Блуждающие в зеркалах

-Нет, сестренка, я зарядила ружье словом "Паршивка!", — выкрикнула Роза, — Получай! — она нажала на курок, но Карл с необычной ловкостью сбил Лилию с ног, и заряд попал в стену. От удара волшебной краски одна из дощечек обивки отскочила, и из образовавшейся за ней дыры выпала стопка каких-то бумаг.

Мари быстро схватила их:

-Вот оно! То, что надо! — воскликнула она, но, переведя взгляд на Розу, заметила, — Нам надо срочно сматываться!

Правда, скрыться от Розы было не так уж легко: она уже наставила свое ружье на Карла и, со слезами на глазах, пролепетала:

-Ну неужели моя сестра нравиться тебе больше? Я ведь красивее!

Пришла очередь Карла тяжело вздыхать: ему не нравилась ни одна из сестер, но, тем не менее, надо было как-то организовать побег. Значит: ему придется пожертвовать собой...

Спокойно и тихо Карл подошел к Розе и...крепко поцеловал ее в губы. Мари же с Лилией, поняв всю самоотверженность его поступка, со всей прытью выбежали из комнаты.

"Моя дорогая сестра,

Вот уже месяц, как мой Гарс ушел к этой пустышке. Я не могу есть и спать, думаю о нем каждый день. Мы были вместе долгих 50 лет, но вот теперь, когда моя красота увяла, он нашел другую. Эта боль разрывает мне душу, а сердце мое разбито на тысячу осколков, но я не сдамся. Я отомщу за себя! Отныне ни одна красивая девушка не будет счастлива в этом проклятом городишке. Я отомщу всем этим глупым красавицам за то, что они отбирают любовь у таких, как я!"

Это было одно из многих писем, написанных старухой Мэг своей, видимо воображаемой, сестре. Все они, вместе с портретом молодого, красивого охотника, были хорошо спрятаны в укромном месте. И лишь по случайности Мари и Лилия нашли их. Из писем стало ясно, что Мэг завораживала зеркала вовсе не с целью помочь девушкам найти любовь. Напротив, через некоторое время духи зеркал начинали отпугивать ухажеров, отражая в себе не красавиц, а жутких уродин, увидев которых при гадании на невесту, ни один здравомыслящий человек не решался поехать свататься в Мирабель. А те же, кто уже смотрелся в заговоренные зеркала, и вовсе становились преследуемые целой толпой зеркальных демонов, отбивающих всякое желание жениться и оставляющих лишь банальные попытки спасти жизнь и рассудок. Это было именно то, чего старуха добивалась. Волосы же девушек служили для духов чем-то вроде ритуальной платы, но, похоже, им было этого мало, и, в итоге, они забрали душу Мэг к себе.

Карл все то время, что Мари и Лилия разбирали переписку Мег, стоял упершись в зеркало в ванной, и трудно было даже догадаться, о чем он сейчас думает.

Роза же, сорвавшаяся на плачь, после всего произошедшего, была оставлена им в пустой квартирке старухи. В моменты, когда действовать нужно было быстро, Карл мало думал о чувствах других людей.

-Карл! — окликнула его Мари, — У нас большая проблема!

Карл вышел из ванной и посмотрел на расстроенную Мари:

-Для ловушки нам необходимы осколки одного из заговоренных зеркал, но, боюсь, что мамаша Бери все уже выбросила.

Карл спокойно улыбнулся и направился куда-то в коридор. Через минут 15, он снова появился на пороге комнаты Мари с маленькой Акацией на руках.

-Тук-тук! — сказал он ей.

-Тук! — засмеялась девчушка и протянула Мари какой-то мешочек.

-Что это, милая, — мягко спросила та.

-Зеркальца моих куколок! — охотно сообщила Акация, — Карл объяснил мне, что ты тоже хочешь поиграть в магазинчик косметики и расстроишься, если у твоих кукол не будет зеркал! Так что бери мои: мне не жалко!

