Стрела за грош

Н-да... по ходу, я не ожидала, что подобная макака — говорящая. Ну, а то, что он сказал, не очень-то отличается от пьяного базара на ночных улицах или в том же "Кафе-баре". Так что удивиться я не удивилась, а вот разозлилась порядочно. В своём мире я бы ничего этому волосатику не сделала: ментов бы остереглась, братвы из его "малины", или просто — чтоб Зайке потом ничего не сделали. А сейчас — сам бог велел пар выпустить. Тем более, у меня тоже руки не пустые...

"Макака" не успела даже замахнуться своей прибамбасой как следует, а у меня внутри будто предохранитель щёлкнул. Раз-два, и грубиян валится с ног со стрелой в горле.

А... а откуда стрела? Я же с детства лука в руках не держала! Но факт есть факт: стрела в горле чудика — из гномьего пучка, а мои руки сжимают лук. Во дела! Неужели Кеввини прав? Да нет, просто рефлекс. Однако мне стоит поостеречься, и вовсе не из-за стрел. Почему-то мне подумалось... вряд ли эта тварь шастала по лесу в одиночку. Значит, надо найти его дружков и выяснить, что им здесь надо. Ну, не с миром же они пришли! Подумав, я вытащила стрелу из трупа уродца. Кто знает, сколько их ещё по округе бродит, а где я другие стрелы достану?..

Стоило мне пройти каких-нибудь несколько сот метров, как все мои подозрения подтвердились. То там, то сям догорали костры, вокруг которых суетились десятки, а то и сотни таких же отвратительных "макак". На них никаких стрел не напасёшься! Значит, придётся пробираться тайком. Конечно, ещё можно залезть на дерево и подождать, пока они сами уйдут, но что-то подсказывает, что ждать придётся до морковкина заговения. А вот сама идея насчёт дерева не такая уж бредовая. Сверху-то лучше видно...

Дерево, за которым я пряталась, вполне подходило для моих целей. Толстое, разлапистое и на высоте четырёх метров — очень удобная развилка. Ты там сидишь, а тебя не видно, если, конечно, специально не привлекать к себе внимания. И залезть нетрудно: как раз над головой ветка, которая вроде бы должна выдержать мой вес. Сказано — сделано. Я ухватилась за неё, а подтянуться не проблема, как в спортзале на шведской стенке. Спустя минуту-полторы я уже расположилась в развилке и обозревала открывавшееся передо мной оперативное пространство.

То, что я увидела, полностью убило зародившуюся было жалость к этим уродам. Их было около полутора-двух тысяч, все вооружены, все злющие и грязные. А на поляне, метрах в тридцати, творилось такое, что меня едва не стошнило. Совсем недавно (скорее всего, вчера, когда я пьянствовала под землёй) там разыгралось грандиозное сражение. Поляна была усеяна трупами людей, лошадей и обезьяноподобных тварей. Людей было около сотни, чересчур мало на такую уйму чудищ. Возможно, кто-то даже был жив, но кошмариков это не особенно волновало. Отдельные мохначи стаскивали трупы своих к огромному костру, смрад от которого распространялся по округе со скоростью, типичной для любой поганой отравы. А другие осматривали человеческие тела, забирали оружие и доспехи (так я была права насчёт сапог!), и с этого места начиналось самое жуткое. После того, как с трупов больше нечего было взять, эти... рыла тащили их в общий круг, рвали на части и пожирали. Пресвятая дева! Людоеды...

Уничтожить!

Я уже хотела спрыгнуть с дерева и изрубить тварей в капусту, не задумываясь над тем, что произойдёт со мной дальше, но вдруг моё внимание привлекло движение на краю поляны. Там, среди мертвецов, явно был живой человек. Тяжело раненный, но живой! А если его найдут эти гады? Не посмотрят, что он не труп, на части порвут и слопают. Ну уж нет!

Я соскользнула с дерева и под прикрытием зарослей орешника подкралась к раненому, схватила его за сапог и поволокла в кусты. Казалось бы, ратник в полном облачении — страшная тяжесть, но злость прибавила мне сил, и оттащить парня удалось даже дальше моего дерева.

