Тринадцатое небо

"Старик еще энергетически силен", — отметил он.

— Идем в кабинет, — сказал дедуля, оперся одной рукой на трость, шагнул в коридор и продолжал разговор:

— Не ожидал, что внешне ты так похож на меня.

— Разве это плохо? — в свою очередь спросил Мукеш.

— Трудно сказать, — ответил старик, — ведь мы еще толком не знакомы, — и добавил: — на протяжении жизни в каждом человеке происходит борьба, похожая на борьбу двух волков. Один волк представляет зло, другой добро. Всегда побеждает тот волк, которого ты кормишь... Но то, что ты говоришь на отличном родном языке, обрадовало меня.

— Я преподаю санскрит и учусь в аспирантуре — надеюсь получить ученую степень, — встрепенулся Мукеш, задетый за живое неожиданными словами.

— Ты поступаешь правильно. Мой внук должен иметь достойное образование... Надеюсь, у тебя хватит сил хоть немного поболтать со мной после ночного перелета?

— Конечно, дедушка. Я выспался в самолете.

— Заходи, — старик повернулся к нему и пропустил вперед. Слуга распахнул перед ними дверь.

Вдоль стен просторной комнаты на полках стояли книги, у окна стол и несколько кресел. Не останавливаясь, дед прошел дальше — на балкон, устроился на маленьком диванчике, прислонив к его спинке трость.

— Садись напротив. Здесь нам никто не помешает.

Мукеш послушно опустился рядом в плетеное кресло. Он не знал, как вести себя дальше. Дед внимательно посмотрел на него и сказал:

— Восход — удобное время для *бхавамукхи. Ты согласен со мной?

— Согласен, — кивнул тот.

— Тогда примем удобную позу и погрузимся в созерцание, — старик поправил кольцо с огромным круглым бриллиантом на указательном пальце, чуть откинулся назад, вытянул вперед ноги, свесил руки и закрыл глаза. Внук последовал его примеру и вскоре мысленно оказался у озера с чистейшей прозрачной водой, усеянной вдоль береговой кромки белыми цветами лотоса. Он протянул руку, пытаясь сорвать один, но увидев в глубине лепестков бхрамару — крупную черную пчелу, вкушающую пыльцу, и отдернул руку. Испуганная пчела взмахнула крыльями, взлетела в воздух, и он явственно различил затихающие в пространстве слова: ж-ж-жизнь... ж-ж-женщина...

Ведение исчезло. Мукеш открыл глаза. Дед наблюдал за ним.

— Что тебе поведала Бхаватарини — спасительница Вселенной? — спросил он.

— Пока не понял, — ответил тот, смутившись.

— Я не удивлен твоим ответом и искренне сожалею, что не следил за тем, как ты рос. Придется наверстывать упущенное время. Вот и вся проблема.

— Дедушка, прости меня. Так получилось. Я живу в другой стране.

— Прощаю, — дед положил ногу на ногу и продолжил: — скажи, а девушка у тебя есть?

— Да. Не просто девушка, а любимая девушка, — Мукеш сделал ударение на слове любимая.

— Русская?

— Русская. Правнучка путешественника по Индии. Её отец подарил мне старинную монету. — Внук полез в кошелек, достал оттуда лежащую среди остальной мелочи серебряную монетку и показал деду. — Теперь она — мой талисман.

Тот снисходительно улыбнулся.

— Европейские привычки. Монета не может служить полноценным талисманом...

— Почему?

— Потому, что её брали в руки множество людей с различными кармами.

Талисманом может служить только древний вардж. Но, к сожалению, наш род его утратил.

— Как такое могло произойти?

— Как гласит родовое сказание, Чаухан Притхвирадж — последний правитель Раджпуты лишился его во время битвы с Муххамедом Гури. Полководец султана завладел защитным амулетом и, как следствие, всем Раджастаном.

