Лорд Нежин исподтишка наблюдал за девушкой, стараясь понять, заглядывала она в переданную ей накануне книгу, или нет. "Искусство любовных утех", творение старинного автора, он получил в наследство, как и замок, и лордство с городами и деревнями, от своего отца.

Кажется, Констанца, всё же, познакомилась с некоторыми картинками, потому что стыдливо прятала глаза и мило краснела, когда он к ней обращался. Его милость решил, что, пожалуй, пора заканчивать с ухаживанием. Его воздержание затянулось, а девочка никуда не денется, ну, поплачет немного, как и все они, и смирится.

В течение дня лорд Нежин был необычно ласков, и Констанца терялась в догадках. Её сердечко сладко затрепетало, когда вечером, после ужина, он притянул девушку к себе властным, хозяйским жестом и прошептал на ушко: — ты не станешь возражать, если я сегодня приду к тебе? — Она непонимающе посмотрела ему в глаза, а он не стал ничего объяснять, лишь снова поцеловал её, да так, что у Констанцы ослабели и подогнулись ноги.

Он проводил её до самой двери в гостиную и напоследок опять поцеловал. Она посидела немного в кресле, раздумывая над необычным поведением лорда Нежина. Констанца отгоняла от себя мысль, что его фраза могла означать, что сегодня с ней случится то же, что происходило со всеми девушками, попадавшими в замок. Этого просто не может быть! Его милость такой добрый, такой любезный! Он всегда безукоризненно вежлив с ней, и она просто не могла представить, что он способен на насилие. Ну и что же, что он целовал её! Она вынуждена признаться, что его поцелуи ей нравились.

Служанка помогла ей принять ванну, подала свежую ночную рубашку и, ни слова не говоря, вышла. Констанца пожала плечами, распустила волосы, которые она закалывала на макушке, чтобы не замочить, и открыла дверь в спальню. У неё перехватило дух: на её кровати, поверх одеяла, вольготно расположился лорд Нежин. Он выдернул руки из-под головы и с улыбкой протянул их к девушке: — иди скорее ко мне, Констанца! Я уже заждался тебя!

Она, в растерянности, забыв, что кроме ночной рубашки на ней ничего нет, замотала головой: — н-н-нет, Ваша милость, н-не надо... . Вы не можете здесь находиться...

Он расхохотался, вскочил на ноги, и она увидела, что он стоит перед ней босиком, в халате, который, кажется, одет на голое тело, потому что полы халата, удерживаемые лишь поясом, широко открывали его грудь, поросшую редкими тёмными курчавыми волосками. Ей стало неловко, и она опустила глаза, тут же покраснев: ниже пояса халат сильно оттопыривался. Констанца догадалась, что его мужское естество готово к близости с нею. Она испугалась, сообразила, что стоит перед ним в одной ночной рубашке и отступила к шкафу, стараясь отодвинуться от него подальше.

— Ну, довольно, Констанца, я не собираюсь ловить тебя по всей комнате! — Уже без улыбки сказал он, — снимай рубашку и ложись в постель.

Она опять замотала головой, со страхом глядя на него. Перед ней стоял совершенно незнакомый мужчина с холодным взглядом, неприятно сжатыми губами и... его дыхание было тяжёлым, а руки сжались в кулаки. Она осторожно отошла за кровать, глядя на него округлившимися глазами. Её первой мыслью было закричать, позвать на помощь, но тут же пришло понимание, что это бесполезно. Он хозяин в этом замке и все ему подчинены. Она чувствовала себя совершенно беспомощной, на глаза навернулись слёзы:

— Ваша милость, пожалуйста, не надо! Отпустите меня, я... никому ничего не скажу, пожалуйста, прошу вас!

Он усмехнулся: — не бойся, малышка, это только первый раз будет немного больно, а потом тебе понравится. Ты же прочитала книгу, которую я тебе дал? А как тебе картинки? Мы с тобой обязательно попробуем все позы, которые там нарисованы.

