— Сотни мало даже для службы безопасности, — сказал Виктор. — На них охрана научно-технического центра, здания корпорации, её руководителей и членов их семей и контроль за охраной производства. Только для службы безопасности мы планировали не меньше трёхсот человек, а на охрану режимных производств — ещё тысячу.
— Жильё строим под запланированную численность, — сказал Субари. — Здание службы и тренировочный комплекс строятся даже с запасом. Людей ищем. А в охрану набираем тех, кто прошёл службу в армии. После оптимизации и прогона по нашим полигонам с ними можно будет захватить Вашингтон. Надо только попросить Ольгу во время отдыха побеседовать с президентом насчёт оружия и спецтехники. Большинство предприятий запланировано на выпуск военной продукции, так что основания у нас будут. Пусть, в конце концов, применит магию. Пока только мы помогаем государству, пора это менять.
— Что с кабельной продукцией? — спросил Игорь. — Укладываетесь в сроки?
— После того как кабельный завод вошёл в компанию, выпуск нашей продукции увеличили в пять раз. Государству не нужно столько наших кабелей, поэтому всё лишнее отправляем в Китай, но есть уже заказы из десятка стран. За год планируем удвоить производство и пока на этом остановиться.
— Есть что-нибудь из новинок? — спросил Виктор. — Кто-то грозился показать мне бомбу.
— Сейчас покажу, — засмеялся Субари. — Надень этот обруч. Не нужно застёгивать. А теперь нажми кнопку и закрой глаза.
— Охренеть! — коротко высказался Фадеев. — Рассказывай!
— Это изделие "Око", — начал объяснять Субари. — Обычная, только очень маленькая и качественная ПЗС-матрица с оптикой, устройство обработки сигналов и магический интерфейс с передачей в зрительный центр мозга. Изюминка в алгоритме обработки сигналов матрицы и способе передачи информации в мозг.
— С ума сошёл? Гнать магию в ширпотреб!
— Не кипятись. С кабелями никто не разобрался, а здесь и подавно не разберутся. Прибор сделан так, что его невозможно разобрать. При любом нарушении его целостности сгорает микросхема обработки сигналов и плавится крошечный кусочек полимера, который в нём есть. Даю стопроцентную гарантию, что по остаткам никто ничего не определит. И система уничтожения работает от встроенного аккумулятора, который постоянно заряжается от другого, закреплённого на обруче. Разряжается до безопасных значений через десять лет хранения. А через десять лет мы сможем смотреть на другие государства сквозь пальцы. В мире сорок миллионов слепых и четверть миллиарда людей с очень слабым зрением, а мы не будем ни с кого драть три шкуры. Прибор будет доступный, а то, что никто не сможет понять, как он работает... В конце концов, это их проблемы.
— А почему изображение черно-белое и не объёмное? — спросил Виктор.
— Как мёд — так и ложкой. Можно сделать цвет и объём, но будет в десять раз дороже и мало кому по карману. Как качество?
— Качество хорошее, — ответил Виктор. — Можно нормально читать книгу. А как фокусировать?
— У него большая глубина резкости, — сказал Субари, — но при необходимости резкость можно подстроить. Наморщи лоб.
— Ох и шуму будет... — сказал Игорь. — С одной стороны, шум — вещь полезная. Мы с вами не будем тратиться на рекламу: и так всё, что производим, скоро будут отрывать с руками. С другой — будет много воплей, особенно на Западе. И нужно подумать о том, что делать с выловленными шпионами. В России для них точно не хватит тюрем.
— Это не шум, — успокоил его Субари. — Шум поднимется, когда будем выпускать генераторы. Мы сразу знали, что крепко тряхнём этот мир. Ладно, я вам кое-что рассказал и многое покажу. Поделитесь и вы, как дела с экспансией?
— Накрылась экспансия, — сказал Виктор. — Понятно, что для ваших соотечественников это не смертельно, но мы получим отсрочку. На днях будут захвачены три сотни агентов.
— Хорошо кто-то поработал, — сказал Субари. — Вот что значит маг! Только если у Ольги всё получится, этому кому-то не позавидуешь. Я на его месте не ушёл бы обратно, даже если отпустят. Он ездил по больницам? Онкология?
— Все идут по пути наименьшего сопротивления, — подтвердил Виктор. — Ваши доры в этом не исключение. И они наверняка думают, что здесь о вас никто не знает, иначе действовали бы осторожней.
