Развернувшись, чтобы уже не оглядываясь побежать, я наткнулась на высокую стену. Пытаясь осознать, откуда она здесь взялась, замерла, а затем резко повернулась, чтобы осмотреться и найти другой выход из западни. Новая вспышка — и темная фигура почти рядом, всего в пяти шагах.
Это конец, бежать бессмысленно. Я не двигалась с места, фигура тоже не стремилась приблизиться ко мне. Она так же замерла, а я смогла рассмотреть такую знакомую тьму с золотистыми всполохами, окутывающую мужчину. Я узнала свой Кошмар.
Ледяной холод внезапно сменился жарким пламенем от воспоминаний последней нашей встречи. И тут вдалеке за его спиной взгляд выхватил еще одну знакомую фигуру. Там стояла мама в белоснежном длинном платье, и она улыбалась мне. Ее тонкая изящная рука коснулась ствола мертвого дерева, которое стало стремительно оживать. Кора приобрела краски, глубокие раны-трещины зарастали прямо на глазах, а ветви покрывались яркими свежими листочками и тяжелыми кистями соцветий. Тут же пришла твердая уверенность, что все будет хорошо.
От нахлынувших эмоций слезы проложили две тонкие дорожки по моим щекам. Мир резко померк, а я, вздрогнув, поняла, что стою в крепких, но таких бережных объятиях моего Кошмара, уткнувшись в его сильную грудь. Слезы побежали сильнее, и я почувствовало нежное осторожное касание к своим волосам.
Казалось, время застыло. Здесь были только мои эмоции, нежные поглаживания по волосам и такой приятный запах, от которого кружилась голова и дрожали колени. А еще было очень тепло, словно стоишь рядом с полыхающим костром. Вдохнув поглубже терпкий древесный аромат с нотками горного вереска, я окунулась в безмятежное спокойствие. Слезы закончились и я, немного отстранившись, подняла голову, чтобы встретиться с золотистыми бездонными глазами.
Большие горячие ладони обхватили мое лицо, а свет его золотых глаз становился все ближе... и ближе. Я прикрыла веки и окунулась в яркие приятные ощущения. Теплое дыхание на моих губах, жар тела от стоявшего напротив мужчины, дурманящий аромат, нежные касания тьмы, скользящей по моей коже. В каком-то нетерпении я подалась вперед и прильнула пылающими губами к мягким губам моего Кошмара. Неловко, неумело... Искренне... Мой порыв не остался безответным.
Нежный поцелуй становился все более страстным, голова кружилась сильнее, а мои руки обняли незнакомца за шею. Его же переместились на мою талию, и я оказалась в воздухе, прижатой к сильной груди. Неосознанно обняла мужчину ногами, чувствуя сильное желание быть ближе, раствориться в обжигающем огне его тела, остаться под защитой сильнейшего, позволить себе быть слабой.
В какой-то момент я поняла, что спиной упираюсь в стену. Прервав поцелуй и уткнувшись лбами, мы шумно дышали, глядя друг другу в глаза. Яркая золотая глубина затягивала и вдруг стала тускнеть. Я моргнула, пытаясь сбросить пелену, но это не помогло. Тепло стало уходить, оставляя после себя холод и чувство потери. Меня начало трясти, и я услышала, что кто-то настойчиво что-то говорит. Разум отчаянно сопротивлялся, не желая покидать такой удивительный сон, но я поняла, что он ускользнул безвозвратно, и я окончательно проснулась.
Сознание, наконец, прояснилось, и в тишине послышался мой разочарованный вздох. Это опять был сон. Реальный, яркий, живой, но всего лишь сон. Как всегда стало стыдно, особенно, если вспомнить, что в нем была мама, хоть и не настоящая, и она все видела. Я села и перевела затуманенный взгляд на человека, прервавшего мое видение. Ну, кто же еще это может быть? Мелира, больше некому.
— Что случилось? — недовольно протянула девушке, которая и трясла меня за плечи.
— Ну ты и соня, — ответила она. — Ехать пора, давай, вставай.
