И жизнь, и смерть в одном дыхании

Исса

Тренировки магов, это вам не развлечение. Здесь важна концентрация, сила воли и вера в себя. Я могла пробудить в маге силу, при условии, что она в нем есть, но ещё не проявилась. Тренировать новых магов мне помогал Люциус.

С Люциусом мы встретились в храме богини Жизни, там он скрывался от загонщиков повелителя. Он же проводил меня к Хранителям, поддержал, когда узнал о моём предназначении "возродить мир из пепла". Только было большое "но", всё это он делал, желая стать для меня больше чем просто друг. Он, конечно, был привлекательным мужчиной (в возрасте 30), свеловолосым, хорошо сложенным и сильным, но не тот, кто был нужен мне. Я страдала от чувства потери ставших такими близкими Кейна и Хоси. Эрингейт стал мне как отец, учил меня жизни, порой другая, а порой хваля за моё поведение, а Крис докладывал новости о потерях, как наших, так и повелителя. Крис не раскаивался в том, что поступил с Кейном плохо, а я не хотела терять его и поэтому закрыла эту тему сама, получив от братишки обещание больше ни в кого не вселяться. Эрингейт порой говорил, что у меня в сердце словно растёт какая-то рана, поглощающая меня и мешающая жить. Я изменилась, это точно. Но я — Возрождающая, я должна вселять надежду в сердца людей и помогать им возродить мир и процветание на землях Некролга. Пока же мы собирали силы для самого главного удара. Мы планировали напасть на дворец и уничтожить повелителя, считая, что змею нужно убивать с головы.

После целого дня тренировок с молодыми магами (а у нас более опытные маги учили новичков), а тренировка включала в себя и физическую подготовку, и медитацию, и боевую магию, и элементы маскировки. Было сложно, учитывая то, что у многих были разные истоки магии. В основном были стихийники с различными сочетаниями владения стихий, были лекари, несколько не особо сильных некромантов. Обычно вместе со мной, Люциусом и еще двенадцатью опытных магов их подготовкой занимался и Эрингейт, но сейчас он собирал важные сведения на западе, прошли слухи, что там вроде тоже собирается сопротивление.

Отпустив обессилевших магов на заслуженный отдых, отправилась в купальню. Хотелось отдохнуть и немного расслабиться. Снимая надоевший костюм (о платьях пришлось забыть, в них неудобно тренироваться, да и мужчины отвлекаются, вот и пришлось перейти на мужскую одежду — идея дракона), я все думала о том, сколько у нас осталось времени. Повелить ведь тоже имеет глаза и уши, ему вряд ли понравится новость о готовящемся войске магов. Наше укрытие находилось в скалах на севере, недалеко от Лоринленда, города-порта, создавшего видимость покорности власти повелителя, но на самом деле собирающего силы для свержения некроманта. Примерно в часе ходьбы в самой чаще леса находился храм богини Жизни, где я порой проводила долгое время в молитвах. Храма богини Смерти поблизости не было, а мне, как некроманту, нужно было тоже возносить ей молитвы, поэтому я создала под руководством дракона (а он оказывается будучи высшим владел знаниями предков) небольшой алтарь. Чем нравился мне этот лес, так это тем, что в нем не обитало умертвий (из-за наличия храма богини Жизни). Зато на кладбищах их обитало множество, а что, некромантов почти не стало, не кому их успокоить, бедняг. Поэтому первое время я ходила на кладбища ближайших селений и городов упокаивать умертвий. А что, и свободное время потрачено не зря, и люди довольны, и умертвия упокоены. Только это не помогло остановить растущую пустоту в груди...

Вдохнув побольше воздуха, с головой ушла под воду. В такие моменты мир словно застывал, а мысли в голове прояснялись, казалось, что вот-вот откроется какая-то важная тайна, но вот лёгкие начинают гореть, и приходится выныривать и судорожно хватать ртом ставший таким желанным воздух, так и не узнав чего-то важного, но надеясь, что в следующий раз повезёт, и тайна раскроется.

