Влипла! (завершено)

— О, моя госпожа, — пропел он сладко, явно наслаждаясь моментом и даже не думая пугаться. — Что прикажешь сделать с этими презренными рабами, посмевшими оскорбить тебя?

— Вызови представителей власти, — если уж спектакль, то такой, чтобы поверили все, включая саму меня. — Я хочу, чтобы их казнили, — протянула томно, при этом лихорадочно думая, что эффект неожиданности помог, а вот что дальше делать, совсем не ясно. — Они посягнули на моего наложника... Ещё и оскорбили мою светлейшую особу.

— Ваш отец, светлейшая, — продолжая дурачиться, но вполне всерьёз заявил Олег, — очень ругался, что после ваших забав трупов много.

— Ты будешь мне указывать? — процедила сквозь зубы, постепенно впадая в отчаяние.

Мужики отмерли и, судя по лицам, чихать они на казни и наш спектакль хотели. Звонок моего мобильника, в воцарившейся напряжённой тишине, прозвучал раскатом грома. Ситуация вот-вот должна была взорваться, а тут такая неожиданность. Она и взорвалась, мужики вздрогнули, включая того, что держал меня на прицеле. Стрела сорвалась и полетела в мою сторону. Я видела, как в замедленной съёмке, как она приближается и понимала, что увернуться не смогу. Олег вскочил, собираясь заслонить меня собой. Но двигался тоже как-то еле-еле и ничего значительного сделать не успевал. И чем ближе подлетала ко мне стрела, тем больше она вязла в воздухе, постепенно останавливаясь. Яркая вспышка и её не стало, осыпалась крохотной горсткой пепла на пол. Медленно, под взглядами удивлённых мужиков, подняла к уху телефон, попутно скользнув пальцем по зелёной кнопке и в гробовой тишине спросила:

— Папа? Это ты?

— Да, дочура, — родной голос звучал тепло и мягко. — Я тут узнал про твоего помощника. Своя небольшая фирма, никакого криминала. Репутация безупречна. Можешь ехать, ничего он тебе не сделает. А я проконтролирую... Он рядом? Дай-ка ему трубочку.

— Пап, сейчас он занят... Давай, я тебе попозже перезвоню, всё обсудим, — произнесла, улыбаясь непослушными губами. — И там решим, кого казнить, кого миловать.

Судя по тому, как дрогнули лица незваных гостей, улыбка вышла похожей на оскал. Впрочем, в этой ситуации она другой и не могла быть. Нажала отбой, никак не ответив на обеспокоенное: "У тебя всё в порядке?" и обратилась к тому, кто стрелял:

— Может, вы просто все вымететесь отсюда?

— А я помогу! — рявкнул пришедший в себя Олег, явно собираясь вступить в неравную схватку.

Но помогать не пришлось, звон клинков, доставаемых из ножен, звучал угрожающе, только уже из-за двери. Агрессивные посетители исчезли и через какое-то время начали тарабанить в дверь.

— Закрыто! — зло рявкнула я, а Олег, успевший подойти к двери, перевернул табличку так, чтобы на ней было написано "Closed". — Твою ж мать, — осела на пол, чувствуя, что кружится голова. — Они смогут войти? — обратилась к туземцу-сторожу.

— Нет, — ответил спокойно, а потом, подумав, добавил меланхолично. — В ещё один мир путь закрыт.

— Почему? — спросила только для того, чтобы не слышать за разговором как беснуются за дверью агрессоры.

— По их законам мы преступники, — охотно пояснил Тарзан и стряхнул невидимую пылинку со своей набедренной повязки. — Если выйдем за дверь, нас арестуют и объявят на нас охоту. Хороший был мир... С ними торговать выгодно. Хозяин долго налаживал связи... когда-то.

— Да, да... конечно, связи, — пробормотала, не в состоянии усвоить информацию.

Отходняк после всего произошедшего накатывал огромным валом и приходило понимание, что если бы не чудо, то я сейчас была бы уже мертва. Руки затряслись, мобильник выскользнул из пальцев и я стала заваливаться набок, теряя сознание. Непередаваемое амбре, исходящее от аборигена, шибануло в нос и уплыть в благословенную темноту не получилось. После такой дозы местного "нашатыря", сознание отказывалось падать в обморок.

