Суккуб в удаленном доступе

— Это что? — голос Егора мне показался немного хрипловатым, но гораздо больше меня изумил вопрос. И дело даже не в самой формулировке, тут не придерешься, а в том, что смотрел он не на подарок, а мне на грудь. Я немножко напряглась, но вопрос все же отнесла к коробке на столе:

— Это подарок.

— Что? — он поднял на меня удивленные глаза, показавшиеся мне в первый момент черными из-за расширившихся зрачков.

— Так вы упаковку снимите и посмотрите, — я чуть пододвинула рукой коробку по столу.

* * *

"Подарок? Какой подарок?"

Мысли Егора лихорадочно метались. Он полностью сосредоточился на футболке и именно про надпись на ней спрашивал Леру. Поэтому Лерин ответ его озадачил и заставил подумать о том, о чем преподаватель в присутствии студентки думать просто не имеет права. Но не может же она так открыто себя предлагать? Поэтому, понимая, что что-то упустил, Егор переспросил. Когда же Лера предложила снять упаковку, рука сама непроизвольно потянулась к футболке. Конечно, снять. И наконец увидеть всё наяву, и дотронуться, и... Но рука остановилась раньше, наткнувшись на какой-то предмет на столе. И Егор сообразил, что именно туда и был устремлен взгляд Леры. Ах да, она же что-то несла в руках. Глаза это отметили, но до распаленного воображением мозга эта информация не дошла. Когда Егор понял, про какой подарок речь, он чуть ли не первый раз в жизни покраснел.

Боясь выдать себя, он старался больше не смотреть на Леру и аккуратно, пятаясь унять дрожь в руках, снял крышку с коробки. На атласной подушке красовалась черная чашка с красным драконом. Тонкого фарфора, миллилитров на триста. Точная копия его любимой чашки.

* * *

— Что это? — Егор держал перед собой двумя пальцами за ручку чашку, будто это была дохлая мышь. И разглядывал её с каким-то суеверным ужасом.

— Ну трубку сейчас раскуривать не принято, поэтому это своеобразная чашка мира.

— Зачем?

— Нам с Вами целый год работать вместе. А начали мы как-то не очень. Поэтому я извиняюсь и надеюсь, что между нами уже не будет недоразумений и обид.

На мой прочувствованный спич ответа не последовало. Егор Вячеславович отчего-то вовсе на меня не смотрел, а укладывал чашку на место. К тому моменту, как он закрыл коробку крышкой, я уже успела себя накрутить. Если я опять что-то не то сделала, если не нравится, так ты скажи. Чего молчанием обстановку нагнетать? Чтобы я сильнее прочувствовала, какая я дура?

— Знаете, если Вам не нравится, я могу забрать, — и я схватилась за коробку.

— Нет, — он тоже схватился за коробку. Наши пальцы встретились, и от этого прикосновения, от чувств, которое оно вызвало, я тут же отпустила коробку. И мне понадобилась вся выдержка, чтобы не отпрыгнуть от него на метр или, напротив, не броситься на Егора.

Но он тоже разжал пальцы, и подарок с глухим звуком шлепнулся на стол. Я опять протянула к коробке руку, но Егор оказался быстрее и проворно пододвинул её к себе.

— Нет, — и он так доброжелательно улыбнулся, что я невольно тоже ответила улыбкой. — Я принимаю чашку мира. Хоть и не так мы сильно успели поругаться, чтобы задабривать меня подарками.

— Не бойтесь, я это исправлю. Я вообще думала, что вы меня здесь убьете и по-тихому прикопаете в цветочном горшке, — что я несу? Я даже рот рукой прикрыла, чтобы у меня еще что-нибудь не вырвалось. А Егор посмотрел в мои испуганные глаза и так серьезно произнес:

— Не бойся. Я тоже не люблю лишнюю работу, — и рассмеялся тихим, почти беззвучным, но очень искренним смехом. И я не могла его не поддержать.

С кафедры я вышла только через час, довольная и улыбающаяся. Мы смогли за это время не поругаться и вполне продуктивно поработать, прикинув план выпускной работы. Понятно, что потом может что-то поменяться, но начало работе положено.