— Необычная версия развития событий, — ответил Мукеш и подумал: "неужели дед действительно верит в эту утопическую сказку?!" Все же, образ мыслей людей востока здорово отличается от образа мыслей западных — атеистических. Хотя, русские не относят себя ни к Востоку, ни к Западу. Русские давно превратились в сложный человеческий гибрид, усердно заливающий свою собственную культуру водкой. Жаль, но факт. И ничего с этим не поделаешь...".

— А сейчас иди, приведи себя в порядок с дороги. Через пару часов будет готов завтрак, — попросил дедушка.

— Хорошо, — Мукеш не перечил..., — моя девушка — Алина прилетает в Дели завтра. Можно, я вас познакомлю?

Дед загадочно улыбнулся и сказал: — Недавно я стоял под небесным деревом исполнений желаний, и видел тебя со светлолицей женщиной ..., а сейчас иди, отдыхай, — он обнял внука за плечи и подтолкнул к выходу, — твоя комната напротив моего кабинета.

... Войдя в отведённые ему апартаменты, Мукеш кинул рюкзак на стул, разделся и сразу пошел в ванную комнату.

В зеркале, напротив душевой кабины, он разглядел шрам, оставленный на его теле обидчиком, и в очередной раз, успокоив себя известной поговоркой: шрамы украшают настоящего мужчину, насухо вытерся приятно пахнущим благовониями банным полотенцем и улегся на широченную двуспальную кровать.

"Вот если бы Алина была рядом...".

Ровно через полтора часа в дверь постучали и напомнили, что пора просыпаться. Мукеш встал и переоделся в голубые джинсы и яркую клетчатую хлопковую рубашку. Через несколько минут в дверь еще раз постучали. В комнату зашел шудр — слуга и протянул ему новый белый саронг из тонкой хлопковой ткани, расшитый по краю золотой нитью и длинную белую куртку — рубаху, напоминающую косоворотку.

— Бабу хочет видеть вас в традиционной одежде. Через десять минут спускайтесь в холл.

— Хорошо..., — ему пришлось еще раз переодеться.

Он достал из рюкзака матрешку, тарелку с видом Питера и спустился ровно в положенное время.

— Прошу пройти сюда, — сикх показал ему направление.

— Вот, теперь ты похож на настоящего раджпута, — дед внимательно оглядел зашедшего в столовую внука. — Садись напротив меня.

Шудр, прислуживающий за завтраком, отодвинул стул. Мукеш сел. На его колени тут же легла матерчатая салфетка.

"Соблюдают этикет "Туманного Альбиона"? Хм... На состоятельных индусов явственно влияет европейская культура...", — отметил про себя Мукеш и поставил на стол тарелку и матрешки.

— Подарки из России, — пояснил он.

Брахман сразу обратил внимание на деревянную куклу, взял её в руки и принялся рассматривать веселое расписное лицо.

— Матрешка открывается ... вот так, — внук раскрутил одну "маму" и достал из неё "дочку" поменьше, — попробуй сам...

Дедушка "выпустил на волю" разноцветных "дочек", раскрашенных всеми цветами радуги, расставил перед тарелкой по росту и посчитал: — О-о! Вместе с мамой их семь!

— Да. В Индии семь слонов счастья, а в России семь матрешек. Открываешь одну — из неё "рождается" новая. Матрешка на Руси — символ непрерывности человеческого рода.

— Хорошо, что в России есть свои символы, — заметил дедушка.

— А как же! У каждой нации есть что-то своё — примечательное!..

— Кофе, чай? — спросил у Мукеша шудр, выбрав удобный момент.

— Пожалуй, кофе с молоком.

— Как прикажете... но сначала еда, — он поставил перед ним тарелку с овсяной кашей.

— Диетический завтрак, — улыбнулся дед, — полезно для желудка.

— Английский завтрак, — поправил его внук.

— Ты прав, — дед неторопливо отправил ложку с кашей в рот, блеснув дорогими перламутровыми зубами...

После завтрака брахман принялся расспрашивать Мукеша о жизни в России. Тот рассказывал без особого энтузиазма. Но брахман не отставал — интересовался всем, что связано с обычаями далекой северной земли и загадочными душами русских. Особенно он переживал по поводу того, каким образом люди выживают в лютых морозах, которые не раз наблюдал с экрана телевизора, а потом, ничуть не смущаясь, вдруг спросил: — Не привез ли ты, случайно, бутылочку русского шампанского для моей коллекции?

