, плотником, конюхом, шорником, каменщиком, сложить настоящую русскую печь и еще с десяток специализаций. С голода точно не помрет, но все это профессии прошлого. Вряд ли в столице кому-то необходимы учитель фехтования или пахарь, разбирающийся в правильном ковырянии сохой земли. У них есть тракторы и прочие грузовики. А он так и не добрался до соответствующих курсов. Прежде ни разу не понадобилось.

С другой стороны, повезло, самое прекрасное время. Ни войн, ни голодух с перестройками. Застой — это замечательно. Можно прекрасно влиться в жизнь. А заодно и посмотреть насчет прогрессорства. Классический рецепт обворовывать писателей и поэтов не слишком подходил. Не очень-то он в курсе кто чего написал и когда. Отнесешь в редакцию, а тебя в плагиате обвинят. Да и стихами не увлекался. Ни одного кроме выученных в детстве 'Мороз и солнце день чудесный' память целиком не сохранила. Вечная проблема, а что собственно он знает и умеет. Специально зазубренные технологии и даже реальный опыт в кузнице вряд ли кому сдался в это время.