— Конечно провожу.
В кафе было многолюдно, но как-то тихо: звучала чуть приглушенная музыка, а посетители переговаривалась достаточно сдержанно. Киара недовольно сморщилась. Сейчас ей хотелось бьющего через край веселья, смеха, улыбок, безумств, в конце концов! А пока все чинно, благопристойно и спокойно, почти как в болоте. Да еще и сопровождающая, точнее присматривающая рядом...
Спору нет, она была несомненно милой, тихой и скромной девушкой, такой, какие всегда нравились ее отцу, и которой никогда не была она сама. Это раздражало, а еще то же чувство вызывал и тот факт, что она была приставлена к ней в качестве соглядатая. Интересно, если Виола не справиться со своими обязанностями, и она, Киара, отчебучит что-нибудь этакое, отец уберет ее? Наверно, да. Значит, надо опробовать. Но вот что? Из всего не самого большого арсенала лаоли решила остановиться на банальном гипнозе с не банальными последствиями. А если точнее, внушить всем посетителям кафе, что они зайчики... обычные зайчики, беленькие и пушистенькие. Под определение "беленькие" прекрасно подходили несколько студентов в белых плащах.
Киара проказливо улыбнулась своим мыслям. Ну что ж, приступим. Это был словно тихий ненавязчивый шепот, проникающий в сознание. Сначала один голос, потом еще один, и еще...еще... они сплетались в дивную мелодию и в то же время были почти неразличимы в общем гуле голосов и музыки... Этому было сложно сопротивляться, потому что совсем не несло угрозы, перед этим шепотом прогибались самые мощные ментальные шиты. И вот уже появились первые плоды: глаза посетителей кафе медленно покрывались странной пеленой, один из студентов внезапно спрыгнул со стула и поскакал к соседнему столику, за которым девушка увлеченно выковыривала из салата морковку... вскоре все молодые люди в кафе прыгали, поджав руки, пытались вилять несуществующими или реальными хвостами, предпринимали попытки грызть мебель и едва не дрались из-за морковки. Киара весело хлопала в ладоши глядя на творившиеся безобразие, а ребята в белых плащах, как она и думала, оказались превосходными белыми кроликами.
Веселье прервалось очень неожиданно — в дверь кафетерия вошел еще один несостоявшийся кролик, то есть он тоже был в белом плаще. Новоприбывший молча обозрел открывшуюся картину, подошел к развлекающейся от души Киаре, поднял ее за шкирку и хорошенько встряхнул. Моментально потеряв от неожиданности концентрацию, требующуюся для удерживания стольких сознаний, лаоли вернула людям и нелюдям их привычное мироощущение. Собственное подвешенное состояние тем не менее не сломало кайф, который она получала, глядя на своего смущенного куратора, поспешно сползающей со стола.
— За мной, — скомандовал ее пленитель, ставя девушку на пол.
Киара гордо задрала нос, вышагивая вслед за красивым блондином. Все-таки сильно ее не накажут по нескольким причинам: во-первых, никакого ущерба никому и ничему она не нанесла, слегка погрызенная мебель не в счет, не она же лично ее жевала. Во-вторых, она дочь ректора. В-третьих, она новичок, и могла еще просто не усвоить весь внушительный список запрещенных вещей. В-четвертых, у нее есть куратор, вот пусть и расхлебывает. Обернувшись, разбойница убедилась, что блондинка шагает следом, поймала ее злой взгляд и ухмыльнулась, понадеявшись, что та это увидела.
Остановившись перед общежитием магов, одетый в белое незнакомец обвел девушек взглядом, в котором был только холод. Даже пребывающая в наилучшем расположении духа лаоли, зябко повела плечами.
— Потрудитесь объяснить.
— Это была шутка, — фыркнула Киара, когда ее сопровождающая не потрудилась и рта раскрыть, думая, что из Виолы никакая защитница и помощница.
