| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
-А что тут вообще за звери водятся? — спросил я.
-Ну, смотри, — Упрямый закусил нижнюю губу и стал загибать пальцы. — Из крупных — белые медведи, да кое-где в горах — снежные кошки... правда, не крупные. Наши раза в полтора больше.
-Барсы, что ли?
-Да, — кивнул головой гибберлинг. — Ещё горные быки... мускусные, — поправился он.
-Животные, это хорошо, — вмешался Смык. — А что насчет джунских развалин?
Упрямый сбился с мысли и некоторое время молчал.
-Про них ничего особого не ведаю, — пожал он плечами. — Не наш ведь аллод, особо не походишь... Про что мы до этого говорили? Ах, да! В общем, сейчас движемся по восточному на север. Вот тут пересекаем горную гряду и выходим в самое "устье" Сухого Горла. Если двигаться быстро, то сможем опередить отряд арвов, до того, как он доберётся к долине...
-Улетают, — послышался приглушенный голос Крепыша Орма.
Он сидел наверху, спрятавшись за камнем, и наблюдал за гарпиями. Мы выбрались из убежища и подкрались к дозорному.
Гарпии лениво оторвались от земли, сделали небольшой круг, набирая высоту и, чуть покричав, улетели восвояси. Мы чуть обождали и тронулись в путь.
Дорога по склону Большого Серпа не была такой уж и лёгкой. Три дня в пути по горной местности и мы волей-неволей стали замедлять ход. Тут сказывалась и усталость, и некоторая нервозность. Ведь, в конце концов, на чью-либо помощь надеяться не приходилось. Мы тут были предоставлены сами себе. Случись чего и на выручку никто не явится.
На что мы вообще надеемся? — думал я всю дорогу. — Число арвов значительно больше нашего. Как думаем спасать Быстроногих? Пробовать идти на уговоры горняков? Или неожиданно напасть на них?
Я не особо боялся схватки. В душе даже желал некоторой драки...
Тут мой взгляд коснулся хрупкой фигурки Стояны, выступавшей в роли следопыта. Сердце предательски дрогнуло...
А что если её... Нет! Бор, даже не думай! И вслух не произноси!
Я тряхнул головой, пытаясь прекратить мысли по этому поводу. Признаюсь, что у меня порой рождается ощущение, что стоит только подумать о каких-то неприятностях, как они тут же сбываются.
Тому, что произошло после этого, не сразу нашлось объяснение.
Всё началось с "голоса". Невнятный, но очень настойчивый, он ни с того, ни с сего возник в моей голове без всяких на то предпосылок.
Я с удивлением огляделся, не понимая, что происходит. Первым порывом было выругаться на... На кого?
Обернулся — за спиной плетутся гибберлинги. До ближайшего из них около пяти саженей.
Показалось... Наверное, принял шум ветра в траве за чей-то шёпот. А, может, виновата усталость. Бывает, что из-за неё разум начинает "баловать" и слух, и глаз всякой ерундой.
И тут снова...
Да кто там бузит? — снова оборачиваюсь и тут же понимаю, что уже явно слышу "голос".
Он невнятно бормочет. Приходится сильно напрягаться, чтобы хоть что-то понять. Но всё тщетно — не различить ни одного слова.
Шаг... спотыкаюсь... Тело гулко растянулось на твёрдых камнях. И тут же сразу родилось такое ощущение, сродни падению навзничь. Инстинктивно пытаюсь схватиться, чтобы удержаться, и одновременно понимаю, что падаю... падаю... падаю...
Темнота. Нет даже какого-то намёка на свет.
Обычно, когда просто закрываешь глаза, то какое-то время перед внутренним взором проносятся тусклые цветные сполохи. Они, то образуют какие-то круги, то линии, то распускаются, подобно полевым цветам.
А тут темнота... и шёпот... Слова чужие, неясные... Напрягаю слух, пытаюсь понять, и вот уже выхватываю из общего потока монотонного шума, отдельные фразы...
-О-о-о-о...
Знакомый голос. Кто говорит-то? Я?
