Сегодня дом почему-то не казался ему мрачным и пустым. Может быть, это из-за заливающего все вокруг веселого солнечного света, а возможно из-за красочного сна, но, так или иначе, Дэн чувствовал себя полным сил и энергии и наслаждался минутами тишины, как в прежние времена, когда еще была жива бабушка.
Но всему свое время. Бездельничать, конечно, хорошо, но нужно было приниматься за работу. Сейчас он приберется в комнатах, а потом прокатится, запасется продуктами в местном супермаркете на всю последующую неделю. Магазин как раз должен был уже открыться к тому времени, когда он покончит с делами в доме.
Придя к такому заключению, Дэн сполоснул чашку в раковине под горячей струей и вышел из кухни. Решено было начать уборку с гостиной, которая манила его утренним теплом.
Раздумывая, с чего лучше было бы начать, молодой человек стоял, прислонившись к дверному косяку, и осматривал комнату. Здесь все осталось по-прежнему, как было еще при жизни бабушки. Дэн ничего не менял и не переставлял. Солнце весело расцвечивало зеленые обои в мелкий цветочек и окружающие предметы, до которых только могло дотянуться своими лучами. Оно играло на картине с сельским пейзажем, делая краски более сочными и насыщенными. На тумбочках и подголовниках кресел яркими белыми пятнами светились кружевные салфетки, которые доставляли Дэну немало хлопот, поскольку требовали тщательного ухода, но отказаться от которых у него не хватало духу. Потому что они были неотъемлемой частью того, кого он так искренне уважал и любил, и создавали здесь атмосферу домашнего уюта и тепла. Неторопливый стук маятника больших напольных часов, являющихся сердцем этого дома, мерно отбивал свой такт.
По большему счету, уборки было немного. С детства приученный бабушкой к соблюдению чистоты и порядка в доме, Дэн по привычке ежедневно поддерживал его и теперь. Так только, пройтись влажной тряпкой по пыли да пылесосом по коврам и мебели и можно будет зависнуть на компьютере — неожиданном подарке отца по случаю окончания школы в прошлом году.
Поэтому, собрав свои отросшие ниже плеч прямые волосы в хвост, Дэн принялся за работу, не забыв при этом нацепить на голову неизменные наушники от кассетного плеера с записями Aerosmith3.
Работа продвигалась споро, вся уборка заняла чуть более часа, и к девяти часам он был уже полностью свободен.
На сегодня хватит! Стиркой он займется уже завтра.
С чувством полного удовлетворения Дэн рассматривал дело своих рук. Глаза наткнулись на фото пожилой женщины, строго взирающей на него с каминной полки в окружении фарфоровых статуэток.
— Ну что, бабуля, ты довольна мной? — произнес он вслух, и эти слова прозвучали в тишине гостиной неестественно громко. Ему показалось, что в глазах бабули промелькнуло одобрение. — Тогда я в магазин. Скоро буду, не скучай.
Невеселая усмешка промелькнула на лице Дэна, и он направился к себе в комнату, чтобы переодеться. Было страшно глупо разговаривать самому с собой, но это давало призрачное ощущение присутствия в доме кого-то еще, кроме него.
Затем схватив со стола ключи от старенького, потрепанного, но работающего, как часы темно-синего Форда, молодой человек выскочил за дверь, и улица встретила его ослепительным солнцем, начинающим припекать уже в эти утренние часы, и громким щебетом стайки мелких птиц, оккупировавших старый раскидистый клен на соседнем участке. Их не могли перекричать даже мальчишки, гоняющие мяч на дороге, через несколько домов отсюда.
Не выпуская игроков из поля зрения, Дэн осторожно вырулил на дорогу и покатил в сторону супермаркета.
* * *
Когда часом позже, основательно затарившись, он подрулил к подъездной дорожке своего дома, его внимание привлек шикарный, сияющий ослепительной чистотой и черным лаком на солнце Лексус LS 400 второго поколения, который, как он знал, только в этом году появился в салонах США. Тот церемонно стоял на противоположной стороне дороги возле соседского дома, словно гордый дворецкий английского лорда.
