Сила императора. Фанфик по Code Geass.

А блеск глаз императора относился вовсе не к подавлению восстания. Взгляд его скользил по соблазнительным изгибам идеального тела зеленоволосой ведьмы. Лелуш прикрыл глаза, напоминая себе об огромной стопке бумаг на рабочем столе и о дожидающемся министре образования, о маленькой сестренке, которую не навещал уже третий день и о коррумпированной пирамиде чиновников...

Но вопреки всему, мысли упорно возвращались к закушенной нижней губе сидящей перед ним девушки и глубокому декольте ее платья. Воображение коварно дорисовавало недоступное взгляду. Разум ушел куда-то вглубь сознания, вытесненный древним как сам мир инстинктом.

Будто бы случайно алый кончик языка золотоглазой ведьмы пробежал по губам, а шнурок на рукаве платья развязался от неосторожного движения, открывая тонкую кожу с едва заметными линиями вен. Рациональное мышление сказало последнее 'прощай' и мягко удалилось, не оставив и следа былого присутствия.

Лелуш даже порадовался, что императорское облачение настолько свободно. Быть может, его давний предок рассчитывал именно на такие случаи?

Мир вокруг перестал существовать, в один момент сжавшись до всего лишь двух людей. Его и ее. А невовремя заглянувший Джереми Готвальд пониманию усмехнулся, поспешно захлопнув дверь.

Несмотря ни на что, эти двое оставались людьми. Мужчиной и женщиной.

Жизнь после гиаса

Огги Каноме никогда ни в чем не винил бывшего лидера. Сначала зеро был последней надеждой. Да и позже... ни одно серьезное решение не могло быть принято без скрывающегося под маской неизвестного человека. Наверное, никто другой не смог бы добиться столь многого. Да, предательство Лелуша вызвало много неприятных чувств у всех его последователей, но Огги винил во всем только себя. Ведь, если подумать, зеро никогда ничего не обещал. Все, что ожидали от него члены ордена черных рыцарей, они придумали сами.

Кровавый император использовал их лишь потому, что они сами ему это позволяли. И, судя по тому, что теперь все они оказались подчинены, до этого ни к кому гиас не применялся.

Многие сейчас ненавидели Лелуша за то, что тот оставил им жизнь, но не Огги. Он был даже благодарен бывшему лидеру за это решение. Подчиняться же... К подчинению мужчина давно привык. Выполнять приказы намного проще чем самому принимать решения.

Возможно, через некоторое время японец даже сможет начать мирную жизнь. Тем более что политика императора изменилась. Лелуш даже иногда навещал бывших сторонников. Приходил он ненадолго, с неизменными темными тенями под усталыми фиолетовыми глазами. И говорил вовсе не о войне и убийствах. Обсуждал с Тодо и Огги экономику и возможные реформы образования. Это было странно и совсем не вязалось со сложившимся в воображении образом талантливого, но жестокого ребенка, играющего с людьми как с марионетками, что многие были растеряны и пытались понять произошедшие изменения. Огги не пытался. Он, как и раньше, просто принимал существующую действительность как есть, не возмущаясь и не строя долгосрочных планов.

Мирная жизнь же была его мечтой. Недавно пойманная принцесса Корнелия рассказала, что ей был создан отряд рыцарей свободы. По себя мужчина усмехнулся. Фантазия у старшей сестренки императора была плохая. Опять рыцари. Надоевшее название. Рыцари круга, рыцари особ королевской крови, орден черных рыцарей, а теперь еще и рыцари свободы. Впрочем, главным было вовсе не это.

После поимки Корнелии остаток группы мятежников возглавляла Виолетта. Огги совершенно точно знал, что именно с этой девушкой он хотел бы строить семью. И именно она могла бы стать матерью его детей.

В том, что террористы будут пойманы, японец нисколько не сомневался. Он прекрасно знал, кто заведует безопасностью Империи. Против Шнайзеля шансов у Виолетты не было никаких. Оставалось лишь надеяться, что девушку возьмут живой и здоровой.

Огги даже хотел, наплевав на остатки гордости, просить об этом императора, но тот уже долгое время не появлялся в отведенной для бывших сторонников огромной комнате. Кстати, жильцов там стало намного меньше.

Очень многим уже сделали операции по изменению внешности, и они отправились строить новую жизнь. Они не забыли свое прошлое, но вернуться к борьбе против императора не смогут уже никогда. Возможно, так будет для них намного лучше.

Из тех, что начинали восстание вместе с зеро, остались лишь сам Огги и Карен.

Ей, кстати, даже разрешали видеться с младшей сестрой Лелуша, принцессой Наннали. Поначалу бывший лидер террористов был против этого общения, да и сама Карен не могла простить в прошлом любимого человека. Но потом все изменилось.

Маленькая принцесса откровенно скучала без общения, а брат с головой ушел в государственные дела. Карен же успокоилась, перестав винить Лелуша во всех возможных бедах.

Ей нравилось разговаривать с доброй и решительной девочкой, а император наконец-то нашел для сестры подходящую подругу.

Жизнь бывших борцов за справедливость стала спокойной и безмятежной.

