Зов драконьей крови

— А если магия еще не проснулась? — всерьез забеспокоилась моя подруга.

— Не волнуйтесь, преподаватели-эльфы прекрасно знают, что некоторым студентам поначалу приходится ограничить обучение одной лишь теорией. Просто выберете специализацию чуть позже, вот и все. Хотя большинство эльфиек традиционно предпочитает магию земли или же целительство.

Риналия сморщила носик.

— Не уверена, что мне это интересно.

— Этот вопрос уже не в моей компетенции, — заявил лорд Нойт. — Леди Виринея, я обязательно свяжусь с ректором Университета и озвучу вашу проблему. Не переживайте, все будет непременно улажено. А теперь, прекрасные леди, позвольте откланяться. Мой рабочий день уже начался, меня ждут дела.

— И что будем делать? — спросила я у подруги, глядя в спину удаляющегося чиновника.

— Предлагаю посетить Университет. Надо же нам увидеть место нашей будущей учебы.

До Университета было рукой подать. Меня поразило, что состоял он из целого комплекса зданий да еще и парка в придачу.

— Я никогда здесь не была, — сказала Рин, разглядывая огромный прямо-таки замок из светлого камня. — Хотя мимо проходить случалось. Давай погуляем и все как следует рассмотрим.

— А нам можно? — усомнилась я.

— Раз ворота открыты — значит можно, — подруга не сомневалась.

Но, к нашему огорчению, двери главного здания оказались как раз-таки заперты.

— Ничего, — весело сказала неунывающая Риналия, когда мы спускались по широким мраморным ступеням. — Можно пройтись по парку.

И мы отравились на прогулку. Парк был очень красивым, ухоженным, и в моем представлении вполне мог окружать какой-нибудь королевский дворец. То и дело мы натыкались на статуи, фонтаны или стоящие под деревьями скамейки. За очередным поворотом дорожки мы увидели здание под красной черепичной крышей.

— Интересно, что это может быть?

— Судя по скульптурам с книгами у входа — библиотека, — уверенно заявила Рин. — Подойдем?

Я согласно кивнула и ускорила шаг. Все мое внимание было приковано к мраморной читательнице, оттого-то я и не заметила, что дорожка наша сливается еще с одной, пошире. И по ней как раз шел парень, на которого я и налетела.

— Ой!

Хорошо еще, что от столкновения я просто пошатнулась, а не упала. Впрочем, молодой человек, в которого я врезалась, не позволил бы мне свалиться, ухватив за руку повыше локтя. Зато красивая шаль Риналии слетела на землю.

— Простите, — растерянно пробормотала я, разглядывая незнакомца.

У него были светлые волосы, отливавшие золотом, правильные черты лица и большие голубые глаза, которые сейчас смотрели на меня с раздражением.

— Ничего страшного, — холодно бросил он, отпуская мою руку.

А выражение лица у него сделалось такое, как будто он с удовольствием наговорил бы мне гадостей.

— Вира, ты не ушиблась?

Рин кинулась ко мне, принялась ощупывать мою руку.

— Это ваша служанка, леди? Ей следовало бы быть осторожнее.

Риналия даже задохнулась от возмущения.

— Вира — моя подруга! А вы, молодой человек, между прочим, дурно воспитаны. Мало того, что не представились, так даже не соизволили поздороваться.

Незнакомец натянуто улыбнулся.

— Прошу прощения, леди. Меня зовут Линор дес Раван. Могу ли я узнать ваши имена?

— Риналия дес Маррас, — с достоинством представилась Рин. — Имя моей подруги вы уже имели честь услышать. Скажите, вы учитесь здесь, в Университете?

— Да, и как раз шел в библиотеку, когда ваша подруга... хм, когда мы с вами повстречались. А вы, леди? Несомненно, я припомнил бы, если бы видел столь прекрасных дам среди наших студенток.

Несомненно, он нам бессовестно льстил, но польщенная Рин кокетливо взмахнула ресницами.

— Мы только собираемся поступать сюда на учебу.

