— Дорогая, что ты так переживаешь? — небрежно развалившись на охапке ветвей и подложив под голову котомку, Колючка обмахивался отчетом. — В нем же ничего особо важного нет, то, что это новый переход было сразу понятно...

У Левши начался нервный тик — получается, они знали все с самого начала! Ну, если они откажутся ей помогать в исследованиях, то она тогда...

— С другой стороны, есть гораздо более важный вопрос: почтовик пролетел три дня назад. Где все? — Колючка мрачно обвел взглядом притихших товарищей.

Над костром повисла напряженная тишина.

И снова вдали завыл одинокий волк... внезапно вой захлебнулся и стих.

— Скушали серого, — грустно произнес Молчун и доел последний бутерброд.

Глава 4.

Шел по улице, взглянул на небо — упал в люк. Теперь смотрю только вниз. Ударило сосулькой. Надоело. Купил шлем и летающий скейт. Попал под машину...

Сознание плыло, не успевая за изменениями, и для меня путь к замку состоял из отрывочных картин-обломков: — раз: командир рукой в латной перчатке отрывает от защищенного стальным воротником горла тварюшку и давит в руке. Из нее фонтанчиками брызгает зеленоватая слизь. Вижу разинутые в крике рты — звуки не доходят.

Два: мы в зарослях, деревья в которых скручены и изломаны, от чего на земле скачут причудливые тени. Звука по-прежнему нет — зеленые мохнатые комки безмолвно падают с ветвей на всадников... Двое не успевают увернуться и мертвыми падают на землю. Быки взбесились и понесли. Вижу в сжатой руке сложенный арбалет, измазанный в зеленоватой слизи — когда успел его достать, совершенно не помню.

Три: дорога, поле. Закат. Все стоят — между нами бегает магичка и что-то объясняет. Нас осталось мало, бык во второй телеге ранен. Внезапно дорогу накрывает тень...

Четыре: развалины, сверху пикируют уродливые птицы — на этот раз звуки есть, но бой идет молча. Болезненно четко вижу малейшую выщербинку на когтях падающей на меня твари... Дубинка сворачивает ей шею, и она кувырком улетает за телегу... Магичка поворачивается и кричит, что...

Пять: стадо безмозглых тварей сносит с дороги одного наемника с перевязанной головой. Пыль столбом, хочется пить. Из темноты летят камни — там засели...

Шесть: мой меч с противным хрустом проламывает хитин вонючего здорового жука. Я стою среди валяющихся трупов, не вижу, но знаю — за моей спиной стоят две телеги и вокруг собрались оставшиеся наемники. Из земли выкапывается большой червяк, открывает зубастую пасть и неожиданно тонко пищит. Я задыхаюсь от смеха и кривовато отрубаю голову, так что оказываюсь забрызганным красной едкой жидкостью...

Семь: мы с наемником прорываемся сквозь строй едва шевелящихся поднятых трупов. Головы и конечности слетают с одного удара. Слышу стук костей и поворачиваюсь к новой опасности — к нам приближается груда беспорядочно наваленных костей. Озадаченно ломаю голову, пытаясь понять, чем было это до самой смерти. На перебитой десятой лапе мне это надоедает, и я выхватываю откуда-то из головы его Сущность и жадно выпиваю ее. Обвалившиеся кости образуют кучу мне по пояс. Безразлично отворачиваюсь и вижу следующего. Еда пришла...

Восемь: ломаю шею последнему трупу и прихожу в себя.

Ну, судя по всему — мы добрались. Перед нами высится черная громада замка, подсвеченная сзади восходящей оранжевой луной. Ничего себе антураж, для дешевого фильма ужаса как раз сгодится. Брезгливо вытираю оружие об одежду валявшегося рядом трупа наемника — арбалет весь в потеках, в сочленениях застряли клочки шерсти и перьев. Надеюсь, несколько царапин ему жить не помешают. Озадаченно разглядываю очищенный меч — на нем четко виднеется отпечаток зубов, откусивших кончик лезвия. Интересно, и где я ухитрился его так погнуть?

