2036-2040. Управляемый хаос

Несмотря на кажущуюся тоталитарность системы, в крупных городах формируются субкультуры "цифровых диссидентов". В основном это молодежь с высоким уровнем образования и достатком, позволяющим жертвовать рейтингом ради личного пространства. В Пекине и Шанхае набирают популярность так называемые "офлайн-кафе", где посетителям предлагают сдать телефон при входе. Там можно встретить студентов, художников, IT-специалистов, которые на несколько часов в неделю предпочитают жить без подсказок "Тайцзи".

— Я понимаю, что мой рейтинг из-за этого падает, — говорит Чжан Линь, 25-летний дизайнер из Шанхая. — Но когда я захожу сюда и вижу живых людей, которые разговаривают друг с другом, а пялятся в свои телефоны, я понимаю, ради чего я это делаю. Возможно, через десять лет таких мест уже не будет. Но пока они есть, я буду продолжать ходить сюда.

Власти относятся к этим заведениям с настороженным любопытством. Пока они не нарушают закон и не призывают к свержению системы, их не трогают. Более того, некоторые муниципалитеты начали экспериментировать с зонами цифрового отдыха в парках, где сигнал 6G намеренно ослабляется.

Успех (или, по крайней мере, приемлемость) китайской модели во многом обусловлен внешними обстоятельствами. В мире, в котором работает "Тайцзи", помнят две пандемии и видят, как завершается распад западной демократии. Выборы 2036 года в США так и не состоялись, страной управляет временный триумвират, чьи полномочия оспариваются половиной штатов. Европейский Союз фактически распался на три блока, неспособных согласовать общие позиции даже по второстепенным вопросам. На этом фоне Китай выглядит островом стабильности. Экономические партнеры из стран Глобального Юга, расплачивающиеся в бриках, готовы мириться с особенностями китайской цифровой этики в обмен на предсказуемость.

— Нас перестали спрашивать "как вы можете это терпеть?" — говорит высокопоставленный чиновник в госкомитете по развитию и реформам. — Теперь нас спрашивают "как вы обеспечиваете отказоустойчивость?" и "сколько это стоит?" Смещение дискурса от морали к инженерии — наша главная победа.

Критики, однако, напоминают, что система, знающая о вас все, может использовать свои знания против вас. В 2038 была зафиксирована попытка взлома периферийных серверов "Тайцзи", которую официальный Пекин приписал корпорации Aegis. Хакеры пытались транслировать фейковые рекомендации жителям Синцзяна, призывать к игнорированию карантинных мер, обусловленных локальной вспышкой опасной инфекции. Атака была отражена, но она обнажила уязвимость — достаточно один раз заставить "заботливого дядю" сказать глупость, и доверие может рухнуть в одночасье.

Кроме того, существует проблема "цифрового дна". 3-5% населения, по оценкам социологов, полностью выпали из системы. Это пьяницы, нелегальные мигранты, люди с серьезными психическими отклонениями, сознательные отшельники. У них нет носимой электроники, они не пользуются официальными приложениями и живут в параллельной реальности, которую "Тайцзи" почти не замечает. Государство не преследует их, но и не помогает.

Ли Вэй допивает кофе и смотрит на телефон. Там мигает новое уведомление: "На основе анализа семейных коммуникаций за последние две недели рекомендуем позвонить матери сегодня до 20:00".

Он вздыхает и нажимает "принять".

— Знаете, в чем разница между мной и моим дедушкой? — спрашивает он. — Дедушка звонил своей маме, потому что любил ее, а я звоню маме, потому что иначе упадет рейтинг. Результат один — маме звонят, но есть нюанс.

Он замолкает, потом добавляет:

— Хотя, если подумать, дедушка звонил реже, чем я. Может, так и должно быть?

Этот вопрос "может, так и должно быть?" остается открытым. Опросы, проведенные в прошлом месяце, показывают, что 68% китайцев оценивают систему положительно, 22% — нейтрально, и только 10% — отрицательно. Но никто не спрашивал этих 10%, готовы ли они что-то менять. Потому что менять, похоже, уже нечего, система стала такой же естественной частью окружающей среды, как электричество или водопровод.

Башня "Аль-Маджид" в Дубае давно перестала быть просто офисным небоскребом. Сейчас здесь размещается технический секретариат консультативного совета по глобальным вызовам (КСГВ), структуры, которую в прессе часто называют G20+.

На 87-м этаже, в зале с панорамными окнами на залив, раз в квартал собираются представители государств, корпораций, международных организаций. Официально совет по финансовой стабильности (СФС), работающий под эгидой КСГВ, ничего не решает, его решения носят рекомендательный характер. Когда в позапрошлом году в Джакарте подписывали рамочное соглашение, ни у кого не было иллюзий, передавать наднациональным органам реальную власть никто не собирался. Но обсуждать проблемы надо. И первый квартал 2040 года дал для обсуждений богатую пищу.

