Поймать архимага

— Я не знаю, где он. Позавчера примчался домой весь на взводе, собрал вещи и деньги и куда-то уехал. Сказал только, что вернется не раньше следующей недели.

Конечно, Тень наврала. Марэль успел рассказать жене все перед отбытием. Но найти его не смогут — наемник носит медальон, скрывающий его от магического поиска.

— Врешь,— безошибочно определила Кэсс.— Он с Алесой, так?

Тень демонстративно отвернулась к окну, скучающе глядя на улицу.

— Вот дрянь! — в сердцах бросила советница.— Ну ничего, я до нее доберусь! Весь континент облазаю самолично, но найду!

Тень скептически хмыкнула — вряд ли эта кичливая гордячка выполнит обещанное. Скорее наймет людей, а вот уже они найдут.

* * *

Я громко хлопнула входной дверью, привлекая внимание ребят. Но встречать меня с распростертыми объятьями никто не спешил.

На кухне был аврал — нервозный Иллий ходил из угла в угол и, чтобы как-то отвлечься, пытался читать найденную где-то книгу; Дар спал сидя за столом, подперев рукой щеку и тихонько посапывая. Спокойнее всех — как и всегда, впрочем — был Марэль. Он спокойно готовил ужин, не обращая внимания на двух мужчин.

Иллий, увидев меня, всплеснул руками и уронил книгу. Дар вздрогнул и проснулся, зло посмотрев на начальника охраны. Глаза у некроманты были осоловелые. Захмелел, что ли?

— Ну что, узнала что-нибудь? — повернулся ко мне наемник.

— Ну как сказать?.. Про гонения на ксавийцев ты и сам знаешь. Подробностей мало, говорят — провокация была. Но Кэсс запретила мне говорить о ней. Хотя я не понимаю, откуда об этом знают какие-то торгаши с базара? Это что, открытая информация?

— Нам надо в Дортр, столицу Гатты,— задумчиво сказал Марэль, игнорируя мои вопросы.— Ноги явно растут оттуда. Поговоришь с Дорром, тебя он не посмеет не принять у себя, ведь будет международный скандал.

— Да зачем мне с ним говорить? — запальчиво спросила я.— Толку с того? Может, просто вернемся домой?

— Тебе самой-то не надоело постоянно чувствовать себя дуррой последней? — терпеливо спросил наемник.— Ведь тот, кто на тебя охотится, не успокоится, пока не добьется своего.

— А разве это не Дорр? — опешила я.

— Возможно, он тоже в этом замешан, но не напрямую,— сказал Марэль.— А вот кто бы ему мог помогать?

Хм. Кэсс, Дорр, архимаг в вышедшей из обихода мантии...

— Наставник,— неуверенно предположила я.— Больше некому. Но что я могу поставить против него?

— Я подумаю над этим,— прохрипел некромант, привлекая внимание к себе. Мы с Марэлем, занятые разговором, успели про него забыть.— Ну а для начала у нас есть это.— Он выпростал из-за пазухи перстень, подвешенный на цепочку.

Этот артефакт Дарисс когда-то создал для себя, он накапливал чужую энергию, высвобождаемую при создании заклятья. Отличная вещь, жалко, что сбоит. Но однажды этим помогла некроманту.

— Мы все подумаем, как здесь поступить,— хватая со стола пузырек с зельем и пряча его в карман, сказал наемник. Потом обратился к Дариссу: — А ты что-нибудь узнал?

— То же самое, что и ее величество,— поморщился Дар, вскидывая руку к голове.

— Что, очень плохо? — сочувственно спросила я некроманта.

Мужчина недовольно посмотрел на меня, одним взглядом только показав, какого он мнение о моей заботе, встал и, пошатываясь, ушел. Я только пожала плечами.

— Зачем надо было так напиваться? — спросил Иллий, будто обращаясь сам к себе.— Мог бы сделать вид, ну или закусывать получше.

Я покачала головой, но спорить с ним не стала. Да и зачем? Дар в моей защите не нуждался, а опускаться до мелочных разбирательств? Пфе. Пойду лучше с некромантом переговорю, уж больно он мне не нравится.