— Уже? А как же завтрак? — попыталась возразить, подтверждая свои слова рычанием голодного живота.
— По дороге поешь, еда в сумке должна быть, — бросила Мелира и вышла наружу, прихватив свои вещи.
Я встала, оправила, как могла, одежду и потянулась. Да уж, это тебе не мягкая постель, все тело теперь, как деревянное. Надев обратно ножны с клинком и схватив сумку, я отметила, что в ней действительно что-то есть. Развязав тесемки и заглянув внутрь, обнаружила кругляш хлеба, кусок сыра и несколько яблок, одно из которых и перекочевало ко мне в руки. Так я и направилась за Мелирой, вгрызаясь в сочный плод.
Отчего-то у меня было на удивление хорошее настроение, преобладала уверенность в том, что все будет хорошо. Это так сон на меня подействовал? Дорога до Светлого Леса казалась теперь просто небольшим путешествием, маленьким приключением, ведь так далеко без родителей я ни разу не ездила. Папа просто открывал портал до дома, где жила бабушка.
Снаружи было довольно прохладно, и я похвалила себя за идею с куртками. Они оказались не лишними. Солнце еще не взошло, но небо уже было готово встретить свое светило, посветлев на востоке. День обещал быть солнечным и теплым.
Вдохнув полной грудью свежий лесной воздух, я доела яблоко и направилась к ближайшим кустикам. Еще бы ручей найти, было бы вообще хорошо. Краем глаза отметила, что Мелира стоит возле лошадей, проверяя подпругу.
Закончив свои интимные дела, я подошла к своей лошадке. Обычная такая, светло-коричневой масти с белым пятном на правом боку и такого же цвета полоской на лбу. Смирная, я бы даже сказала, ленивая. Только вот и она, и вторая, подозрительно так на Мелиру косятся и ушами дергают, но в целом никак не проявляют страха. А вот это уже странно. Оборотней обычно все животные на расстоянии чувствуют и стараются держаться от них подальше. Может, Лира — полукровка? Да нет, они редко могут оборачиваться, тем более не в таких крупных особей. Это ж не волк, а упитанный теленок был!
— Давай проедем немного, там ручей должен быть, — прервала мои размышления Лира, запрыгивая на лошадь.
И откуда она все знает? А говорила, приезжая...
Я кивнула, оседлала свою лошадку и вновь приготовилась следовать за девушкой. Видимо, в нашей паре проводником будет именно она. К тому же на каком-то интуитивном уровне я ощущала, что она намного опытнее и старше меня. Как же я раньше этого не замечала, принимая ее за свою ровесницу? Или просто она удачно скрывала свой возраст?
— Сколько тебе лет? — не удержалась я от вопроса, направив пристальный взгляд в спину ехавшей впереди девушки.
Молчание стало затягиваться, и когда я уже решила, что меня не услышали, Мелира повернула голову вполоборота ко мне и ровно произнесла:
— Восемьдесят шесть, — и опять отвернулась.
— Сколько!? — вырвался против воли мой удивленный возглас.
Мелира на мое проявление эмоций никак не отреагировала, продолжая неспешный путь. Я же совсем запуталась. Все, что я знала об оборотнях, никак не вязалось со сказанным. Они же не могут в восемьдесят шесть выглядеть, как двадцатилетний человек. А ведь у них и продолжительность жизни одинаковая. Лира должна как минимум иметь пару морщин и седину в волосах. Напрашивается только один вывод: либо я чего-то не знаю об оборотнях, либо... она не оборотень!?
От этой мысли по спине пробежал холодок, и я решила прояснить ситуацию:
— Кто ты?
Да уж, краткость предложений на лицо... Если она еще и такой же короткий ответ выдаст, то это будет очень 'содержательный' разговор.
— Не оборотень.
Ну, кто бы ожидал! А я и не догадывалась. Захотелось съязвить в ответ, но Лира резко повернула направо и сказала, уже спешиваясь:
— Приехали.
