Но когда Грегор повернулся, чтобы отвести его в столовую, он почувствовал опасность и резко обернулся. При виде занесенного клинка и жестокого выражения лица бродяги что-то изменилось в Грегоре, и свет в его глазах погас. Так устроен мир! Наконец-то я усвоил свой урок. Все это он повторял про себя, одновременно вырывая нож у на удивление сильного мужчины и ударив его несколько раз, пока зловонное, дергающееся тело не перестало двигаться. С поспешностью, граничащей с паникой, он оттащил его в подвал и вернулся, чтобы прибраться. Таков был жребий.
Прогресс начался с его ночных блужданий по лачугам, переодетого в серую одежду и обладающего мощным обаянием, которое делало его почти неотличимым от отбросов общества, населявших вонючие закоулки и извилистые переулки в стороне от дороги. Он брал заблудших и брошенных, вдов, сирот и других несчастных, которые бродили по округе в поисках крова или милостыни. Убийство не было для него чем-то естественным, и первые несколько раз, когда он совершал его, он плакал, проклиная себя и обстоятельства, которые привели его на этот путь. Это не были моменты гордости или удовольствия, за исключением одного — владельца некоего книжного магазина — но он убедил себя, что его жестокость послужит высшей цели, и приступил к выполнению калиганических обрядов, изложенных Эткой Чу, чьи труды он теперь мог ясно читать.
Он вызвал хищных существ из какого-то ада, который и представить себе не мог, и выпустил их на волю в подземных туннелях Селонии и обширных лесах Дралла, где они прятались, кормились и ждали, а некоторые из них пришли в поисках добычи в Кор Веллу.
Он набирал слуг из трупов тех, кого убивал или недавно выкапывал из могилы. Он практиковал дерриф мидван, упиваясь наполненной болью и печалью амброзией жизненной силы, которую выкачивал из своих пленников, набираясь сил — как душевных, так и физических — для еще более грандиозного замысла: строительства Чертога Костей.
В этом подземном хранилище он воздвиг Нефритовую Дверь, окружив ее жутким символом Стрикс, созданным из маиза и пролитой крови. Она должна была стать частью его путешествия, его Черного паломничества. Это было последнее из зловещих заклинаний в книге, которое должно было открыть ему истину, скрытую за самыми мрачными народными преданиями.
С волнением и нескрываемым трепетом он шагнул за притолоку. Он вернулся спустя время, показавшееся ему годами, хотя на самом деле прошло всего несколько дней... и он стал совсем другим человеком. Все прошлое было отброшено, как ненужный хлам. Все, что он любил, все его надежды, желания, страхи и мучительные переживания были уничтожены вместе с его плотью. Для выходов в свет он использовал темные искусства, чтобы создать себе маску из плоти, похожую на его прежнее обличье.
Спустя некоторое время власти начали обращать внимание на пропавших бродяг после того, как об их исчезновении сообщили обеспокоенные друзья и родственники.
Лорд Ниакс отметил, что раньше он часто открывал свой дом для общины, но в последнее время редко принимал гостей из-за легкой, но мучительной вспышки холеры. Воодушевленные его заботой и обещаниями выделить средства для помощи в расследовании, констебли донесли слова о щедрости лорда Ниакса до ушей президентского дворца в Коронет-Сити, который теперь возглавлял президент Фон Дж'Линн. Удивленный, услышав имя старого друга своей юности, Дж'Линн решил проверить, действительно ли это тот же самый человек, и навестить его лично.
Фон Дж'Линна встретил у дверей один из слуг Ниакса, который появился среди живых достаточно недавно, чтобы сойти за нормального, если не совсем здорового человека. Дж'Линн подумал, что Ниакс проявил доброту, наняв на работу умственно отсталого, хотя и усомнился в мудрости этого решения, когда, войдя в замок, сразу почувствовал сильный запах духов, маскирующий какой-то другой, неприятный, запах. Но когда Грегор спустился по винтовой лестнице, его встретили с таким радушием и теплыми поздравлениями, что Дж'Линн выбросил из головы все неприятные мысли и сообщил своим телохранителям, что остается на ночь. Лорд Ниакс, явно смутившись, объяснил, что неприятный запах появился из-за недавней болезни его любимой служанки и их тщетных попыток это скрыть.
