Слава. Наследник

Там жили целыми селениями те, кто не желал подчиняться диктату Командиров. Они нападали на космодромы, воровали металл и приборы, доходило до местных локальных войн, ограниченных правилами Хозяина. В общем — всё, как всегда — государство, те, кто не желает жить по его законам, добропорядочные граждане и те, кому порядок побоку. Ничего нового Слава в этом не увидел.

Теперь самое главное — Хозяин. Где он прячется? Кто он? Где он? Никто не знал. И не горел желанием узнать. Те, кто отправлялись на поиски Хозяина — пропадали. Не вернулся никто. Во все времена были авантюристы, которые хотели странного — путешествовать, искать новые земли, узнавать мир. Иногда они спивались, так и не решившись осуществить свои мечты, иногда гибли, пропадая в неведомых краях, а иногда...иногда становились богатыми, знаменитыми и влиятельными особами.

В человеке всегда таится огонёк авантюризма — чаще всего он гаснет, не получив достаточного питания, а иногда...иногда это выливается в огромный пожар. Что было этим людям в поисках Хозяина? Что они хотели получить от него? Для аборигенов хозяин был богом, богом не злым, не добрым — справедливым. А справедливый бог что делает? Правильно — награждает хорошего человека за его красивые глаза. Просто надо найти этого самого бога и убедить в своей праведности. Кроме того — кто служит богу, кто близок к нему — тот и сам немного бог, не правда ли? Возвыситься, стать великим, подняться над общей массой людей — чем не сверхзадача?

Итак, кем же считали местные жители Хозяина? Как ни странно, тем, кем он и являлся — супермозгом, управляющим оборонными системами. Но в связи с тем, что образ этого супермозга и образ бога давно уже слились в единое целое, то и был этот супермозг богом. Бог-супермозг.

Слава вспомнил термин — 'религиозный синкретизм', вроде так это называлось. Смешение различных религий — например, поклонение идолам, древним божкам, и одновременно поклонение Христу. Существование двух, абсолютно взаимоисключающих религий. То же самое произошло и здесь

Ну что сказать — в деле розыска неведомого Хозяина, Слава не продвинулся ни на миллиметр. Есть Хозяин, есть производимые им действия, и нет никакого Олимпа, где тот сидит и откуда мечет свои стрелы-молнии. Полученная от Аруста информация, конечно, ему помогла — он впитал языки — Аруст был полиглотом и знал около пятнадцати языков и наречий. Немудрено — при таком бизнесе. Ему приходилось общаться со многими расами, а чтобы не надули — надо понимать, что те говорят.

Кроме языков, Слава узнал структуру государства, если можно его так назвать. Теперь он знал — кто управляет жизнью этих людей — на бытовом уровне, конечно.

Командир этого Экипажа был из расы, близкой по параметрам людям — расы варгосов. Высоченные, огромные, с большими, сильными руками и ногами, варгосы напоминали викингов, в том числе и своим буйным нравом. Они любили выпить, поесть, подраться — Слава видел одного из них на космодроме — тот, что утихомиривал шестинога, бородатый мужичина лет за сорок. В основном они и были во власти, командовали воинскими подразделениями.

В этих воинских формированиях служили те, кому не хотелось работать на полях, охотиться, или заниматься чем-то иным. Кентавры, зелоры и прочие воинственные расы. Кстати сказать — зелоры здесь не занимались каннибализмом, даже ритуальным — по крайней мере открыто. Хотя...поговаривали, что они не прочь были поглодать поджаренную с маслом фалангу пальца врага. Но это не одобрялось. Они обычно были наёмниками, служили в разных Экипажах, не желали сидеть на месте — кочевники, одно слово.

Вообще — законов здесь было не так много, и довольно простые, всего из нескольких десятков пунктов, одним из которых, и главным, был пункт первый: 'Командир всегда прав'.

В этом были свои преимущества, но...если попадался нехороший, непорядочный Командир, и он сколачивал вокруг себя сильную армию приверженцев — тут уже держись народ, жить спокойно не дадут. Единственным сдерживающим фактором было то, что народ, доведённый до отчаяние беспределом Командира и его приближённых, просто начинал их бить, стрелять, резать — и после этого лет на пятьдесят наставал покой.