Выйдя из купальни, подошла к зеркалу в своей комнате, разглядывая изможденое лицо и тело. Лицо бледное, круги под глазами, на руках и ногах синяки. Стыдно признаться, но себя лечить я так и не научилась. Эрингейт говорит, что для этого мне нужен толчок... Да, я изменилась, после длительных тренировок тело стало более выносливым, а при сильных эмоциях мои глаза меняли цвет с зелёного на алый, но в остальном я все та же Исса. Невесело улыбнулась своему отражению, натянула так надоевшие рубашку, брюки и сапоги и отправилась на кладбище. Время нужно провести с пользой.

Ночной воздух встретил меня своей прохладной и свежестью, заставляя пожалеть об оставленном плаще, но он будет мешать в моём деле. Было уже темно, но луна мягко освещала окружающие предметы, да и тропинка была знакомой, а в нашем лагере-поселении все знали, куда иногда по ночам наведываюсь я и не мешали. Сегодня была моя ночь. Быстро прошла к первым могилам, дальше идти было не обязательно, и тихо позвала "Крис!"

— Ты должна была прийти вчера, — обиженно проговорил за моей спиной мой братишка-призрак. Быстро обернувшись к нему, улыбнулась и виновато проговорила, порывисто обнимая дорогого мне человека:

— Извини, Крис, я не могла раньше. Как ты? Что новенького? — начала расспрашивать братика, присаживаясь на лежащий недалоко от могилы камень.

— Отряд элитных воинов повелителя направился в Лоринленд. Они настроены очень решительно. Движутся на драконах. Так что завтра уже будут на месте. Сейчас они расположились в одном селении, за хребтом... Исса, это ужасно, — вдруг всхлипнул Крис. — То, что они творят, просто ужасно.

Обняла братишку, пытаясь успокоить, но сама чувствовала себя не лучше. Но Крис вдруг встрепенулся, посмотрел на меня своими большими добрыми глазами и взволнованно прошептал:

— Исса, я чувствую, что тебе грозит опасность, но от кого, не понимаю.

Обняла сильнее родного человечка и тихо проговорила: — Крис, нам всем грозит опасность, нам всем. Лоринленд находится слишком близко от нашего укрытия. И хотя мы замаскировали местность при помощи магии, опытный маг сможет нас обнаружить. Я надеюсь, богиня нас не оставит и защитит.

Ещё некоторое время мы с Крисом посидели так рядом, а потом разошлись. Было уже поздно, когда проваливаясь в сон, на секунду мне показалось, что я слышу голос Кейна и его "Исса, я иду".

Утро выдалось дождливое. Серые тучи заволокли все небо, а значит тренировок на улице не будет, будет день медитации. Раздав указания, отправилась себе в комнату, когда вдруг путь преградил взволнованный Люциус:

— Возрождающая, Хранители желают видеть тебя. Это срочно.

Срываюсь на бег, сзади не отстает Люциус. Какая-то мысль не даёт покоя, но я не могу уловить ещё смысла. Поэтому не обращая внимания на дождь бегу по улице в сторону зала Хранителей. У самых дверей притормаживаю, осторожно открываю двери и вижу... пустой зал. Слышу шаги за спиной и, не оборачиваясь, говорю:

— Это не смешно, Люциус. Хранители в Лоринленде. Зачем ты меня сюда позвал?

— Ты правильно догадалась, но поздно... Слишком поздно, Возрождающая.

Начинаю оборачиваться к предателю (теперь сомнений не осталось), но сильный удар по голове отправляет меня в объятия тьмы.

Глава 9. В храме

Исса

Приходила в себя долго, казалось, что я нахожусь в лодке и плыву по бурной реке. Голова кружилась, а в ушах стоял гул, тело задервенело. Было холодно и неудобно. Постепенно окружение уменьшилось, и я открыла глаза. Я узнала это место! Храм богини Жизни! Попыталась встать, но руки и ноги плотно обхватили веревки и при каждом движении безжалостно впивались в нежную кожу. Заворочала головой, пытаясь понять, что происходит. Кругом горели свечи, и в их свете я разглядела шесть фигур в плащах, читающих какую-то молитву. Эти фигуры были расположены на равном расстоянии друг от друга, образуя круг, а в центре на алтаре лежала распятая я! Стало страшно, и появилось ощущение неправильности ситуации. Вдруг фигуры замолчали и в центр вышел Люциус, также одетый в плащ, но с откинутым капюшоном, в его руках была чаша и нож, между прочим ритуальный!

