Осколки души

— Я не...

Сказать, что не скучала, а просто ловила глюки? Давай, Маша, вперед. И как я ему это объясню?

— И давно вы дружите с Ксю? — спросил внезапно Марк.

— С детства, — выдохнула. — А вы давно знакомы?

— Удивительно! Как мы раньше не встретились? Я Ксюху знаю лет девять точно.

— Ого! Она мне тоже про тебя ничего не рассказывала... Вот конспираторша! А как вы познакомились?

Ожидая ответа, я отпила халявной кислотно-желтой прелести, которая, на мой взгляд, была такой же и на вкус — кисловата. Хотя... Вроде ничего так. Совсем ничего... М-м-м...

— Слушай, а ты на крыше была?

— Нет. Полетать хочешь? — захихикала, наблюдая, как взлетают со дна бокала маленькие пузырьки.

Что за глупости я несу? Но так легко стало! Да и Азгард, ой, то есть Марк, оказался не таким уж самовлюбленным хлыщом, как я о нем сразу подумала. С ним даже интересно. И тоже легко. Не то, что мой засранец начальник. Даже сейчас на меня презрительно своими синими глазищами смотрит! А ну, кыш!

— Нет, летать не будем, — усмехнулся. — У тебя еще крыльев нет.

— Точно! — кивнула. — У меня еще два дня. Я помню. Тогда пойдем. Постоим, высоту оценим. Расс... Рассвет встретим... А скоро он?

Я встала и подумала, что началось землетрясение, а это, оказывается, просто все пьяные и шатаются.

— Кому-то точно не помешает на воздух, — услышала такой красивый голос. Вот слушала бы и слушала...

Горячие ладони внезапно обожгли кожу на спине и талии, даже сквозь ткань. Прикосновение оказалось удивительно приятным. Даже не помню, когда меня касался мужчина последний раз. А если я обниму, он убежит? Ой, а откуда у него мой пиджак? Так смешно, когда тебя одевают, как маленькую.

А потом была крыша, дорогу на которую я вообще не помню. И черный призрак на краю. Совсем не страшный! Жаль, что он решил спрыгнуть, как только мы появились. Я дернулась к краю, чтобы посмотреть на полет, но меня не пустил Марк. Он что-то говорил про чертиков без крыльев и обезьян с гранатой. А еще сказал, что я не умею пить! Да я трезвая, как афсв... асвфальт! Так и сказала. Не поверил и обнял, чтобы не упала. Я что, на самоубийцу похожа? Смешной он. И такой теплый.

А рассвет был очень красивый...

Обновление 28.10

Глава 4

Мой беззвучный крик вырвал из капкана памяти. Я снова плакала. Но без слез, разбитым сердцем, ощущая его неровное биение. Слез не осталось, и от этого было еще больнее. Невозможность почувствовать хотя бы временное облегчение раздирала меня изнутри, мешая дышать. Переживать снова те минуты с Марком было невыносимо. Рассвет все еще стоял перед глазами, но и он начал медленно растворяться в прошлом, открывая взгляду тьму чужого мира, беспросветный ад моей тюрьмы.

Выкинуть из головы, забыть его! Хотя бы сейчас, на мгновение, вырвать из себя яркие глаза, смотрящие на меня сквозь прорези сотен масок, потому что я знаю, что прошлое еще вернется, напоминая о моей зловещей судьбе. И о нем...

Попыталась сфокусировать зрение, которое показывало расплывчатую темную картинку. Где я на этот раз? То, что снаружи, я поняла по ветру, треплющему мои волосы, и пронизывающему холоду, окутавшему тело. Дождя больше не было. Вспышка молнии разрезало небо, сказав, что ненадолго. Мелькнувшего света оказалось достаточно, чтобы увидеть пропасть, на краю которой я сидела, прислоненная к ногам каменного монстра, занимающего нишу в крепостной стене и нависающего надо мной, словно пытаясь проглотить. Дыхание перехватило от неожиданности. Высоты я уже не боялась — множество неудачных полетов было на моем счету. И даже сейчас хотелось этот счет пополнить очередной попыткой. Но я не сдвинулась с места. И полная неподвижность тела здесь была ни при чем. У меня появилась надежда. Знать бы еще, в чем заключается эта их игра...