— Вот как? — Линор оживился. — Хотите я вам все здесь покажу?

Я уже хотела отрицательно помотать головой, как Рин, к моему ужасу, ответила:

— Не откажемся.

Ради прогулки новый знакомый даже отложил свой визит в библиотеку. Он протащил нас по всей территории Университета, с гордостью демонстрируя местные достопримечательности.

— Вот посмотрите, леди, это пруд, где живут редкие черные лебеди. Девушки-целительницы любят сидеть в беседках на берегу. Это тренировочный полигон магов-боевиков. Здесь мы частенько устраиваем показательные сражения, обязательно приходите посмотреть, вам непременно понравится. А дальше начинаются владения некромантов.

И Линор картинно поежился. А Риналия неожиданно заинтересовалась.

— Расскажите мне побольше. В Университете много будущих некромантов?

— Нет, что вы. Желающих копаться в могилах всегда было мало, а в прошлом году и десятка на курс не набралось. Да еще и декан у них злющий. Как взглянет — оторопь берет, все чудится, будто он собирается сначала тебя прикончить, а затем воскресить. В интересах науки, естественно.

— Надо же, — зачарованно протянула Рин. — Интересно-то как.

Дес Раван покосился на нее с недоумением, а затем воодушевленно продолжил:

— Зато у нас, боевых магов, конкурс просто огромный. И отбирают самых лучших.

Видимо, он хотел добавить, что из самых лучших он является наилучшим, но постеснялся. Впрочем, Рин боевики были неинтересны.

— А как зовут декана некромантов? — спросила она.

Линор досадливо поморщился, но ответил:

— Террес дес Таннас. Увидев, вы его сразу опознаете и ни с кем не перепутаете. А вы уже решили, где хотите учиться, леди?

— Пожалуй, да, — мечтательно сказала Рин.

Мне стало не по себе. Неужели подругу заинтересовала столь жуткая наука, как некромантия?

— А вы, леди Виринея? Будете целительницей? Впрочем, на этом факультете много эльфиек, но и человеческим девушкам рады.

— Я не человеческая девушка, а дракон, — возразила я и с неким злорадным удовольствием отметила, как меняется в лице наш собеседник.

— Дракон? Я и подумать не мог, — пробормотал он.

Я не стала любезничать и спросила напрямик:

— Вас смутила моя одежда?

Видимо, я оказалась права, потому что Линор тут же отвел взгляд в сторону.

— Вовсе нет, — неубедительно солгал он. — У вас очень... эээ... приятное платье.

— Моя подруга скромна и не любит выделяться, — со сладкой улыбкой пропела Рин.

А когда мы наконец распрощались с дес Равасом, она потащила меня за обновками.

— Не спорь со мной! — пресекала она все мои возражения. — Видела, как этот хмырь скривился при взгляде на твое платье? И такого дурачья, что по одежде судят о людях, хватает везде. Все равно нам пообещали выплатить вознаграждение за сведения о разбойниках, вот я и вычту стоимость обновок из твоей доли.

Я не знала, правду ли Рин сказала о вознаграждении или придумала, чтобы мне не было стыдно, что она платит за мои покупки. О размере этого самого вознаграждения (если оно было, конечно) я тоже и догадываться не могла. Но спорить с Риналией, когда уж она уперлась, было действительно делом бесполезным. В результате я стала обладательницей целых трех новых платьев и двух пар обуви: легких туфелек для теплой погоды и мягких ботиночек на осень.

— А к холодам прикупим тебе что-нибудь еще, — довольно заявила подруга. — Плащ я тебе могу подарить, у меня как раз имеется один, что велик по размеру: подарок кого-то из родственников.

Плащ она мне вручила на следующий день, что заставило меня заподозрить в нем не неподходящий подарок, а новую покупку. Но Рин с такими честными глазами уверяла меня, что вещь действительно валяется в доме уже не первый год, что я, вздохнув, не стала от него отказываться.

