Гел нравился купцу, хоть и вызывал инстинктивное опасение. Сам очень сильный от природы, Спур уважал силу в других, а в этом парне её было с избытком. И умом боги его не обидели, в отличие от многих других здоровяков, в чём Спур мог убедиться, беседуя с Гелом о Сандоре. Остальные просто запоминали то, что он говорил, а Гел часто задавал уточняющие вопросы, касающиеся действительно важных вещей, о которых купец забыл упомянуть.
— Другие останутся, — ответил Гел. — Заодно помогут вам с разгрузкой товаров. А я сразу уйду, если только приплывём не слишком поздно.
Антинис потоптался по палубе и ушёл в душную каюту, а Гел долго стоял у борта, слушая плеск волн и вдыхая свежий морской воздух. Несмотря на свою богатую приключениями жизнь, в плавании он был впервые. Стемнело, и небо усыпали яркие звёзды. Луны не было, поэтому он хорошо видел слабое свечение воды, более яркое за кормой в расходящейся после корабля полосе следа.
В душе лучший оперативник стола внешней разведки был романтиком. В детстве, переделав все дела на отцовой ферме, он бежал на ближайший холм, забирался на его вершину и лежал, наблюдая за облаками. Летом у них был причудливый вид, который они постепенно меняли, проплывая над наблюдавшим за ними мальчишкой. А потом случился набег, а патруль то ли его пропустил, то ли сам попал в засаду. Скотоводов не успели предупредить, и чудом уцелевший Гел остался один на один с миром, без крова, без семьи и даже без медяка в кармане. Мальчишку подобрали легионеры и отвели в ближайшую крепость. Там он и прожил следующие несколько лет, сначала помогал поварам, а позже прибился к третьей сотне пятого легиона. Здесь за него всерьёз взялся сам сотник, который годом раньше потерял от болезни сына и решил усыновить сильного и смышлёного мальчика. За год Гел подрос, раздался в плечах и научился неплохо владеть мечом и копьём. А потом легион ушёл отражать очередной набег. В тот раз Гела не взяли с собой, а когда вернулись, десятник молча отдал меч его несостоявшегося отца. Потрёпанную сотню убрали из Мирии, а потом вообще перевели в самую северную, граничащую с лесами провинцию — Гальнию. Здесь не было такой напасти, как кочевники, была другая. Из простиравшихся на многие сотни миль лесов на пограничные посёлки империи делали набеги многочисленные племена лесных жителей. Они враждовали между собой, поэтому нападавших было немного. Главным было вовремя обнаружить лесовиков, тогда от них легко отбивались. Здесь Гел научился без промаха стрелять из лука и метать всё, что могло лететь и втыкаться. Кроме того, один из легионеров взялся учить его бою без оружия. Так Гел и остался бы в сотне, если бы не приехавший с инспекцией квестор. Проверка показала, что живущий в казармах юноша не значится в списках пятого легиона. Сотник был в отъезде, и чем-то недовольный проверяльщик выгнал Гела из лагеря. Тот ушёл в ближайший город начинать новую жизнь с мечом на поясе и кошельком серебра, который в складчину собрали легионеры. Кем он только потом не был, и чем только не занимался! Довелось обучиться и грамоте. Перед тем как его забрали в разведку, Гел служил десятником стражи во втором по величине городе империи и отличился тем, что навлёк на себя гнев главарей гильдии убийц и ухитрился больше полугода оставаться в живых, в отличие от десятка гильдийцев, которых посылали по его душу. Их всех закопали за городской стеной, в том месте, где хоронили всякий сброд.
В разведке Гелу поначалу было скучно, но потом он пристрастился к чтению и по полдня не вылезал из столичной библиотеки. Отличавшийся исключительной памятью парень без труда выучил и основной язык союза королевств, и тот, на котором говорили в королевствах за проливом. Он с радостью взялся за выполнение нового задания. В столице, конечно, много развлечений, но долгое сидение на месте претило его деятельной натуре.