Пытаюсь вырваться, как бы отойти в сторону, чтобы понять, кто же со мной разговаривает. Это хоть и с трудом, но удаётся: неимоверным усилием воли "вытягиваю" себя из темноты и вижу склонившегося Смыка.
-Бор! Эй, Бор! — он дёрнул меня за плечо, вырывая из темного плена. — Ты чего, Бор? — удивился он. — Тебе плохо?
Рядом стоят испуганные гибберлинги. И тут я понимаю, что никто из них не пытается даже ко мне приблизиться, будто перед ними прокажённый.
Кажется, кто-то из ратников вновь пробормотал про Кольца и дурной знак.
Стояна протянула мне свою флягу, настойчиво требуя, чтобы я сделал глоток.
-Что случилось? — снова спросил Смык.
-Споткнулся, — буркнул я, потирая ушибленный затылок.
-Может, остановимся на привал?
Я пожал плечами и сделал глоток.
Что со мной произошло — мне и самому не понятно. Но, думаю, что делится с кем-либо россказнями о "голосе" было бы опрометчиво.
-Споткнулся, — повторил я.
Гибберлинги ещё с минуту глядели на меня, а потом расположились на отдых. Стояна оглядела "шишку" на затылке, вытянула из своей сумки какие-то банки и стала аккуратно втирать содержимое одной из них мне в голову.
От выпитого из фляги друидки голова чуть прояснилась, а боль отступила. Стояна закончила свою процедуру.
-Ляг, отдохни, — улыбнулась она, заставляя прилечь ей на колени. — Отдохни, — повторила она уже тише, поглаживая мои волосы и при этом глядя куда-то вдаль.
Я закрыл глаза и тут же стал проваливаться в сон, подспудно ощущая, насколько устал за эти дни...
7
Идти по осыпи, даже не смотря на то, что она местами покрыта дёрном, было затруднительно. То нога проваливается в щели меж камней, то подвернётся, то соскользнёт...
В общем, утомлённые переходом, мы сегодня решили разбить бивак чуть раньше. Благо впереди виднелась небольшая удобная площадка, поросшая жесткой травой.
Ужин снова вышел скорым и безвкусным. Все молчали, сказывался дневной переход по каменистой долине.
Стояна снова меня сторонилась. Я никак не мог понять причин такого её поведения.
Утром убрала мою руку, едва та коснулась её плеча. При этом поморщилась, будто от зубной боли.
Что за шутки? В чём уже провинился?
В течение всего дня, Стояна продолжала вести себя несколько странно. Недовольство на её лице сменялось раздражительностью, а бывало, что она ворчала и чуть огрызалась, но теперь уже не только на меня. Потом снова успокаивалась.
Сейчас друидка сидела в сторонке, пожёвывая кусок вяленого мяса. Её безучастный взгляд был направлен куда-то вдаль. Меня же она словно и не замечала.
Ноги гудели. Я скинул обувь и обнаружил, как сильно протерлась подошва на левом торбазе. Ещё один такой переход по подобной местности, сплошь заполненной острыми камнями, и придётся дальше топать босиком.
Некоторое время у меня заняла починка.
Меж тем Крепыши быстро поделили гибберлингов на дозоры и те, что оказались сейчас свободны, незамедлительно занялись своими делами. Сестрица Сутулая вдруг подосадовала, что ей не везёт с метеоритным железом.
-Ничто не указывает, что оно тут есть...
Далее она стала говорить о каких-то "знаках", но видя, что мне это не интересно, замолчала, а вскоре вовсе легла спать.
Упрямый достал флягу и сделал из неё небольшой глоток. Видно было, что он не очень был доволен сегодняшним переходом. Скорее всего, сказывалась малая сноровка, как-никак ему больше приходилось заниматься иными делами. А, может, дело в возрасте...
-Будешь? — сухо спросил Упрямый у меня, протягивая флягу.
-"Обжигающий эль"?
-Он самый...
Я отрицательно мотнул головой.
-Не буду... И тебе не советую.
Гибберлинг поднял глаза и тут же их отвёл, едва увидев мой неодобрительный взгляд.