— Люциус, что ты творишь? — закричала я. — Развяжи меня немедленно!

— Милая, — сказал, гадко улыбаясь, этот урод. — Мы даже ещё не начали, а ты уже бежать хочешь. И не нужно кричать, ты сбиваешь концентрацию. Лучше выпей вот это, — с этими словами он поднес к моему рту ту самую чашу. В нос ударил знакомый запах беладонны, дурман-травы. Он хочет меня одурманить, чтобы была послушной, как овца! Ну уж нет, я не дамся! Отчаянно сопротивляясь, сжала зубы, не позволяя влить в меня эту жидкость. Но этот урод совершил очередную подлость, короткий приказ в сторону, и мне сломали палец на руке. От боли я разжала зубы, и холодная жидкость обожгла мой рот, лишая меня возможности контролировать своё тело, но не лишая возможности думать и все воспринимать. Это жестоко!

Я видела, слышала и чувствовала, но сделать ничего не могла! Тем временем, Люциус встал на колени перед алтарем и стал произносить молитву к богине Жизни.

— Великая богиня Жизни! Услышь мою молитву, произнесенную в час величайшей нужды. Наступили темные времена. Зло все дальше продвигается по нашим землям. Мы нуждаемся в сильном воине, способном противостоять великому злу — повелителю, некроманту Аргосу. Ты дала нам орудие — Возрождающую, но она слаба и телом, и духом. Позволь мне освободить эту девушку от тяжкого бремени и взвалить его на себя. Я прошу тебя благословить этот ритуал по передаче силы, да будет твоё величие вечно, о Великая.

Я была возмущена, он хочет забрать мою силу, а значит и жизнь, и душу, и занять моё место. Гад! Мерзкое умертвие! И ведь знает, что в храме богини Жизни призраки не могут появляться, что некому меня защитить. А я считала его другом. Слезы медленно потекли по моим щекам. А этот урод неторопливо встал и дал своим людям знак, чтобы продолжили чтение. Очень медленно, смакуя каждую секунду своего триумфа, Люциус проводит ритуальным кинжалом по моим венам на руках, произнося "Кровь — это сила, кровь — это жизнь. По капле прольется, в меня войдет". Боль пронзила меня тысячами иголок, слёзы сильнее полились из глаз, а внутри зародился огонь, расширяющий и увеличивающий боль и пустоту внутри меня. Кровь толчками вытекала из меня, стекала по алтарю на землю, а этот гад мазал ею свои запястья и собирался наполнить кубок.

Меня затрясло от пробудившейся ярости и силы, а Люциус как ни в чем не бывало продолжил ритуал, набирая в кубок мою кровь. Меня поглотила ярость и тьма, сила пробежала по моему телу, очищая его от действия зелья.

Люциус наконец заметил, что что-то со мной не так.

— Этого не может быть, — зашептал он. — Так не должно было случиться. Ты не могла переродиться...

Но мне было все равно, в моей голове была лишь одна мысль "убить" их всех, посмевших причинить мне вред. Веревки на моих руках вспыхнули ярким пламенем, когда я услышала крики мужчин, а следом булькающие звуки. Но меня не волновали другие. Моей целью был Люциус. Я желала его убить, убить... Пальцы вцепились в горло жертвы и теперь сжимали его,лишая возможности дышать. Я смотрела в его глаза и видела страх, хотелось смеяться от счастья. Поддавшись внезапному порыву, поцеловала его в губы, от чего он закричал, как от жуткой боли. Улыбаясь, отбросила его почерневший труп.