Командиры, помня о происшедшем, какое-то время вели себя пристойно, соблюдали интересы подданных, пока...пока не забывалось прошлое. И тогда спираль делала оборот назад. И всё начиналось заново — беспредел, безобразия.

'Нет ничего нового под солнцем!...' — как сказано в одной древней и умной книге.

Вот, основное, что узнал Слава из мозга Аруста. Ну — и ещё массу бытовых мелочей — любит дочку, просто души в ней не чает, терпеть не может нынешнего Командира, положившего глаз на Надию и время от времени преследующего её предложениями стать одной из его жён или наложниц. Ходит к соседке, вдове тридцати лет, подумывает жениться на ней. Имеет любовниц в двух селениях — как ни странно — и в селении стражниц тоже. Они любят обновлять кровь с торговцами. Дом ему оставил отец — тоже торговец, проживший девяносто семь лет, и умерший от укуса какой-то ночной летающей гадости. Волей-неволей часть информации бытового характера вытягивалось вместе с той, что интересовала землянина.

Кстати сказать, вот это странное разделение на ночную и дневную жизнь сильно озадачило Славу. В этом разделении было что-то ненормальное, искусственное, странное.

Оказалось — ночные твари боятся света — потому стены периметра ночью ярко освещены прожекторами, как и улицы города. Если бы их не было, всех охранников на стенах давно бы сожрали, случайных прохожих — тоже.

Шестиноги спасаются от ночных налётчиков толстой, панциреобразной шкурой, а ещё — они очень любят жрать ночных летунов. Поймать такую пакость влёт для них лучшее развлечение и удовольствие. Дрозы, вообще-то, хищные животные. Как люди умудрились их приручить — тоже никто не знает. Впрочем — а разве земляне помнят, кто первый приручил лошадь? Дрозов держали в страхе, и те прекрасно понимали, что стоит не подчиниться — их убьют. На это их разума хватало. А вот чтобы осознать себя как личность, как народ — для этого они были слишком глупы. Потому — работали на людей, терпели удары, пинки, и служили всем, чем могли. Даже отдавая жизнь.

Мужчина открыл глаза, потряс головой, потом правой рукой потёр лоб. Перед ним стояла чашка с остывшим супом — на самом донышке. Он недоумённо посмотрел на неё, на собеседника, и поморщившись сказал:

— А куда Надия делась? Ох, как голова болит! (Надо было помедленнее информацию выдирать — со смущением подумал Слава — всё тороплюсь, а человек страдает)

— Пошла спать — пожал плечами Слава и демонстративно зевнул — поздно уже, и нам бы пора. Ты вон — за столом засыпаешь. Устал с дороги?

— Наверное — да — непонимающе похлопал глазами Аруст — старею, что ли...раньше такого никогда со мной не было. Ну, так что будешь тут делать, в городе?

— А ты же обещал меня пристроить помощником к Надии — помогать торговать — не моргнув глазом соврал Слава — поживу пока у вас — ты тоже обещал — а там видно будет. Метка Командира у меня есть — видишь? Это с дальнего селения, ты его знаешь — Шульцар — вот оттуда и метка. Спросят откуда я взялся — двоюродный брат Надии. У вас же не все друг друга знают?

— Нуу...так-то не все, да — смущённо ответил Аруст — но ты уж больно заметный...с твоими-то жёлтыми волосами и белой физиономией. Вряд ли кто поверит, что ты мой родственник.

— А вот так? — волосы Славы почернели, стали тёмными, как у Аруста и Надии, а лицо приобрело лёгкий зеленоватый оттенок — так поверят?

— Ттак? — запнулся мужчина — так поверят. Наверное. Только ты же языков не знаешь! С тобой заговорят — а ты сразу и выдашь себя! Я же тебе говорил — тут разговаривают на харрате. Это только мы, зелёные, между собой говорим на шарнатоне.

— Я говорю на харрате — Слава перешёл на официальный язык поселений — так пойдёт? Без акцента говорю?