Егор в реальности оказался ничуть не хуже, чем во сне. Умный, эрудированный, при этом с чувством юмора. Но я это и так предполагала. А еще я смогла с ним вести себя нормально, без зашкаливающего вожделения. Пока мы говорили по делу. Но вот стоило только прекратить, как я сразу ощутила насколько он близко, его тепло, его запах. И вместо того, чтобы собирать свои записи, уставилась на его губы. Смотрела, как они двигаются, и думала: они такие же твердые, чуть сухие, но нежные, как во сне?

* * *

Разговаривать с Лерой было приятно. Не только потому, что рядом находилась красивая девушка, но и потому, что она всё схватывала на лету, задавала разумные вопросы, подкидывала интересные идеи. Правда, Егор не мог не любоваться ей. Как Лера постоянно заправляет непослушную прядку, выбившуюся из косы, за ухо. Как чуть прикусывает нижнюю губу, когда задумывается. Как приоткрывается её тонкая ключица в большом вырезе футболки. Как искрятся её небесно-голубые глаза.

Когда Егор глянул на часы, оказалось, что уже пролетел час. А он и не заметил.

— Ну, пожалуй, на сегодня хватит, — хотя меньше всего он хотел сейчас её куда-либо отпускать. Хотелось коснуться пальцами её кожи, ощутить шелк волос, попробовать на вкус её губы. В общем, много чего хотелось. Лера подняла на него свои глаза, показавшиеся сейчас отчего-то темными, почти черными, и у Егора пересохло во рту. — Лера...

Она не отреагировала, только взгляд чуть смесился вниз, на его губы.

— Лера... — и Егор коснулся её руки, лежащей на столе. От прикосновения Лера вздрогнула, отдернула руку и, вскочив, стала судорожно собирать листочки со стола. А Егор смотрел на её окрасившиеся румянцем щеки и улыбался. Неужели?.. Или он себе это только придумывает?

Лера довольно неаккуратно запихала все в сумку, не поднимая глаз, и только у двери обернулась, спросив:

— В следующую пятницу так же?

— Да, — и Лера вылетела за дверь, неплотно ее прикрыв. А Егор улыбался, чувствуя себя самым счастливым человеком. Кажется, Лера тоже не осталась равнодушной. И всё остальное показалось мелким и незначительным по сравнению с этим фактом.

* * *

— Валер, ты на часы смотрела? — я только согласно кивнула, даже не пытаясь согнать улыбку с лица. — Я думала, он там тебя съел. Чего вы так долго?

— Да так... — ну не рассказывать же ей в коридоре, как Егор на меня посмотрел. Я почти решила, что он меня сейчас поцелует. И чего я заметалась? Надо было посидеть, подождать. Вот бы и узнала, какие губы у него в реальности.

— Да так?! Ты не забыла, что у тебя через час свидание с Олегом?

Я пожала плечами. Даже этот факт сейчас был не способен испортить мне настроение.

— О таком, Лид, невозможно забыть. Кафе "Труффальдино", — почти пропела я. — Пойдем уже, — а то стояли у кафедры.

— Что-то ты подозрительно довольная... — она окинула меня взглядом прищуренных глаз.

— Только сейчас заметила? — от переполнявших меня эмоций я громко рассмеялась, а потом не выдержала и подпрыгнула с криком: — Yes, yes, yes!

Лида поймала меня, а я, обняв её, зашептала ей на ухо:

— Кажется, я ему нравлюсь.

— Когда кажется, надо посетить психиатра. Но он точно к тебе не равнодушен.

— Психиатр? — я хихикала и не могла остановиться.

— Может быть и он тоже. Такими темпами ты это быстро узнаешь. Но я про лапочку Егорку.

— Он не лапочка, — я себя ощущала так, будто выпила на голодный желудок бокал шампанского. И теперь по телу бродили пузырьки, а в глазах все немного плыло. — Точнее, он лапочка. Но мой лапочка. А ты его так не называй!

— Слушай, Демонова, он тебя там споил, что ли?

— Почти, Лидка. Почти, — и я напевая какой-то вальс, то ли слышанный, то ли сочиненный мной сейчас, закружилась по коридору.