— В таком случае тебя ожидает наказание, на неделю ты после занятий ты поступаешь в распоряжение старшего повара. Думаю, чистка валифай, который так любят обожаемые тобой кролики и студенты, тебя повеселит. Никакой магии, — добавил он.
— Это смешно! — Киара пришла в ужас, представляя сколько этого мелкого овоща размером с перепелиное яйцо придется подготовить вручную.
— Но ты ведь такая ценительница юмора, — невозмутимо отрезал мужчина, чуть склонив голову на бок. — Твое имя будет внесено в список провинившихся, который предоставляется еженедельно преподавателям и на центральном стенде объявлений. На треть будет урезана стипендия в этой декаде. Свободна. Виола, задержись.
Фыркнув, лаоли быстро скрылась за дверями, тем не менее задержавшись, чтобы услышать, что же такого скажет ее надсмотрщице этот зарвавшийся тип. "Ничего, — думала девушка, — она сможет уговорить отца отмазать ее от наказания. В конце концов, это же его академия!"
— Ты ее куратор? — донеслось до Киары, моментально превратившейся в слух, а ушки забавно топорщились на голове, даже подрагивая от интереса.
— Да, арэ Грейд, — Голос девушки был ели слышен даже для улучшенного слуха лаоли, которая опять фыркнула. Она считала, что отец крупно промахнулся, приставив такую...клушу. Тут до Киары дошло, какое имя произнесла Виола. Вот так-так, "повезло" нарваться на главу студсовета! Этот парень порой доводил отца до бешенства, тем лучше для нее — тем легче будет ей уговорить отца, предоставить ей амнистию, таким образом насолив надоевшему выскочке.
— Виола, если ты не в состоянии справляться с обязанностями куратора, не стоило и браться. Но если уж так вышло, потрудись соответствовать, так как закрывать глаза на бесчинства твоей подопечной я не собираюсь. Твоя стипендия так же на треть урезана, правда, без занесения имени в списки. В твоих же интересах, чтобы лаоли больше не попадала мне на глаза в таких ситуациях. Все ясно?
— Да, — прошелестела девушка, а Киара поспешила скрыться на лестнице, пока ее не поймали за подслушиванием. Почти бегом направляясь в свою комнату, первокурсница думала, что после еще пары подобных вечеров эта серая мышь Виола сдастся, освободив ее, Киару, от назойливого надзора. На такое даже всю стипендию пожертвовать не грех. Студенческая жизнь ей определенно начинала нравиться.
— Лиин, может не будем? Я слышал, у них тут такое оборудование для артефактологии... Давай без неприятностей хоть месяц проучимся, — Максимилиан всяческий хотел отговорить сестру от необдуманного поступка, а то, что она не обдумала, было понятно сразу.
— Максимилиан Ювирес, — выделяя каждую букву имени, проговорила его близнец. — Это как назвается? Продажа? Ты продался им за какие-то инструменты и оборудование? Да?
Девушка разозлилась, волосы поменяли цвет на кроваво красный, глаза сузились, а маленькие ручки сжались в кулачки. Казалось, она накинется на него.
Парень сначало в испуге попятился от сестры, а потом в его глазах промелькнула искорка смеха.
— Ха, Лиана, ты сейчас такая смешная, глянь в зеркало, похожа на маленького зверька! — парень начал похрюкивать от смеха.
Через пару минут сама девушка хохотала вместе с ним.
— Кстати о зверьках! Как думаешь, наплыв мышей академия выдержит? — хитро поинтересовалась девушка.
— Сестренка, какие мыши? Ты видела там защита от грызунов какая! — попытался вбить в голову своему близнецу прописную истину брат.
— А ты мне на что? Секундочку, я сейчас!— девушка шустро бросилась на второй этаж мимо брата, а уже оттуда донесся ее вопль: — есть, нашла! Твой старый артефакт! Помнишь, лет пять назад мы бабушку мышкой пугали?
— О-о! — простонал Лиан. — Только не говори, что ты сохранила его!
