Целительница 2

— Ты что, читать мысли умеешь?

— Если бы... Я настроением заражаюсь, — вздохнула она. — Вчера Ревека собиралась... погулять. Но просила об этом никому-никому.

— Свидание, что ли? С кем хоть? — и тут Амарус сам догадался, с кем. — О! Какой же я кретин! Олух! Идиот! Большая куча...

Хлоп! По голове ему прилетело довольно увесистым учебником. Девушка смущённо опустилась на лавку.

— Вы больше так не делайте. Или отходите подальше. А то для меня ваш настрой заразен.

— И что, у тебя всегда так? — посочувствовал Амарус, потирая лоб. Удар учебником несколько привёл голову в порядок. Казнить себя он сможет и потом, а сейчас надо отыскать Ревеку.

— Не всегда. Я обычно просто чувствую настроение человека. И контролировать себя можно. Но раз в месяц у меня обострение. Вот тогда сложновато. Хотя перетерпеть четыре дня можно, — девушка снова села на лавку. — Вам подсказать, где проход под забором?

— Спасибо, я знаю.

Девушку он понимал хорошо. У него тоже обострение раз в месяц. И оно приносит очень много неприятностей. Но почему же это обострение у него сейчас? О том, чтобы не заметили, он уже не особо заботился. Бежал, расталкивал проходящих мимо, чуть ли не рыбкой нырнул под забор.

В лесу всё было как обычно. Могучие деревья тянулись к небу, щебетали птицы, где-то что-то трещало и ломалось. Пришлось остановиться. Куда идти, в точности он не знал, пришлось снова звать на помощь вампирскую сущность. Она хотя бы по запаху хорошо ориентируется. Главное, встретив Ревеку, не напасть на неё. Несмотря на то, что его сейчас мучает голод, до полнолуния ещё дня три или четыре, так что она сумеет остановить даже разбушевавшегося вампира.

В лесу терпкий запах человека отличить довольно легко, несмотря на обилие других. Амарус чувствовал человек семь. Нет, есть где-то восьмой... Ну это не так важно, потому что девушка среди них только одна.

Амарус бежал, перескакивая через валяющиеся стволы на удивление удачно. Наверное, дело в вампире. Что-то заставляло его торопиться. И это не голод, а что-то другое. Тревога? Где-то там, в лесу происходило что-то, что ему не нравится. Да, и он совершенно безоружен. Если не считать уже плохо контролируемую энергию вампира...

Свидание в лесу — это, конечно, очень романтично, если бы Ревеку действительно интересовало свидание, а не лес, который её привлекал всегда. Почти всю свою сознательную жизнь Ревека провела в городе или за книжками в библиотеке. В лес выезжали несколько раз на пикник. И то это был не лес, а небольшой парк. А тут такое! Нехоженые тропы, деревья, тянущиеся ветвями к небу, чуть приглушенный свет. Овраги и густые заросли какого-то плетущегося растения с жесткими жилистыми листьями. Всё разное, живёт по-разному...

Карманного справочника растений явно не хватало. Ревека находила едва ли половину. Остальное собирала в коробку для гербария, чтобы уже потом поискать в библиотеке или у кого-то спросить, что это такое.

— Ну что ты, как ботаник, в дерево уставилась? — недовольно осведомился Терентий, таскавшийся за ней всё это время.

— Я хочу посмотреть на дерево, — твердо сказала Ревека, разглядывая кору и дырочки в ней, которые прогрызли какие-то насекомые. — Я тебя не просила со мной ходить.

Откровенно сказать, Ревека не хотела, чтобы кто-то за ней ходил. Последнее время ей необходимо было посидеть одной и немного поразмышлять, а в Школе все словно бы сговорились её достать. То им конспекты надо, то помочь с заданием, то ещё что-нибудь. Вон Терентий ещё таскается. Дома как-то было проще. Пошла в свою комнату, заперлась, и сиди...

— Вроде как у нас свидание, — напомнил Терентий.

Жук высунул усы из дырки в дереве.

