— Не выдумка, — вздохнул гость и тут же заявил, что из всех доступных в настоящее время форм бессмертия эта — самая ублюдочная. Приведя в качестве примера того же Императора, который от скуки постоянно пересказывает дежурным ушам историю своей жизни в биологическом теле. А ушами у него до недавнего времени служил... кто?.. Пра-а-вильно: дарт Реван. Так что сейчас, когда у означенного дарта появилась законная причина устроить себе небольшой (для начала. Дальше — как пойдёт) отдых, рассчитывать на то, что он ею не воспользуется...

— Так что, — закончил импровизированную лекцию гость, — вспоминайте, кто это такой вообще. Что умел. Чем славен. И так далее. А то может оч-чень неловко получиться!

— Не беспокойся, — хмыкнула Магистр Йадль. — Уж кого-кого, а его-то мы помним!..

Начало

Нехорошо, когда тебя отрывают от работы. Плохо, когда работа эта очень ответственная. И совсем никуда не годится, когда она — работа — услышав, кто и куда тебя просит подойти, напрочь забывает всё, что ты ей только что с таким трудом объяснил. Правда, удивлённо-восторженные взгляды несколько греют самолюбие...

И ведь не объяснишь гонцу, куда ему следует побежать с этим вызовом! Потому что, во-первых, он не виноват. Точнее, виноват не он, а тот, кто его послал. Во-вторых, гонец этот тоже смотрит. Удивлённо-восторженно-почтительно. Последнее — потому что совсем недавно точно так же, как эти малыши (с поправкой на возраст, понятное дело), внимал и запоминал... Да и сейчас, перейдя из юнлингов в падаваны, каждую свободную минуту тратит (старается, во всяком случае) на совершенствование в управлении Силами. Наконец, малыши... Та самая ответственная работа. В том смысле, что рановато им знакомиться с некоторыми сторонами взрослой жизни, вроде посылания старшим младшего. В смысле, не куда-то по делу, а просто...

Тем временем гонец, прекрасно осознающий, какую... нехорошую вещь сотворил и готовый со всем возможным вниманием выслушать мысли старшего по этому поводу, убедившись, что немедленного разноса не будет, добавил, что дело касается Набу...

— Хорошо, — отозвался приглашаемый после недолгого раздумья. — Буду через... — он посмотрел на малышей, огляделся, призывно помахал наблюдающей за ним инструктору и закончил: — Двенадцать минут. Свободен!..

* * *

Если что и царило в Зале Совета, когда в него вошёл гость, то не напряжение, не страх и тем более не паника. Магистры-советники расслабленно сидели в своих креслах, думая каждый о своём и изредка обмениваясь с соседями ничего не значащими фразами. Одним словом, всё говорило о том, что ситуацию успели обсудить и принять решение. Гостя же пригласили, чтобы выслушать его мнение и, буде в разработанном плане обнаружатся ошибки, исправить их до того, как начнётся воплощение задуманного в жизнь.

На всякий случай.

Гость не разочаровал. Поинтересовался для начала, как часто неймодианцы — а именно они в настоящее время проводили операцию по захвату планеты — использовали для решения своих проблем военную силу. Затем — как скоро окупится (если, конечно, вообще окупится) затеянная операция. И, наконец, верят ли присутствующие в то, что случилось чудо и прирождённые торгаши разучились считать и видеть выгоду (по залу прокатились сдержанные смешки). Внимательно выслушал ответы и подвёл итог:

— Их наняли.

— Мы тоже так думаем, — хмыкнул Магистр Пло-Кун. — А вот кто?

Посмотрев на Великого Магистра и получив от него едва заметный кивок, гость в свою очередь поинтересовался, кто попросил Орден джедаев о помощи.

В другое время и в других обстоятельствах этот вопрос, прямо-таки сочащийся ехидством, мог бы быть понят неправильно. Но теперь, когда Орден демонстративно отстранился от улаживания если не всех, то почти всех внутренних конфликтов... Да что говорить, если на сообщения типа "Мой сосед — тёмный" диспетчеры Ордена первым делом интересовались, какое преступление тот совершил...

— Но зачем?! — неподдельно удивилась Магистр Ади Галлия.

— А кто ещё сумеет вытащить тамошнюю королеву и довезти её до Сената? — хмыкнула Магистр Йаддль, знавшая о положении в Галактике несколько больше своих коллег. — Королева поднимет шум, Верховного канцлера обвинят в политической импотенции и вежливо попросят в отставку, а на его место...

— ...сядет тот, кто всё это затеял, — проворчал Магистр Оппо Ранцизис и добавил: — А весь наш план...

— Первый раз, что ли? — фыркнул Магистр Пло Кун и предложил "почтенным Советникам" подумать, что делать с планетой. Не оставлять же так?

"Почтенные Советники" покивали... и задумались: своих воинских формирований у Ордена не было, а захватчики просто так уходить не пожелают. Особенно когда сообразят, что складывающееся положение на самом деле не совсем такое, как им... расписывали. Другими словами, попытаются заработать хоть что-то. Тем или иным способом. И речь не об отмене якобы грабительских пошлин, послужиших формальным поводом для вторжения...