Маленькая Акация собрала осколки для своих куколок? — подумала Мари, — Как хорошо, что они с Карлом так понимают друг друга! И только тут она заметила, что Карл, видимо, уже побывал в косметическом салоне: его щеки были слегка разрумянены, а на губах блистала помада. Мари вздохнула:

-Ну как он может быть таким ребенком!?

Карл и Акация засмеялись.

Ночью всей компании снова пришлось проникнуть в лавку Кокса.

-Как тут опять чисто, — присвистнул Фрейз, — Должно быть тяжело бедняге Коксу и его продавщицам каждое утро! Ну ничего, будем надеяться, что сегодня все его беды прекратятся!

-И не только его, — добавила Мари, — Если мы поймаем дух старухи, то мелким зеркальным демонам будет уже некого слушаться, и они перестанут разлетаться по зеркалам, отпугивая женихов от Мирабелля!

Но Фрейза это, почему-то, вовсе не воодушевило, и он лишь покосился на Лилию, что-то выкладывающую на полу вместе с Карлом. Мари же еще раз сверила заклинание с книгой и, захлопнув ее, подошла к своему другу:

-Карл! — воскликнула она, — Что ты делаешь?

Фрейз тоже посмотрел на загадочный рисунок Карла и увидел, что тот выложил из осколков улыбающуюся рожицу. Мари присела рядом и стала выкладывать осколки в один ровный ряд. Фрейз последовал ее примеру.

-А что за рисунок должен у нас получиться? — спросил он, ожидая, что Мари назовет какую-нибудь пиктограмму черной магии, но та ответила просто:

-Квадрат!

-Почему? — удивилась Лилия.

-Таково было первое зеркало! — сказала Мари и прибавила, — Кладите поплотнее: дух не должен выбраться!

Когда рисунок был закончен, все заняли заранее условленные позиции: Карл и Мари с письмами и портретом встали в центре квадрата, а Фрейз с Лилией — в углу лавки, чтоб не дай луна не попасться старухе.

Близилась полночь. В лавке становилось все холоднее и холоднее. И вот с последним, двенадцатым ударом часов, зеркало в примерочной засветилось, и из него, ледяным ветром, вырвалась тень. Она, как и в предыдущую ночь, стала метаться по лавке, круша все на своем пути.

-Наверное, ищет свои вещи, — подумала Мари, — Ну ничего, сегодня мы отдадим их ей!

Карл взял у нее из рук несколько писем и, с треском, порвал их. Тень остановилась и уставилась на них пустыми водянистыми глазами: Карл показал ей портрет охотника и легко надорвал его краешек. Тень завизжала и бросилась на Карла, и в тот момент, когда она оказалась в зеркальном квадрате, Мари сплела пальцы рук и, устремив их вверх, стала произносить заклинание. Потолок лавки затрещал, и через секунду из него хлынули лучи ослепительно яркого света.

Они образовали наверху точно такой же квадрат, как и тот, что был начерчен на полу. Тень обезумела и стала метаться из стороны в сторону, увы — за пределы ловушки ей было не выбраться. Мари продолжала говорить заклинание, но тут произошло непредвиденное: два осколка зеркала все же были придвинуты друг к другу не так близко, как хотелось бы, и Мэг вырвалась-таки на свободу.

В лавке начался необычайный вихрь, и все стало метаться из стороны в сторону, пока вдруг тень не остановилась возле Лилии.

-Ни...ког..да, — прошипела старуха и рванула на девушку, но Фрейз загородил ее собой, за что был, как и Карл предыдущей ночью, схвачен за горло костлявой рукой злой ведьмы. Старуха разозлилась не на шутку, и кровь постепенно стала отходить от лица Фрейза, когда откуда-то послышался свист разрезаемого воздуха.

Тень застыла, и старуха повернула голову.

Посреди все еще сияющей ловушки стоял Карл, сжимающий в руке какой-то ослепительно-яркий предмет, по форме напоминающий треугольник. Глаза старухи загорелись и она, бросив Фрейза на пол, полетела обратно в ловушку. Лишь только она очутилась там, как из таинственного осколка Карла вырвался луч света и пронзил тень насквозь. В этот момент Мари хлопнула в ладоши, пробормотала что-то, и квадрат на потолке сначала засиял сильнее, засасывая визжащую, но более не сопротивляющуюся старуху. Через пару секунд все кончилось.