Мы находимся на небольшой привратной площадке — она вырублена в окружающих нас высоких холмах и имеет правильное шестигранное очертание. Оставшиеся трое наемников стаскивают тела к въезду на площадку и устраивают баррикаду. Магичка с детьми уже что-то малюют на земле. Кроме Гиры с замотанной рукой никто из них больше не ранен. Есть время немного отдохнуть и подвести итоги.

Интересный эффект... Я повел плечами. Если программа идет нормально, я должен был лежать два часа полутрупом и затем сразу перейти в сверх-режим. Но организм и сознание перестраивались три с половиной часа, при этом я достаточно активно отбивался от тварей — за это время добавилась десятая часть уровня! Резервы полные, регенерация и скорость увеличились, как и острота восприятия. На зрительный диапазон теперь накладывались отметки от сканирования эмофона — я теперь четко улавливал эмоции! Взглядом приподнял одну из плит, вывороченную из покрытия площадки. Есть! У меня телекинез открылся! Я крут! Счастливо улыбаясь новым ощущениям, попытался попить — во рту до сих пор чувствовалась сухость от перестройки. Воды во фляге не было. И полфляги тоже не было. Наверно, та же зверюшка, что и меч скушала. Поболтал остатками в воздухе и отбросил в сторону. Проследил за полетом и приземлением на одном из трупов мертвяков. Странно, что пить не особо хочется... Взгляд зацепился за рану на шее трупа. Рваную, будто вывороченную рану... И тут я вспомнил: податливое мясо под изменившимися зубами, мягко расходящееся в стороны и открывающее доступ к такой необходимой жидкости... Меня вывернуло, а когда в памяти всплыли тусклые, воняющие тухлятиной Сущности костяков... успокоится я не мог долго.

Значит, вот что помогло перестройке. Я переждал наплыв тошноты. Неприятно знать, что ты сожрал несколько кусков дохлятины, но если это поможет мне выжить... Передернуло. Вспомнились Наставления, проговариваемые сухим мерным голосом, подобранным так, чтобы максимально полно донести слова к слушателю: "Изменение составляет саму суть лайта. Изменение сознания, изменения тела. Это свойство позволило нам достичь таких успехов и одновременно оно же является нашей уязвимой зоной. Имперские стандарты изменений рассчитаны и выверены поколениями, отклонения от них сопряжены с риском. При этом негативное воздействие может проявиться не сразу, но накопившись, вызвать мучительную смерть..." Стало неуютно. Кажется, они еще и психокодирование в школе делают. Ну не мог я запомнить эту, туй знает сколько лет назад прошедшую лекцию!

Ладно, после возвращения придется навестить спеца-мутатолога... на всякий случай. Хотя о таком не принято даже думать, не то, что говорить. Но здоровье важнее, вот.

Побродил по площадке — магичка уже расставляла свои черепушки, каждому что-то строго приговаривая. Два есть, еще пять осталось. Ну, это надолго. И зачем нужна семилучевая звезда? На этот раз свечи стояли внутри и весело просвечивали сквозь дырки — прямо как дома. У нас всегда школу на праздники так украшали. Постарался сильно не улыбаться — если они пугались четырех небольших клыков, то от моей нынешней улыбки просто умрут... Подошел к наемникам. Хорошо устроились. Когда-то на въезде был пост, а постовые сидели в небольшой будочке. От будочки остались развалины и невысокий бортик из остатков стен — там теперь горел небольшой бездымный костерок. Рядом сидел один с перевязанной головой, и устало смотрел на огонь. Второй лежал на плаще неподалеку и иногда тихо стонал. Третий следил за обстановкой. Я спросил:

— Попить не найдется? — реакция меня порадовала — в меня полетели нож и арбалетная стрела. Отскочил, примирительно поднял руки, — Спокойно, свои! — а сам повосхищался про себя — они меня не видели! Пока сам не заговорил! А ведь маскировка отключена! И моя скорость реакции! Чувствую себя лайтом десятого уровня... Меня совершенно теперь не пугают... да-да, какой мужчина признается, что боится перед дамой!.. не пугают буквально облепленные тварями стены замка. Теперь, с обострившимся восприятием, я тварей не просто вижу, а четко ощущаю. Мысль о том, что выпитая кровь тоже влияет, загнал подальше. Потом, все потом.