Но в один из самых обычных дней в дверях комнаты появилась красивая девушка с длинными зелеными волосами, хорошо знакомая большинству присутствующих.

Мечты о жизни

Временная предводительница рыцарей свободы беспокоилась. Ее тихая печаль о смерти любимого человека ушла на второй план вместе с пленением мятежной принцессы. Теперь Виолетта не могла позволить себе погрузиться в свое горе, ведь ответственность за выживших борцов с кровавым режимом против воли легла на ее плечи.

Тяжелый это был груз. В отличие от императора и его брата Шнайзеля, лидером по своей натуре девушка не была. Даже импульсивная Корнелия, всегда предпочитавшая стратегии тактику, в роли предводителя смотрелась куда уместнее. Виолетта же... она просто хотела защиты. Мирной жизни с человеком, которого считала давно погибшим.

Молодая женщина в который раз подумала, как сложилась бы ее судьба, не пойди они тогда против девяносто девятого императора Священной Британской Империи Лелуша Британского. Возможно, она смогла бы даже просто жить. Без всяких титулов, власти, сумасшедших денег. Могла бы родить детей, похожих на японца по имени Огги Каноме. Дружить, не опасаясь предательства и видеть императора лишь на телеэкранах.

Борьба перестала казаться девушке столь необходимой. Император Лелуш оказался вовсе не так уж плох. Он даже сумел всего лишь за месяц вытащить целый мир из пучины очередного экономического кризиса и сильно повысить уровень жизни простых граждан Империи. Теперь ведь больше не было разделения на британцев и остальных. Британцами стали все.

Виолетта уже не раз думала, что остаток своей жизни хотела бы потратить совсем не на войну, и лишь месть за погибшего возлюбленного да ответственность перед доверившимися ей людьми держали девушку среди рыцарей свободы. Вообще-то они занимались лишь детскими играми. Что значит один взорванный поезд для подчинившего своей воле целый мир?

Жаль только, что последовавшие за ней этого не понимали. Большинство из них были навными молодыми девушками и парнями, верящими в торжество добра и справедливости. Эта борьба для многих стала смыслом жизни. Виолетта просто не могла оставить этих ребят одних. Да и, что ни говори, внешность у предводительницы рыцарей свободы была запоминающейся. Мирная жизнь невозможна, когда большая часть человечества знает тебя в лицо, а армия императора строит планы по твоему пленению. Или убийству.

Виолетта оценивала себя вполне трезво. Незаменимой или даже просто нужной она вовсе не была. Гораздо проще для Лелуша было бы сразу избавиться от девушки, тем более что силу гиаса император на ней уже использовал. Правда, Сузаку ведь тоже...

Но эта информация, вероятнее всего, просто оказалась ложной. Тем более что и сам гиас Лелуша был изучен не до конца. Так на площади во время казни ни один человек не запомнил произнесенных императором слов. Только голос. Похожий на манящую песню мифической сирены, заставляющий забыть про все и видеть в его обладателе больше чем человека.

Вот только ни одной записи этой речи так и не сохранилось. Во всем безграничном множестве сайтов интернета на одного видеоролика.

Большинство людей предпочло просто забыть, но Виолетта помнила. Помнила так же ясно как и помнила обезображенное гримасой боли лицо своего возлюбленного и кровь на его одежде. Вот за это девушка не могла простить императора и никогда не сможет.

Впрочем, вряд ли тот нуждается в ее прощении.

Чужое решение

Девяносто девятый император Священной Британской Империи был недоволен. Впрочем, знали об этом очень и очень немногие. Может быть, только сам Лелуш.

Подавляющие силу гиаса линзы в этот день не могли полностью скрыть истинные глаза подростка. Ярко-алые огоньки то и дело мелькали в зеркале, куда император заглядывал почти каждые пять минут. Раньше у него, конечно, не находилось времени на подобные глупости, но теперь...

Отблески гиаса в глазах еще больше злили Лелуша. Он, подобно многим людям, ненавидел показывать свои слабости, даже когда увидеть их не может никто. Кроме того, как правитель целого мира, он просто не имел на это права. Сей факт, несомненно осознаваемый бывшим школьником, также не добавлял спокойствия. Все же, Лелуш был подростком, несмотря на положение в обществе и выдающийся интеллект, а значит ненавидел жесткие ограничения. И нет никакой разницы, что границы эти были уже давно установлены им самим.

Между тем, император злился вовсе не без причины. Больше того, оная была очень весомой, если не сказать больше.

В этот самый обычный день абсолютно все мешали Лелушу работать, причем не давая и малейшего видимого повода для претензий. Впервые за последний месяц нынешний правитель величайшей империи просто не знал как занять время.

Конечно же, он прекрасно знал, кто виноват в творящемся безобразии, но это лишь придавало злости некий оттенок горечи и обиды. Бессмертная золотоглазая ведьма зря взялась решать за своего возлюбленного. Такого император не терпел. Да и просто не мог уложить в голове, что та, которой он доверял больше всего, даже не поинтересуется его мнением. В вопросе его жизни.