Ратник с трудом открыл глаза:

-Ты эльф! Слава Силам! Я думал, что ваших в здешних местах не осталось. Спасибо тебе. Теперь я могу умереть спокойно...

-Лежи смирно!

-Не думай обо мне... прошу... иди в деревню, скажи им, пусть уходят...

-Что произошло?

-Я... Дуган, десятник императорской дружины. Мы стояли на границе... вышли в патруль... и на нас напали греллы.

Так вот они какие, греллы! Неудивительно, что Гарх предпочёл драпануть поскорее! Так-то, один на один, справиться с ними, положим, нетрудно, но их вон сколько... А у Дугана, похоже, уже бред начался. Перепутать меня с эльфами! Я же чистокровный человек, да опять-таки в гномьей одежде. Впрочем, что с больного взять?

-Они идут войной из Тругга... в Империю. Ими управляют... извне. Они идут... на запад. Деревня... пусть отправят гонца в Нариву... предупредить. Дай мне слово...

-Хорошо, хорошо...

-У греллов заложники... Две девушки, не местные... Одна из них — гном. Здесь, в Арганате, их... много. Ты им скажи, они своих... не бросят. Держат их в шатре... у оврага.

-Спасибо. Где эта деревня?

-На юго-запад... К вечеру дойти. Вот, — он снял с руки браслет и протянул мне, — возьми. Как дойдёшь, передай... встретишь дружину... должны поверить... иди... греллы... убийцы...

Десятник шептал и шептал, всё тише и тише, пока не замолк навсегда. Царствие небесное... Только что мне дальше делать со всей этой фигнёй? Я дала слово предупредить минройцев об опасности. Прийти ли в деревню самолично, дружину найти... не суть важно. И затем, эта история с заложниками. Если там есть гном, я просто обязана найти его (вернее, её, раз это девчонка), вытащить из переделки — после всего хорошего, что видела от Кеввини. Подумала я и решила, что второе сейчас важнее. Греллов я и сама с удовольствием в лапшу искрошу, а девчонок они в это время запросто на десерт схавают, если ещё не скушали. Значит, надо поторапливаться.

Я шла через лес и вдруг поняла: что-то с ним не так. Только потом поняла: после той полянки, где греллы устроили столовую, он перестал быть Изменчивым. Хм, неудивительно, иначе бы тут никто, кроме Хранителей, не ошивался. И, начиная от опушки, можно бродить по округе без риска превратиться во что-нибудь некрасивое или малоподвижное, вроде старой кошёлки. Интересно, чем бы обернулись греллы, переночуй они в Лесу? Личики у них и так не для обложки журнала, а под умелым руководством дриад... Лучше не представлять, а то ещё ночью ненароком приснится.

Несколько раз мне встречались кучки греллов, где-то по пять или шесть мосек. Они занимались важнейшим делом своей жизни — грабили покойников. До такой степени увлекались, что даже не слышали свиста стрел. Стрелы, конечно, были мои. Хоть как-то отомщу за род человеческий! Пускай я не знала тех рыцарей, которых мохнатые парнишки перепутали с бифштексом, но они всё же были людьми, а не этими... представителями полуразумной расы. Стрелы я всё так же забирала с собой, по тем же причинам, что и раньше. Да и на Кеввини негоже стрелки переводить.

И вот, наконец, передо мной вырос искомый шатёр. Из него доносился специфический визг, а охрана, без которой не обходится ни одна претензия на тюрьму, громко ржала. Всего лоботрясов было четверо, двое у входа и по одному по периметру. Сперва я примерилась подстрелить охрану (вон как наловчилась с луком обращаться!) и достала было стрелу, как вдруг меня будто током ударило.

Я говорила, что изнутри визжали и кричали о помощи. Но не по-гномьи, не по-всехнему, что меня Фрекатта обучил. Нет! Кричали на моём родном языке. Из моего мира! И забодай меня комар, если я не узнала этого голоса!