— Ну и сохранила! И вообще взяла еще штук десять артефактов из твоего раннего творчества. Как знала, что пригодится, — обижено шмыгнула носом девушка, немного перегнувшись через перила лестницы.
— Лиин, это ребячество! — фыркнул Лиан.
— Ты мне не хочешь помогать! — девушка опять начала ныть.
— Лиин, ну когда ты повзрослеешь! Ты же знаешь, твои слезы на меня не действуют!— еще раз попытался вразумить сестру Максимилиан.
— Я домой хочу! Не хочу тут учиться!— обижено надулась сестра, а потом резко ее лицо просветлело. Повеселев она продолжила — Или ты со мной, или я сама пойду!
— Да? Интересно, точно сама? Тогда я пошел отдыхать, — произнес ее брат и начал подниматься по лестнице.
Лиин, перепрыгивая со ступеньки на ступеньку, спустилась вниз, развернувшись, посмотрела на брата и строго спросила :
— Ты уверен в своем решении? Со мной не пойдешь?
— Да, я отдыхать. Это тебе только развлечения, а я не против поучиться тут, — немного подумав, ответил Лиан.
— Ну и ладно, когда я вернусь домой, ты мне будешь завидовать! — вздернув носик к верху, произнесла красавица.
Не дождавшись слов прощания, девушка выбежала на улицу. Уже идя по городу в сторону академии, она тихонько всхлипывала. Ей было неприятно, что брат бросил ее, что он почти предал их обещание всегда и во всем быть вместе.
Так за раздумьями Лиин не заметила, как очутилась возле ворот академии. Проскользнув в калитку, она задумалась, где лучше закрепить артефакт призывающий мышей и крыс, причем не просто призывающий, но и дающий им пройти через защиту. Не далеко от ворот стояла скамейка, юная кариса, подойдя к ней, плюхнулась как куль муки.
— Ой, — тихонько взвыла девушка.
— Осторожней надо быть сестренка, а то не смотришь вечно куда садишься, — тихий, вкрадчивый голос брата порядком испугал ее.
— А я-то думала, когда появишься, — медленно, но в тоже время немного зло, произнесла его сестра-близнец.
— Ну ладно, не дуйся, — присев рядом с ней, Лиан тихонько пихнул ее плечом, а потом просто обнял ее за плечики и продолжил, — просто твоя идея помахивает детством, и вряд ли из-за нее тебя выгонят, быстрее просто накажут.
— У тебя есть идеи получше? — глаза девчонки заблестели. — Выкладывай!
На утро все студенты и работники академии, были возмущены, а в студсовет посыпались жалобы. Да и ректора не оминула та же участь: человек пять преподавателей подавали заявку на компенсацию их материального ущерба.
Наша парочка карисов, спокойно сидела в столовой. На их безмятежных лицах не было и намека на совершившуюся пакость. Вот только цвет волос был цвета морской волны, выдающий переполнявшее удовольствие...Как хорошо, что в академии еще не знали о специфики смены цвета их шевелюр.
В столовую влетела девушка, со стороны ее поведение было сродни поведению сороки — такая же подвижная и шебушная. Ее писклявый голос разнесся по всей столовой:
— Вы знаете! Нет, вы не знаете! Сегодня ночью кто-то покрасил скамейки магической краской с асной!
Дело в том, что данная краска использовалась всегда лишь на празниках-карнавалах, когда надо было придумать в срочном порядке наряд, а под рукой находилась разве что белая простыня. Именно на ткани они принимала самый причудливый вид, раз за разом принимая новый рисунок, напоминающий корявые детские рисунки или кляксы. Да и отстирать ее можно было и не пытаться. В целом, через десять часов она теряла свой эффект, превращаясь в обычный бесцветный лак, но одежда все равно была уже испорчена.
Все, кто был в столовой и еще не успел посидеть на скамейках, разразились смехом, представляя, во что превратилась одежда тех несчастных, кто любил по утрам отдыхать на парковых лавочках. А таких было немало. Чаще всего перед парами там встречались влюбленные, разные компании и команды, ученики, делающие на ходу домашнюю работу. А еще на скамеечках любили по утрам посидеть преподаватели, причем те, что постарше.