— Я с магичкой был, — недоверие во взглядах немного уменьшилось. — Вы мне еще про тварей рассказывали, — теперь во взглядах появилось узнавание.

— Так ты вроде днем по-другому выглядел, — сказал дозорный. Арбалет он отвел в сторону, но хватило бы мгновения, чтобы опять разрядить его в меня. На этот раз болт хищно поблескивал мелкими капельками на острие. Зуб даю, что это яд.

— Чего? Вам кажется! — туева луна, свети слабее, а то моя внешность почти вернулась в обычное состояние — не хотел глубоко лезть, дал толчок всего на сутки, но из-за сверх-режима раскраска сошла почти целиком. Полупрозрачное облако очень вовремя наползло на луну. Подул ветер. Стало значительно прохладнее. Хаотично изменяющиеся, нереально быстро бегущие по небу облака опять напомнили плохие декорации фильма ужасов. Ночь, развалины, куча нежити, красивая женщина, крутой главный герой, несколько малозначащих статистов, оттеняющих великолепие ГГ — полный набор.

— Лови, — сидящий у огня наемник бросил в меня мешок с водой, с таким смешным названием — "бурдюк". Вода, кажется, испарялась едва коснувшись языка. Мне понадобилось всего несколько секунд, чтобы осушить полную флягу. Фух. Изменение всегда требует много жидкости. Там что-то на биологию завязано...

— Спасибо, а еще нет?

— Ну ты наглец! У нас раненый, мы сидим в сердце Бесплодных земель, воды в обрез, а мы должны всяким проходимцам воду давать! — неожиданно взорвался дозорный. — Командир убит! Нас осталось всего трое, да и Гин дальше утра не протянет...

Я потихоньку отступил в тень и включил маскировку. Люди такие странные. До утра не протянет, тогда зачем ему вода. Могли бы и мне отдать.

Ладно, не буду мешать, все равно скоро все умрут... Я остановился. Ясновидение замолчало. К сожалению, на него сверх-режим не повлиял. Направился к телегам — что-то кушать захотелось. Может, там что-нибудь осталось?

И в этот момент земля содрогнулась. Колдовские знаки засветились призрачным синим цветом и взлетели в воздух. Образовалось два зеркальных круга, между которыми оказались заключены магичка и ученики. Ее гордая фигура в рабочей одежде с поднятыми руками, окутанная языками призрачного пламени, темные силуэты неподвижных учеников, проявляющиеся, уходящие в землю линии сил, постепенно разгорающихся все более насыщенным цветом, я даже залюбовался. Острое чувство опасности стегнуло по нервам, и я резко прыгнул вперед, понимая, что не успеваю...

Что происходит?! Я не могу пошевелиться! В этот момент раздался смех — резкий, пронзительный, со сквозящей сумасшедшинкой. Я не мог повернуться, но сразу понял, что это смеется магичка. Смех эхом отражался от замка... Эхом? Нет, там тоже кто-то смеялся. Медленно ворота замка открылись и оттуда темным потоком хлынули твари, окружая площадку кольцом. А затем из ворот выплыли две уродливые огромные туши — я не верил своим глазам: пятиметровые раздутые тела, короткий тупой хвост, волочащийся по земле, массивные нижние и длинные жилистые верхние лапы с уродливыми когтями, покрывающая тела коричневатая кожа с сочащейся слизью и отвратительным запахом — и венчающие все это кукольно красивые женские лица!

— Мамочка! — пискляво сказали они хором. — Ты принесла нам новых игрушек? — они возбужденно замотали хвостами.

Мамочка?! Это — ее девочки?! Да она больная! Да, такое мне даже в голову не могло прийти! Кажется, я влип. Плотоядные взгляды меня нервировали. Я висел в воздухе, скованный непонятным заклинанием и не мог ничего поделать!