-Что тут происходит? Я в шоке!

Есть только один человек в обоих мирах, который так говорит. Лиза, моя одногруппница. В общем, она неплохая девчонка, но немного избалованная. Скажем, типичная Beverly Hills Girl. Читает она в основном журналы мод и косметические каталоги, разговаривать любит о шмотках и розовых сумочках и боится сделать лишний шаг. "А вдруг устану?.." Правда, мне кажется, что она нарочно старается выглядеть глупее, чем она есть на самом деле. Зачем ей это надо? Ну, наверное, есть причина. Просто у мамы она единственная дочка, любимая "принцесса". В детстве её баловали все, кому не лень. Как говорится, жил да был маленький такой, розовый поросёночек, и рос он, рос... а теперь что выросло, то выросло. Переделывать поздно. Похожа Лиза на куклу Барби — блондинка, губки бантиком и всё такое. А ещё у неё есть жених, он просто душка. Его зовут Алик, он работает врачом на "Скорой". Признаюсь, хорошая пара. Алик постоянно берёт с меня слово, что за Лизой буду приглядывать и обязательно ограждать от мужиков, которые, по его мнению, всегда вьются вокруг неё. Ага, щас! Может, она и умнее, чем пытается казаться, но сама с греллами точно не справится. Итак, приступим.

Начала я с того, что сняла бокового грелла стрелой в левый глаз, взяла его "косу" и втихаря подкралась к его соседу. Интересно, их оружие действует по тому же принципу, что и похожий сельскохозяйственный инструмент? Проверим. Замахнуться, отпустить... и голова катится по земле.

Острый, мать его!

С теми двумя, что стояли на входе, пришлось повозиться подольше. Ближнего — мечом, дальнего — косой. Эх, ма! Видел бы меня наш сержант, сразу бы к званию приставил!

Ну вот, путь свободен. Я зашла в шатёр и за ширмой из какой-то вонючей шкуры нашла тех, кого искала. И глазам своим не поверила. Господи! Это на самом деле Лиза. Но, скорее всего, ночёвки в Изменчивом Лесу она не избежала. Помнится, Дуган говорил, что там, среди пленников, есть гном. Так вот, этим гномом была Лиза.

Я это поняла, хотя верить не верилось. Волосы у неё стали чуть темнее (ага, не впрок тебе пошло мелирование!), зато пошли волнами, и исчезли её известные всему институту прыщи. Известные не потому, что шибко заметные, а потому, что каждый раз в сортире перед зеркалом она воет от ужаса: "У меня такой прыщ!", так что слышно даже глухому сторожу. Короче, девочка на лицо стала вполне ничего, узнаваемо. Но остальные параметры претерпели ОЧЕНЬ существенные изменения. В институте Лиза была сантиметров на шесть-восемь повыше меня. Теперь же передо мной находилось существо, возвышающееся над землёй где-то на метр тридцать, к тому же страшно худющее. И все её хвалёные шмотки болтались на ней, как тряпка на сломанной швабре. Стройность — это как водка: она, знаете ли, тоже хороша в меру. Лиза прямо-таки утонула в своих рукавах. Зрелище, надо сказать, презабавное.

А затем я посмотрела в сторону и едва не рухнула на месте. Или у меня глюки, или рядом с Лизой сидит Ника!

Ника — староста нашей группы и единственная из всех, кто ещё собирается поступать в аспирантуру. Ни единой четвёрки за все четыре года, первые места по лёгкой атлетике — и куча комплексов. Она всерьёз считает себя некрасивой (а это далеко не так) и при этом совершеннейшей бездарью. Сколько лет пытались её перевоспитать — ноль реакции. Ну как можно до такой степени себя не любить? А ведь у нас с ней много общего... Например, интерес к Италии и футболу. Мы даже на чемпионат Европы собирались и поехали бы, если бы скопили достаточно презренных бумажек. Вот и пришлось смотреть чемпионат от звонка до звонка по телевизору. Откровенно говоря, не очень-то много мы потеряли... И вроде бы не очень-то она изменилась...