Выход, как это часто бывает, оказался лежащим на поверхности. И первым его заметил Магистр Мейс Винду, радостно воскликнув: "Гунганы!" После чего объяснил Советникам, что на Набу, оказывается, помимо колонизировавших её хумансов, присутствует ещё одна раса разумных. Эти самые гунганы. И если с ними договориться...

Правда, для этого сначала придётся получить согласие королевы...

После короткого обсуждения план был принят. Исполнителем назначили рыцаря Квай-Гона Джина, обладающего несколькими значительными преимуществами перед другими кандидатами. А именно: значительный боевой (и не только) опыт, высокий уровень подготовки, невысокое — всего лишь рыцарь — при таких достоинствах звание и, самое главное, в данный момент оный рыцарь находился в Храме.

Что же касается гостя... Он от непосредственного участия в операции отказался, попросив, чтобы корабль, который завезёт посланника Ордена на Набу, поступил потом в его распоряжение...

Хвосты. Первый.

Вечер... Это не просто время суток. Это когда все дела сделаны, все плохие наказаны, все хорошие поощрены... Это когда можно расслабленно лежать на устланном шкурами ложе, наслаждаясь танцем новой рабыни-твилеки, подаренной сегодня одним считающим себя самым умным мууном. В благодарность за снижение налоговых ставок на некоторые операции принадлежащего его клану банка. Хотя будь у него (и тех, кто за ним стоит) хоть на песчинку больше терпения... Однако кто ему об этом скажет?.. Уж точно не сам Джабба.

А твилека хороша! Гибкая. Сильная. Выносливая... Уже почти час услаждает взор хозяина, и всё ещё ни малейших признаков усталости!.. "Надо бы чем-нибудь её наградить", — подумал хатт и стал прикидывать, чем именно, но был грубо выдернут из размышлений раздавшимся рядом голосом:

— Однажды твоя любовь к танцам двуногих станет причиной твоей смерти.

Неторопливо (он всё же у себя дома, это раз. И два: если неизвестный до сих пор не нанёс удар, значит, он пришёл с миром) развернувшись к говорившему, хатт обнаружил рядом существо, выглядящее, как детёныш хумансов из бедной семьи. Именно выглядящее, поскольку ни один настоящий детёныш не в состоянии преодолеть установленную во дворце систему охраны. Тем более — незаметно. Да ещё и настолько чисто говорить на хаттизе*. Что же касается смысла сказанного...

*От англ. Huttese — если верить Вукипедии, название языка хаттов.

Его можно будет обсудить позже. А пока хатт, изобразив улыбку, поинтересовался у неизвестного, чем тому может помочь скромный Джабба Десилиджик Тиуре.

Едва заметно кивнув (или поклонившись? Этих хумансов сама Сила не разберёт!), неизвестный, старательно выдерживая предложенный хозяином уважительный тон, ответил, что скромный Джабба Десилиджик Тиуре может ответить не менее скромному Хранителю, что он готов дать за понимание происходящего.

Джабба озадаченно заморгал... Такая постановка вопроса означала, что в галактике что-то происходит. Что-то, о чём ни он, ни его окружение и даже разведывательная служба не имеют ни малейшего представления?!

С одной стороны, было очень большое желание воскликнуть (или хотя бы пробурчать): "Быть такого не может!" С другой — ехидно ухмылялся многолетний опыт не самой спокойной жизни: "Мо-ожет! Ещё ка-ак может!" С третьей же подначивало любопытство: "А если попросить для начала рассказать хоть что-нибудь?" Да и, опять же, попросить показать образец товара — практика общепринятая. И существо наверняка о ней слышало. Так что...

Существо кивнуло — мол, справедливое требование — и произнесло два слова: "Похищение Ротты"*.

*В официальной хронологии говорится, что малыш родился в этом году. Авторское допущение — что уже.

Первым побуждением Джаббы Десилиджика Тиуре было взять наглеца за шею и вытрясти из него всё: что знает и чего не знает. Однако — сдержался, как ни странно, вспомнив нетерпеливого мууна. И правильно сделал. Услышав: "Договоримся!" — существо кивнуло и без дополнительных уточнений рассказало о приближающемся вторжении, к которому галактика не готова. О малой войне между центральными системами Республикии и окраинными, которую Орден джедаев мог бы остановить, но не станет этого делать, поскольку она полезна для подготовки к большой. Да и вообще для развития, как бы странно это ни звучало. Ну и наконец, почему не следует предотвращать похищение Ротты...

Смириться с последним было тяжело. Однако приведённые существом доводы, а также данные им гарантии безопасности наследника заставили хатта согласиться.

Конечно, над услышанным ещё придётся хорошенько подумать, но позже, а сейчас, заставив себя успокоиться, Джабба Десилиджик Тиуре спросил почтенного Хранителя, чем ему может помочь захолустный владетель.

Насмешливо, как показалось хатту, хмыкнув, Хранитель извлёк из... воздуха?.. металлический чемоданчик вроде тех, в которых возят ценности, разве что раза в полтора побольше. Немного повисев перед существом, чемоданчик подплыл по воздуху к хозяину дворца. Тот мысленно хмыкнул: подумаешь, телекинез! Так многие умеют! А вот что внутри? Если золото...