Ужас охватил её. Констанца рванулась к двери, надеясь выскочить в коридор, где ему станет сложнее её поймать. Дверь была заперта. Лорд Нежин с усмешкой вынул из кармана ключ и показал ей. Затем неспешно подошёл, притиснул девушку к стене и впился ртом в губы. Слабость охватила Констанцу, лишая сил к сопротивлению. Его руки жадно тискали её тело, сжимая грудь, ягодицы. Он с силой вдвинул свою ногу между её раздвинутых, принялся тереться своей плотью о её бедро. Констанца с отвращением чувствовала, как огромен его мужской орган, какой он твёрдый и горячий. Она попыталась вытолкнуть его язык из своего рта, но не смогла.

Наконец, он отстранился, но только затем, чтобы намотав её волосы на руку, потащить к постели. Страх почти парализовал её. Она плакала и пыталась вырваться, но лорд Нежин толкнул её на постель и навалился сверху. Рванув ночную рубашку, он коленом прижал её, не позволяя освободиться, пока сам сдирал с себя халат. Увидев прямо над собой его громадную плоть, сизо-багровую, пульсирующую, готовую вонзиться в неё, Констанца завизжала и принялась биться с новой силой. Лорд Нежин, засмеявшись, ударил её по щеке: — ты будешь получать пощёчины каждый раз, как твоё сопротивление станет чересчур активным.

Более не церемонясь, он с силой вошёл в неё, и Констанца вскрикнула от резкой боли, пронзившей всё её существо. Лорд Нежин на минуту замер и поцеловал девушку: — ну всё уже, всё, больше не будет больно. Если бы ты не сопротивлялась, то боль не была бы такой сильной. Расслабься, не сжимай его там, я ведь всё равно не остановлюсь.

Констанца не понимала, что он говорит. Потрясение было ужасным. Мерзкое совокупление, как у животных, боль, его самодовольная похоть, грубые руки, тискающие грудь. Она плакала, захлёбываясь слезами. Он приподнялся и с силой снова вошёл в неё. Ей показалось, что её разрывают изнутри. Констанца закричала и впилась ногтями в его спину. И тут же снова пощёчина звоном отозвалась в её голове.

— Малышка, веди себя хорошо, я же тебя предупредил!

Ей казалось, что этот кошмар никогда не кончится. Наконец, он содрогнулся и скатился с неё на постель. Полежав несколько минут, лорд Нежин встал, натянул халат и накинул на Констанцу одеяло:

— отдыхай, сладкая моя! — С этими словами он наклонился и куснул её за нижнюю губу. Девушка вскрикнула, а он, хохотнув, вставил ключ в замочную скважину, открыл дверь и вышел.

Сжавшись в комок, Констанца лежала и думала, что лучше бы ей умереть. Она ругала себя за доверчивость и наивность. Она не верила тем, кто был умнее, кто желал ей добра. Теперь она растоптана, её жизнь уничтожена, разбита. Виновата в этом лишь она сама. Плакать не было сил. Если она умрёт — что станет с отцом? Констанца помнила, как выла и висела на руках соседок, идущих за гробом, мать Гортензии, девушки, вернувшейся из замка и покончившей жизнь самоубийством. Нет, невозможно, отцу не пережить её смерть.

Теперь Констанца с иронией подумала, что едва ли лорд Нежин женится на ней, как она мечтала. Она всего лишь одна из многих.

В дверь тихонько поскреблись. Вошла Майя, служанка. Не поднимая глаз, она сказала: — данна Констанца, вам надо вымыться, а я, тем временем, поменяю постель.

Со стыдом Констанца поняла, что посещение лорда Нежина не является тайной для обитателей замка. Она чувствовала себя грязной, ей хотелось смыть его прикосновения, поцелуи. Только сейчас она обратила внимание на то, что простыня под ней мокрая и липкая, а рубашка изодрана в клочья.

Завернувшись в одеяло, Констанца сползла с кровати и увидела, что постель вся в пятнах крови, а по центру расплылась желтоватая, дурно пахнущая липкая лужа. Она содрогнулась, глянув на Майю, почувствовала, что краснеет.

Служанка грустно улыбнулась ей: — я привыкла данна Констанца. В этой спальне перебывало много девушек. Да и все мы, служащие у Его милости, не миновали его постели.