'Интересно, кто это приехал к Гилбертам?' — подумал Дэн, с восхищением разглядывая автомобиль, литые диски которого отбрасывали лучистые, солнечные блики на серый асфальт.
Отсюда Дэн мог себе только вообразить белый невероятно удобный кожаный салон, потому что с такого расстояния за тонированными темными стеклами невозможно было ничего разглядеть. Машина явно укомплектована кондиционером и напичкана электроникой, думал он, так что пассажиру не грозила вероятность заживо свариться в ней на такой жаре.
И тут только вспомнив о том, что его Форд не обладал столь выдающимися достоинствами и, собственно, о продуктах в нем, Дэн оторвался от созерцания чужого и недоступного для него совершенства и вытащил два бумажных пакета с заднего сидения. Подхватив их под мышки и поддерживая руками, он захлопнул дверцу бедром и зашагал к дому.
Но едва только он успел распихать продукты в холодильник и по кухонным шкафчикам, как раздался мелодичный звонок в дверь.
'Кого это еще принесло?' — подумал удивленно Дэн, поскольку гости на пороге этого дома за последний год появлялись не часто, если не сказать, что их вообще не было.
'Может это кто-то из родителей?' — гадал он, направляясь к входной двери, но сильно сомневался, потому что они обычно предупреждали его о своем приезде заранее. Даже не посмотрев в узкие застекленные окошки по краям двери, Дэн резко распахнул ее... и оторопел!
На пороге стоял совершенно незнакомый ему, довольно высокий импозантный мужчина лет сорока пяти, облаченный в совершенно неуместный, на его взгляд, по такой погоде светло-серый костюм в тонкую полоску. В холеных руках он вертел черную отполированную до блеска трость с серебряным набалдашником в виде головы кондора. Фигурка была выполнена с такой удивительно точной филигранностью, что при игре света на ней создавалась иллюзия того, что птица живая. Из-под симметричных бровей на Дэна смотрели внимательные, живые, светящиеся умом темные глаза, черные средней длины волосы были зачесаны назад, а бакенбарды тонкой линией спускались вниз, плавно переходя в небольшую бородку клинышком и подчеркивая правильной формы овальное лицо. Узкие усы очерчивали полные губы, которые, растянувшись в вежливой улыбке, приоткрывали ряд ровных белых зубов.
Терпеливо выдержав пару секунд и дав молодому человеку насладиться впечатлением, которое он производил, хорошо поставленным бархатным голосом мужчина спросил:
— Добрый день! Дэниэл Фримэн?
— Да... — Дэна охватила неуверенность.
— Меня зовут Николас Ларкинз. Могу я с Вами поговорить?
— Да, конечно! — опомнился парень. — Проходите, пожалуйста.
Отступив в сторону, он пропустил мужчину внутрь. Тот, пройдя чуть вперед по коридору, остановился и стал ждать дальнейших указаний хозяина.
— Сюда, пожалуйста, — Дэн приглашающим жестом указал на гостиную.
Пройдя в комнату, человек, представившийся Николасом Ларкинзом, остановился возле кресла и стал неторопливо оглядывать ее убранство, оценивая обстановку. Казалось, что его внимательный взгляд не упустил ни одной детали. Затем его пытливые глаза переместились на Дэна, остановившегося в нерешительности на пороге, и он оценивающе, серьезно осмотрел его с головы до ног. В глазах промелькнуло удовлетворение. Похоже, мужчина остался доволен тем, что увидел. Только вот чем именно?
— Можно присесть? — наконец поинтересовался он.
— Извините. Конечно, присаживайтесь, — запоздало предложил Дэн, выбитый из колеи присутствием этого загадочного человека. Сам он разместился на краешке дивана.
Мистер Ларкинз с достоинством опустился в бабушкино кресло, поставив трость между колен, так что голова кондора с изогнутым клювом уставилась своим немигающим взглядом прямо в камин.
— Вы живете здесь один? — мужчина обвел взглядом гостиную, показавшуюся Дэну старомодной в присутствии этого человека.