— В следующий раз так не подставятся, — сказал Игорь. — Кстати, к вопросу о шуме. Представляете, какой поднимется шум, когда разом выздоровеют три сотни тяжёлых онкобольных? ФСБ попробует всё замять, но вряд ли это у них получится.
— А как насчёт того, чтобы поделиться трофеями?
— Пока молчание, — ответил Виктор. — Если не пойдут на уступки, придётся действовать по-другому. Это может опять испортить отношение Ольги с правящей верхушкой, но ставки очень велики. Если бы у нас уже была полноценная служба, можно было бы обойтись без государства. Мы вынуждено сделали им шикарный подарок и вправе рассчитывать на ответную любезность. Вот если её не последует, будем менять правила игры. Для этого Ольге потребуются свои люди, которые пока не засвечены. Подготовьте десяток таких, которые не вызывают сомнений, а я обеспечу их квартирами и транспортом. И добавьте к ним ещё шестерых. Этих поселим в нашей гостинице и используем для круглосуточной охраны ребят на выездах. И не тяните, им ещё делать оптимизацию.
— Немного это не вовремя, — сказал Игорь. — И не готова служба, и корпорации формально не существует. Рано нам ссориться с правительством, могут настучать по голове. Ольга повязала президента с премьером, но это не единственные игроки. Может быть, пока не стоит обострять отношения? Время работает на нас.
— Я поговорю с Ольгой, — пообещал Виктор. — От неё слишком много зависит, а она, несмотря на весь свой ум, во многом человек настроения. Она взрослеет и освобождается от свойственных её возрасту недостатков, но этот процесс идёт медленней, чем хотелось бы.
— Дело не только в этом, — сказал Игорь. — Все молодые маги, особенно сильные, страдают излишней самоуверенностью, а Ольга ещё слишком быстро росла. В мире Нора ученик становится сильным магом после двадцати лет учёбы, да и то только в том случае, если учитель к нему расположен. А потом нужно десять лет изучать в Академии высшую магию. У нас сильных магов обучают пять лет по специальной методике при постоянном контроле. А Ольга получила всё меньше чем за год! Отсюда её выходки. И это ещё сдерживает Нор. Но нам с вами не из кого выбирать, поэтому давайте подумаем, как можно решить ситуацию с дорами, не подставляя Ольгу. Я уверен, что с нами не будут делиться захваченными специалистами.
Глава 29
— Кажется, придумала! — сказала Ольга, чертившая на бумаге какую-то сложную схему.
— И что означают эти каракули? — пошутил Нор.
— Они означают, что теперь я смогу любого человека, у которого есть сила, посадить на цепь до самой смерти! Конечно, сажать буду только таких, как Гершевич. Смотри, вот это отложенное воздействие, которое связывает его жизнь с какими-то условиями. Но проходит несколько лет, и оно убирается мозгом, скажем, вот сюда, и вся привязка исчезает. У обычного человека с этим нельзя ничего сделать, только обновить воздействие, а если ты по какой-то причине это не сделаешь, то потеряешь контроль. А вот с магом всё интересней.
— Хочешь заставить его самого обновлять привязку, — догадался Нор.
— Конечно! Этих отложенных воздействий можно запихнуть в голову сколько угодно. Вот второе воздействие и будет через какое-то время записывать всё ещё раз. И никто, кроме меня, не сможет убрать эту привязку, для человека это смерть.
— Не слишком ли? — спросил Нор. — Мало ли кто может попытаться влезть ему в голову и снять твой блок.
— В отношении Гершевича ничего не слишком, — возразила Ольга. — Я хочу вылепить из него мага, который будет в три раза сильнее тебя. И знаниями щедро поделюсь, но на многом при работе на государство будет стоять запрет. Ладно, уговорил. Я поставлю воздействие не на смерть, а на стирание в памяти всего того, что с ним будет после постановки блока. Потеряет память нескольких лет жизни вместе со всеми магическими премудростями, но жить будет. А иначе нельзя. Представь, что мы с тобой разругались с государством, а потом погибли или куда-нибудь умотали, например, в твой мир. Сначала у Романа перестает работать привязка к государству, а с нашим исчезновением — и к нам. И кого получаем на выходе? Высшего мага без ограничений, которому плевать на всех, кроме себя. Представляешь, сколько он может наворотить, пока не убьют?