Как вдруг я услышала голос, такой знакомый голос, он звал меня по имени... "Убить, должна убить предателя" билась в голове мысль. Чьи-то сильные руки схватили меня за руки и потянули к себе. " Не дамся" мелькнула в голове мысль, и руки схватили мерзавца за шею в стремлении придушить. Заглянула в его глаза и увидела... боль, нежность и ещё что-то, что-то такое знакомое, родное в этих серых, как грозовое небо, глазах... Но его тоже нужно убить, поэтому потянулась к его губам, стремясь отравить. "Исса", — выдал мой противник, и мои руки дрогнули. Не может быть, этого не может быть, Кейн не мог прийти за мной. "Это обман", — твердила я себе, а ОН снова прошептал "Исса". Я вновь посмотрела в его глаза и в этот раз увиждела в них свое отражение, ужасающее отражение: я с бледным лицом, почерневшими глазами и губами, похожа на демона... на разрушителя.

— Нет, — прошептала я и сделала шаг назад. — Это не я. Я...

Ноги не держали меня, и я начинала падать, но Кейн (теперь я была уверенна, что это он) поддержал меня и осторожно опустил на пол.

— Ты должна излечить себя, стать прежней, — сказал мой спаситель и с заботой посмотрел мне глаза. Он изменился.

— Я не могу, — едва слышно прошептала ему в ответ. — Не знаю как.

— Я помогу, просто доверься мне, — уверенно произнес Кейн и стал наклоняться к моим губам.

— Не надо, — испуганно начала отбиваться я. — Я убью тебя, я опасна.

— Я верю в тебя, ты не причинишь мне вреда, — вновь повторил он и поцеловал меня в губы.

Страх за Кейна тисками сдал моё сердце, но секунды шли, а с ним ничего страшного не происходило, тогда, наплевав на все, ответила на его поцелуй и растворилась в нем. По моему телу прошлась ледяная волна, заставляя теснее прижаться к сильному и теплому телу воина. Вслед за ледяной волной я ощутила лёгкое покалывание на руках. Я задыхалась от его поцелуя, но отпускать не хотелось, было безумно приятно. Ощущение, что так и должно быть, не покидало меня. А потом поцелуй прекратился, резко так, что я чуть не задохнулась от неожиданности. Кейн тяжело дышал, но смотрел на меня, улыбаясь.

— Слава богине, получилось, — прошептал он в мои волосы, обнимая. И тут до меня дошло!

— Так ты не был уверен, что получится!

Немного виноватая улыбка и слова:

— Но получилось же. Ты полностью исцелилась.

С удивлением посмотрела на свои руки: даже перелом сросся! Вновь перевела взгляд на Кейна, а он, словно предугадав мои вопросы, сказал:

— Идём отсюда. Кстати, Хоси ждёт нас на улице. Я оставил его караулить, хотя он рвался к тебе сюда.

Я бегом помчалась к выходу из храма, где ждал маленький храбрый пушистик, которого заключила в свои счастливые объятия.

— Хоси скучааааа, — плача и обнимая меня, сообщил маленький пушистик. — Иса мога умееть.

Я и сама заплакала, счастье переполняло меня, Кейн тоже подошёл и обнял нас с Хоси, говоря:

— Нужно уходить отсюда. Всё хорошо, не стоит плакать.

Полными слез глазами посмотрела на воина и, улыбаясь, недоверчиво произнесла:

— Хоси, вы где были? И это правда Кейн передо мной?

Кейн фыркнул и обиженно отвернулся, а Хоси заворчал:

— Кей быль похой, губый. Хоси учи Кейа хоосем.

С восторгом смотрела то на Хоси, то на Кейна. Такие родные, хотя я их едва знаю.

— Спасибо вам, — зашептала обоим. — Без вас я бы погибла. Кейн...

Он наклонилсяся ко мне, обхватил моё лицо руками и зашептал прямо в лицо, обдавая тёплым дыханием:

— Я был глуп, когда ушёл тогда. Прости.

Слёзы вновь начали литься из глаз, и это напугало склонившегося надо мной мужчину.

— Я тебя обидел своими словами?

Замотала головой в его руках, улыбнулась и тихо сказала:

— Не обидел. Наоборот, сделал счастливой.

Вечер отдавал свои права законной владелице — ночи. Лес вокруг храма погрузился во тьму, и неожиданно стихли все звуки: все лесные обитатели словно вымерли. Мы ещё сидели на крыльце храма, когда Кейн неожиданно вскочил. В этот момент нас накрыла огромная тень, и я увидела дракона, огненного дракона.