Никогда не понимала, что именно в себе она так не любит. Черты лица правильные, но не изнеженные, волосы густые, глаза цвета крепкого чая, и фигурой не похожа на доску. Да плевать на внешность, в этом ещё можно человека переубедить. А как быть с оценкой собственного интеллектуального уровня?

Стоит ей неправильно поставить ударение во время чтения заковыристого текста, и сразу же она — хуже всех. Ну а если, оборони Создатель, кто-то ещё не сделал подобной ошибки, в коридоре начинается психоз, изредка со слезами и глубокими истериками. Но это так, издержки производства. Большую часть времени Ника — верный друг, не подведёт, всегда даст списать. А вдобавок она часто грезит о древних эпохах, когда в мире правили короли-воины и отстаивали свои права с мечом в руке, а иногда и без оного. Да-а... если кому и понравилось бы здесь жить в роли этой... как её там... Солле?.. так это Нике. Жаль, кто-то наверху решил иначе.

Положим, я удивилась, увидев их в грелльском шатре. Но как удивились они, описать нельзя. Это надо было видеть.

-Рита? — в один голос воскликнули они.

-Кто ж ещё это может быть? Понимаю, я на себя сейчас не слишком похожа, но даю гарантию, что я — это я. Кстати, не сочтите за наглость, но что вы делаете в этом месте?

-А ты? — Лиза вздрогнула. — Что с тобой случилось? Что вообще происходит?! А где охрана? И вообще... ну, эти...

-Те скудоумные греллы? — я вытащила нож (вчера стащила со стола у Кеввини) и разрезала держащие их верёвки. — Пляшут с чертями мазурку, если, конечно, для таких нашлось местечко в аду. А вот вам тут совершенно нечего делать. Мне, впрочем, тоже. Разминаемся и в темпе уходим. Ника?

Она встала, и я заметила, что всё же ошиблась насчёт её везучести по поводу Изменчивого Леса. Её глаза потемнели до тёмно-карего оттенка, волосы стали виться и доросли до пояса, даже длиннее, чем у меня сейчас. И к тому же она стала гораздо стройнее, возможно, даже в ущерб фигуре. Правда, не так, как Лиза. Этот Лес, наверное, надо запатентовать как лучшее в мире средство для похудения: пока что никого дриады не наградили килограммами, а, наоборот, избавляли от них. А что, если туда дистрофика привести? Нет, неужели и после этого Ника будет утверждать, что "не вышла харей"?

-Ты... их убила?

-А что, надо было обнять и поцеловать?

-Не пори чушь!

-И не буду пороть. Я против жестокого обращения с животными.

-Ну ты рубанула фишку! Ты ж тогда, на той ферме, на практике, даже того кролика убить не могла!

-То-то и оно. Одно дело — ни в чём не повинный кролик, другое — людоеды поганые. Впрочем, ты, как всегда, права. Я меняюсь независимо от своего желания. Ну что, идём? Однако предупреждаю: таких херувимов поблизости — целая армия, и придётся пробираться тайком, без лишнего геройства. В следующий раз будет трудновато уйти.

-Постой! Оружие! — вдруг вспомнила Ника.

-Эти грелльские косы? У-у, нашла оружие! Да такого добра на любом углу целые горы.

Ника покачала головой и полезла в какой-то тюк из старых кож. Поиск неизвестного длился где-то секунд десять, после чего она с гордостью продемонстрировала длинный и широкий меч, отливающий золотом.

-Где же они отхватили такое сокровище? — удивилась я.

-Если честно, то у меня, — с кривой усмешкой ответила Ника. — Забрали при поимке.

-Так-так... неужто ты опять отправилась в поход за вчерашним днём?

-Чушь собачья! Мы выбрали свой путь и отдыхаем душой...

-Во-во, за вчерашним днём.

-Да будешь ты меня слушать?! — удар кулаком по тюку. — Я была дома! Смотрела матч по телевизору, "Рома" играла с "Ювентусом". Начался перерыв, я вышла из комнаты и вдруг... лес какой-то...