Лорд Ниакс усадил его за стол в обеденном зале и стал расспрашивать о семье, политической карьере и старых друзьях Дж"Линна. Тем временем слуги без устали подносили еду и вино. В обеденном зале не осталось и следа от неприятного запаха, и в теплом свете свечей, в окружении аппетитных ароматов изысканных блюд, мужчины вскоре непринужденно смеялись, вели оживленную беседу и обсуждали более серьезные темы, такие как смерть отца Фона и ностальгию по былым временам.
Когда Дж"Линн наконец набрался смелости и спросил, как лорд Ниакс разбогател, его друг с радостью ответил: "Помнишь старые салонные фокусы, которые я показывал тебе и Арду?"
Дж"Линн кивнул, прекрасно их помня. Он так и не смирился с тем, что Грегор продолжил заниматься этим после того случая, и, хотя Дж"Линн считал, что магия имеет какую-то материальную природу, он вспоминал, что это его беспокоило, и после выпуска он перестал общаться с Грегором.
"Как часто мы мечтали о том, чтобы использовать науку для достижения величия. Ну, я открыл это, Фон! И это сделало меня весьма богатым! Все это довольно сложно для понимания, и я не буду утомлять тебя подробностями, разве что повторю старую поговорку, которую мы когда-то так любили: "Прогресс — это будущее, рожденное из прошлого!"
Ниакс перешел к другим темам, за что Дж"Линн был ему благодарен. Какая бы "наука" ни была открыта его старым другом, Дж"Линна она не интересовала, хотя он был рад, что Грегор нашел способ повысить свой статус, хотя бы потому, что это смягчало его чувство вины за то, что он практически бросил друга.
Когда Дж"Линн наконец напился до такой степени, что едва держался на ногах, он извинился за несдержанность и попрощался с Грегором.
"Я прикажу подать карету, — пообещал лорд Ниакс, на которого, казалось, не подействовало выпитое вино, — а пока мы ждем, позволь мне проявить гостеприимство и устроить тебе экскурсию!"
С загадочной улыбкой Ниакс повел его по впечатляющему замку и в конце концов привел в коридор, ведущий в подвал.
"Но самые интересные сокровища хранятся здесь!"
По мере того, как они спускались по длинным каменным ступеням, освещение становилось все более тусклым. Что-то в холодном, похожем на склеп помещении заставило Дж'Линн почувствовать себя неуютно. Он не хотел показаться нервным, высказывая возражения, разве что упомянул о необходимости поторопиться из-за "позднего часа". Но Грегор только рассмеялся.
Безошибочно узнаваемый и отвратительный аромат смерти ударил ему в ноздри, и он вспомнил, что именно этот запах он слышал от слуги ранее. Его затошнило, и он не на шутку испугался, понимая, что, должно быть, находится в непосредственной близости от мертвечины, раз такой сильный запах.
"Я думаю, ты будешь впечатлен", — произнес лорд Ниакс из темноты.
Дж'Лин оказалась в большом круглом помещении. Три отверстия вели вниз, к неизвестным полостям. В центре зала в богато украшенной жаровне горел слабый огонь, едва освещавший десятки бледных скульптур в человеческий рост, стоявших на некотором расстоянии друг от друга. Дж'Линн предположила, что это драгоценные произведения искусства, но было слишком темно, чтобы разглядеть какие-либо детали... и все же в них было что-то ужасное и гротескное. В сочетании с тошнотворным запахом это наводило на недобрые мысли, и через мгновение, когда его глаза привыкли к полумраку, он с ужасом понял, что скульптуры — это вовсе не скульптуры, а люди, застывшие в неестественных позах!