Констанца с ожесточением тёрлась мочалкой. Ей хотелось содрать саму кожу, вместе с его прикосновениями. Наконец, она вышла из ванной. Майи уже не было, но постель была застелена чистым бельём, на кровати лежала новая ночная рубашка, ничто не напоминало о произошедшем. Девушка прилегла на кровать, укрылась одеялом. Ощущение саднящей боли притупилось, но тело продолжало гореть от грубых, безжалостных прикосновений. Мыслей не было, только отчаяние и безысходность. Давно наступила ночь, но Констанца не могла уснуть.

Под утро она задремала, и проснулась оттого, что в спальню вошла Майя:

— данна Констанца, я принесла вам завтрак. Лорд Нежин сказал, что вы, возможно, плохо чувствуете себя, поэтому распорядился принести завтрак вам в гостиную. — Служанка сочувственно смотрела на девушку: — я помогу вам одеться и причесаться. — Та отстранённо кивнула. Есть не хотелось, вставать тоже. А ещё было ужасно стыдно выйти в коридор, встречаться глазами со слугами замка.

Она, всё же, встала, молча умылась и оделась. Сидя перед зеркалом, пока Майя возилась с её не слишком длинными волосами, всмотрелась в своё лицо. Губы припухли, на нижней след от укуса, глаза красные. Констанца вздохнула. Ей было всё равно, как она выглядит. Служанка её вздох расценила по-своему: — не расстраивайтесь, данна, всё пройдёт. Его милость несколько дней не будет к вам приходить, чтобы всё зажило. Ну да, он всегда грубый, когда первый раз, а потом очень даже ничего, ласковый. Только он не любит, когда ему перечат, сразу злиться начинает.

Причесав Констанцу, Майя ушла, а девушка нехотя принялась за завтрак. Она ещё задумчиво ковыряла вилкой пышную котлету, когда дверь открылась, и вошёл лорд Нежин. Она подняла на него испуганные глаза, а он, широко улыбаясь, поцеловал её и уселся в кресло напротив, внимательно разглядывая девушку. Констанца густо покраснела, опустив глаза, а он расхохотался, довольный:

— Констанца, как ты себя чувствуешь? — Не дожидаясь ответа, небрежно сказал: — сама виновата, не надо было сопротивляться. Ну, ничего, через пару дней всё заживёт, и тогда мы с тобой приступим к изучению той интересной книги! — Он снова засмеялся и, подмигнув ей, вышел из комнаты.

Констанца с отвращением отодвинула тарелку. Надо что-то делать. Невозможно оставаться в замке, быть игрушкой в руках лорда Нежина. Надо бежать, но куда? Домой нельзя, там найдут. Может быть, к Феонисте? Она что-нибудь придумает. Но как пройти около десятка роенов по зимнему лесу? Придётся заночевать. Значит, будет нужен костёр.

Она встала, но тут же поняла, что не сможет идти. Подумав, решила, что уйдёт завтра, ближе к вечеру. А пока нужно найти тёплый плащ, сапожки и кремень, чтобы развести костёр.

Глава 5.

Обедала Констанца снова в своей гостиной. А потом явился лорд Нежин, жизнерадостный, счастливый и... до умопомрачения красивый. Тёмно-синие глаза искрились лаской и весельем, тонкая белая, с пышным кружевным жабо рубашка расстёгнута у ворота, открывая сильную шею. Легко прошёлся по гостиной, не делая попыток поцеловать девушку или просто прикоснуться к ней, опять поинтересовался её самочувствием, заботливо сказал: — что-то ты очень бледненькая, малышка? Не настолько уж и велика твоя кровопотеря, чтобы ты так плохо выглядела! — Он улыбнулся: — наверно, ты просто не выспалась? Может быть, приляжешь?

Констанца не верила своим глазам: неужели этот обаятельный красавец сегодня ночью терзал её тело, грубо и безжалостно обладал ею и несколько раз ударил по лицу? Вдруг она дерзко подумала, что надо попробовать обмануть его, чтобы добыть тёплую одежду и обувь. Смущённо потупившись, она тихо сказала: — Ваша милость, позвольте мне выйти на свежий воздух. Я не привыкла сидеть взаперти! — Лорд Нежин удивлённо посмотрел на неё:

— Констанца, тебя никто взаперти не держит! Ты вполне можешь погулять хоть по замковому двору, хоть по саду. Правда, он занесён снегом, но аллеи расчищены. К сожалению, я не могу составить тебе компанию, — он ухмыльнулся, — не люблю я такие прогулки!