Хатт не ошибся: внутри оказалось именно золото в стандартных банковских слитках. Правда, занимало оно только три четверти объёма. В оставшейся же четверти, отделённой перегородкой, находились четыре чёрных шкатулки. И вот то, что лежало в них, заставило не самого бедного владетеля Джаббу Десилиджика Тиуре поперхнуться воздухом.

Камни. В шкатулках, в каждой свой вид, лежали дуриндфайры, радужные самоцветы, самоцветы коруса и нова-кристаллы*. Недостаточно крупные, чтобы претендовать на собственные имена, но в то же время и не дешёвая (относительно, конечно) мелочь.

*Названия взяты из Вукипедии.

Джабба посмотрел наХранителя. Тот со скучающим, насколько хатт разбирался в выражениях чувств хумансов, видом смотрел на танцовщицу. Похоже, давал Джаббе прийти в себя после созерцания... созерцания.

Оценив проявленный гостем — а после всего случившегося не присвоить существу такого статуса было бы чёрной неблагодарностью — такт, хатт громко засопел*, чтобы привлечь внимание. Когда же гость обернулся, спросил, что следует сделать... с этим.

— Превратить в банковские счета на предъявителя. В Пространстве хаттов, в Республике, в пограничных системах. Ваша доля, — добавил он после небольшой паузы, — пять процентов.

*Неканон. Сам придумал.

Джабба с трудом удержал лицо: за легализацию капиталов — а ничем иным назвать предстоящее... предстоящую... операцию... было нельзя — брали от тридцати до семидесяти процентов легализуемого капитала. С одной стороны. С другой — семьдесят процентов со ста миллионов — это одно, а пять процентов с триллиона — другое. Совсем другое. К тому же гость уже оказал ему, Джаббе Десилиджику Тиуре, услугу. Очень важную услугу. Так что протестовать, даже очень мягко, не стоило. А вот предложить часть средств инвестировать в... некоторые... проекты... Чтобы они не лежали мёртвым грузом...

Гость не возражал, сказав, что хотя и далёк от рыночно-финансовых вопросов, но прекрасно понимает, что проделать требуемое быстро никак не получится. Ну а раз так, то почему бы и нет? И даже предложил прибыль от таких вложений делить пополам, после чего Джабба в очередной раз похвалил себя за сдержанность и неспешность. Что же касается того, куда инвестировать, тут оба единодушно посчитали наиболее перспективными производителей оружия, продовольствия, медтехники и кораблестроителей.

Потом они обсудили другие вопросы вложения в исследования, особенно в области медицины, поскольку, как выразился почтенный Хранитель, когда всё упирается в одну только бакту, это "не есть хорошо". С этим Джабба согласился целиком и полностью. А вот совет гостя присмотреться ещё и к средствам массовой информации вызвал сомнения — с одной стороны, конечно, хорошо, когда тебя поддерживает население, а вот с другой — это наверняка привлечёт лишнее внимание властей предержащих. А оно надо?

Недолго подумав, гость согласился, что не надо, и они перешли к обсуждению других вопросов. Во время которого выявилась одинаковость взглядов на многие стороны нынешней галактической жизни. Иными словами — взаимопонимание. Достаточно полное, чтобы полчаса спустя, когда Хранитель начал прощаться, Джабба предложил ему погостить во дворце, хотя бы до того, как появятся первые результаты их главного дела. Однако гость вежливо отклонил это предложение и, пообещав появиться через четыре дня после гонок, откланялся. Упомянутый же Джабба остался размышлять о том, что галактика полна сюрпризов. И не все из них неприятные...

Хвосты. Второй.

Прыгающий в открытый люк звездолёта джедай, вылетевший из того же люка небольшой предмет, отстреленный астродроидом, взрыв и... детский голос где-то рядом: "Туда — джедая, оттуда — гранату... Неравноценный какой-то обмен получается..." Ответить Молу помешало накрывшее его беспамятство...

Впрочем, в себя тёмный пришёл достаточно быстро — секунд через десять. Если, конечно, не врёт чувство времени. Пришёл, попытался подняться и... тут же оказался опрокинутым обратно на песок резким "Лежать!". Произнесённым тем же детским голосом, что совсем недавно высказывал возмущение неравноценностью обмена.

"Бред! — мелькнула в ушибленной голове мысль. — Бред от контузии. Сотрясение. Вторая степень..." Однако тело по-прежнему не слушалось, что говорило...

— А будешь дёргаться, уберу обезболивание и воткну всё обратно, — прозвучало совсем рядом.

— Э-э-э... — осторожно протянул тёмный, проверяя, осталась ли у него способность говорить или тоже...

— Осколки, — пояснил неизвестный, явно приняв мычание тёмного за вопрос. — Восемь штук. Пять металлических и три пластиковых. Металлические и... — голову слегка дёрнуло, — ... один пластиковый я уже достал... А будешь себя плохо вести, — голову опять дёрнуло, — воткну всё обратно.