В системе КСГВ СФС отвечает за координацию финансовых вопросов. Протоколы сессий рассылаются центральным банкам и министерствам финансов стран-участниц. Дальше каждая страна решает сама, учитывать ли эти рекомендации.

— Формально мы здесь чтобы гармонизировать подходы, — пояснил в кулуарах представитель одной из европейских стран, попросивший не называть его имени. — Реально — чтобы друг друга услышать и не наломать дров. В старом мире для этого были закрытые клубы в Давосе и Бильдерберге. Теперь есть мы.

Первый квартал 2040 года оказался показательным, накопилось сразу несколько системных проблем, требующих если не решений, то хотя бы согласования позиций.

В центре дискуссии оказались данные по добыче лития в провинции Нангархар в Афганистане. Азиатская клиринговая палата предложила расширить обеспечение брика за их счет. Их разрабатывает консорциум индийских и турецких компаний при формальной поддержке правительства в Кабуле, которое сейчас контролирует примерно половину страны. Консорциум подтвердил оценки, но европейское космическое агентство предоставило снимки, фиксирующие передвижения вооруженных формирований в 40 километрах от рудников.

На сессии выступил представитель консорциума:

— Мы подписали соглашения с племенами, оплаченные медикаментами и продовольствием. Дороги открыты.

Представитель Китая возразил:

— Соглашения с племенами — не гарантии. По нашим данным, в январе боевики перекрыли трассу на Кандагар на три дня.

Итоговая рекомендация СФС: "Предложить участникам рынка учитывать новые месторождения в обеспечении расчетов с коэффициентом 0.8".

Аргентина распространила через секретариат СФС тревожные данные — урожай пшеницы на 20% ниже прогноза из-за засухи. Аргентина — один из ключевых поставщиков продовольствия в Западную Африку. Канада готова заместить аргентинское зерно своим, но с ценовой надбавкой 7%. Представитель Нигерии ответил жестко:

— У нас социальный бюджет сверстан исходя из старых цен. 7% — это либо беспорядки, либо сокращение питания в школах. Так не пойдет.

Канада предложила другой вариант. Зерно поставляется по цене ниже рыночной, разница в цене компенсируется концессиями: нефтеперерабатывающий завод в Нигерии, разработка месторождения марганца в Гане, и еще, на сдачу, скидка на какао-бобы на десять лет. Этот вариант всех устроил. Рекомендация СФС: "Признать целесообразным использование имеющихся резервов для покрытия дефицита продовольствия в Африке и рекомендовать сторонам ускорить переговоры по механизмам компенсации".

Демократическая Республика Конго предложила построить железную дорогу из Катанги в Дар-эс-Салам, цена вопроса — 200 млрд бриков, обеспечение — будущие поставки кобальта и лития. Проблема — политическая нестабильность в восточных провинциях, регион, где планируется строительство, находится в зоне влияния нескольких вооруженных групп. Министр финансов ДРК заявил, что с полевыми командирами подписаны соглашения, они не станут препятствовать. Китайский банк Exim готов финансировать проект при условии, что безопасность обеспечит третья сторона. Россия предлагает направить ограниченный воинский контингент, все согласны, но Северный блок ЕС требует независимого мониторинга для предотвращения нарушения прав человека. Российский представитель с улыбкой соглашается. Рекомендация СФС, утвержденная 28 марта: "Признать программу ДРК соответствующей приоритетам устойчивого развития и рекомендовать потенциальным инвесторам рассмотреть возможность участия с использованием механизмов многостороннего мониторинга".

Помимо трех основных тем, на сессии обсуждались:

— инициатива Японии по включению водорода в товарные индексы;

— жалоба Перу на занижение цен на медь при расчетах через сингапурскую клиринговую палату;

— предложение ВТО унифицировать правила верификации товарных запасов.

По этим вопросам пока ничего не решили.

— Мы не МВФ и не всемирный банк, — пояснил на итоговой пресс-конференции секретарь КСГВ доктор Рашид бин Хамад аль-Нуайми. — Мы не выдаем кредиты и не требуем выполнения условий. Мы просто даем возможность поговорить до того, как начнутся конфликты.

Вопрос в том, достаточно ли этого. С одной стороны, не всегда, а с другой стороны, альтернативой мог бы стать только возврат к жесткому диктату МВФ или к силовым захватам ресурсов. Ни то, ни другое сегодня не работает.

Поэтому в Дубае раз в квартал собираются министры и директоры, беседуют, спорят и разъезжаются с папками документов, в которых написано: "рекомендуется рассмотреть", "целесообразно учитывать", "предлагается принять к сведению" и т.д.

Париж, 29 марта 2040. Международное энергетическое агентство (МЭА) представило ежегодный обзор глобальной энергетической системы. Документ, получивший название "Новая география потоков", констатирует: структура мировой энерготорговли за последние 15 лет изменилась до неузнаваемости. Нефть и газ утратили монополию на стратегическое влияние, уступив место электричеству, водороду и борьбе за критически важные минералы.