Дар лежал на кровати, бездумно уставившись в потолок. Я присела с краешка, проследила за взглядом мужчины, но не найдя ничего интересного в потолочных балках, в упор посмотрела на некроманта. Тот выглядел неважно: лицо горячечно полыхает, щеки красные, глаза осоловелые. Так вот почему он такой! Это не из-за алкоголя.

— Ты что, простудился? — спросила я, трогая его лоб. Он резко перехватил мою руку и убрал от своего лица.

— Нет, что ты, перегрелся! — огрызнулся он.

Я, не обращая внимания на обидный тон некроманта, деловито принялась расшнуровывать его рубашку. Дар, не ожидавший от меня такого коварства (и посягательства на свою честь, не иначе), попытался сопротивляться, но быстро получил по рукам и смирился. Как же, помню-помню, он не любит, когда его лечат.

— Не дури,— сказала я, прикасаясь к его груди и мгновенно отдергивая руку.

Некромант вздохнул свободней, жар постепенно пошел на убыль. Я же подула на пальцы, который стали очень горячими при действии заклинания.

— А этот шрам откуда? — поинтересовалась я, разглядывая еле заметную темно-бордовую полоску у мужчины на груди.

Дар поморщился, ничего не ответил и стал затягивать шнуровку рубашки.

— Эй, чудики, вы тут? — спросил Марэль, без стука заходя в комнату.— Чего это вы делаете?

— Дар заболел, я его лечила,— устало отмахнулась я.— А что ты хотел?

В проеме, позади Марэля, показался Иллий. Он выглядывал из-за плеча наемника, пытаясь разглядеть, что творится в комнате.

— Да просто узнать, чего вы с места сорвались,— отмахнулся наемник, пропуская начальника охраны в комнату. Тот, не найдя, куда сесть, встал рядом со мной. Я покосилась на него, но промолчала.

— Вот,— вытащив кусок бересты из-за пазухи, сказала я,— через несколько дней состоится бал. Туда съедется вся знать.

— Да, Ежегодный зимний бал,— подтвердил Дар, выхватывая бересту прямо из-под носа наемника, который нагнулся, чтобы почитать.-

— Но мы же в столицу собирались, разве нет? — неуверенно спросил Иллий.

— Ты хочешь туда сходить? — спросил некромант, поняв, к чему я клоню.

Я улыбнулась:

— Конечно. Я думаю, господин Дорр будет рад меня видеть. Да и Кэсс тоже. Если не ошибаюсь, представлять Ксавию на этом балу будет она.

— Нет, это слишком рискованно,— с сожалением отверг мою идею Марэль.— А вот если Дорр не будет знать, что это ты...

А что, это мысль.

Утром мы собрались и ушли.

До славного города Тэш'Ша (ну и названия у них тут!) было несколько дней пути. Денег у нас совсем не осталось, и купить более-менее подходящую одежду для путешествия по заснеженным трактам и большакам мы не могли.

Я, недовольно хмурясь, пересчитывала монетки, сиротливо лежащие на моей ладони. М-да, три сребрушки и несколько медек. Такими темпами мы долго не протянем. Жаль, что мои золотые серьги с рубинами сняли наши похитители. Можно было бы их продать.

Стража на Северных воротах сегодня была особенно сурова: всех впускать, никого не выпускать. Благодаря этому нехитрому приказу, покинуть город или попасть в него было практически невозможно. У ворот столпилась тьма народу, телеги не могли разъехаться, воришки сновали повсюду в поисках поживы, даже особо и не скрываясь — пока ограбленный выберется из этой толкучки, воришка уже смотается.

Я как-то незаметно отделилась от нашей компании и попала в середину очереди на выход из города. Ребята остались сзади, оттесненные толпой.

— Эй, гля, какая краля,— слева от меня сказал тощий парень щеголеватого вида своему другу.

Его приятель критически оглядел меня, что мне совсем не понравилось. Не люблю, когда меня так открыто оценивают, тем более мужчины. Поэтому я сделала вид, что не заметила его взгляда.