— Уйди! — оттолкнула склонившегося надо мной Тарзана. — Ты когда последний раз мылся? — вместо обморока, пришлось взять крен в скандал, чтобы хоть как-то попытаться успокоиться.

— Как скажет хозяйка, — обиженно пробормотал абориген и отошёл в сторону.

— Хотя... Стой! — передумала прогонять сторожа. — Можешь наклониться над эльфом? Вдруг в себя придёт. А то самое интересное пропустил. Да и вдруг всё было зря и он возьмёт и умрёт...

— Лучше смерть, — шёпот исходящий от как бы бессознательного тела, заставил подпрыгнуть на месте.

— Живой, — ровно констатировал Олег и скрипнул зубами. — Может, добьём? Что-то он мне уже заранее не нравится.

— Лучше смерть... чем наложником у человеческой женщины, — голосок-то окреп и мужик попытался приподняться.

— У тебя слишком буйная фантазия для умирающего, — ядовито заметила в ответ и при помощи Олега поднялась с пола. — Если оклемался, то свободен... — вот ведь фрукт, нос воротит от тех, кто ему жизнь спас.

— Убейте... — попросил эльфик, надменно кривясь.

От боли, но марку морального урода, то бишь сноба держит? Или у этой гримасы другая причина?

— Хоть бы спасибо сказал, что жизнь спасли и приобрели себе на нижние девяносто проблемы, — буркнула недовольно, но над эльфом склонилась, собираясь помочь Олегу поднять болезного.

— Я сам! — гордо задрал эльфячий подбородок раненный сноб.

— Сам, так сам, — пожал плечами Олег и отошёл поближе ко мне, постаравшись встать так, чтобы прикрыть меня от болезного.

Втроём мы с кривыми ухмылками наблюдали за тем, как эльф-идиот, отказавшийся от нашей помощи, пытается подняться, при этом зажимая рукой кровящий бок. Устав наблюдать за его бесплодными попытками, фыркнула:

— Идиот!

Решительно вышла из-за спины Олега и склонилась над упрямым эльфом.

— Давай руку, наложник! — приказной тон подействовал или неожиданное обращение, не знаю точно, но мужик руку мне подал.

И только тогда, когда мы с быстро сориентировавшимся Олегом рывком поставили его на ноги, выдрал из наших рук конечность и брезгливо сморщился, обтирая ладонь об одежду. И тут же пошатнулся, собираясь плюхнуться обратно, на пол.

— Точно идиот, — вздохнула и подставила плечо болезному. — Обопрись, попробуем во внутренние комнаты пробраться.

— Ты, сторож, который без имени, — обратилась к Тарзану. — Помоги. Его как-то надо будет через дверку протащить, в прилавке.

— Столешница откидывается, сейчас покажу, — проявил инициативу абориген.

Поманипулировал чем-то там, погремел крючками и задвижками, и организовал достаточно широкий проход, чтобы кто-то один в обнимку с эльфом смог протиснуться. Сноб предпочёл помощь Олега, отшатнувшись от меня, как от смерти с косой. Ему тут, понимаешь, помочь пытаешься, а он ведёт себя... как девственница, которую насиловать собираются. Самого шатает, а он ещё и шарахаться умудряется. Когда скорбная процессия — эльф, опирающийся на плечо Олега — проследовала мимо, я сбледнула с лица.

Мало того, что крови натекло на пол прилично, так ещё и со спины эльфик представлял собой дивное зрелище. Длиннющие волосы сбились в сторону, приоткрывая кусочек спины, на которой одежда была изрешечена — не иначе стрелами — и вся была пропитана кровью. Ещё тут гордеца из себя строить пытается, дурак. Сначала бы выжил, а потом бы и права качал и корчил надменные рожи. Тарзан, первым проскользнувший в проход, открыл дверь и держал её, пока эльф с Олегом, проходили мимо. Отмерев, скользнула вслед за ними, проследить за тем, как раненого устроят, не помешает. А то мужики они такие... О многом могут не догадаться.