— Вроде как нет. — Ревека наклонилась поближе, рассматривая длинные тонкие волоски. Волоски были гладкие с золотисто-коричневыми крохотными шишечками на кончиках. Наконец, появилась черненькая головка, и вместе с ней — довольно густая черная струя жидкости точнёхонько в левый глаз. — Тьфу ты! Это он от птиц так защищается? Они же его за усы вытянут...

Черная клякса на очках закрыла пол-обзора, а топчущийся сзади Терентий откровенно раздражал. У Ревеки возникла нехорошая мысль как следует его пугнуть, чтобы он свалил и больше к ней не приставал никогда. Но вот как это сделать, она пока плохо представляла. Хоть прыщи себе наклеивай...

— Слушай, правда, что ты такая ершистая? — осведомился Терентий. Одним, не пострадавшим глазом через линзу очков она заметила, что её спутник распинывает тяжелыми сапогами муравейник. — Я к тебе и так и сяк...

— А зачем ты ко мне 'так и сяк'? — Ревека попыталась протереть очки прямо на себе, но только размазала кляксу. Пришлось их снимать и тщательно чистить платком. Благословите высшие силы того, кто придумал эти замечательные платки для очков!

— Так ты мне нравишься, — ответил тот.

— А... — протянула Ревека, не зная, что на это ответить. Без очков всё впереди было как в густом тумане. Терентия едва ли можно было различить по мутному шевелящемуся силуэту. — Знаешь, Терентий, тебе сильно сложно будет оставить меня на час-другой в одиночестве? Просто для того, чтобы я подумала.

— Нет. Лес, дикие звери...

— Нет тут ничего опаснее жука-короеда, — фыркнула Ревека. — И то он опасен только тем, что мне очки испоганил.

В очках мир стал гораздо чётче и понятнее. Терентий оказался куда ближе, чем она думала, и взял её за руку.

— Ну ты правда это... симпатичная.

Она должна смутиться? Нет, смущения не получалось. Как и радости от того, что её кто-то считает привлекательной. Только ощущение 'отстаньте от меня все!'.

Пока она подбирала слова, чтобы поделикатнее отделаться от ухажёра, лицо Терентия вытянулось, а глаза испуганно выпучились. И смотрел он уже на что-то за Ревекой. Та резко повернулась, выбросив руку вперёд. Если что, она сейчас сделает щит.

— Оборотень! — прохрипел Терентий.

И правда, перед ними появился громадный, наверное, величиной с медведя, а то и больше, волк. Он обнажил клыки и пригнулся, не издавая ни звука.

— Бежим! — завопил Терентий и дёрнул Ревеку за собой.

Если бы она не побежала, то наверное осталась без руки, и совсем не по вине волка. Буквально через несколько метров нога зацепила бревно и Ревека полетела на землю. Рука Терентия тут же выскользнула Каким-то чудом удалось вывернуться, упасть на спину лицом к зверю.

— Кыш! — крикнула Ревека, метнув в зверя огненным шаром. Зверь огня не испугался, а шар врезался в дерево, рассыпавшись искрами. Следом полетела самая обыкновенная палка, но тоже не попала. Зверь не шелохнулся, так и замер, припав на лапы. Огромные лапы, вставшие на тоненькую поваленную берёзку...

— Да ты иллюзия! — вдруг осенило Ревеку. — А ну кыш отсюда! Кто это такой шутник паршивый!

Ревека швырнула горсть лежалой хвои и листьев. Ни одна иголочка не затерялась в шерсти, хотя зверь даже не отвернулся.

— Терентий, ты сказал... — Ревека оглянулась, но Терентия уже и след простыл. — Ладно, бес с ним. Неужели это жуки меня так отпугивают? Что-то я раньше об этом не слышала...

— А ты знаешь, девочка, что с собой разговаривать не очень хороший признак? — спросил кто-то. Точно не оборотень. Он застыл на том же месте, не раскрывал пасти, а эхо не давало сосредоточиться.

— Могу с тобой поговорить, — предложила Ревека. — Но я вообще-то хотела остаться одна... А ты кто? Хотя нет, судя по обращению... Вы кто?