-Пока нам везёт, — сказал Упрямый, сделав последний глоточек и затем спрятав флягу. — Но только наткнёмся на арвов...
-Чему быть, тому не миновать. Настанет такой день, будем что-то решать.
-Верно... верно...
Гибберлинг о чём-то задумался.
-Летом они всё больше охотятся, — сказал Упрямый чуть погодя. — Ходят на мускусных быков... Делают запасы на зиму. А тех с каждым годом становится всё меньше.
Упрямый снова потянулся к фляге, но вспомнив мой "совет", оставил эту попытку.
-Я у них такое блюдо встречал, — чуть улыбаясь, проговорил он, — названия не помню... Готовят так: вычищают шкуру, потом начиняют её небольшими кусками мяса вперемешку с какими-то травами. Разрез сшивают, при этом всячески выталкивают воздух. Полученную тушу кладут под огромный камень и ждут до зимы.
-А потом?
-Потом едят.
-А мясо, разве, не пропадает?
Гибберлинг тихо рассмеялся.
-Конечно, пропадает. Запах, помню, резкий, аж дух забивает. А им — ничего. Едят, аж причмокивают да пальцы облизывают.
Если Упрямый думал меня этими словами смутить, то зря старался. Я про себя улыбнулся, думая об этой его проделке.
А странная он всё-таки личность. Есть в нём нечто отличное от остальных гибберлингов.
-У меня с братом и сестрой только мать общая, — ответил вдруг Упрямый, как будто услышал мои мысли.
Я даже штопать перестал. Неужто и вправду услышал?
Нет, если судить по выражению на его мордочке, он просто болтает от нечего делать.
-Разве вы не из одного "ростка"? — спросил я.
-Из одного.
-Тогда, как такое может быть? Насколько я понял, у тебя один отец, у сестры и брата — другой, так?
-Всё верно, — Упрямый всё же потянулся к фляге и, откупорив крышку, сделал маленький глоточек. — Жрицы сказали, что такое хоть изредка, но бывает...
Я вдруг подумал, что теперь, в общем-то, понятны некоторые "разногласия" в его семейке.
А Упрямый не всёnbsp;
& рассказал. Всю жизнь его тянуло путешествовать. Еще, будучи ребёнком, он не раз представлял себя астральным разведчиком. Сколько же историй рассказывали о них! Сколько приключений те пережили на своём веку! Чего только не видели и не слышали! Всё это было настолько увлекательным, что Упрямый твёрдо решил податься в это дело.
Что торговля? Купи, продай, снова купи, и снова продай... Другое дело Астрал, коварный, бурный, полный опасностей и неоткрытых аллодов.
Но в своём стремлении Упрямый был одинок. Ни брат, ни сестра, ни даже матушки не разделяли его увлечений.
-Да ты что! — в который раз возражали они. — Наш род славен тем, что из поколения в поколение занимался торговлей. Думаешь, легко продавать? На самом деле — это целое искусство! Договорится, доставить, выгодно преподнести...
-И, кроме того, — вторили иные, — это прибыльное дело... Думай о своём будущем! Придёт время, и ты поймёшь, что в жизни есть иные ценности, чем твои "астральные походы". Они, безусловно, нужны, но...
И вот это "но" перечёркивало всё. Упрямый замкнулся.
Сверстники всячески сторонились его, меж собой прозывая чокнутым. Мальчишку часто видели одного, где-то на околице, играющим самодельными корабликами.
-Тебе сколько лет? — ругались матушки. — Здоровый лоб, а всё маешься ерундой!
А ему виделось, как его судёнышки достигают Исы.
-Тьфу, ты! — в сердцах сердились матушки.
Они не раз пытались доверить старшему сыну хоть какое-то дело в лавке. Младшие были и то смышлёней!
-В конце концов, когда ты уже будешь слушаться? — ругались матушки, но Упрямый словно ничего не понимал. — Так! Сегодня у тебя задание...
И начиналось: сделай то, сходи туда, принеси... подай... Да не спи ты! Тьфу, ты! Ну, что за олух!
Упрямый постоянно подводил. То принесёт не всё, то пойдёт не туда...