Теперь, когда судьба моя более-менее решилась, я могла задуматься и о близких мне людях, что остались в "Пьяном Гусаке". Жила я пока что у Рин, которая уверяла меня, что терпеть не может одиночество, и уговаривала не съезжать в общежитие после поступления в Университет. Я обычно на уговоры отвечала, что сначала надобно поступить, а потом уже думать о том, переезжать в общежитие или нет. Рин мне на то припоминала заверения лорда Нойта. Пожалуй, крохотный червячок сомнения и подтачивал мою уверенность, но в целом я была согласна с подругой. И одно знала точно: обратно в "Пьяный Гусак" я не вернусь. Но написать мамаше Тамас было все же необходимо: вдруг она тревожится о судьбе своей воспитанницы?

Взявшись за перо, я задумалась: что именно я могу сообщить вырастившей меня трактирщице? Если я изложу все то, что со мной случилось, мамаша Тамас еще, чего доброго, решит, будто я повредилась рассудком. Дракон, прилетевший мне на выручку, чудесное спасение от лорда-мага, знакомство с эльфийкой Риналией и дружба с ней — в это простая трактирщица, за всю жизнь свою ни разу не покидавшая родного городка, вряд ли поверит. Как и в то, что теперь я "леди Виринея". А уж о том, что я оказалась драконом, писать тем более не следовало.

Результатом моих многочасовых размышлений явилось письмо, в котором я излагала несколько искаженные факты. Во-первых, по новой версии я просто удрала от лорда, пока тот спал. Во-вторых, я добралась пешком до большого города, название которого якобы позабыла упомянуть. В-третьих, сообщила, что у меня обнаружился слабый магический дар, и я теперь попробую поступить учиться. Ну и напоследок передавала свои наилучшие пожелания всем обитателям "Гусака". Отправив письмо (Рин сообщила, что местные птицы обучены магами доносить письма до любого адресата), я почувствовала такое облегчение, будто с сердца у меня упал тяжелый камень. Теперь, отпустив прошлое, можно было заняться и будущим. А именно — подготовкой к поступлению.

Риналия втемяшила себе в голову, что непременно желает стать некроманткой. Поскольку уровень ее магической силы пока измерению не поддавался, подруга решила брать теорией. В ее особняке имелась огромная библиотека, где Рин нашла немало книг по медицине и атласов по строению человеческого тела.

— Зачем тебе эта жуть? — спросила ее я, с содроганием глядя на жуткий рисунок, изображавший человека без кожи.

— Если я хочу стать некромантом, то должна хорошо представлять, как именно устроен человек. Иначе не смогу никого поднять из мертвых, а если вдруг каким чудом и справлюсь с этой задачей, то управлять восставшим не выйдет точно. Ну или они у меня на руках ходить будут.

И все было бы ничего, но Рин, выучив очередную главу, тут же принималась пересказывать ее мне, а потом и вовсе потребовала устроить ей экзамен. Я было согласилась, не ожидая подвоха. Оказывается, подруге удалось раздобыть где-то пыльный скелет. Дженкинс надежно установил его в кабинете, а Линда, зажмурившись от страха, быстро протерла тряпочкой и сразу же сбежала. Судя по ее позеленевшему лицу, новое увлечение своей госпожи горничная не одобряла.

— Ты будешь спрашивать у меня, какая кость как называется, — радостно предложила Рин. — Ну и еще что-нибудь.

— Например? — кисло спросила я, стараясь не смотреть на новую деталь интерьера.

— Да что угодно. Хоть предложишь называть все кости ноги, к примеру, по порядку. Да сама придумаешь.

И подруга всучила мне раскрытый атлас. Судорожно сглотнув, я поинтересовалась:

— А на это вот практическое пособие мне смотреть обязательно?

Рин возмущенно фыркнула.

— Конечно! Иначе как ты будешь меня проверять?

А я трусливо вознесла молитву всем богам оптом, чтобы подруга все-таки передумала изучать некромантию. Визиты на погост я точно не перенесу.

— Вира, ну долго ты там еще?