— Девушка, а вы откуда и куда? — спросил все тот же приставучий парень.— Может, нам по пути?

Я уже открыла было рот, чтобы сказать, насколько наши пути расходятся и что в такое место, куда он сейчас отправится, я вряд ли когда-нибудь попаду, но меня опередили:

— Девушка замужем,— раздались позади меня сразу два голоса.

Я обернулась, собственно, уже зная, кого там увижу. Дарисс и Иллий зло посмотрели друг на друга, но высказывать претензии не стали. Марэль только ухмылялся.

— Вы уж разберитесь, кто из вас мой муж,— пытаясь скрыть веселые нотки в голосе за недовольством, сказала я, проталкиваясь поближе к стражникам.

Стража быстро выпустила меня из города, благо вещей при мне практически не было — только сумка с одеялами и сменной одеждой. А вот моих спутников обыскали по полной программе, даже заставили карманы вывернуть! Я ждала ребят, отойдя в сторонку от дороги, чтобы не мешать другим людям.

Зима нынче выдалась странная: шел липкий, мокрый снег, и на улице было довольно-таки тепло, хоть и слякотно. Снег не мог покрыть землю, тая едва коснувшись земли. Но еще несколько дней и ударят морозы, вьюга закружит-завертит свой хоровод, скроет кусты и деревья под снежной шапкой. На улицу высыплет ребятня, из сараев достанутся салазки, и холм, на котором стоит город, будет превращен в горку.

Мужчины присоединились ко мне через несколько минут, но какие-то помятые и изрядно потрепанные.

— Чтобы их хайн побрал,— ворчал Дар, лазая по карманам и проверяя, не сперли ли чего сердобольные стражи.— Зачем надо было так тщательно обыскивать? Они бы еще в исподнее залезли поискали...

— А чего они хоть искали-то? — скорее из вежливости, чем из интереса, спросила я.

— Да кто их знает,— отозвался некромант.— Вроде как сперли у городского головы что-то. А поскольку рядом с его апартаментами видели незнакомого мужчину, то и обыскивают всех мужчин.

Наемник гневно фыркнул, высказывая тем самым свое мнение ко всему произошедшему. Мне же не было до этого никакого дела, я уже порядком заскучала и хотела только одного — пойти хоть куда-нибудь, а не торчать в этом мрачном и негостеприимном городе.

Чужая страна угнетала меня. Я не знала, как здесь принято себя вести. В прошлые разы я была здесь с Наставником, с ним было спокойнее, ведь Лерий... это Лерий. А сейчас вдруг я оскорблю какой-нибудь местный обычай, сама того не зная? Мне жутко хотелось обратно, в Ксавию. Еще больше хотелось во дворец, подальше от... Дара.

Некромант угнетал не хуже пребывания здесь. За три года, что прошли с нашей последней встречи, я успела позабыть о нем. Да и тот настой отлично делал свое дело. А вспоминала, лишь когда Тень либо Марэль заговаривали о нем, что случалось в те редкие разы, когда мы виделись.

— Вот бы сейчас на санках покататься,— вырвалось у меня, и я посмотрела вслед обогнавшим нас мальчишкам лет шести. Мальчишки переговаривались между собой, зло ругая погоду и отсутствие снега.

— И сломать себе что-нибудь? — в ужасе спросил Иллий.— И думать забудь!

Я недовольно покосилась на начальника охраны, но промолчала. И правда, сколько ж можно унижаться и слезно просить, чтобы за мной не следили как курочка-наседка?

Дорога круто нырнула вниз, я не удержалась, начала скользить по грязи и, чтобы не упасть, схватилась за идущего по правую руку Дара. Некромант тоже не удержал равновесия и начал заваливаться вперед. Я плюхнулась на свою многострадальную (а после этого падения у меня уж точно не осталось сомнений, что она все-таки многострадальная) пятую точку, Дарисс навалился на меня, и мы по инерции кубарем покатились дальше.

Лицо у мужчины было настолько растерянное, что я начала хихикать. Сначала просто, потом истерично так, с удовольствием. Видимо, организм решил взбунтовать и выплеснуть накопившееся напряжение именно здесь и сейчас.