Им повезло: ветер не утих и не поменял направления, и вскоре после рассвета показался берег, а через два часа вошли в бухту порта. Ещё столько же времени заняли манёвры, причаливание и объяснения с портовой стражей, после чего команда вместе с агентами занялась переносом груза в расположенную в трёх сотнях шагов факторию. Гел не принимал в этом участия, а сразу же после таможенных формальностей отправился в город. Немного побродив по его улицам, он зашёл в приличный с виду трактир. Заказав обед, парень с удовольствием поел, после чего подошёл к хозяину заведения.
— Любезный хозяин, вы не откажитесь дать совет? — спросил он у сидевшего за отдельным столом толстяка с обманчиво добродушной физиономией. — Я в этом городе человек новый и совсем его не знаю. Где можно купить хорошего коня, чтобы после покупки не ездить на нём голым?
— Можете купить у меня! — предложил тот. — В моей конюшне есть один на продажу. Пять золотых — и он ваш вместе со сбруей. Нипочём не отдал бы так дёшево, если бы он мне самому не достался даром.
— И что нужно сделать, чтобы даром получить коня? — задал вопрос Гел, видя, что трактирщику хочется поговорить.
— Вам для этого нужно стать трактирщиком, — засмеялся тот. — Мой постоялец перебрал вина и поссорился с кем-то из наёмников. Они схватились за мечи и пошли разбираться на площадь. Хозяину коня не повезло, а его родичи здесь не объявились.
— Если конь понравится, я возьму его за такую цену, — согласился Гел. — Подскажите ещё, как проще добраться до Ордага. Хочу завербоваться в армию герцога Аликсана.
— Хорошее дело! — одобрил хозяин. — Только не советую пускаться в дорогу одному. Ехать нужно морским трактом, который начинается от южных ворот. Путь до столицы Аликсана займёт у вас дней семь-восемь. Его большая часть безопасна, но есть места, где рискованно путешествовать в одиночку. Поезжайте к южным воротам и зайдите на постоялый двор "Сотник". В нём останавливаются одиночки вроде вас, которые поджидают подходящих попутчиков. Так вы идёте смотреть коня?
Гел купил понравившегося коня и узнал у трактирщика, как ехать к южным воротам. Езда из одного конца Гонжона в другой заняла с полчаса, и ещё ушло время на поиски нужного постоялого двора. На вопрос его владельцу, есть ли желающие ехать трактом, тот смерил Гела оценивающим взглядом и ответил, что попутчиков нет, есть попутчица.
— Только ты, мил человек, если есть дурные мысли, лучше их оставь, — сказал он парню, прежде чем тот успел отказаться. — Это наёмница, которая отрежет тебе всё, что покажется ей лишним.
Такая характеристика заинтересовала, поэтому Гел захотел взглянуть на наёмницу. Хозяин поманил рукой слугу и отправил его наверх за постоялицей.
— Кто едет в Ордаг? — спросил приятный женский голос.
Гел поднял глаза и увидел спускавшуюся по лестнице женщину лет двадцати пяти, невысокую и стройную, с приятным лицом и короткой стрижкой.
— Я собираюсь, госпожа! — ответил он.
— Странный у вас акцент, — заметила она, с интересом глядя на парня. — Зачем едете в столицу? Или это секрет?
— Хочу завербоваться в армию герцога, — ответил он, проигнорировав слова по поводу акцента. — И мне не с руки ждать других попутчиков. Если согласны, можем поехать вдвоём, меня можете не опасаться.
— Хозяин, я съезжаю! Пусть приготовят моего коня и заберут вещи, — сказала наёмница и подошла к юноше. — Меня зовут Лади.
— Гел, — представился он. — Так удобно носить? — кивнул он на мечи, которые были закреплены у Лади на спине.
— Если короткие клинки, то удобно, — ответила она. — В ногах не путаются, и руки остаются свободными. Забирай своего коня, и поедем. Если выедем сейчас, до ночи успеем добраться до ближайшего города. А поужинаем в придорожном трактире, будет один в удобном месте. Я ездила по этому тракту уже раз десять.
— Сандек! — сказал Сергей. — Это ужин по-имперски.