И действительно, как это я сразу не услышала веселое журчание ручейка. Раньше не замечала за собой такой рассеянности. Это все нервы. Нужно не забыть при первой возможности сварить успокоительный отвар. Где-то тут по дороге я видела нужную травку.
Отложив разговор на потом, я спешилась и в процессе беглого осмотра места нашей остановки, увидела не только родник, который пробивался из-под земли в десяти шагах от меня, но и нужную травку. Так, отлично, сначала помывка, потом остальное.
Оставив лошадку под кроной раскидистого дерева в компании уже расположившейся там второй, я направилась к Мелире, которая в этот момент уже частично обнажилась и плескала на себя воду. Как-то ее покрасневшие пальцы убавили мое желание помыться. Но грязной ходить тоже не весело, и я решительно стала раздеваться.
Ну, как раздеваться... Ножны, куртку и жилетку сняла, рукава рубашки подкатала повыше. Снимать ее полностью было стеснительно. Подумала, и расстегнула несколько пуговиц, обнажая шею и плечи.
— Что ты там застыла? — произнесла Лира между пофыркиваниями. — Если ты решила, что вода станет теплее, то я тебя разочарую — не станет.
И когда она стала такой язвой? Это от голода и холода, наверное.
Я подошла к воде, опустилась на корточки и запустила палец в ручеек. Он тут же онемел, и кожу стало покалывать. 'Ну, сохрани, Богиня!' — собралась я с духом и, быстро зачерпнув ледяную водицу двумя руками, плеснула на лицо. Мгновенный холод и тут же — жар. Кожа наверняка покраснела. Хотя, если посмотреть на руки, которые из красных становятся синими, лучше в зеркало себя не видеть. Вон, у Мелиры цвет губ как у свеженького мертвеца.
Еще немного поплескавшись и вымыв все открытые части тела, решила пройтись за примеченной мной ранее травкой. Заодно и обсохну.
— Лир, я быстренько прогуляюсь за травками для отвара, тут недалеко, — решила я предупредить девушку, которая сейчас набирала студеную воду во фляги.
— Только за те заросли кустарника, что слева от тебя, не заходи, — не прерывая своего занятия, ответила Лира.
'Нет, так нет' — пожала я плечами. 'Все равно нужные мне ингредиенты в другой стороне'.
Захватив свою сумку, я пошла прямо, где в двадцати шагах от меня под молодыми елочками виднелись сизые листочки такой нужной зелени.
Как я благодарна маме, которая с детства привила любовь к растениям. Наверное, нет ни одного вида, о котором она бы мне не рассказывала. При сильной нужде можно и травницей подрабатывать. Правда кроме названия и свойств, нужно еще уметь их смешивать и правильно варить. Ну, уж пару основных и простых отварчиков я смогу сделать.
Подходя к нужному месту, я заметила еще несколько полезностей, которые тут же перекочевали в сумку. Донельзя довольная и в предвкушении скорого избавления от нервного напряжения, я повернула назад, как край глаза уловил справа, у тех самых зарослей, огненные листочки очень редкой травки — метелицы кровавой. Ее во многих ритуалах используют, причем не только в светлых. Например, в ритуале привязки кого-нибудь к своей воле. А еще она может спасти смертельно раненого, но там какие-то побочные эффекты. Не помню уже. Такую удачу упускать нельзя. Мелира все еще была занята у ручья. Она ведь сказала, не заходить за заросли. А проходить рядом с ними не запрещала. Я ускорила шаг, направляясь к кустам.
Осторожно сорвав хрупкий стебелек с пятью круглыми листочками, я еще раз порадовалась своей удаче. Но тут из-за зарослей высокого густого кустарника до меня донесся тихий стон и ядовитый смех на несколько голосов.
Кого там любопытство погубило? Было там какое-то умное изречение... Его я так и не вспомнила, но в кусты полезла, стараясь сильно не шуметь. А Лира... Надеюсь, долго ругаться не будет.