— Сложная получится привязка, — сказал Нор. — Я такую не потяну. Какой интервал времени хочешь взять?
— Возьму год, — ответила Ольга. — Проще, и с гарантией.
— Молодёжь, мы уезжаем, — заглянула в комнату Саша. — Завтрак вам на столе.
— Спасибо, — сказал Нор. — Президент в Москве?
— Пока в Москве, — ответила она. — А зачем он вам нужен?
— Надо ему передать, что мы поедем отдыхать в июле, — сказала Ольга. — Планируем на весь месяц, а там как получится. Если у него не будет возможности нас принять, пусть скажет. Мы прекрасно отдохнём сами.
После того как они позавтракали, Нор позвонил Полякову и поинтересовался, когда тот будет в отделе.
— Когда вам нужно, тогда и приеду, — сказал полковник. — Но, вообще-то, собирался через два часа. А вы уже отдохнули?
— Тогда мы тоже приедем через два часа, — сказал Нор.
— Позвонить, чтобы Гершевича доставили в отдел?
— Нет, Николай Иванович, — ответил Нор. — Пока нам нужны только вы. Нужно поговорить, а от результатов разговора будет зависеть всё остальное... Ну что, — сказал он, разорвав связь, — готова взять за жабры родное ФСБ?
— Я их не за жабры возьму, а за то, что болтается ниже! — сердито сказала Ольга. — Виктор звонил и просил не обострять отношения с государством, я и не буду. Но и дойной коровой для них работать не собираюсь. Если не пойдут на уступки, придётся преподать урок. Но я думаю, что они согласятся. Вот только дадут ли обещанное, когда нужно будет рассчитываться? Но если меня попробуют обмануть, будут все основания действовать, исходя только из своих собственных интересов!
Разговор с Поляковым состоялся в его кабинете. Полковник внешне держался спокойно, но на самом деле сильно нервничал.
— Разговор будет записываться? — спросила Ольга. — Если запись выключена, советую включить. Руководству лучше послушать её, чем ваш пересказ.
— Запись включена, — сказал Поляков. — Можете говорить.
— Николай Иванович, мы с вами работаем уже давно, — сказала Ольга. — Вы можете вспомнить хоть один случай, когда я чего-то не сделала или нарушила свои обещания? Не можете? Вот и я не могу. Я добросовестно всё выполняла, ничего не получая взамен. Правда, выплачивали какую-то зарплату, но она мне не нужна. Хочу задать вопрос. Вот дрессировщик работает с тиграми. Для него тигр — это опасный, но полезный зверь. Этот зверь его кормит. А что случится, если сам дрессировщик перестанет кормить своих тигров? Долго они будут работать просто так? Не усматриваете в моём примере никаких аналогий?
— Допустим, — кивнул полковник. — Чего вы хотите?
— Я уже сказала, что мне нужно. С нашей помощью вы смогли на время пресечь вторжение пришельцев. Я в любом случае помогу запереть их в телах бывших больных. Это слишком серьёзно и важно для всех, чтобы мы становились в позу и что-то требовали. Но если не дадут выбрать среди них тех, кто нам нужен, на этом наше сотрудничество закончится. Меня уже подставили один раз, если подставите ещё, можете на меня не рассчитывать.
— В прошлый раз разговор шёл об одном агенте, — напомнил полковник.
— Если вы будете тянуть время, я не возьму у вас вообще никого! — сердито сказала Ольга. — Но и вы ничего не выжмите из своей добычи!
— Поясните, — попросил Поляков.
— Ваше руководство до сих пор не понимает, с кем имеет дело! А во всём виноваты мои доброжелательность и бескорыстие! Хотите объяснений? Пожалуйста! Когда я буду ставить запрет на возврат, заодно поставлю запрет на разглашение любых научно-технических знаний! Для них болтовня с вами будет равносильна смерти. Поэтому получите три сотни заключённых, годных работать на лесоповале! А без меня вообще никого не возьмёте. Доры моментально разбегутся, а наши противники не понесут никаких потерь и возьмутся за прежнее уже с учётом полученного опыта и понимания того, что вы о них знаете. То же самое и с Гершевичем! Без меня он для вас совершенно бесполезен, а я не собираюсь делать для вас сильного мага просто так. Я не дура, как, может быть, полагает кое-кто наверху. Если не хотите иметь своих магов, можете ограничиться Малевичем.