Когда-то Ревека была страшной трусихой. Давно. До извержения вулкана. После него схема действия 'орать — метаться в панике — прятаться' едва не стоила ей жизни, да и не только ей. Постепенно выработалась новая: 'смотреть — соображать — действовать'. Но это не отменяло дрожи в коленях, похолодевших рук, и бешено колотящегося сердца. Болтать можно сколько угодно, но вот защиту Ревека поставила. На всякий случай — общую.

Иллюзорный зверь больше не двигался. Вокруг — довольно редкие ряды высоченных сосен в два обхвата. На земле — желто-оранжевая хвоя, из которой выбираются небольшие полупрозрачные кусты с редкими тёмно-зелёными листьями. Никого как будто нет, хотя за деревом вполне можно было скрыться. И очень тихо. Если Ревека вовремя повернётся...

— Знаете, а с призраком разговаривать тоже не очень нормально, — голос предательски дрогнул, пришлось добавить что-то твёрдое. Она встала. — Выходите, что ли?

Хвоя прошуршала где-то за спиной, Ревека резко повернулась. Никого. Даже кусты не качаются. Знать бы ещё, в какую сторону бежать. Или, не смотря на страх, вступать в бой? Но для этого надо хоть знать, кто противник.

Шорох раздался уже с другой стороны. Повернувшись, Ревека пропустила мощный удар, от которого её защита затрещала и пошла искристыми трещинами. Она вложила больше сил. Ноги ослабели. Хорошо, если от страха.

— Да что вам от меня надо! — завопила Ревека. И тут же пустила воздушную волну, которая пригнула кусты, сорвала с них листья и слегка качнула иллюзорного зверя. А потом потухла. Противник так и остался невидимым.

Щели в защите тихо шипели, а у Ревеки потяжелели веки. Запоздало она сообразила, почему так редко используют полную общую защиту. К ней пробиралось что-то похожее на газ. Пришлось снимать, а земля под ногами уже медленно покачивалась, сосны расплывались в мутные коричневые пятна.

— Ревека! — завопил кто-то жутким голосом. — Беги! Беги, тебе говорю!

Мутный красно-чёрный силуэт с оглушительным треском ломился сквозь кусты. Голос, впрочем, узнаваем.

— О, Амарус... — пробормотала она едва шевелящимся языком и попыталась шагнуть навстречу, но вместо этого рухнула на четвереньки и, не теряя направления, поползла в ту сторону.

— Лови! — Амарус кинул ей что-то бело-золотистое, оно не долетело нескольких шагов и упало в траву.

Ревека упрямо поползла туда, но кто-то встал ботинком ей на руку.

— Ай! — сквозь туман едва проступил некто.

— Отойди! — прорычал Амарус сквозь зубы.

— Ого, горе-вампир... — голос был спокойный. — Посыльный, сбегай-ка, доложи Светлане, что её ученица умрёт, если не придёт она...

— Какая, на фиг, ученица?! — пробурчала Ревека. Она упорно пыталась извлечь собственные пальцы.

— Давай, давай, у тебя два часа.

— Слушай, Саримат... — Голос у Амаруса стал несколько уверенее. — Шёл бы ты прятаться...

— Я тебе что сказал? Зовешь целительницу Светлану, иначе история кончится печально.

Холодные пальцы вцепились Ревеке в загривок.

— И не скалься. Умрёт она раньше, чем ты успеешь меня укусить. Бегом!

Да, укусить.

Ревека рванулась и впилась зубами в придавившую ей пальцы ногу, добавив ещё и ногти свободной руки. Её с воплем и руганью пытались стряхнуть, как дерущегося кота, но только высвободили вторую руку, чтобы она вцепилась и ей. Наконец, противник упал, Ревека пару раз стукнула кулаками куда попало, вскочила и бросилась к Амарусу.

Лес сжимался в точку, Ревека теряла сознание. Она только и хотела — добежать до старого приятеля. Вместе можно хоть что-то...

Она не успела. Где ей до мага девятого уровня?

— Вот сволочь кусачая! — прошипел Саримат и пнул пострадавшей ногой в рёбра валяющейся на земле Ревеке. — Вампир, тебе что сказано? Бегом за целительницей! Два часа тебе на всё, а не то сразу можешь звать похоронную бригаду.

Амарус гневно шипел, поднимаясь на ноги. Его только что отшвырнуло к дереву.