Подобравшись почти к самому краю так, чтобы все было видно, а меня — нет, я замерла. На небольшой просеке три темных дриады кружили над кем-то, лежащим на земле. Они по очереди царапали и протыкали свою жертву длинными крючковатыми очень острыми когтями, и, когда слышался стон поверженного существа, премерзко хихикали. Их высокие фигуры, закутанные в коричневые балахоны, покрытые прошлогодней листвой, кружились все быстрее, то отскакивая, то приближаясь. Небольшие рога-веточки с двумя ответвлениями и кисточки на длинных ушах говорили о том, что это еще совсем молодые особи.
В процессе раздумывания над тем, как помочь умирающему существу, меня кто-то потянул за рукав. Я вздрогнула и услышала злой шепот Мелиры.
— Я же сказала тебе не ходить сюда, неужели так сложно меня послушаться, — шипела она.
И тут я поняла, что больше не слышу жуткого смеха. Лира резко замолчала, и мы медленно повернули головы в сторону дриад, чтобы встретиться с тремя направленными в нашу сторону взглядами. Они также застыли, напряженно всматриваясь в наше укрытие. Было видно, как их острые носы усиленно принюхиваются. Но то, что произошло дальше, повергло меня в легкий шок.
Они просто сбежали! Драпанули в противоположную от нас сторону с такой скоростью, словно тут не две девушки, а толпа демонов в засаде сидела.
Вылупив от удивления глаза и продолжая неподвижно в согнутом положении стоять в кустах, я тихо произнесла:
— А чего это они?
— А, — протянула Мелира, находясь в той же позе, что и я, — тебя испугались.
И произнесла она это так, будто в этом нет ничего такого удивительного. Словно это нормально, что темные дриады, кстати, опасные и довольно кровожадные, меня боятся. И тут до меня дошло, что она надо мной просто издевается. И в подтверждение моей догадке послышался тихий сдерживаемый смех.
Ну уж нет! Она меня что, за слабоумную держит!?
Я разозлилась и пихнула ее в бок, вспомнив при этом, что вообще-то тут умирающий находится и промедление может стоить ему жизни. Поэтому я, проигнорировав вредную девушку, начала выбираться из кустов.
— Стой, ты куда это собралась? — схватила она меня за локоть.
— Там человек умирает, — попыталась я вырваться, но Лира держала крепко.
— Откуда ты знаешь, что это — человек? Вдруг что похуже и опаснее этих, — махнула она головой в сторону убежавших дриад. — Нам не нужны лишние проблемы.
И вновь с удвоенным рвением потянула меня назад.
— Я не могу оставить все как есть, зная, что могла помочь, — закричала я и со всей силы рванула от Мелиры.
Она, видимо, не ожидала от меня такой прыти, так как мне удалось вырвать локоть из ее цепких рук.
— Ну и ладно, только не говори потом, что я тебя не предупреждала, — зло бросила она.
А я уже была рядом с... Хм... В одном Мелира оказалась права: что не человек, так это точно.
Под слоем запекшейся и свежей крови, а также лохмотьев, в которые превратились штаны и рубашка, видно было хорошо сложенное худощавое тело со светлой, почти белой кожей. На нечеловеческую природу указывали черные наросты-шипы на плечах и локтях, длинные когти того же цвета на пальцах рук и дорожка темных широких чешуек, которая спускалась от ключицы до низа живота. Лицо было повернуто на бок и закрыто копной черных волос, длиной до плеч. На голове в виде короны располагались пять рогов, из которых три были короткими и толстыми, а двое по краям, за небольшими заостренными ушами, длинными и закрученными вперед.
Я знала, что это за раса. Демоны. Дааа... Мелира в очередной раз оказалась права. Это хуже дриад, намного хуже. Даже вампиры покажутся милыми, по сравнению с разозленным демоном. Но как он умудрился попасться? И почему не регенерирует? Его что-то должно блокировать.
Тут послышался тихий стон, и демон мелко задрожал от охватившей его судороги. Он пытался восстановиться, но что-то мешало, вытягивая из него жизнь, так как сил уже не осталось. Я поняла, что даже демона можно убить, и стала внимательно осматривать его тело.