— А почему ты скрывал, что говоришь на харрате? — удивлённо ответил Аруст — вполне нормально говоришь. Если бы я не знал, то подумал бы, что ты родился и прожил всю жизнь здесь, в этом городе. У каждого селения свои произношения. Хмм..ну в крайнем случе, можно сказать, что ты жил тут, но потом тебя увезли в Шульцар. Главное — чтобы оттуда никто не попался. Мда...с тобой всё чуднее и чуднее. А сколько ты хочешь получать за работу? — нахмурившись спросил Аруст — я так-то не нанимаю работников...

— Ничего. Корми, пои, рассказывай мне об этом мире то, чего я не знаю — этого достаточно. Когда я решу, что мне пора — уйду.

— Это...Слава... — нерешительно начал мужчина — тут ещё такое дело...ты парень молодой, а моей девке уже семнадцать лет...ей два года как пора быть замужем. Мне бы не хотелось, чтобы она осталась после твоего ухода с брюхом. Так-то я не против детей, нет, но...они должны иметь и отца, и мать — мне бы хотелось выдать её замуж. Без довеска в виде ребёнка. Я видел, как она на тебя смотрела, и не хотел бы, чтобы она заползла к тебе в постель. Ты можешь гарантировать, что не сделаешь мне такой неприятности?

— Хмм... — усмехнулся Слава — меньше всего мне хотелось бы оставлять след из младенцев на этой планете. Вообще-то у меня жена есть, красивая и молодая. Так что...

— Я надеюсь, что ты не доставишь мне неприятностей — вздохнул Аруст — хотя жизненный опыт мне подсказывает — гони его из дома! Ты привёл дикого, необузданного друза и он переколет тебе всю посуду! И почему я не прислушиваюсь к своему внутреннему голосу, почему не гоню тебя? Сам не знаю. (Зато я знаю — внутренне усмехнулся Слава — это называется псионический посыл. Я запретил тебе выгонять меня и внушил мысль о том, чтобы ты мне помогал. Иначе ты точно попытался бы меня выпереть...)

— Не беспокойся — в мои планы не входит соблазнение твоей дочери. Кстати, а если бы здесь появилась моя жена — ты бы не был против?

— Совсем нет — облегчённо вздохнул мужчина, и бросил взгляд в сторону спальни дочери — спальня покойной жены свободна, вы бы могли её занять. Я понимаю, мужчине без женщины трудно долго держаться. Я сам люблю женщин, так что — я не против. А где она?

— Сейчас на корабле, а завтра мы бы могли поехать и забрать её, если не против. Возле той же пирамиды, где нашли меня.

— Возле пирамиды?... А! ты имеешь в виду зиккур. Эти штуки называются у нас зиккурами — тебе надо это знать обязательно. Иначе не поймут — зиккуры, суть глаза и уши Хозяина. Антенны, через которые он передаёт информацию своим слугам на платформы.

— Антенны? — растерялся Слава — вы знаете, что это антенны? Откуда?

— Не знаю...все это знают — озадаченно пожал плечами Аруст — ну откуда ты знаешь, что светило, это светило. Вот и все знают — это антенны. Трогать их нельзя, ломать — ни в коем случае. Останется только лепёшка. Хозяин строго следит за своим имуществом и наказывает тех, кто на него посягает. Кстати — ты, случайно, не пытался забраться на эту пирамиду, как ты её называешь?

— Пытался — криво улыбнулся Слава — шарахнуло меня.

— И ты жив?! Я просто потрясён — вытаращил глаза мужчина — я о таком и не слыхал! Чтобы остаться живым после Хлопка Ладонью Хозяина — такого я не слыхал. И не поверил бы, если бы рассказали.

— Ну вот...так вышло. Я успел отпрыгнуть от пирамиды, и меня зацепило только краем — сознался Слава.

— Даже краем — это просто невозможно. Друзов плющит в лепёшку, если они попадают под удар даже с краю Ладони. Ой, ой, ой...с кем я связался — покачал головой Аруст — чувствую своей задницей — что-то будет. Кстати, а как твоя супруга выберется с космодрома? Там же стоят заслоны! Тьфу! Забыл...она тоже крылатая, да?

— Тоже. Ну что, спать? Куда мне пройти?