— Девочки, милые мои! Как вы выросли, похорошели! — ничего нелепее этого сюсюканья не слышал. — Я не смогла снова достать вам бьестанэ, но нашла кое-что другое — настоящего иномирянина! Вам его надолго хватит. Но начинать надо с более легкой пищи, чтобы животик потом не болел... — Монстры радостно защебетали. Что? Меня собираются съесть? Я не могу в это поверить.

Раздался глухой стук и стон. Я не мог видеть, что происходит, но слуха хватило — на землю бросили двоих наемников. Судя по яростному сопению и кипящим эмоциям — говорить они тоже не могут. Интересно, она будет, как киношные злодеи долго рассказывать про свою гениальность? Кажется, нет.

Деловые указания — положить туда, передвинуть немного, нанести узор... И ноль внимания на жертв. Твари заволновались сильнее — видимо, не в первый раз ритуал видят, знают что будет.

Короткая белиберда, резкая вспышка магии — и к деточкам поплыли два светящихся сгустка. Они отчаянно сопротивлялись, но воля магички была сильнее и скоро они достигли загребущих лап "деточек". Я услышал, точнее, почувствовал, полный боли крик пожираемых заживо душ. Меня опять затошнило — ведь все происходило у меня на глазах! Кромсаемые души, исказившиеся от жадности лица чудовищ, волнующееся море тварей, хватающих на лету падающие обрывки... И это скоро ждет меня — не хочу! Нет, только не это! На глаза навернулись слезы. Меня начало подтягивать к центру магического возмущения. Развернуло в воздухе лицом к магичке и уложило на один из свободных лучей звезды. А для кого второй? Третий страж мертв — кто-то из наемников успел его добить... Двое учеников метнулись к телегам и вскоре вернулись, таща за собой один из тюков. Развернули. Там лежал ребенок. Мальчик, ростом мне по пояс. Он открыл глаза и непонимающе осмотрелся. Его эмоции постепенно проявлялись. Вот по мне ударила волна ужаса, а затем отчаяния... ТВАРЬ! Я начал соскальзывать в состояние ярости. Убивать детей... Я перебирал один взгляд за другим. И наконец, увидел — в окружающей меня серости проявились черные нити, насквозь пронизывающие мое тело! Они густо росли из земли, протыкали меня и уходили опять в землю возле магички. Я сосредоточил взгляд на одной нити — та посветлела и осыпалась. Действует. Я яростно пережигал нити, освобождая одну руку. Арбалет у меня не забрали! Он так и висел на поясе, сложенный в виде дубинки. А моя рука лежала совсем рядом! Быстрее! Магия начала пульсировать в ритме доносящихся, будто сквозь вату слов. Я ощутил неприятное ощущение — будто я гвоздь и кто-то взялся за меня холодными пальцами и пытается выдернуть! Рывком оборвал оставшиеся нити, схватил арбалет — щелчок открывшейся дуги — и я всаживаю три заряда прямо в черное сердце серого силуэта внутри круга! Нити всколыхнулись и опали, я вскочил и уклонился от удара — меня атаковал ученик! Осталось два заряда! Взгляд прояснился и теперь я видел все — и серые фигуры магических созданий и обычный мир. Это был Кюс. Я сломал ему шею. А затем и остальным. С помощью Духа арбалета преобразовал стрелы и навел оружие на фигуры деточек-монстров. Отвратительные пожиратели! Выстрелами их головы просто разнесло! На последнем арбалет жалобно звякнул, и с него слетела лопнувшая тетива. Блин!

Все произошло так быстро, что никто не успел среагировать — я подхватил ребенка, лежащего без сознания, и бросился к выходу. И только тогда освободившиеся от чужого влияния твари бросились на нас. Правда, не все. Некоторые сцепились друг с другом. Я прорубился сквозь заслон и бросился по дороге — если повезет, они нас не догонят. Леденящий, полный тоски вой заставил споткнуться, а картинка от подсознания — помянуть тую: прерванный ритуал пошел неправильно и тело магички бурлило и расползалось по площадке, захватывая тела учеников. Те также присоединялись к отвратительному превращению. Твари это место обходили за десяток шагов. Внезапно процесс ускорился и скоро на этом месте стояла уродливая человекоподобная фигура, ничем не напоминающая исходный материал!