— Да, — неуверенно протянул он в ответ, гадая, к чему тот клонит.
'Может быть, хочет купить этот дом?' — предположил Дэн. — 'Прощупывает почву? Тогда его ждет разочарование'.
— Он как-то не вяжется с Вашим образом, — внезапно констатировал визитер. — Я бы скорее предположил, что дом принадлежит какой-нибудь пожилой паре, а не молодому человеку.
Похоже, пытается сбить цену. Дэниэла начали раздражать недомолвки.
— Извините, но что Вы хотели? — наконец решил прояснить ситуацию он.
Но вместо ответа, отставив в сторону свою трость, мистер Ларкинз неторопливо достал из внутреннего кармана пиджака красивую лакированную трубку из натурального дерева и спросил:
— Разрешите? Понимаете, долго был за рулем, порядком устал. Это помогает мне расслабиться, — объяснил он.
— Да, пожалуйста.
— Ну, тогда с Вашего разрешения...
По комнате поплыл приятный аромат крепкого качественного табака, который не забивал нос едким дымом, а наоборот — дарил удовольствие. Товар явно был приобретен не в местной лавочке. Дэн с удовольствием втянул дым в легкие, наслаждаясь терпким и в то же время мягким запахом. Заметив это человек, сидящий напротив, поинтересовался:
— А, Вы, курите?
Дэн отрицательно помотал головой.
— Пробовали когда-нибудь? — продолжал допытываться мистер Ларкинз, выпуская в воздух очередную порцию пахучего дыма.
— Было дело несколько лет назад, еще мальчишкой, — пожал Дэн плечами. — Но это были обычные дешевые сигареты.
— Извините за назойливость, но почему не курите сейчас?
— Мне не понравилось.
— Но ведь, насколько я знаю, это модно среди молодежи: придает некий статус зрелости. Большинство курит ведь не потому, что нравится, а из-за желания не отстать от других, выделиться, — глаза мужчины пытливо, изучая, смотрели на него.
'Господи, к чему весь этот вздор?' — недоумевал Дэн, но вбитое бабушкой воспитание не позволяло быть ему грубым с гостем, какими бы глупыми не казались его вопросы.
— Я не собираюсь ни под кого подстраиваться. И на меня не действуют общепринятые рамки и стереотипы, если только они не совпадают с моими собственными.
Мистер Ларкинз довольно кивнул, будто Дэна дал очередной правильный ответ в викторине.
— Итак, чем могу быть Вам полезен?
Вот черт! Он заговорил языком этого самого Ларкинза!
По веселой искорке, промелькнувшей у гостя в глазах, Дэн понял, что этот факт не остался незамеченным. Но, ни единым жестом, ни словом, мужчина не выдал того, как воспринял комичность столь пафосной фразы в устах молодого парня.
— Дело в том, что я — владелец модельного агентства в Чикаго.
Гость достал из внутреннего кармана пиджака и протянул Дэну визитку, где на белом фоне крупными тиснеными золотом буквами было написано: 'Vital Beauty'4. На заглавной букве, как на стуле с высокой спинкой, гордо откинувшись назад и закинув ногу на ногу, восседала тонкая, изящная женская фигурка с крылышками — то ли эльф, то ли ангел — а ниже мелким шрифтом следовало пояснение: модельное агентство и его адрес.
Дэниэл едва не раскрыл рот от удивления, но вовремя спохватился. Такого поворота он никак не ожидал!
Выждав паузу, чтобы сообщение улеглось в голове молодого человека, мистер Ларкинз продолжил:
— Через две недели, 24-го числа у нас в агентстве пройдет ежегодный отбор будущих моделей, с которыми мы будем работать в дальнейшем. Я хотел бы Вас пригласить поучаствовать в кастинге. Что Вы думаете по этому поводу?
Дэн некоторое время молча хлопал глазами, пытаясь разобраться в происходящем. Уж больно это смахивало на сцену из дешевой мыльной оперы, которую так любят смотреть домохозяйки и старушки на пенсии!
— Это что? Шутка какая-то? Розыгрыш? — все, что он смог выдавить из себя после минутной задержки.