Молния снова беззвучно прочертила небо, а затем раздался скрежет металла, заставив в страхе повернуться на звук. Там была битва. Прямо в воздухе. Видно было плохо, но светлое пятно крыльев и какое-то странное светящееся оружие в виде длинной палки с зазубринами на концах я смогла рассмотреть в одно из мгновений, когда оно не вращалось, образуя огромный диск. О второй темной фигуре я могла лишь догадываться, но, проанализировав ситуацию, предположила, что это Лилит. И не ошиблась. Ее довольный завораживающий смех нельзя забыть или спутать с другим. Мне стало жаль ее жертву, которая на миг замерла, поддавшись чарам. Это было фатальной ошибкой. Сопротивляйся, не слушай ее!

Кровавый росчерк плети Лилит, и оружие ангела было выбито. Его стремительный полет окончился в пасти монстра надо мной, отколов тому голову. Я не была готова к боли, поэтому не сразу ее почувствовала. Первыми были звук рвущейся камнем плоти, треск костей и тепло, залившее мои ноги и живот. А дальше оглушающая боль, чей-то страшный крик и потеря сознания...

— Очнулась? Я себя начинаю чувствовать Создателем. Столько раз вернуть человека с того света! Ты должна быть благодарна мне, Куколка.

Я с трудом открыла глаза, щурясь от наверняка тусклого, но такого яркого сейчас света, и тут же прислушалась к себе. Боли не было, в теле легкость, и только сознание твердит, что я должна была умереть. Смысл слов Лилит до меня дошел не сразу.

— Испортил мою малышку, — печальный вздох рядом. — Теперь шрамы останутся. Ну, ничего, его агония будет длиннее твоей примерно... на бесконечность его никчемной души. И я уже успела приложить к этому свою плеть.

Я сглотнула, вспомнив, как эта плеть лизала мою кожу по приказу демона, и покосилась на Лилит, расположившуюся на животе рядом и поигрывающую своим кровавым оружием. Ее спина была обнажена, и ни намека, что там должны быть крылья. Хотя, с моего места особо не проверишь. Демоница заметила мой взгляд и задорно подмигнула, облизав красные губы. Я знала, что она тоже помнит свои забавы. Ее сверкающие глаза сейчас были красными, и в их глубине сверкало пламя. Так было всегда, когда она участвовала в играх Асмодея со мной.

Я отвела взгляд, уставившись в расписанный страшными монстрами потолок. Комната, где я лежала на огромной черной кровати с шелковым алым бельем, пугала меня еще больше. Я даже пошевелиться боялась, ибо скользящее ощущение шелка по коже вызывало панику и отвращение. То, что мне довелось пережить в спальне демона, стало моим самым худшим кошмаром. Потому что я теряла себя, становясь другой. Такой же извращенной, как Лилит, при этом осознавая неправильность происходящего и продолжая исполнять все желания монстра. Я никогда не отмоюсь от этого, всегда буду чувствовать себя последней шлюхой, которая испытывала болезненное наслаждение от своей роли. Первая попытка бежать любой ценой была предпринята после знакомства с этой комнатой. И мне почти удалось, но Лилит не позволила, найдя меня у подножия лестницы с окровавленным ножом и сыграв в Создателя, как она недавно выразилась, а я почти сошла с ума. Тогда меня довольно долго никто не трогал, позволив мыслям бродить в прошлом. Хотя, я не понимаю, как здесь идет время. Может все длилось секунды?

— Почему ты не сказала ему? — попыталась избавиться от жутких видений.

Я не боялась спрашивать. А что мне терять? Себя я уже потеряла.

— Ты хочешь меня поблагодарить? — промурлыкала Лилит. — Я скажу, как лучше это сделать.

Плеть медленно сдвинула алое покрывало, проскользив по обнаженной коже ключицы и груди. Дрожь паники прошла по телу и плеть остановилась. Я промолчала, больше не желая спрашивать.

— Я ведь не хочу расстраивать господина, — неожиданный ответ. — К тому же, твое лечение стоит мне сил. Приходится дольше задерживаться в твоем мире, чтобы их пополнить. А ведь это не так просто, как нашим посланникам. Равновесие — такая штука. Никогда не знаешь, чем обернется его нарушение. Я и так пошла на риск, допустив твое...