— Я тебе что, санки? — раздраженно поинтересовался Дарисс.— А ну слазь с меня!

Кто-то перехватил меня под мышками и сдернул с некроманта. Я оглянулась и узрела злую физиономию Иллия, который принялся отряхивать грязь с моего плаща своей варежкой.

— Ты как раз хотела покататься,— философски заметил Марэль.— Правда, ты говорила — на санках...

— Я, наверное, очень на эти самые санки похож,— провочал некромант, разглядывая заляпанную одежду.

Впрочем, крутой спуск не нам одним устроил подлянку — пока мы разговаривали, мимо нас прошла женщина и тоже поскользнулась, упав в грязь. Слова, которыми женщина выразила свое мнение об этом, вряд ли пристало говорить горожанке. Вот бабе, которая костерит на чем свет стоит непослушную скотину — в самый раз.

Марэль же и Иллий обошли грязь по обочине. Смотреть на них, таких чистеньких — не считая сапог — и хитрых, было противно.

Я отчаянно хотела поваляться в кадушке с водой, некромант, полагая, тоже. Хоть Дар и не выражал никакого недовольства, давно привыкнув к моим проделкам, но молча бросать на меня гневные взгляды ему никто не запрещал.

— А если бы ты ушиблась? — продолжал разоряться начальник охраны.— Что бы я сказал твоему Наставнику?

— Не говори глупостей,— разозлилась я.— Наставнику плевать, если я ушибусь или, что еще лучше для него, убьюсь. Но ты, если я умру случайно посадив заусенец, так уж и быть, не вини себя. Знаешь поговорку "А если б да кабы, во рту росли б грибы"? Чего сейчас-то дергаться, когда это уже произошло?

Иллий открыл было рот, чтобы прочесть мне очередную нотацию, но его перебил Марэль:

— Он просто хочет, чтобы ты думала о последствиях перед тем, как делать что-то. Перед, а не после, понимаешь?

Да уж, ваше величество, подумала я, докатилась. Сначала тебя самым наглым образом рассекретили перед некромантом (он никогда не должен был этого узнавать, никогда!), потом еще и Иллия какие-то шальные хайны принесли. Нет, пора с этой черной полосой в жизни заканчивать. А то не дело это.

Мы спустились с холма и направились в сторону леса. Сегодня день был пасмурный — по небу плыли серые облака, солнце никак не могла пробиться сквозь них. Стемнеет сегодня намного раньше, буквально часа через четыре. Заночевать придется в лесу.

Лес, в котором имела честь раскачивались на ветру, костер потрескивал, освещая нашу стоянку (судя по дружному храпу Марэля и Иллия — скорее лежбище).

Я лежала без сна и слушала. Разные звуки и шорохи, наполняющие лес, не давали заснуть. Мне было слишком страшно, не смотря на караулящего нашу полянку Дара, которому я, в общем-то, полностью доверяла. Но это не мешало мне все равно бояться. Особенно сегодня. После трех лет жизни во дворце, я отвыкла от ночевок на природе.

Стоило закрыть глаза и начать медленно погружаться в сон, как где-то поблизости обязательно что-то начинало шуметь. Тут же становилось не до сна.

Некромант же был абсолютно спокоен и на шорохи не обращал никакого внимания. Я позавидовала его выдержке и решила не спать до утра. Пусть нам и предстоял завтра большой дневной перегон. Ничего, как-нибудь не усну на ходу.

Дар подкинул в костер дрова, с оглушительным треском сломав сук. Ребята вздрогнули, но не проснулись, зато я не выдержала и решительно встала с лежака.

Мужчина не удивился, когда я присела рядом. Некромант с нажимом потер слипающиеся глаза. Может, пусть идет спать? А я покараулю, все равно ведь не усну.

— Ты как? — не придумав ничего путного, спросила я.

— Да вот, грязный, как свинья, а ты? — иронично сказал Дарисс.— Что, не спится?

Я подумала — а не сказать ли ему какую гадость, но передумала. Еще успеется, да и я виновата все-таки. Хотя... кто его заставлял падать вместе со мной?