— Неправильно! — возразила Альда. — Сколько можно повторять? Санэк, а не сандек. Сандек — это не ужин, а мужское седло.
— Тяжёлый язык, этот имперский! — вздохнул Сергей.
— Не тяжелее твоего русского, — сказала жена. — Пока его выучила, измучилась!
— Зато теперь можем говорить на любые темы, и никто ничего не поймёт.
— Я пойму! — встряла в разговор Лани, оторвавшись от книги, которую она читала на кушетке в гостиной брата.
— Молчала бы лучше! — засмеялся Сергей. — Поймёт она! Хорошо, если запомнила три сотни слов, на большее не хватило терпения.
— Не три, а четыре!
— Мешаешь заниматься, — сказал брат. — Тебе скучно одной?
— Меня выжил из гостиной Алекс со своей дамой сердца! Они готовят уроки, а я мешаю. Вот надо было брать им учителя?
— А почему не у себя?
— В комнате Алекса маленький стол, — объяснила Лани. — Одному за ним удобно, но они всё делают только вдвоём.
— Ладно, на сегодня хватит, — сказал Сергей. — Песок в часах закончился. А стол завтра заменим. И учти, что к осени и у тебя будут учителя. Хватит уже бездельничать, и так больше года читаешь одни книжки! Да ещё было бы что-нибудь полезное, а то одна ерунда! Мне будет стыдно перед Ивом за такую невесту для его сына.
— У меня много других достоинств! — возразила сестра. — Перечислить?
— Как-нибудь в другой раз. Послушай, Лани, мы завтра уезжаем в замок и будем отсутствовать два дня, а Газлы ещё не вернулись из своего баронства. Тебе нужно присмотреть за молодёжью, чтобы они не сожгли дворец. Возьмёшься?
— А что я за это получу?
— Посмотри на неё! — обратился Сергей к жене. — Ей только тринадцать, а уже научилась шантажировать родственников. А кто из неё вырастет лет через пять?
— Ладно! — проворчала Лани. — Не понимаешь шуток. Поезжайте спокойно, присмотрю я за племянником и его невестой, но только два дня!
— Поедем верхом или в карете? — обратился Сергей к жене.
— Конечно, в карете! — ответила Альда. — По ровной дороге, да ещё с этими твоими... рессорами, в ней ездить одно удовольствие. Не трясёт и не наглотаешься пыли. А лошадей пусть охрана возьмёт в повод. Если получится съездить к соседям, поедем верхом на своих лошадях. А то дали мне в прошлый раз кусачую кобылу!
— Командир наших кавалеристов клялся, что та кобыла никого ни разу не укусила, — засмеялся Сергей. — Наверное, это я ей сильно понравился, а ты полезла целоваться, вот она и ревновала!
— Это ещё вопрос, кто к кому полез!
— Слушайте, будьте людьми! — рассердилась Лани и бросила книгу на кушетку. — В парке тепло, шли бы вы туда? Мешаете ведь!
— Всё, уже ухожу! — поднял руки Сергей. — Ко мне сейчас должен подойти Севорж, так что я вас на время покину.
Он вышел в коридор и направился к своему кабинету, но на полпути столкнулся с идущим навстречу генералом.
— Я узнал у Рашта, что тебя ещё не было, и решил подойти сам, — сказал Ланс. — Обдумал значки?
— Я решил сильно не мудрить, — ответил Сергей. — У нас в армии у офицеров были погоны на плечах, чтобы сразу было видно звание. Мы сделаем так же, но вместо погон у лейтенанта будет одна нашивка, у майора — две, а у полковника — три. А у генералов вместо полосок сделаем вот такую звезду. Держи рисунок, отдашь швеям. Знамёна полкам придумаете сами. Эмблемы в виде зверей и птиц лучше оставить, а для красоты вышить мой герб.
— Может быть, всё же увеличим размер пехотного полка и уменьшим их количество? — предложил Ланс.