— Что мог бы делать Гершевич? — спросил Поляков.
— Многое, — ответила Ольга. — Он в три раза сильнее Нора, поэтому я могу научить почти всему, что знаю сама. Он не сможет ставить отложенные воздействия, работать на расстоянии по образу и обучать других магов. Зато сможет лечить почти любые болезни, подчинять три десятка человек, просматривать память, ну и многое другое. Кое-чего не дам специально и внесу табу на себя и своё окружение, так что против нас можете не направлять. И учтите, что это не последний человек с большими способностями, должны быть и другие.
— Понятно, — мрачно сказал Поляков. — Делаете всё, чтобы без вас не могли обойтись.
— А вы поступили бы иначе? — спросила Ольга. — Дорогой Николай Иванович! Я только и делаю, что демонстрирую свою полезность и желание с вами работать! Более того, я не просто полезна, я незаменима! Кто-то из друзей сказал, что я такая единственная на всю планету! И вам нужно не ссориться со мной, а благодарить бога за то, что я появилась здесь, а не в Америке. И корпорация, которая со временем изменит соотношение сил в мире в пользу России, без меня не заработает. И в связке тигр -укротитель тигром являюсь не я, а государство! Не вам нужно меня бояться, а мне опасаться, что вы не выполните свои обещания, а то и вовсе решите от меня избавиться! И если мои условия будут приняты, об этом должны сказать не вы, а по крайней мере ваш директор, чтобы потом никто не мог сказать, что ваши слова — это обещания какого-то полковника и ничего больше!
— А если вам пообещает он, а потом отыграют обратно?
— Я никому не советовала бы такое делать, — сузила глаза Ольга, — тем более, вашему директору. Он знает почему. Я ведь могу просто взять обещанное. Магия — это сила, и вам она не принадлежит. Как и любая другая сила, она может стать источником опасности или принести благо. Так вот, вам, чтобы пользоваться её благами, нужно всего-навсего считаться с моими интересами. В ваших силах меня грохнуть, но что будет в итоге? Вы останетесь один на один с экспансией доров и проиграете свой мир! И потому, что не будете иметь магической поддержки, и из-за того, что без меня корпорация вам не помощник! И когда укрепятся, доры первый удар нанесут по верхушке государства!
— Почему такой вывод? — спросил Поляков.
— А вы подумайте сами. Россия потенциально самая сильная страна мира. Навести в ней порядок, убрав тех, кто по заказу наших врагов или по собственной глупости этому мешает, и подтолкнуть науку и технику, а способных людей, территории и ресурсов у нас больше, чем у других. Первым делом доры начнут создавать свой научный центр и сделают это быстрее нас. Нам нужно набрать и обучить нужных специалистов, а у доров их пруд пруди, для них нужны только тела. А создав центр, они быстро наделают технику, которая позволяет каждому человеку стать магом. И что тогда? Самое логичное — это захватить руководство страной, подчинив всю нашу верхушку. Тела они не займут, но марионеток наделают. Понравится такая перспектива нашей элите? Чем богаче и влиятельнее человек, тем больше у него шансов оказаться в числе первоочередных целей. Наверное, многие до сих пор воспринимают эту угрозу, как бред. Возможно, массовое выздоровление обречённых на смерть людей, из которых получится толпа инопланетян, прочистит кое-кому мозги. И это не единственная опасность. Из мира моего мужа могут заявиться маги в собственных телах. И вряд ли пришлют слабых придурков вроде того, который уже был. И о нас они будут знать достаточно. Я не говорю, что вы без меня ничего не сможете сделать. Наверное, сможете, но кровью умоетесь. И где гарантия того, что никто из них не подберётся к руководству? Помните о моей возможности работать по фотографии? А там ведь тоже могут быть сильные маги. Сложно им будет достать фотографию президента? Так стоит ли со мной ссориться или тем более пытаться убрать? Ваша организация должна стоять на страже безопасности государства, а я ваше оружие! А оружие положено чистить, смазывать и заряжать. Иначе в нужный момент не выстрелит или разорвётся и вышибет мозги. Вы должны мне помогать и доверять, а вы что делаете? В общем, я уже сказала достаточно и больше не буду никого ни в чём убеждать. Не захотят со мной работать, и не надо! Вам от меня вреда ждать не стоит, но и помощи не дождётесь.