Лилит замолчала, напрягшись, и быстрым плавным движением встала.

— Ты мне еще расскажешь, — вдруг зашипела она, не отрывая взгляда от двери, — как смогла улизнуть.

А потом исчезла, растворившись в воздухе. Не успела я удивиться ее необычной разговорчивости и странному уходу, как дверь открылась, и в спальню вошел демон, заслонив собой совсем не маленький проем. Инстинкт сработал раньше меня. Я дернулась в сторону, проскользив по шелку простыни и свалившись с кровати. Боль от удара проигнорировала, пытаясь выпутаться из плена алой ткани. Пока не поняла, что часть ее — моя одежда.

Легкий искристый шелк длинного в пол платья холодила ноги своим касанием, стоило сделать малейшее движение. Глубокое декольте вызвало отвращение к себе, как и полное отсутствие нижнего белья. Все это, должно быть, смотрелось специфически на моем худом теле, но мне все равно. Я сделала шаг назад и наступила на длинный подол, услышав еле слышный звон за спиной, словно на платье были закреплены цепочки. И действительно я ощутила их касание к обнаженной спине. Наверное, такие же не позволяют платью соскользнуть, обвивая плечи замысловатым плетением.

Демон наблюдал за мной с самодовольной улыбкой, скрестив руки на обнаженной груди. Я поняла, что он просто забавляется, глядя на мой страх, на мои бессмысленные метания. Он ждал, когда я это пойму. И я оправдала его ожидания, замерев на месте, сжимая и разжимая кулаки. Думать о том, зачем я здесь, не хотелось.

— Антерро сиа харр, — произнес сильно изменившимся низким голосом Асмодей. — Поиграем.

Черты демона поплыли, и передо мной предстал тот огромный монстр, который напал на ангела. Я вздрогнула от вида серо-черных крыльев, потемневшей кожи и горящего взгляда, при этом почувствовала сильное желание подойти и поклониться, упасть к его ногам, раствориться в его власти и силе, вернуться в исходную точку тьмы. Но я не хочу! Я свободна в своем выборе! Так сказал папа!..

Мой тихий всхлип разорвал тишину кровавой комнаты, а демон едва заметно нахмурился, но не сдвинулся с места, продолжая прожигать меня взглядом. Я же начала чувствовать странные изменения моего тела и души, которых не было в прошлые два раза. Тогда меня словно отодвигало в сторону, и я просто наблюдала, не в силах контролировать свои действия. Как будто мне показывали другую меня. Сейчас же я слышала, как ускоряет свой бег кровь в венах, как наполняется негой и томлением тело, как четко разделилось во мне все плохое и хорошее. И я не могу сказать, чего было больше. Потому что боялась посмотреть глубже и разочароваться.

— Подойди, лаите.

И я пошла. Плавной тягучей походкой, призванной соблазнять. Я не могла не подчиниться, я снова была другой и одновременно собой. Смелой, раскованной, и будто своей среди них. От последнего мне стало не по себе. Я чувствовала, что все это я, но не хотела верить, не хотела принимать эту половину себя. Что они со мной сделали? Почему часть меня замерла в восхищенном ожидании, а вторая хочет всадить ангельский меч в его грудь? И первая была сейчас сильнее...

Нет!!! Я не такая! Я не могу быть такой, как они! Я лучше умру!

Я снова остановилась, глядя в пол и борясь сама с собой. Черный камень слабо светился и пульсировал. В такт с моим сердцем...

— Лилит была права, — меня неожиданно обняли за талию, прижимая к себе, а подбородка коснулись длинные пальцы с острыми когтями-лезвиями, приподнимая лицо и заставляя заглянуть в бездну глаз Асмодея, которая окончательно лишила сил к сопротивлению. — Из тебя выйдет великолепный посланник. Сильный, умный... Мой! Если перестанешь сопротивляться. А вот глупый братец решил, что еще есть что спасать. Но он заблуждается. Твоя сущность уже проявляет себя. Твои жалкие попытки бороться скоро исчезнут. Как жаль, что моральные принципы людей порой так глубоко укореняются, позволяя скрыться от нас. Но я сыграю, вечность слишком скучна, если не рисковать. Ты станешь украшением моей коллекции.