"Может, чуть больше света!" — сказал Ниакс, взмахнув рукой, и пламя вспыхнуло ярче.
Это были не люди... уже нет! А на стенах и на полу валялись тошнотворные следы их антропофагических привычек.
"Тебе нравится моя безжизненная армия? Хотя, полагаю, они вполне оживают, когда я ими командую. Они — высшее проявление предательства идеалов", — язвительно произнес он из-за спины Дж"Линна. — "Боюсь, в замкнутом пространстве запах просто невыносим".
Повинуясь жесту своего хозяина, жуткие мертвецы бесшумно двинулись к нему. Дверь наверху захлопнулась, и Дж"Линн остался с ними наедине в полумраке.
Когда стало известно, что президент не вернулся домой в тот вечер, его телохранители на следующий день рано утром прибыли в замок лорда Ниакса вместе с представителями властей, чтобы навести справки. Входная дверь в замок была приоткрыта, и, войдя внутрь, они обнаружили, что комнаты пусты, если не считать неприятного запаха. Наконец они спустились в тёмный подвал.
Подумав, что с Дж"Линном и хозяином могло что-то случиться, они зажгли факелы и разделились, чтобы обследовать коридоры. То, что они увидели в этих комнатах, в том числе странную отдельно стоящую дверь нефритового цвета, встревожило их, но, повернув обратно, они заблудились в извилистых туннелях.
Это было невозможно.
Шорохи их не успокоили. Когда факелы погасли, погрузив их в темноту, в которой мерцали бледные огоньки, их охватил ужас!
Их крики вскоре заглушило шарканье множества существ, которые рычали и рвали на части свою добычу.
Вскоре констебли снова поднялись на ноги и присоединились к остальным. По сигналу лорда Ниакса его армия мертвецов двинулась вперёд. Теперь их были сотни, и они направились к домам и рабочим местам тех, кого лорд выбрал в качестве жертв. Звери тоже вышли из тени, где они затаились в ожидании пиршества.
Ведя за собой потрясенного Дж"Линна, лорд Ниакс пробирался сквозь эти невольные преграды, чтобы добраться до верхнего этажа Президентского дворца в Коронет-Сити — ныне дворца лорда Ниакса! Его черный капюшон едва прикрывал тканевую маску. Он шел по коридорам, а его проклятия убивали или обезвреживали всех охранников и прочих отважных служащих, пытавшихся его остановить.
Комната связи предназначалась для трансляции официальных заявлений для граждан Кореллии. Ниакс пообещал Дж"Линну, что публичное заявление об отречении от престола в его пользу спасет миллионы жизней.
"Сделай это!" — приказал лорд Ниакс.
Поскольку выбор у Дж"Линна был невелик, он подчинился.
"После того как я сделаю то, о чем ты просил, ты отведешь свои войска?"
Лорд Ниакс усмехнулся: "Я не настолько наивен! Пока моя власть не будет признана законной, всегда будет требоваться угроза применения силы... как и потом, когда противники попытаются ее захватить. Боюсь, мои слуги останутся, чтобы обеспечить мирную передачу власти..."
"Как ты дошел до такого? Ты никогда не стремился к власти, когда мы учились в школе. Раньше мы говорили об эгалитарном обществе, а не об этом!"
"Так вот что ты создал?" — презрительно бросил лорд Ниакс. — "Ты смеешь меня осуждать! Ты мог бы избавить этот мир от страданий и нищеты, но что ты сделал? Нет! Ты просто пошел по стопам своего продажного отца. Ты знал, что он был одним из моих первых энергуменов? О да, когда ты впервые вошел в мой дом, ты почувствовал запах его гниющего трупа. Я заставил его спрятаться в соседней комнате. Я не хотел, чтобы тебя излишне беспокоили.