Матушки ругались, но, как и все матери, жалели непутёвого... До поры, до времени.
Упрямый до сих пор помнит тот случай, когда заигрался в лавке и не заметил, что какой-то вор стянул у него из-под носа почти всю выручку за месяц, которую матушки хранили в небольшом ларце.
И вот тогда ему досталось.
-Да гори они пропадом, твои кораблики! — резко подхватив деревянные поделки, матушки швырнули их в огонь.
Упрямый потупил взор, закусив от обиды и досады нижнюю губу. Он даже не заметил, как там выступила кровь.
В тот момент в пламени костра горели не игрушки, а его мечты на будущее...
-Убирайся с глаз! — донеслось до его сознания.
Он с трудом поднял глаза, еле-еле сдерживая слезу. Так в этот момент хотелось сказать, что он не хотел, чтобы так вышло.
Разве не говорил раньше, что не хочет быть торговцем? Разве не предупреждал? А его заставляли... требовали... Даже в гавань не пускали.
А вот теперь...
-Отправляйся к тёткам, — сердито наказали матушки...
Упрямый снова вытянул флягу и сделал глоточек. Его глаза, затянутые поволокой, уставились вдаль.
Как же давно это было! А до сих пор помню всё до мелочей, — гибберлинг даже не заметил, что сказал это вслух.
-Что? — переспросил Бор, отрываясь от своих дел.
-Да так... мысли вслух...
Откуда-то налетел резкий порыв ветра.
Лето в Арвовых предгорьях холодное. Воздух особо не прогревается.
-А что говорят, будто арвы свою мочу пьют? — спросил я, не поднимая взгляда на Упрямого.
Что-то уж больно длинная пауза у нас вышла.
Гибберлинг скривился и тут же поперхнулся, при этом сильно закашлявшись. Вот не думал, что Упрямый такой брезгливый. Всё мне демонстрировал обратное, а тут только услышал про мочу...
Ноздри гибберлинга раздулись до неимоверных размеров.
-Ты... ты... Это тебе моя сестрица рассказала?
-Нет... другие...
-Твою мать! Скажи ещё, что весь Сккьёрфборх уже судачит.
Я пожал плечами, вдруг начиная понимать, что мы говорим о разных вещах.
-Было... не было.., — сердито буркнул Упрямый, закрывая флягу. — Я не по своей воле...
-Ты пробовал их мочу?
Гибберлинг вскочил и кинул на меня испепеляющий взгляд.
-Ещё раз скажешь об этом...
Он резко развернулся и ушёл в сторону.
Про мочу мне говорили Ползуны. Это было пару недель назад. Они как-то в разговоре обмолвились о том, что у арвов есть такой обычай. Таким образом, горняки вроде бы скрепляют дружбу промеж собой. А ещё, кажется, при этом у них есть обычай обмениваться жёнами...
Интересно, а как это Упрямого угораздило "побрататься" с кем-то из арвов? Он, конечно, навряд ли расскажет... Слушай, Бор, а, может, он от того так часто и попивает "обжигающий эль", чтобы заглушить привкус "горняцкого напитка"...
Я тихо рассмеялся своей шутке, поглядывая в сторону Упрямого. А потом быстро взял себя в руки и стал заканчивать с починкой обуви.
Таинственного шёпота больше не было. Я снова был склонен думать, что в том случае виновата усталость. Тут же вспомнилась Сиверия. А именно видение умирающего города людей Зэм. Тогда мы тоже все были уставшими и напуганными...
Хотя... хотя, причём тут усталость? Как будто я мало двигаюсь. Вон сколько дорог исхожено! И ничего... живой.
Нет... дело в другом... В Сарнауте немало странных мест. Может, я чувствителен к ним, а? Как думаешь? Другие не ощущают этого, а я — напротив.
Закончив с торбазами, я стал готовиться ко сну. Тут откуда не возьмись рядом очутилась Стояна.
В её глазах были видны нотки извинений... Так, по крайней мере, мне казалось. Стояна смущённо улыбнулась и прижалась всем телом.
Я ничего не говорил, лишь обнял девчушку.
-Будем спать? — тихо спросила друидка.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