— Сними с него сначала одежду, — влезла, стоило только увидеть, что собираются положить на нерасстеленную кровать эльфика как есть. — Будет проще раны обработать. Аптечка есть? — обратилась к сторожу. — Неси, — велела, не дождавшись ответа. — И воды тёплой, в какой-нибудь ёмкости. Желательно кипячённой воды. Нужно много-много ваты. Тоже прихвати, если есть. Если нет, то что-нибудь заменяющее. И быстрее. Одна нога там, другая здесь.

Послушался, вымелся из комнатки, обставленной по спартански просто. Кровать, стол и стул. Больше ничего. Ни шкафа, ни тумбочки, ни ковриков-дорожек. Ничего лишнего, даже стены не обоями обклеены, а уныло-зелёной краской окрашены. Больше на палату в больнице похоже, чем на жилое помещение. Тарзан запропал, пока Олег еле стоящего на ногах эльфа раздевал. Подключилась к этому действу, как спасённый ни пытался шарахаться от меня. Проигнорировала его просьбы убить и не раздевать. С невменяемыми снобами лучше вообще не разговаривать, а просто действовать. А уж со снобами, которые решили, по-видимому, что я прямо сейчас с него стрясать долг наложника собираюсь, тем более не стоило церемониться.

Сдвоенными усилиями Олега и меня, стянули в три руки — левая рука моего рыцаря была занята поддерживанием в вертикальном состоянии невменяемого эльфа — сначала халат, потом рубашку, избавили раненного от штанов, сапог да портянок... А тут и Тарзан явился, дав возможность мне не пялится на вполне себе мужские причиндалы — эльф ношением белья себя не утруждал — и не смущаться от созерцания голой мужской особи, в которой различий с обычными всего-то парочка была. Уши и глаза. Ах да, ещё одно отличие. Пониженная волосатость, намекающая, что уж эльфы-то точно не от обезьян произошли.

Ещё и раненный в буйство впал, совсем не до его обнажённой натуры стало. Попробовал отбиться от насильников — то бишь нас — о чём, в довольно нецензурной форме, в полный голос и поведал. И я не выдержала, рявкнула:

— Ты не в моём вкусе, придурок! — подумав, добавила. — Да и с потнецией у тебя проблемы сейчас. Вот выздоровеешь, тогда и подумаю, стоит ли натурой с тебя долг брать, а то, вдруг ты в этом плане совсем никак.

Олег глянул на меня с укоризной, а я пожала плечами и несчастно улыбнулась:

— Нервы сдают. Извини. Зато он успокоился... Почти.

Теперь эльф толкал патетическую речь про то, что всё у него в порядке с потенцией... И вот потом, сама умолять буду, чтобы он меня осчастливил.

— Может, того, по голове чем-нибудь? — достал он нас всех до печёнок, потому взгляды и Олега, и Тарзана, выражали солидарность с выдвинутой идеей.

— Есть успокоительное? — Олег всё-таки не стал применять столь кардинальную меру, предложенную мной, и решил прибегнуть к чему-нибудь более мягкому.

— Он после боевого транса, ещё и ранение наложилось, — вмешался Тарзан, решив зачем-то обелить эльфа в наших глазах. — Успокоительное не поможет. Только ухудшит ситуацию. Магия нужна.

— Если что, свяжем, — вздохнул Олег, пока не желая вникать в подробности того, что там с боевым трансом и чем это чревато.

Тарзан же, носясь из комнаты и в неё маленьким ураганом, быстро натащил всё необходимое для того, чтобы раны болезному обработать.

— Поможешь? — спросил Олег, когда удалось уложить, всё ещё бормочущего всякую чушь про собственную мужскую состоятельность, эльфа в кровать.

— Что надо будет делать? — от вида крови никогда в обморок не падала, и на уколы в собственную вену, могла смотреть даже не отворачиваясь.

Ну иголку под кожу и в вену медсестра впихивает, чтобы кровь там взять, или лекарство влить. И что в этом такого, чтобы сознание терять или бояться? Никогда не понимала этого страха, хоть когда-то в детстве пришлось долго лечиться, и под капельницей не раз лежать. Потому, ухватила кусок мягкой ткани, окунула в небольшой медный тазик с водой, отжала и приготовилась действовать.