— Лер, я-то знаю, что ты сумасшедшая, но не надо демонстрировать это всем окружающим.

— Да плевать. И вообще, побежали. Я хочу сегодня всё же надеть юбку, — я схватила Лиду за руку и потащила к выходу.

— Стой, психованная, я на шпильках! — но, как всегда, заразилась от меня весельем, и дальше мы уже бежали, обгоняя друг друга. Даже шпильки не мешали.

* * *

Егор сидел, склонив голову и зарывшись руками в волосы. Вот так вот. Действительно, с чего он взял, что у такой девушки может не быть парня? Она и смутилась, наверное, только от того, что уловила его интерес, а послать вроде нельзя. Преподаватель же...

Олег... Да какой, к чертям, Олег?! Кулаки невольно сжались. Свидание... А каким счастливым голосом она все это говорила. И смех. Даже кричала "yes". Неужели так радуется? Неужели так влюблена? А он еще чашку за знак свыше посчитал....

Егор тряхнул головой. Он просто обязан увидеть этого Олега. "Труффальдино"... Где-то ему попадалось это название. В интернете Егор быстро выяснил адрес.

* * *

— Нет... Нет... Нет... — я методично прикладывала к себе юбки и блузки. Но мне всё что-то не нравилось.

— Ты опоздаешь...

— Олег еще не пришел.

— Да что ты их так придирчиво рассматриваешь? Будто не с Олегом на свидание собралась, а с Егором!

— Эм... А ты права, — я даже замерла. — У меня ощущение, будто это Егор прийти должен. А сейчас подумала, что Олег... И как-то совсем никуда идти не хочется...

— Ну, мааать, ты даешь! — раздался звонок в дверь. — Поздно уже метаться. Я пошла дверь открывать, а ты надеваешь вот это платье.

Я со скепсисом осмотрела простое синее платье из плотного трикотажа. Хоть и облегающее, но длина почти до колен, вырез горловины неглубокий, длинные рукава. И гладить, что самое замечательное, не надо. Сойдет. Черный ремешок, сумочка и туфли. Для Олега хватит. А может действительно, ну его? Зачем мне свидание, когда я более чем отчетливо понимаю, что Егора теперь из моей головы ничем не выкинешь. И к тому же, я ему нравлюсь. А я ему точно нравлюсь? Да! Ну и пусть пока никаких особенных знаков, женскую интуицию не обманешь.

Из комнаты я вышла с твердым намереньем сказать Олегу, что никуда с ним не пойду. Но увидела его, смущенно улыбающегося, с небольшим, но очень интересно составленным букетом, и мне стало неловко обидеть его сейчас отказом. Ведь можно сделать это мягче, в кафе или после. Главное, деньги с собой взять, чтобы он не додумался за меня расплатиться.

С такими мыслями я постаралась приветливо ему улыбнуться. Кажется, получилось.

Вот хороший у меня район. И университет через дорогу, и торговый центр через другую дорогу, а там и кафе, и ресторан. Рядом еще деловой центр — огромное здание из синего стекла. Из-за этого, правда, днем весьма шумно, а вечером лучше не гулять. Но зато после свидания не нужно долго до дома добираться. Вот закончу учебу и переберусь в район поспокойней. А пока у меня никакого желания толкаться по утрам в метро или стоять в пробках на улице.

Это я к тому, что до кафе мы добирались ножками. Я и туфли на небольшом каблучке выбрала, чтобы на колдобинах тротуара не сломать шпильки вместе с ногами. Пока мы шли, Олег молчал. И было это молчание совсем не из уютных, когда слов не надо, всё и так понятно. Напротив, меня оно тяготило. Но я элементарно не знала, о чем говорить. Ну понятно, что Олег мне не то чтобы не нравится совсем, но не нравится в качестве моего парня. Мне и не интересно о нем что-либо знать. А я ему, получается, тоже не нравлюсь? Тогда зачем на свидание приглашать?

— Как день прошел? — наконец выдал он.

— Замечательно. Вот с научником сегодня первый раз встретилась, — конечно, я же не могла не упомянуть в разговоре Егора, хоть в таком контексте. Я даже улыбнулась от такой мысли. Как же он прочно засел в моей голове.