— Ты лжешь! Мой отец умер от сердечного приступа. Я видел, как его хоронили на мертвой Луне!"
— Где я выкопал его из могилы и вернул к жизни... или, по крайней мере, подобию жизни. Ты видел мое потомство... и, в отличие от тебя и тебе подобных, я никогда не лгал!"
"Почему? Зачем ты это делаешь?"
"Открой канал и объяви по телеэкрану о своем отречении. Тогда ты вместе с моими подданными услышешь, что скажет их новый правитель".
Превозмогая боль, усталость и немалый страх, Дж"Линн повиновался.
Дж"Линна заставили сделать короткое и мучительное заявление. Когда оно закончилось, лорд Ниакс встал перед проектором во весь рост:
"Граждане Кореллии! Я лорд Ниакс, ваш новый правитель!" — он не мог этого слышать, но хорошо представлял, как ахнули подданные. — "Долгие годы вы влачили полужизнь в искусственно созданном обществе, которое поддерживала богатая правящая элита. Пока ваши бедняки ютились в промерзающих прихожих, полуголодные и вынужденные работать до изнеможения, их толстые землевладельцы и надсмотрщики наживались на их страданиях. Больше не надо! Я выпустил на волю своих верных солдат и зверей, чтобы избавить вас от таких угнетателей — армию извращенцев для извращенцев! Я обнажу всю фальшь этого мира, чтобы больше не было классовых различий. Поднимайтесь вместе с моими войсками; пусть их вид не пугает вас, ведь это всего лишь демонстрация моей силы, силы, которая будет использована для создания общества, которого вы заслуживаете. — После паузы он продолжил:
— Тех, кто сражается против нас, кто стремится сохранить это лживое и жестокое общество, знайте: вас ждут смерть и ужас... здесь и в других мирах! — голос лорда Ниакса стал тише, он словно обращался к самому себе, и его слова были такими, что те, кто слышал его в тот день, никогда их не забудут. "Я заглянул в эти проклятые миры, миры, которые вечно скрыты от нашего взора. Невозможно даже представить, что, когда вы хороните своих умерших, их души отправляются в эти миры! Я видел это... но за знание всегда приходится платить, даже если мы прячемся от него, довольствуясь своими занятиями и развлечениями.
Они там, за Дверью — злобные, вечно алчущие, бурлящие в Бездне, правящие Девятью Преисподними Внешней Тьмы! Сквозь причудливые тени и тревожную полутень я проник в сад мирских наслаждений, кажущийся пиршеством для чувств, но обнаружил, что это всего лишь бурлящая масса внутренностей и невообразимой гнили! Затем я увидел этот мир в его истинном обличье, разлагающийся и гниющий, с людьми, обезумевшими от чувства вины и вынужденными снова и снова проживать свои ужасные жизни, словно марионетки в кошмарном спектакле! Я пролетел над лишенным солнца миром вечных льдов и тумана, где нет ни единой живой души, кроме тех, кто страдает в одиночестве, всеми покинутый. За массивными и грозными воротами я увидел триумвират, наблюдающий за бесконечными пытками предателей, хищников, обманщиков и шарлатанов в ямах с экскрементами и горящей плотью; затем, на нисходящих, развращенных уровнях Дию, изгнанные короли Яма, известные как Ноо, волнующие и терзающие в ликовании. Я миновал царство злых мертвых богов, и в конце концов, когда от меня не осталось ничего, кроме костей и почерневшего духа, я был переброшен через ледяную пропасть смерти в огненную тьму Дуодела, бездонную тьму, где на проклятых охотятся, потрошат и съедают заживо снова и снова. Это лишь краткий обзор тех ужасов, которые, как я видел, ожидают несправедливых! По этой причине я призываю вас восстать и свергнуть тиранов, которые так долго угнетали вас! Сокрушите их! Заколите их! Убейте их всеми возможными способами, и мы отстроим этот мир заново!"