— Я не успею. Мне ещё дракона искать, — произнёс он после паузы.

— Ладно, два с половиной. А сейчас пошёл! — Для пущей убедительности Саримат превратил в копьё подобранную с земли палку и занёс её над Ревекой.

Колебался Амарус недолго.

Глава третья

А НЕ СТРАШНО

Конечно, в тюрьме творился жуткий переполох. Начальник тюрьмы бегал по коридорам, грязно ругался и хватался за голову. С ним Светлана перекинулась парой слов. Дальше пошли такие выражения, что спокойного ответа пришлось бы ждать до вечера. Чтобы не терять времени, целительница навестила Руфь, раз уж она что-то знает.

— Да вы-то зачем пришли! — Руфь вскочила со стула, как ужаленная, увидев Светлану. — Вам надо спрятаться понадёжнее и сидеть!

— А зачем? — пожала плечами Светлана.

— Но он будет искать вас!

— Ну и отлично. Я же тоже его ищу.

Руфь металась из стороны в сторону, сжавшись, как будто от холода.

— Да, хочу тебя поздравить, — улыбнулась Светлана.

— Имя? — спросила она.

— Да, имя.

— Ну понравилось. Короткое, — пожала плечами Руфь, остановившись.

— Вот и отлично. Садись. Сама тоже волнуюсь, но лучшее, что мы можем сейчас сделать, — это разобраться, как Саримат смог сбежать и какие у него планы.

— Вас убить.

— Да, да. Если это его единственный план, то я могу выйти на улицу, помахать платком и прокричать: 'Я здесь!' Где он может прятаться? — спокойно спросила Светлана.

— Да я откуда...

— Руфь, за двадцать лет рядом с ним, даже с такими вот особенностями воспитания, ты наверняка знаешь, где вы прятались. Не так ли?

— Да мы не всегда прятались, — оправдалась Руфь. — Всё-таки много времени мы жили в домах у кого-то. Ну, вы же их всех знаете. Ему тогда на суде все имена перечисляли, свидетелей собирали.

-Да, Руфь, туда уже людей послали. Но в этих домах особо не спрячешься от погони.

— Думаю, да... Было ещё одно место. Но я не знаю, как сейчас, — пробормотала Руфь. — На суде я не сказала, потому что всё запутается...

— Скажи сейчас, — предложила Светлана.

— Карту можно? И карандаш. Там сложно...

Светлана настороженно смотрела на собеседницу. Та нависла над развёрнутой на весь стол картой. Короткие пепельные кудряшки завесили ей лицо так, что выпирал только острый подбородок. Стоит отметить, что с прошлого раза хотя бы не сменился цвет глаз. Значит, кроме как с именем, она, может, ещё определилась с этим. Что, интересно, творится в её голове?

Точка оказалась довольно далеко в Драконьих горах. Пешком их пересечь крайне трудно. Лет сто назад и вовсе считалось невозможным, но какая-то группа отчаянных всё же развеяла этот миф. А вот на драконах летали регулярно. Но это место от основных 'трасс' отделял довольно высокий хребет, как и от гнёзд диких драконов.

— А ты не ошибаешься? Здесь вроде бы ничего нет, — осторожно предположила Светлана.

— Это... Не знаю, но тут надо сделать какой-то особенный проход, — ответила Руфь. — Сейчас...

Она нарисовала на полях карты несколько знаков из простых линий.

— Руны это, что ли... В общем, они ключ. В этой точке есть такая довольно приметная вершина. Ровно над ней надо их в воздухе нарисовать. Это не так сложно. Вы-то точно почувствуете. Там как будто... дует.

— Ещё бы, высота...

— Нет, не так. Дует как-то в голову, — Руфь постучала себе по виску. — Вы точно это почувствуете.

— Второй слой пространства? — поразилась Светлана. — Кто бывал, тоже всегда на висок почему-то показывает. Но вот про ощущение 'дует' первый раз слышу.

— Может, и второй слой. Я не задумывалась.

— В лабораториях работали над вторым слоем, но ничего не выходило. Свой так и не удавалось создать. А вот попадали больше случайно, и их потом выкидывало с тем же успехом...