На экране за спиной директора МЭА Хельги Браун сменяли друг друга карты, испещренные разноцветными линиями и зонами. Красные, зеленые, синие, желтые — эти цвета теперь определяют линии разлома и сотрудничества в новом мире.

Главное изменение, которое бросается в глаза даже неспециалисту — плотная сеть зеленых линий, опутавших Евразию. Это линии электропередач постоянного тока (HVDC), по которым электричество солнечных и ветряных электростанций передается на тысячи километров. Основные магистрали, построенные в 2030-х годах, соединяют Северную Африку и Европу. Проект Xlinks (Марокко — Великобритания) обеспечивает около 7% потребностей британской экономики. Алжирское электричество поступает в Италию, тунисское — в Грецию, египетское — в Турцию. В прошлом году заработал SaudiMedLink, Саудовская Аравия, еще недавно ассоциировавшаяся исключительно с нефтью, теперь экспортирует в Европу солнечные мегаватты через территорию Египта. Индонезия питает сингапурские дата-центры электричеством с геотермальных и солнечных станций на Суматре. Заработал австралийский проект Sun Cable, связавший с Юго-Восточной Азией солнечные поля Северной территории Австралии.

Следующий цвет, синий, обозначает зоны, где ставку сделали на атом.

— В 2020-х годах многие хоронили атомную энергетику, — напоминает Браун. — Но теперь она возрождается. Ветер и солнце нестабильны, современные промышленные кластеры и города существовать не могут без базовой мощности, работающей круглосуточно.

Китай с 2030 года ввел в строй более 40 ГВт новых атомных мощностей и продолжает строительство. В Индии добавилось около 15 ГВт. Франция, несмотря на внутренние споры, продлила ресурс старых реакторов и заложила три новых EPR-2. Финляндия достраивает четвертый блок "Олкилуото". "Росатом" сохраняет портфель зарубежных заказов (Турция, Египет, Индия), хотя темпы новых контрактов замедлились из-за конкуренции со стороны китайских и южнокорейских подрядчиков.

Особый тренд — малые модульные реакторы (SMR). В США, несмотря на политическую турбулентность последнего десятилетия, несколько частных проектов SMR запущены для энергоснабжения центров обработки данных и промышленных кластеров.

Красные зоны обозначают районы добычи критически важных минералов: лития, кобальта, никеля, редкоземельных металлов.

— Без них не работают ни аккумуляторы, ни ветрогенераторы, ни даже некоторые типы реакторов, — поясняет Браун. — Эти ресурсы распределены по планете крайне неравномерно, часто в зонах нестабильности.

Провинция Катанга в Конго остается крупнейшим источником кобальта. Карта показывает там плотное красное пятно — работают десятки компаний, китайские, европейские и американские, но половину региона контролируют повстанческие группы. Чили, Аргентина, Боливия — литиевый треугольник. Добыча лития требует огромного количества воды, в засушливой местности это порождает конфликты с местными общинами и экологами. Для азиатских рынков главным поставщиком лития стала Австралия. Монголия и Синьцзян контролируют значительную долю переработки редкоземельных элементов.

Отдельный блок презентации посвящен России. Она сохраняет позиции в нескольких нишах, прежде всего, это атомные технологии и экспорт урана. Во-вторых, гидроэнергетика — генерация сибирских ГЭС поставляется в Китай и Центральную Азию. В-третьих, нефть, газ и водород, но здесь экспорт сокращается, по сравнению с 2020 — более чем вдвое. Северный морской путь используется преимущественно для транзита товаров, а не энергоносителей.

В целом мир стал сложнее. Нет единой трубы, которую можно перекрыть, нет единого пролива, который можно блокировать. Есть множество региональных хабов, связанных линиями электропередач, танкерными маршрутами и цепочками поставок редких металлов.

— Энергетический переход продолжается, — резюмировала Хельга Браун. — Он продолжается дольше, чем обещали прогнозы начала века, но он необратим.

Казань, 13 июня 2040. Лидеры БРИКС+ подписали декларацию, запускающую процесс создания двух автономных структур, которые в перспективе могут стать альтернативой всемирному банку и ВОЗ.

Казанская декларация содержит два ключевых институциональных решения:

Первое — создание фонда инфраструктурной взаимосвязи и устойчивости. Цель — кредитование проектов в национальных валютах стран-участниц без политических условий. Капитал фонда предварительно оценивается в 300 млрд бриков.

Второе — формирование сети оперативного обмена данными о биологических угрозах под эгидой совета национальных координаторов БРИКС+. Первый ротационный секретариат разместится в Нью-Дели. Сеть будет заниматься взаимным признанием сертификатов вакцинации, совместными закупками патентов и созданием страхового резерва вакцин.

— Когда люди умирают от болезней, которые мы умеем лечить, потому что богатые страны спорят о патентах и демократических процедурах — это не политика, это преступление, — заявил на полях саммита президент Нигерии Обасанджо-младший. Его страна, крупнейшая экономика Африки, стала одним из главных бенефициаров новой инициативы: в декларации зафиксировано создание исследовательского кластера в Лагосе.