— Пойдём — мужчина тяжело поднялся и снова схватился за голову — ух...как будто неделю пил! В спальне жены будешь спать. А завтра с Надиёй съездишь за ней. Дочка хорошо умеет с друзами справляться, да и ты, видал, не промах. В общем — бельё там чистое — ложись, отдыхай. Туалет вон там, душ тоже там — можешь сполоснуться, а я...я к себе. Что-то голова кружится.

Слава проводил взглядом мужчину и покачал головой — что-то переборщил он псионическими посылами, да выкачкой информации. Надо будет впредь поосторожнее...если получится. Завершив эту мысль, он побрёл в душ — целый день валяния в прерии не способствует чистоте тела. И как это его местная хищная дрянь, пока он валялся не сожрала, непонятно...

Глава 3

— Я тебе башку оторву! Я тебе глаза выцарапаю, козлина безрогий! Ты когда обещал поставить генераторы?! Три дня назад?! И где они! Ннна! Получи, зараза! — Наташка схватила со стола коммуникатор и со всей силы метнула его в Зенграда. Торговец, при всех его габаритах, ловок уклонился и задыхаясь от хохота, спрятался за охранником, закованным в броню, выглядывая из-за его могучего бедра, как нашкодивший кот из-за угла.

— Наташа, милочка, ну не надо так сердиться! У тебя грудь обвиснет — тебя мужчины не полюбят! Поставщики подвели, дорогуша, не надо старика Зенграда так уж ругать! Я исправлюсь! Три процента скину от цены!

— Пять! Пять скинешь, морда твоя торгашеская! — Наташа села на стул верхом и тайком оглядела голую грудь, выкрашенную нательной краской в белый цвет — нет, грудь отличная, ничего и не обвисла. Не зря такие деньги отвалили за это тело модификаторам. Красотка — что надо.

— Ну ладно — пять — померк торговец и покачал головой — всё-таки с мужчиной легче было работать. Вы, женщины, слишком много страсти вкладываете в любое дело. Впрочем — вам простительно. Ты в ярости такая красивая, такая сексуальная...аж мороз по коже! Выходи за меня замуж, а? Я богатый — спасибо Славе — мужчина ещё хоть куда...выходи, а?

— Много вас...на невинную девушку... — сварливо отбрила Наташа, но сменила гнев на милость — ладно. Пять процентов и закрыли вопрос. Другой раз будешь знать, как срывать поставки.

— Эххх...я ей про любовь, а она опять про деньги — лукаво посверкивая маленькими глазками протянул торговец и движением руки распахнул виртуальный экран — давай, переводи, завершай сделку...грабительница.

Наташа довольно усмехнулась, раскрыла свой коммуникатор и её руки быстро замелькали по виртуальным кнопкам, вызывая подобие мелодии. Искомая сумма была переведена, Зенгар удовлетворённо кивнул и через минуту девушка встала с места:

— Всё. Мы пошли. Не забудь — через неделю поставка тяжёлых армейских бластеров — тысяча штук. И три тысячи запасных батарей к ним. И зарядные устройства. Смотри, не прокати со сроками.

— Прокатишь тебя — усмехнулся Зенград — разоришь к демонам! Сядь, разговор есть. Парни, выйдите пока — она вроде не собирается меня изнасиловать. И зря, кстати — получила бы огромное, ни с чем не сравнимое удовольствие!

— Тьфу! — презрительно мотнула головой Наташа, и уничижительно посмотрела на торговца — неужели ты думаешь, что после Славы мне кто-то нужен?

— Везёт же людям — вздохнул торговец — ну где мне такую как ты найти?! О любовь моя! О мечта!

— Хватит петь! К делу ближе — рассмеялась Наташа и почесала гладкое бедро, на котором распылитель автомата одежды изобразил что-то вроде ажурных чулок, верх которых не доставал до коротких шортов пальца на два. На девушке, вообще-то, из всей одежды были лишь трусики-стринги, всё остальное нарисовано. Но если не присматриваться — и не заметишь. К чему напяливать на себя массу одежды, если температура в летающих городах Алусии всегда была двадцать четыре градуса, а тело твоё представляет собой совершенство, которое не стыдно продемонстрировать людям? Она бы и вообще без ничего пошла, но некуда было приделать коробочку коммуникатора и барсетку с разными мелочами — например, кредитную карту с несколькими миллиардами кредитов.