По спине прошлись острые когти, не причиняя боли, лишь слегка оцарапав, а затем меня отпустили. Попыталась отшатнуться, но мне показали, для чего были цепочки на спине. Я снова оказалась в объятиях монстра, только на этот раз спиной к нему.

Обновление 29.10

— Такая сладкая... — горячее дыхание опалило кожу на шее, широкая ладонь скользнула по груди, вниз и остановились на животе, прижимая мое тело сильнее, вторая отвела мои волосы в сторону, а затем я ощутила горячее мокрое прикосновение за ухом, от которого стало тошно, но тело отреагировало иначе — дрожью возбуждения. Одновременно захотелось схватить мерзкий язык демона и вырвать с корнем, почувствовав кровь на своих руках. Захотелось отомстить за все мои испытания, упиваться его болью, наслаждаться страданиями.

— Моя кровожадная, — тихий смех заставил вздрогнуть и осознать, что силы не равны. Наваждение и ярость схлынули, сменившись страхом. Я боялась сама себя и своих желаний. — Знаешь, я решил дать тебе шанс получить свободу.

Свободу? Я затаила дыхание, боясь упустить хоть слово. Но можно ли доверять демону? Поверить его словам? Чего это будет мне стоить?

— Мое условие совсем простое, лаите. Ты должна сделать выбор. Правильный для тебя.

Моя ладонь оказалась в огромной лапище. Такая маленькая и хрупкая... Демону достаточно просто сжать руку в кулак, чтобы раздробить ее в кровавую пыль. По линии жизни осторожно прошелся черный коготь, а затем в руку вложили сверкающий полупрозрачный клинок. Его холод обжигал, а тусклый мертвенно-белый свет резал глаза.

— Это твоя свобода, — демон заставил сжать клинок в ладони, и я тут же ощутила его сущность — убивать. Свет, жизнь, веру...

Мысль использовать его против демона тут же исчезла, стоило ей появиться. Для него он безопасен, как укол иглой. Я точно знала это...

— Избавь чистую душу от страданий, и ты получишь свободу, — нашептывал голос Асмодея, а я все смотрела на клинок, понимая, что у меня действительно появился шанс. Но что он имеет ввиду? Может, я должна вонзить нож в свою грудь? Чистая душа... Ну да, это совсем не про мня. Да и что это за свобода через смерть? А если я сделаю неправильный выбор?

— Эта комната... Все повториться, лаите, — довольный ответ на мои мысли.

Нет! Не хочу! Страх воскресил воспоминания пережитого ужаса и возродил решимость. Я оторвала взгляд от ножа и с удивлением уставилась на массивную деревянную дверь передо мной. Демона больше не было рядом. Пустой коридор нижнего яруса замка я узнала сразу. Только здесь камень имел красные прожилки, по которым словно бежала кровь. Почему-то меня это больше не волновало, став привычным. Здесь находились пыточные. И моя комната.

Я решительно толкнула дверь и замерла на пороге, в полной мере поняв слова демона и выбор, который мне нужно сделать. Посреди огромного зала в центре начертанной пентаграммы парил ангел, крылья которого плетьми висели за спиной, касаясь пола самыми кончиками. Кровавые дорожки разбавили белизну перьев, с которых кровь капала на пол, подпитывая начертанный знак его клетки. Я уже видела все это, только изнутри...

Захотелось убежать отсюда подальше, но я силой воли и желанием свободы отогнала самые первые воспоминания, связанные с эти местом, сделала шаг вперед, услышав, как захлопнулась дверь за спиной, и снова посмотрела на ангела. Светлые волосы закрывали опущенное лицо, на худом теле висели ошметки одежды, открывая взгляду страшные рубцы. Я сглотнула, подавив тошноту, и отвела взгляд, пытаясь дышать ровно. Клинок в руке напомнил о себе, став еще холоднее. Во мне все кричало, сознание разрывало от противоречия. Это самый сложный выбор, который мог быть. Стать убийцей и получить право вернуться домой или помочь ангелу и оказаться во власти демона на неопределенный срок? Он ведь мне никто, он даже не человек! Почему я должна выбирать? Я столько вытерпела! Его ведь все равно убьют, да? Не лучше ли, если он умрет от моей руки и быстро, чем будет страдать, повторяя мой путь. А ведь я уверена, что ему не позволят умереть легко. Слова Лилит тому доказательство.