Риналия в нетерпении постукивала каблучком о ножку стула, а я никак не могла решить, какое платье надеть. Темно-зеленое замечательно оттеняло глаза, но казалось более легкомысленным. Бирюзовое было строгим и закрытым, но слишком уж яркого цвета.

— И это всего два новых платья, — насмешливо произнесла Риналия. — А если бы мы купили тебе десяток?

— Куда столько? — изумилась я.

Подруга расхохоталась.

— У меня их намного больше, однако же я давно готова. Надевай любое и пойдем, не то еще опоздаем.

— Ой!

Я заметалась по комнате, хватая и роняя гребень, заколки, чулки, одолженную у Рин брошь с янтарем.

— Успокойся, Вира, я пошутила. Документы будут принимать целых десять дней, так что мы точно успеем.

Я укоризненно посмотрела на подругу. Ведь прекрасно знает, как я волнуюсь, и все равно подшучивает надо мной! Я чуть ли не ежеминутно мысленно уверяла себя, что не стоит переживать, но все равно боялась. А вдруг лорд Нойт не успел переговорить с ректором? Или не отдал ему письмо Шеррана? Или отдал, но ректор все равно не желает принимать в Университет кого угодно по протекции свыше? Да и "свыше" ли для него Шерран? Тяжело вздохнув, я принялась натягивать зеленое платье. Стяну вырез и закреплю брошью, вот и все дела.

— Что это ты делаешь?

Настырная Рин отобрала у меня украшение и приколола его к плащу.

— Стыдно, — потупилась я. — Будто на гуляние собралась, а не в почтенное заведение.

Рин забавно округлила глаза и фыркнула.

— Такой крохотный вырез, который совсем ничего не открывает, не способен оскорбить взгляд уважаемых лордов профессоров. Хотя, если хочешь знать мое мнение, то мужчины только порадуются привлекательной студентке!

Я улыбнулась: Риналия была верна себе.

— А если среди профессоров окажутся женщины?

— Это да, — разом сникла Рин. — Об этом я как-то не подумала. И все равно, твой вырез устроит даже самую строгую профессоршу. А вот мне что делать? Переодеваться?

Я внимательно оглядела подругу. Она всегда была очень красива, но сегодня выглядела даже лучше, чем обычно. Золотистые волосы уложены в изящную прическу, голубое платье обтягивает стройную фигурку, подчеркивая высокую пышную грудь и тонкую талию.

— Не стоит, — покачала я головой. — Вряд ли среди некромантов будут женщины.

Рин просияла, а я подумала, что и ее скорее всего не примут в мужскую компанию. И мне заранее было немного жаль подругу.

Риналия, не подозревая о моих сомнениях, тянула меня к выходу.

— Ты почти ничего не съела за завтраком, — пеняла она мне. — Давай по дороге зайдем в трактир и закажем горячие вафли с клубничным сиропом.

Я помотала головой.

— Рин, я ведь уже говорила тебе, что еда в меня просто не лезет. Давай на обратном пути, а?

— Ладно, — покладисто согласилась подруга. — Надеюсь, много времени поступление не займет.

Однако когда мы подошли к Университету, то увидели огромную толпу желающих стать студентами. Юноши и девушки примерно шестнадцати-восемнадцати лет разбились на небольшие компании и оживленно переговаривались. Некоторые скромно стояли с краю в одиночестве, должно быть, не были ни с кем знакомы, а заговорить первыми стеснялись. Окинув пришедших быстрым взглядом, я порадовалась, что купила новое платье: одеты все были нарядно и, похоже, бедняков среди поступающих не было. Двери Университета пока были закрыты, и будущие студенты толпились во дворе. Внезапно прозвучал удар гонга, эхом отразившийся от каменных стен, и гул голосов смолк. Все резко повернулись и уставились на широкие мраморные ступени. Двери распахнулись, и из здания вышли пятеро мужчин. Все они были высокими и стройными — больше их не объединяло ничего. Пожалуй, я и представить раньше не могла компанию, состоящую из настолько непохожих друг на друга людей.