— Это еще не все, — в общий смех вклинился писклявый голосок. — Ректор
пообещал, что с провинившихся снимет всю стипендию, если найдет.
Близнецы мысленно усмехнулись, их взгляд так и говорил: вы сначала вычислите.
Лиин уже не спешила домой. Девушка решила тут хорошо развлечься — еще ночью после проказы у нее назрели планы на ближайшие месяцы пребывания в Академии. Домой она всегда успеет, а развлечься в знаменитой Альма Матер всех магов...когда ей еще дадут такой шанс?
Глава 3
Одна из самых необычных преподавателей академии рассматривала огромную кипу бумаг, небрежно рассыпанных по полу. Урсула скривила губы и подошла к шкафу. Конечно, ректор просил составить списки команд на эти задания и хотя бы несколько из них отправить на задания, но это было гораздо менее важным, чем выбор платья на сегодня. Обнаженная женщина смотрела в зеркало, отражавшее ослепительную красавицу, существо невыразимо притягательное и манящее. В темно-зеленых глазах мерцали таинственные искорки, словно приглашая разгадать тайну, а несколько полноватые чувственные губы обещали неземное наслаждение. Так, по крайней мере, ей говорили ее многочисленные любовники. Тонкие пальчики перебирали висевшие в гардеробе платья, пока взгляд Урсулы не остановился на тонком серебристом шелке. Накинув широкую тунику, которая едва скрывало совершенное тело, женщина еще раз бросила взгляд в зеркало и улыбнулась отражению: полупрозрачный шелк стекал по плечам, обрисовывал высокую грудь и небрежными складками заворачивался во круг ног...
— Ну и кто же у нас пойдет выполнять задания? — задумалась Урсула, одевая на тонкое запястье уже двадцатый браслет с колокольчиками. — И, главное, что они у меня будут выполнять?
Чуть прикусив нижнюю губу, женщина рассматривала десятки колец, лежащие перед ней. — Думаю, вот это, — небольшой голубой конверт взмыл вверх, укладываясь на письменный стол, а Урсула надела на палец перстень с бирюзой и вдруг четко назвала три имени, которые рядом с заданием написал магический самописец.
Последующие десять минут, она от души развлекалась, левитируя с пола конверты с заданиями и тут же спонтанно называя имена. Некоторые из них она вообще слышала впервые, но они рождались в уме спонтанно, единственно правильные из возможных комбинаций, которые бы гарантировали успешный исход.
Что ж пора было идти к ректору.
Азар Неорей чуть вздрогнул, когда увидел, кто вошел в его кабинет и закрыл дверь. Ладно бы она ее просто закрыла, так Урсула еще и зачаровала ее. Увидев выражение ее глаз, ректор сглотнул и подавил порыв вытереть выступившую испарину кончиком хвоста.
Как бы он хотел ее уволить! Но оракулы были наперечет, и так исправно исполнять работу, как делала эта женщина, пока не смог почти никто. А эти "почти" были еще хуже в общении, нежели арана Дарго
— Что вас привело? — он старался говорить сухо и спокойно.
— Ваше задание, — мурлыкнула женщина, игнорируя кресло для посетителей и садясь на стол, от чего шелк на груди еще сильнее натянулся, обрисовав все что можно, да и нельзя...
Азар не в первый раз уже пожалел, что кресло стоит так близко к столу и отступать некуда.
— Какое именно? Я давал вам много заданий, но большинство из них вы с успехом проигнорировали.
— Они такие скучные, — вздохнула Урсула, подбираясь ближе. — Я уверенна, что есть гораздо более интересные вещи, которым мы могли бы посветить наше время... — тонкие пальчики женщины легли ему на ладонь.
— Урсула, я не один из ваших студентов, — попытался воззвать к голосу разума ректор.
— И что?— совершенно искренне изумилась женщина. — Мне это совершенно не мешает.