— Молодой человек, — серьезно, с нарочито подчеркнутым терпением ответил ему мистер Ларкинз, отложив в сторону свою трубку, — я понимаю Ваше удивление. Но разве я похож на человека, который будет тратить свое время на то, чтобы просто прокатиться из Чикаго в Фентон ради глупого розыгрыша?
Слова и интонации этого мужчины, чем-то неуловимо похожие на отповедь бабушкой внука, сильно смутили Дэна. Мистер Ларкинз действительно не вписывался в образ шутника. Зачем ему это?
Но сомнения все же не покидали Дэна.
— Но я Вас даже не знаю! — продолжил он гнуть свое. — Никогда раньше не видел! Такого не бывает, чтобы незнакомый человек просто пришел с улицы и сказал: пойдем со мной, я дам тебе золотые горы.
— Ну, золотых гор я Вам точно не обещал, — весело усмехнулся Ларкинз. — Все зависит только от Вашего упорства и желания работать, — уже серьезно добавил он. — Это, кстати, всеобщее ошибочное заблуждение о красивой и сказочной жизни моделей. Наверх пробиваются немногие, еще труднее удержаться там с годами. Нужно обладать не только смазливой внешностью, но и умом и чутьем. Это жестокий бизнес, все время нужно находиться на гребне волны. Чуть расслабился — и ты уже слетел вниз, обдираешь кожу о гальку и ждешь следующей волны. Но не всем удается удержаться на плаву, многие сходят на берег, вдоволь нахлебавшись горько-соленой воды.
Гость замолчал, давая возможность Дэну осмыслить то, что он сказал.
— Что, интересную перспективу я Вам обрисовал? — его глаза заискрились от внутреннего веселья. — Как думаете, смогли бы Вы справиться? — поддразнил он, в ответ на что Дэниэл только упрямо вздернул подбородок и с вызовом посмотрел тому в глаза. Довольная улыбка расползлась по лицу мистера Ларкинза. — И, кстати... — тон разговора резко сменился на деловой: — Вы совершенно правы, ничего в этом мире не происходит просто так. Я приметил Вас в этом городке еще три года назад и взял на заметку.
Набрав в легкие воздух, Дэн готов было уже возразить, но мужчина вертикально поднял ладонь вверх в молчаливом останавливающем жесте, предотвращая готовые сорваться с губ слова.
— Но мое предложение тогда, насколько я понял, было бы преждевременным. Недавно я наткнулся на свои записи, о которых, признаюсь, совершенно забыл и, будучи в ваших краях, решил лично приехать и посмотреть, предварительно выяснив, что Вы все еще проживаете по этому адресу. Я ведь понимал, что за это время могло многое измениться, могли измениться и Вы. Но я доволен тем, что вижу перед собой,— он кивнул головой. — Все, как я себе и представлял.
Ларкинз удовлетворенно откинулся назад.
Насупив брови, Дэн упрямо придерживался своих подозрений. Он мог читать о таких случаях с другими и думать, как тем повезло в жизни, но когда дело коснулось его самого, он тонул в сомнениях.
— Но я не похож на тех парней, которых печатают на плакатах и в журналах. По сравнению с ними я худой, да и лицом не вышел.
— Позвольте об этом судить мне, как профессионалу, — прервал его мистер Ларкинз. Но затем, смягчившись, решил пояснить: — Мир устал от сладеньких мальчиков или накаченных мачо. Пора внести нечто новое. В вас есть некая агрессивность, злость и, насколько я успел понять, сильная воля. И я приехал сюда не для того, чтобы Вас уговаривать. Поверьте, этим у нас в агентстве занимаются совсем другие люди. Но в данном случае я лично хотел убедиться, что оказался прав, и чутье меня, как обычно, не подвело. Звезд с неба не обещаю. Как я уже говорил — все в Ваших руках, но интересную и насыщенную жизнь предложить могу. Так что выбор за Вами, молодой человек. Вас никто не заставляет принимать решение прямо сейчас, но советую хорошенько все обдумать. Другого такого шанса может не представиться.