— А мы С Леонидом Ивановичем, это мой научный руководитель, встречаемся часто. Он и в бакалавриатуре у меня был, и сейчас второй год...

В общем, понеслось... Кажется, до меня дошло: Олег любит себя, любит говорить о себе, себя же слушать, ну и чтоб слушатели внимали ему с восторгом. Для меня это не стало сюрпризом. Подспудно я это поняла еще в первую встречу, когда он таким соловьем разливался про компы, телефоны, еще про какие-то высокие технологии. Просто не понимала, что именно меня бесит. А дело не в теме разговора, а в том, что он откровенно собой любуется в этот момент. И речь-то какая правильная, до тошноты. Очень захотелось громко ругнуться матом.

За все свидание забавным был только один момент. Хоть "Труффальдино" и кафе, но с обслуживанием, как в ресторане. Даже на входе нас встречали. Две девушки и один то ли слишком миловидный мальчик, то ли слегка мужеподобная девушка. Форменная блуза-рубашка свободного кроя, брюки, повязанный на талии фартук почти в пол, короткая стрижка. Никакой косметики. Именно он-она и проводил нас к столику.

— Слушай, — я чуть привстала на цыпочки и потянулась к уху Олега, — это мальчик или девочка?

— Я думал, у меня одного такая проблема. На бейджике написано Саша, — глядя на задумчивое лицо парня, я захихикала. Потом к официантке я присмотрелась внимательнее и обнаружила на ней женские туфли, да и некоторый намек на грудь тоже присутствовал. Так что я утвердилась во мнении, что это девушка.

* * *

Егор, сидя за столиком в дальнем углу зала для курящих, допивал уже четвертую чашку кофе. Он пережил непонимающий взгляд официантки, когда выбирал, где расположиться. Была уверенность: в зал для курящих Лера не пойдет. Совсем не хотелось, чтобы она его тут увидела. Взрослый тридцатилетний мужчина в Егоре понимал, что в кафе может прийти любой, ничего тут необычного нет, и если они встретятся, то это будет выглядеть просто как случайная встреча. Но в том-то и дело, что рядом с Лерой Егор начинал себя ощущать чуть ли не неуверенным в себе подростком, максимум — студентом. Отчего-то казалось, что она сразу поймет, зачем он сюда пришел. И от этого становилось невыносимо стыдно. Егор даже порывался несколько раз уйти, но в итоге заказывал новую чашку кофе. Есть не хотелось.

С того места, где сидел Егор, через просвет в перегородке, сделанной в виде полки с различными безделушками и отделяющей зону курильщиков, хорошо был виден вход, а вот самого Егора от входа было почти не видно.

Наконец, под руку с высоким брюнетом появилась Лера. Хорошо рассмотреть его лицо у Егора не получалось, но почему-то он был уверен, что брюнет — красавчик. Егор проводил их взглядом и только заскрипел зубами, когда увидел, как девушка, приподнявшись на носочки, что-то прошептала своему кавалеру на ухо. А потом и он ей в ответ. И наверняка что-то неприличное. Потому что Лера как-то глупо захихикала

Они действительно прошли в зал для некурящих. Как только Лера пропала из поля зрения, Егор попросил счет. Расплатившись, он быстрым шагом покинул кафе, удерживаясь от попытки найти Леру взглядом.

* * *

Мы устроились на диванчиках в маленьком закутке. Так как это все-таки кафе, то гардероба не было, поэтому свой плащик я повесила на стоящую рядом вешалку.

Каждый сделал заказ за себя сам. Олег эконом-вариант для себя не выбирал и к моему заказу не прислушивался. Хоть я точно знала, что за себя буду платить сама, мне стало интересно, как он поведет себя, когда придет время расплачиваться. Заранее мы это не обговаривали, а по поведению Олега я предугадать не могла. Варианты: "я всё оплачу сам, не смей совать свои деньги" (ну как же, он же самолюбивый мачо) и "конечно, каждый платит сам за себя" (женщина не должна приставать к мужчине по таким мелким вопросам), казались мне равновероятными.