И впрямь, почему нельзя было просто поговорить? Вполне возможно, Лелуш и сам бы признал необходимость отдыха, а также получил возможность спланировать свободный день по собственному усмотрению. Но любимая девушка, ничего не спрашивая, сделала все по-своему, да еще и отправилась к Шнайзелю планировать очередную военную операцию. Ну что же...

Темноволосый хрупкий подросток улыбнулся. От этой ласковой улыбки золотоглазую девушку, следящую за ним через скрытые камеры, ощутимо передернуло, а стоящий рядом красивый мужчина со светлыми волосами вздрогнул и болезненно поморщился. Служение Шнайзеля не в последнюю очередь предполагало наказание за недовольство его повелителя.

Ну а император повертел в руке тонкий хрустальный бокал, задумчиво посмотрел на небольшую дверь в гардеробную комнату, и поднялся с кровати. Через несколько минут из комнаты выходил уже самый обычный юноша, напоминающий великого завоевателя лишь тонкой фигурой и цветом растрепанных волос. Аметистовые глаза с ярко-алыми птичками гиаса надежно скрывали темные очки, принадлежащие раньше нулевому рыцарю Его Величества.

За ним тенью следовал неприметный человечек со смазанными чертами лица. Джереми Готвальд всегда заботился об охране своего императора.

Жизнь среди людей

Мир встретил Лелуша прохладным ветерком и обычным уличным шумом, которого император не слышал уже несколько месяцев. Он все дальше удалялся от роскошного, но мертвого дворца, направляясь вглубь обычного города. Мимо проносились машины, проходили люди, но никто не обращал внимания на темноволосого подростка в черных очках. Лишь некоторые удивленно косились на слишком легкую для поздней осени курточку и изогнутые в мечтательной улыбке бледные губы.

Ну а сам император вглядывался в незнакомые лица своих подданных, пытаясь угадать их мысли. Это давно забытое развлечение когда-то было одним из его любимых способов проведения времени. Он просто был счастлив. И, как когда-то, еще в другой жизни, чувствовал себя частью этого мира. Этой улицы, этого города, этого общества. Этой страны.

Он хотел даже зайти в небольшое уютное кафе на пересечении большого проспекта и маленького переулка, но вспомнил, что забыл деньги. Усмехнулся про себя. У императора нет денег на посещение обычной кафешки. Мелькнула даже мысль обратиться за помощью к своему охраннику, которого заметил уже через пять минут после выхода из дворца, однако решил не портить тому карьеру. Джереми Готвальд не терпел в своих подчиненных непрофессионализма.

Вообще-то, обычно Лелуш и сам выставлял высокие требования. Но сегодня... сегодня он был счастлив. А значит хотел сделать счастливым целый мир. Или хотя бы одного человека, который его охраняет. В конце концов, почему бы на один день не стать немного добрее? Это ведь так просто и так приятно.

Император засунул руку в карман старой курточки, надеясь найти хоть немного денег. Не то чтобы ему хотелось есть, но как же давно он не ел вот просто так, как обычный человек. Кроме того, великий и ужасный завоеватель замерз. Дворец находился на территории еще старой Британии, а Лелуш очень давно из него не выходил. На улице было холодно. Легкая летняя куртка, защищающая больше от ветра, совсем не грела.

Впрочем, карманы были абсолютно пусты. Император остановился, загораживая многочисленным людям проход, и задумчиво уставился на вывеску ресторанчика. Кто-то наступил ему на ногу, но, вместо того чтобы извиниться, обругал подростка, вздумавшего стоять посреди дороги. Лелуш приподнял очки и посмотрел в глаза незнакомого мужчины. Секунду наблюдал сменяющееся удивлением а затем и страхом раздражение, а потом вновь скрыл глаза темными стеклами.

Не слушая сбивчивых извинений, все же направился ко входу в кафе, краем глаза отметив невзрачного человечка, заговорившего с испуганным мужчиной. Конечно, император мог бы и помочь ни в чем, в общем-то, не виноватому незнакомцу, но делать этого не стал. Зачем?

Почему-то вспомнилась вдруг давно прочитанная где-то цитата.

"Ничто не обходится нам так дешево и не ценится так дорого, как вежливость."

Что же, в данном случае дорогую цену придется платить за отсутствие вежливости.

Лелуш едва заметно улыбнулся и толкнул тяжелую дверь ресторанчика. Тишину помещения нарушил негромкий звон дверного колокольчика.

Предательство ради любви

В большом помещении, предназначенном для пленных мятежников, было тихо. Впрочем, Огги Каноме, погруженный в свои мысли, не заметил бы, наверное, даже звуков взрыва над самым ухом. Он должен был выбирать.

Выбирать между своей любовью и своим долгом. Подруга императора, странная зеленоволосая девушка, которая только на его памяти должна была уже раз пять быть мертва, сделала ему предложение, от которого очень сложно было отказаться.

Жизнь самой красивой для Огги женщины на планете Земля оказалась в опасности, и бывший террорист не знал, что ему делать. Воевать против своих? Против той, которую любил больше всего на свете? Убивать товарищей, с которыми в прошлом шел в бой? Или допустить их смерть, оставив операцию по захвату Шнайзелю.