Тень была полностью поглощена, свет квадрата потух, а вокруг, как и в предыдущую ночь, остался лишь беспорядок.

Лилия подошла к лежащему на полу Фрейзу. Из глаз ее брызнули слезы.

-Фрейз! Фрейз! — она бросилась к нему на грудь, — Только не умирай! Очнись, умоляю!

Но Фрейз был неподвижен и бледен.

-Я...я люблю тебя! — продолжала всхлипывать Лилия.

-Я тоже, — вдруг прохрипел Фрейз и закашлял, — Только не надо меня больше так сжимать!

Лилия засмеялась сквозь слезы и принялась обнимать его.

Карл с Мари тоже улыбнулись друг другу, и хотели было выйти из лавки, чтобы не мешать влюбленным, но едва они открыли дверь, как натолкнулись за ней на Кокса с целой кучей горожан.

-Сегодня шум был такой сильный, что я решил еще раз попробовать поймать негодяев, — сказал он, — И, видимо, мне повезло!

Но не только портной не спал в ту ночь. Недалеко от лавки, возле окошка квартирки старухи Мег, сидела одинокая женская фигура. В руках она сжимала толстую пачку писем.

-О, сестра, если б я только знала, — всхлипывала она, — Тогда я могла бы приехать и спасти тебя!

Женщина подняла лицо, и в свете полумесяца озарились ее старческие черты.

-Я слишком долго искала его, слишком много думал лишь о нем...О, прости меня, Мег...Но теперь, когда я нашла необходимый элемент, я, наконец, смогу вернуть нашу прежнюю жизнь...

При этом она достала из кармана маленькое зеркальце и посмотрелась в него. И пока она делала это, морщины на ее лице стали разглаживаться, волосы приобретать прежний медный цвет, и губы наливаться кроваво-манящим алым.

-Жаль, что мне пришлось украсть у тебя зеркало молодости. А ты так ничего и не поняла..., — вздохнула женщина, облик которой теперь был величественно-прекрасен, — С ним, возможно, твой охотник не ушел бы от тебя...

Она положила зеркальце обратно в карман и встала.

-Но я клянусь, что отомщу за тебя, сестра! И те, кто убил твой дух этой ночью, жестоко поплатятся...

К великой радости Мари и Карла, Кокс оказался человеком понимающим, и всего часа через два объяснений, их всех отпустили как героев.

Садясь в повозку, которая должна была довезти их до Кирпичных Труб, Мари и Карл чувствовали себя отлично. Карл потому, что ему очень понравились забавные лошадки, а Мари от осознания , что все хорошо закончилось.

Они смогли открыть зеркальные врата в мир духов и препроводить туда старуху, Лилия и Фрейз, застуканные вместе в лавке, теперь, по законам Мирабеля, обязаны были пожениться, чему они, впрочем, не возражали, и даже Роза, успокоенная обещанием о том, что в город снова приедут женихи, пришла проводить Карла с Мари.

-Спасибо вам, молодые люди, вы меня спасли! — пожал им руку Кокс.

-Заезжайте еще! — улыбнулась мамаша Бери, радуясь предстоящей свадьбе дочери.

-Приятно было познакомиться! — воскликнули хором все 5 ее дочерей, и только маленькая Акация крикнула: "Тук-тук!", на что Карл радостно засмеялся и ответил:

-Тук! — и их повозка двинулась из города.

Глава 3

Жители большого ведра.

Примерно за километр до Кирпичных Труб — столицы огромного графства Трубочистов — Карла и Мари высадили из повозки. Причиной стал сильный ливень, в который извозчик не пожелал ехать далее.

Карлу пришлось раскрыть подаренный им Готфриком зонтик, и они с Мари побрели по дороге.