— Нет. Я не предполагал, что ты коллекционируешь вина. — Мукешу показалось, что дедушка немного расстроился, услышав отрицательный ответ, и он исправился: — Обязательно привезу в следующий раз.

— Надеюсь... — Брахман сменил тему разговора: — Веды изучал?

Мукеш утвердительно кивнул головой и добавил: — Вселенная есть мысль, а Веды — мысли, воспетые в словах.

— Согласен, древние индусы были замечательными учеными, буквально "ходячими энциклопедиями", — усмехнулся он в ответ, — но знание, состоящее лишь в наличии книг в руках одних или деньги в руках других — тоже — самое, что неведение и безденежье.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Мукеш.

— Подумай сам, на досуге. — После этой фразы брахман попросил шудр удалиться. Мукеш остался с дедом один на один.

— Мальчик мой, — старик начал издалека, — меня радует твое трепетное отношение к истории, но ты слишком увлекаешься и забываешь, что живешь в современном мире. Мы — члены высшей касты из главных городов страны, соблюдаем старинные обычаи и ритуалы не так фанатично, как наши небогатые и далеко не родовитые "коллеги" из деревень. Советую тебе относиться к ритуалам также...

— Дедушка, и ты, потомственный брахман, говоришь мне это?!

— Сомневаешься в моих словах? — старик усмехнулся.

— Не знаю, что и думать... Тогда скажи мне, что для тебя важнее: богатство — дома, акции, счета в банках на огромные суммы, сохранение традиций или улучшение жизни народа?

— Меня удивляет твой вопрос. Ты должен понимать, что я стараюсь для вас — потомков, в том числе и для тебя. Вы должны жить достойно. Жить, как положено раджпутам кулы Огня, состоящим в родстве с воспетым в сказаниях Притхвираджем. Вспомни слова: "никогда не было так, чтобы не существовал я, или ты, или все цари, и в будущем мы никогда не прекратим существование". Ведь мы дважды рожденные! Надеюсь, что ты понимаешь, почему, или поймешь позже.

В ответ Мукеш выдал более насущную фразу, давно волновавшую его ум: — Раз ты "переквалифицировался" в современного брахмана, тогда прости отца!

— Не могу. Из-за его поступка умерла моя супруга и твоя бабушка. Он повинен в её смерти.

Мукеш хотел сказать, что это не отец повинен, а религиозные предрассудки, но сдержался и возразил как можно мягче: — Но ты же сам отправил его в Россию! Чего ты от него ожидал?

— Ты уже взрослый и должен понимать, как важно для индуса достойное продолжение рода. Мы — брахманы можем жениться только на девственницах, принадлежащих к нашей касте. У женщин одинаковое строение йони. В какую из них вводить фаллос — твоё личное дело, исходящее от желания и потребности.

Внук ухмыльнулся, но потом насторожился.

— А я? Получается, что я незаконнорожденный?

Дедушка слегка опешил от такого вопроса, но ответил с достоинством:

— Я тебя признал, значит, и родственники обязаны признать.

— Но моя девушка тоже русская, как и мама.

— Ты, как историк, должен понимать, что волны религиозной мысли то поднимаются, то ниспадают, но на гребне наивысшего вала всегда стоит "пророк" данной эпохи, который и заказывает музыку, — произнес старик и устало зевнул.

— Понимаю, дедушка, но на что ты намекаешь?

— Намекаю, что времена поменялись. Богатые индусы стремятся к светскому образу жизни. Ныне пребывающие в Брахме Раджив Ганди из рода Неру-Ганди женился на итальянке, тем самым подав пример остальным.

— Вот видишь! Прости отца.

— Нет, не могу, — дед сердито поджал губы.

Мукешу очень хотелось сказать, что не отец виноват, а их религиозные предрассудки, но опять сдержался, чтобы не усугублять ситуацию. Он заметил, что дед нервничает.