Она обрадовалась: — спасибо, Ваша милость, я и одна погуляю с удовольствием! Только... у меня нет никакой тёплой одежды...

— О-о-о, я терпеть не могу женских стенаний по поводу отсутствия нарядов! Поищи в шкафу или скажи служанке. Она найдёт, что тебе нужно.

Вскоре лорд Нежин ушёл, на прощанье одарив Констанцу ласковой улыбкой, а она немедленно зарылась в шкаф в поисках тёплой одежды. Поскольку ни плаща, ни сапожек она не нашла, ей пришлось звонить в колокольчик, чтобы вызвать служанку. Майя нисколько не удивилась её просьбе, а спустя некоторое время вернулась в покои, таща ворох одежды: два тёплых меховых плаща, меховой капор, длинная и толстая шерстяная юбка, тёплый вязаный жакет и такие же, вязанные из овечьей шерсти, длинные панталоны. Майя назвала их рейтузами. Затем она снова сбегала куда-то и теперь принесла три пары, на выбор, тёплых женских сапожек. Констанце все они оказались велики, но она отобрала пару поменьше. Все вещи были не новые, видно, что их носили, но немного. Она спросила об этом служанку, и та шёпотом подтвердила, что всё это носили девушки, которые жили в этих покоях.

Теперь у Констанцы было всё необходимое для побега, за исключением, увы, кремня. Она задумалась. Может быть, Ласси согласится помочь ей? Но тогда придётся выходить из комнаты под любопытные взгляды слуг. До сих пор она так и не решилась показаться людям на глаза, стыд сжигал её. Она представила, как будут переглядываться служанки, как бесстыже осматривать с головы до ног мужчины. Девушка прижала ладони к вспыхнувшим щекам, не решаясь шагнуть за порог.

Ей нужно было всего лишь пройти в другое крыло замка на этом же этаже. Комната Ласси располагалась рядом со спальней лорда Нежина.

Опустив глаза, она по стеночке проскользнула к нужной двери, тихонько постучала. Дверь распахнулась, удивлённый Ласси стоял на пороге и смотрел на неё.

— Данн Ласси, можно мне с вами поговорить? — Он жестом предложил ей войти, закрыв за ней дверь. Констанца находилась в маленькой, скромно обставленной комнатке. Узкая кровать у стены покрыта полосатым домотканым покрывалом, небольшой стол у окна, пара жёстких стульев, довольно обшарпанное кресло, двустворчатый шкаф, на полу вытертый в некоторых местах, до основы, ковёр, бюро со стопкой бумаги и парой книг на нём.

Констанца подняла голову. Ласси грустно смотрел на неё, потом слабо улыбнулся: — Присаживайтесь, данна. Что привело вас ко мне?

Она не могла решиться. А что, если он спросит, для чего ей нужен кремень? Она неуверенно присела на край стула, помявшись, спросила: — данн Ласси, не могли бы вы дать мне пару кремней? — Констанца

умоляюще смотрела на него, страшась его вопроса.

Ласси серьёзно глянул ей в глаза, потом молча подошёл к шкафу и, порывшись на полках, подал ей небольшой холщовый мешочек: — а вы умеете пользоваться кремнем, данна Констанца?

Она благодарно схватила подарок, быстро закивала: — да-да, данн Ласси, умею! Спасибо вам большое! Только... — она замялась, а он опять слабо улыбнулся:

— я никому ничего не скажу, данна, не бойтесь. Только вот подумайте, надо ли? Хотя зима стоит тёплая, но, всё же...

Констанца торопливо вскочила: — спасибо вам, данн Ласси, за всё спасибо!

Вечером ей пришлось идти в столовую, потому что лорд Нежин прислал за ней Майю. Он с интересом смотрел на Констанцу, но она постаралась не встречаться с ним взглядом. Его милость усмехнулся и пожал плечами: — ты выглядишь задумчивой, Констанца. Хотел бы я знать, какие мысли витают в твоей голове?