— Сотрёшь кровь, пока я проверю аптечку? — глянул на меня с уважением Олег.

— Тогда лучше эльфа связать. А то опять решит, что я покушаюсь на его честь, — покачала головой и утёрла тыльной стороной ладони пот со лба.

Успела взмокнуть, и от страха, когда стрела в мою сторону летела, и от того, что в комнате тепло, а я всё ещё в пальто. Отложила тряпку, скинула верхнюю одежду на спинку стула, и снова взялась за влажную ткань.

— Пусть он подержит, — кивнул на Тарзана Олег, — пока я смотрю. Потом помогу.

— Договорились, — кинула взгляд на аборигена и велела. — Подержи его, чтобы не дёргался, пока я кровь с него смываю.

Тарзан послушался, и мне снова с близкого расстояния пришлось нюхать его амбре. Я морщилась, но терпела, состояние эльфа внушало опасения. Он перестал дёргаться и ругаться, что пугало. Лучше бы бузил дальше, тогда было бы точное понимание, что отбрасывать копыта не собирается прямо сейчас. А так, страшновато стало, вдруг умрёт прямо у меня на руках.

— Что это? — отвлёк меня от беспокойства Олег. — И это аптечка?

— Где? — обернулась, забыв, на время, про кровоточащие раны эльфа.

— Здесь! — рыкнул явно разозлённый рыцарь без страха и упрёка.

— М-м-м... — протянула озадаченно, не зная что ответить на этот выпад.

Шкатулка, которую притащил Тарзан, была набита кучей разноцветных склянок... Но на них ни одной бирки. И вид такой, подозрительный.

— Слушай, — глянула на сторожа. — Помоги Олегу разобраться, а? Ты же знаешь, что там за что отвечает?

— Знаю, — после некоторого колебания ответил абориген.

Оставалось только скрестить пальцы за то, чтобы ничего не напутал или специально не саботировал. Снова вернулась к тому, что стирать всё ещё сочащуюся кровь из ран на спине эльфа. С такой кровопотерей, ещё и права качал. Реально придурок.

— А вот это для потенции, — кому что, а мужикам лишь бы о больном.

Фраза, пусть и была сказана шёпотом, мной услышана была. Я не удержалась, фыркнула, и еле сдержала смех.

— Надеюсь, вы этим эльфа поить не собрались? А то окочурится. Хоть и счастливым, что всё функционирует как надо, но окочурится, — выдала своё резюме, тут же затихшим мужикам.

— Нет, вот этим поить будем, — определился Олег и появился в зоне моей видимости, с зелёной склянкой в руке. — Воду поменяешь? — обратился он к Тарзану. — Добавим потом и туда. Если ты не соврал, конечно, и реально поможет.

— Буорони всегда царапины этим мазал, — возмутился сторож.

— И средством для потенции тоже, да? — поинтересовалась невинно, разогнувшись и глянув на стоящего за моей спиной аборигена.

— Мазал, царапины? — Тарзан очень натурально удивился, а я прыснула в кулачок, сжимающий тряпку, красную от крови.

— Думаю, другое он мазал, — снова с укоризной посмотрел на меня Олег. — Но это мы выясним потом. Кто, что мазал, и как это помогало от потенции.

— Угу, излечим от потенции. Навсегда, — недавняя угроза моей жизни сказалась на мне странно, хотелось хихикать и дурачиться, да не воспринимать ничего всерьёз.

— Ольга, что с тобой? — обеспокоился Олег моим состоянием.

— Не знаю, — протянула несчастно.

Настроение сделало кульбит, и сейчас очень сильно хотелось заплакать.

— Ты сможешь ещё чуток подержать себя в руках? — серьёзно спросил меня мой надёжный помощник. — А потом я предоставлю тебе собственную жилетку, и собственноручно слёзы вытирать буду. Сможешь, девочка?

— Попробую, — проглотила рыдание и сжала тряпку в кулачке сильнее.

— Умница, — похвалил меня Олег и кивнул вошедшему Тарзану. — Поставь на стол. Помоги мне подержать раненого, лекарство придётся силком вливать ему в рот. Но прежде... — обошёл мешающуюся меня и подошёл к тазику.