Через некоторое время, выпив лекарство, старик успокоился и продолжил беседу на отвлеченные темы, пытаясь ближе познакомиться с внуком...

— — — — — — — — — — — — — — — — -

* бхавамукхи — состояние духовного существования, в котором удерживается ум на границе между Абсолютным и Относительным. В таком состоянии можно созерцать "пустоту" Брахмы и участвовать в деятельности условного мира, наблюдая в нем божественное проявление.

* * *

...В гостиничный номер Алины позвонили. Она потянулась к телефону и услышала долгожданный голос:

— Абха, ты проснулась?

— Мукеш, я давно на ногах. Мы с папой успели позавтракать, и я проводила его до микроавтобуса.

— Поехал на конференцию?

— А куда же еще. Будет общаться с коллегами до вечера.

— К тебе можно?

— Конечно можно! Передай трубку работнику рецепшен, скажу, чтобы пропустил тебя.

Через несколько минут Мукеш крепко сжимал её в объятиях...

Через час их страсть поутихла, и они вышли в коридор. В холле, недалеко от номера дремали в креслах два сикха в синих тюрбанах. Увидев внука хозяина, они подскочили, вежливо кланяясь, и пошли сзади.

— Кто это? — спросила удивленная Алина.

— Не пугайся, дед приставил ко мне телохранителей.

Девушка прыснула от смеха.

— Может сбежим от них?

— Зачем? Они отвезут нас на машине в "Красный" форт.

— А там они также будут идти рядом?

— Пускай идут. Всё равно по-русски не понимают. Тем более, потом мы поедем на обед к деду. Познакомлю тебя с ним.

— Ой, я не знаю, как себя вести, что говорить, — заволновалась Алина.

— Он совсем старенький и не кусается. Поговоришь с ним на общие темы немного на английском, немного на санскрите.

— Хорошо, поговорю.

Мукеш взял Алину под руку и провел к припаркованному недалеко от входа в отель черному блестящему "Бентли". Сикх распахнул дверцу перед сыном хозяина и его подругой, дождался, когда молодые усядутся на заднее сиденье, и сел за руль. Второй сикх сел рядом с ним.

Машина тронулась и через пару кварталов выехала на дорогу, ведущую в исторический центр. Алина с любопытством рассматривала старый город и тощих коров, бредущих в потоке машин. Мукеш старался комментировать увиденные ею пейзажи как можно мягче...

... "Бентли" остановился на платной стоянке. Мукеш с облегчением вздохнул: "здесь — на платной испражняться на стены не разрешают, а значит, не придется переступать через лужи мочи".

Он подал девушке руку и быстро повел её к древним стенам Лала-Кила, попросив не обращать внимания на кучи гниющего мусора у ограды.

Пробравшись сквозь группы туристов, приехавших на автобусах, один из сикхов купил билеты, и молодые поспешили внутрь. Алина остановилась у таблички, прикрепленной над входом: "Если и есть Рай на свете, то он находится здесь".

— Мукеш, почему здесь упоминается о Рае?

— В эпоху моголов дворец — по совместительству форт, был сказочно богат. А построил его тот же самый опальный император Шах — Джехан, который истратил все деньги из казны на возведение Тадж-Махала... Сейчас ты увидишь лишь то, что осталось от былого величия дворца... В старину за стенами форта находились изысканные сады с фонтанами, мраморные залы для приемов с тронами, усыпанными драгоценными камнями, бани, гаремы. А императорские покои располагались, конечно же, недалеко от гаремов, — Мукеш подмигнул девушке. — Идем дальше, к садам...

— Идем, — Алина взяла его за руку. — Скажи, шах каждую ночь проводил с новой женщиной?

— А ты как думала? Проводил, и даже ни с одной, а с несколькими. Женщины раньше предназначались для услады господина под любым соусом, под которым пожелает. Он мог убить красавицу ради острых ощущений, а мог заставить палача сначала прилюдно изнасиловать её, а потом скинуть с башни. Вот так.