Вдалеке, все в дождевых облаках, уже виднелось множество Кирпичных Труб, что означало верное приближение к столичному городу. Во всех графствах Серебряных гор было трудно найти что-либо подобное ему: в графстве Трубочистов, почти не переставая, лили дожди, и температура редко поднималась выше 15 градусов. Это, конечно, делало точность прогноза погоды равной единице, и метеорологи графства очень гордились своей прозорливостью, но обычным жителям приходилось вовсе не так сладко. Из-за вечной сырости, они вынуждены были строить свои дома из крепко обожженного кирпича и снабжать каждую комнату огромным, теплым камином. Мало кто хотел жить на первых этажах: ведь улицы, по которым не переставая текла вода, давно превратились в своеобразные каналы, наполненные скользкой глиняной кашей, а из сотни водосточных труб, выполненных в виде уродливых голов магических существ, фонтанами била дождевая вода... И, чтобы избежать всей сырости нижних уровней, жители графства тянули свои дома ввысь, подсознательно мечтая вырваться за дождевые облака к солнцу. Так, дома обрастали сверху всевозможными пристройками с крытыми балконами, между которыми жители даже делали кирпичные арки и мосты, чтобы переходить из дома в дом, не спускаясь на грязную улицу. Все это напоминало сотню кирпичных, неустойчивых башен, составленных вместе в один город, и отовсюду, конечно же, виднелись тысячи каминных труб.

Их было так много, что большей половине города приходилось работать трубочистами, чтобы поддерживать их. И в графстве это была одна из самых уважаемых профессий, не только из-за ее сложности, но и от того, что трубочисты за сотни лет своей работы овладели магией огня и золы. Даже сын графа — Дерек — был трубочистом.

И вот Кирпичные Трубы маячили вдалеке, будто огромное красное дерево, разветвляющее свои трубоподобные ветви, в разные стороны, а кроной "дереву" служил темный дым.

Настоящих же деревьев во всем графстве почти не было — так сильно нуждались камины в топливе, а уголь ценился на вес золота, но все же это не мешало Кирпичным Трубам быть самым развитым и финансово процветающем из городов всех ближайших 9 графств. Этому во многом способствовало то, что именно в Кирпичных Трубах располагался один из самых больших институтов магии.

Маги, преподающие там, почти все были гениями, или, по крайней мере, считали себя таковыми... А гении, как всем известно, просто не могут жить на ярком солнечном свете — им нужна задумчивая, унылая, и даже во многом депрессивная атмосфера. А где можно лучше всего поразмышлять о судьбе королевства и предаться философским взысканиям, как не в вечно дождливых Кирпичных Трубах? И вот, умные и заумные маги стекались в город, а там, где есть маги, обязательно будут и те, кто их ищет, мечтая о совете, обучении, или расправе.

Кирпичные Трубы жили на таких паломниках, сдавая им комнаты и продавая им свои товары. И из-за таких гостей, и во многом чтобы развлечь и удержать магов, в Кирпичных Трубах находились: самая крупная во всех 9 графствах библиотека — знаменитая библиотека Туманов, — оперный театр Проливных Дождей и, помогающее вращать деньги, уплаченные за все эти прелести жизни, Большое Казначейство. Последнее было именно тем, почему и Карл с Мари держали путь к Трубочистам.

Будучи на королевской службе, они получали деньги на свои путешествия из казны по особой расписке, которую брали лишь в казначействах крупнейших графств. И графство Трубочистов было ближайшим.

Наконец, Карл с Мари вошли в город, и на последние деньги приобрели два черных дождевых плаща — идти по улицам иначе было невозможно.

Карл осторожно придерживал Мари за руку, чтобы та не поскользнулась в глиняной грязи, а сама Мари думала лишь о том, как хорошо было бы сейчас погреться у камина. То туда, то сюда сновали люди в таких же темных плащах: вот уж прекрасное место укрыться от закона — ведь одна темная фигура была неотличима от другой! Лишь изредка попадались на пути юноши в изящных черных костюмах и шляпах-цилиндрах: привилегированные трубочисты редко захаживали на так называемый "первый уровень".

Мари достала из своей корзинки какую-то бумажку и внимательно прочла ее.