— Не стоит, — не согласился Сергей. — И так уже увеличили до тысячи человек. Тысяча в пехоте и пятьсот в кавалерии. Сейчас у нас двадцать один пехотный полк и шесть кавалерийских. Отдельно будем формировать артиллерию из расчётов баллист, обозников и их охраны, плюс два батальона: инженерный и снабжения. Медики и стрелки распределены по всем полкам. Фактически мы с тобой уже создали армию. Закончим с артиллерией и вспомогательными подразделениями и наберём ещё по полку кавалерии и пехоты. И всё, больше нам не потянуть!
— А казачьи деревни?
— Пять деревень мы заложили, позже построим ещё столько же. Но это всё-таки не регулярная армия. Дадут тысячу всадников для вспомогательных целей — уже хорошо.
— Мне ехать с вами на испытания?
— А как у тебя со временем?
— Я не хочу отлучаться на два дня.
— Тогда не нужно. Это только первые пробы. Посмотрю, что они там наварили, опробуем баллисту, а потом уже решу, запускать всё в производство или пока рано.
Глава 5
Когда Лаций обратился за помощью в службу охраны империи, ему посоветовали взять в дело разорившегося купца Альта Морфа.
— Благодарю! — выдавил из себя улыбку консул. — Я всё-таки рассчитывал вести дело с прибылью, чтобы увеличить возможности стола.
— Напрасно вы так отреагировали, — усмехнулся его собеседник. — Люди разоряются по разным причинам, и не всегда в этом есть их вина. Этот купец из таких. Он долго успешно вёл дело, но потом наступила полоса невезения. Сначала пропал один из его кораблей, через месяц в шторм затонул другой, вёзший выручку за весь сезон, а вскоре заболела и умерла жена. Такое может сломить и стойкого человека. Поначалу он впал в отчаяние, но вскоре опомнился и взялся спасать всё, что ещё было возможно. Из первой гильдии съехал в третью, а потом и вовсе бросил торговлю. Продал своё дело, чтобы обеспечить приданым дочь, а сам очень скромно живёт на остатки сбережений.
— Это другое дело! — повеселел Лаций. — Спасибо за помощь. Как мне его найти?
Альт Морф оказался ещё не старым мужчиной. Он выслушал Лация и согласился взяться за дело с условием удержания в свою пользу четверти всех доходов. Консул подумал и согласился. Как вскоре выяснилось, он не прогадал. Альт оказался знающим и деятельным купцом. Получив крупную сумму, он уже через пять дней отправил в Сандор взятый в аренду корабль с товарами и нанятым приказчиком, а завтра такой же корабль должен был отчалить из порта Лузанны и взять курс на Сотхем. В самой Лузанне был куплен небольшой дом, в котором Морф оборудовал свою контору.
— Послушайте, Север, — сказал Лаций, — у меня родилась идея. Почему бы вам самому не сплавать в Сотхем? Сядете на наш корабль и вскоре будете в фактории. А дальше уже действуйте по обстоятельствам: или отправьте в столицу одного из наших агентов, или съездите сами. Мехал благоволит империи, поэтому такая поездка представляется мне безопасной. Здесь пока нечего делать, а там сможете многое узнать. Постараюсь через две декады отправить за вами корабль.
— Отец запретил мне покидать империю, — ответил Север, — но меня передали в ваше подчинение, поэтому, если получу приказ, выполню его с удовольствием. Я выучил язык, так что не вижу сложностей.
— Считайте, что вы его уже получили! — обрадовал его Лаций. — Только постарайтесь никуда не влезть, чтобы мне потом не разбираться с вашим отцом и не посылать за вами людей. Хорошо владеете оружием?
— И оружием, и всем, что можно использовать вместо него. Не беспокойтесь, ничего со мной не случится. Вы, главное, вовремя пришлите корабль, чтобы я не застрял там до осени.
Опасения Гела, что женщина задержит в пути, не сбылись. Её кобыла оказалась резвее его жеребца, и Лади скакала впереди, а Гел держался сзади и в стороне, чтобы не дышать пылью. Двигались лёгким галопом, временами переходя на шаг. К вечеру остановились поужинать в придорожном трактире. Трактирщик сделал пристройку для ночлега путников и даже сам предложил им комнату, но Лади отказалась.
