Полковник Дермье продолжал свой рассказ, я слушал его, одновременно продолжал наблюдать за поведением полицейских офицеров в приемной. После того, как закончилось мое обращение к ним, они все собрались в кружок у стола платиновой блондинки, что-то взволнованно обсуждая. Полковник закончил свой рапорт и отключился. Тогда я подошел к полицейским и поинтересовался:
— Господа офицера, что вы запомнили из всего того, как у вас наступило беспамятство?
— Ты бы меня об этом спросил? — Тут же отреагировал ментат в моем кармане.
— Меня не интересуют твои воспоминания, ментат! Я хочу знать, что же именно запомнили эти ребята? И, пожалуйста, ментат, постарайся сдерживаться, не лезть со своими советами, если тебя об этом не просят? Не забудь, что сейчас, ты всего лишь записная книжка!
Перебивая друг друга, секретарши и офицеры порученцы, молодость есть молодость, она всегда торопится жить, начали вспоминать о том, как они пришли на работу, как вскоре появился генерал лейтенант Уолтер Сази, его сопровождал незнакомый им кирианин в гражданской одежде. Меня заинтересовал этот кирианин, так как в генеральском кабинете мы его не обнаружили. Они вдвоем прошли в кабинет, попросив их не беспокоить, ни с кем не соединять! Долгое время в кабинете начальника, ничего особенного не происходило, как вспоминал один из офицеров порученцев, затем генерал попросил их приготовить чай и кофе. Сази по интеркому обратился к Нелли, офицер головой кивнул в сторону секретарши, платиновой блондинки, приготовить им чай и кофе, принести их ему в кабинет.
Секретарша Нелли по нашими взглядами, покраснев от смущения, тихим голосом продолжила рассказ:
— Генерал Сази и его собеседник сидели за чайным столиком, они о чем-то неспешно беседовали. Когда я подошла к их столику, пока его сервировала, а затем с подноса на столик переставляла чашку кофе, стакан с чаем, песочный сахар, печенье и джем, то они оба молчали. Когда же я их покидала, то услышала вопрос Сази, с которым он обратился к своему собеседнику:
— Почему ты прибег к помощи дружинников клана Бобров, а не воспользовался собственными бойцами?
Ответа Нелли не слышала, так как она к этому времени уже покинула кабинет начальника.
Приемная постепенно начала превращаться в рабочий офис, обе секретарши только и успевали отвечать на поступающие телефонные звонки. Офицеры порученцы, по моей просьбе, занялись обзваниванием руководящего состава управления, его старших офицеров, так как я собрался провести общее собрание кадрового актива полицейского управления. Вскоре в приемной объявился и полковник Дермье, вслед за собой он притащил своих ротных офицеров. Но Дермье оказался парнем не лишенным ума, он сразу же заметил перегруженность приемной народом, потихоньку своих офицеров переселил в соседнее помещением, в кабинет заместителя начальника полицейского главка, но сам задержался в приемной.
Я же пристроился на стуле рядом с Нелли, просил ее соединить меня с Поли, девушка вначале не поняла, кого я имею в виду, она вопросительно на меня посмотрела. Тогда я поправился, попросил ее соединить меня с имперским министром внутренних дел Кирианской империи. В приемной тут же наступила тишина, Нелли кончиками пальцев мгновенно пробежалась по клавиатуре терминала, через секунду подняла телефонную трубку и профессиональным голосом секретаря попросила к телефону имперского министра.
Потом он подняла голову, посмотрела мне в глаза и сказала тихим шепотом:
— На другом конце интересуются, что это такой герой в Городском полицейском управления, который хотел бы переговорить непосредственно с самим министром?! Они советуют вам для начала позвониться в министерский департамент, который курирует наше управление, решить там свои вопросы, а уж после можно будет позвонить и министру с благодарностью!
При этом эта красивая девчонка выглядела очень сконфуженной, ее щеки краснела из-за переживания, из-за мой, якобы, проявленной неловкостью. Я слегка шевельнул рукой, успокаивая девушку, попросив ее, наглецу на другом конце телефонной линии передать дословно следующее:
— Принц Барк сам определяет, с кем ему говорить или не говорить! Что касается имперского министра внутренних дел, то ей следует прибыть на совещание, которое будет принцем проводиться в здании Городского управления полиции. Оно начнется ровно в 16.00.
Услышав мое имя, порученцы, вторая секретарша, а также только что вошедшие в приемную офицеры полиции поднялись на ноги, вытянулись в струнку и замерли, поедая меня глазами. Честно говоря, до этого момента мне было так хорошо в этой компании, но я сразу же почувствовал крайнюю неловкость, когда одним только упоминанием моего имени была нарушена дружеская атмосфера, до этого царившая в приемной! К слову сказать, я прямо-таки почувствовал себя неловко от такого проявления почета и уважения, пока я этого не заслужил! Как всегда, именно в этот момент в приемной снова появился полковник Герцег, который, проталкиваясь среди застывших по стойке "смирно" офицеров, несколько удивленно на них поглядывал, гном явно не понимал того, почему они все так вытянулись передо мной?!
Нелли шепотом повторила мои слова в трубку, положила ее на рычаг, она машинально посмотрела на часы. Висевшие над дверьми входа в кабинет начальника управления. Стрелки часов показывали 15.42. Чтобы как-то замять возникшую неловкость, я негромко произнес:
— Вольно, господа офицеры! Прошу в следующий раз при моем появлении в приемной быть чуть более сдержанными, по команде смирно не вставать!
3
Обратив внимание на то, что мой гном ангел-хранитель начал снова держаться от меня подальше, я жестом руки попросил его к себе приблизиться. Еще на его подходе я мысленно к нему обратился, отчего гнома аж всего передернуло:
— Дружище, а ты подумал, в каком именно помещении мы будем собирать руководство и актив полицейского управления?
Возмущенный донельзя, полковник гном недоуменно пожал плечами в ответ на мой вопрос. Он тут же мне в ответ устроил истерику с приплясыванием, драньем волос из своей богатой шевелюры и криком на всю приемную:
— Ну, почему я, Барк, должен заниматься подысканием помещения в здании, в котором нахожусь всего второй раз в своей жизни. Чтобы ни случилось, ты всех собак спускаешь на своего любимого гнома! Герцег сюда, Герцег туда, того и глядишь я свое здоровье совсем подорву, выполняя твои нелепые поручения!
К тому же этот симпатичный недорослик всегда и везде успевал мгновенно находить себе друзей, и на этот раз ему на помощь почему-то поспешила секретарша, платиновая красавица Нелли:
— Обычно сбор офицеров главка у нас проходил в малом переговорном зале, который расположен рядом с кабинетом начальника главка. Это последняя дверь справа перед дверью нашей приемной!
— Ваше Сиятельство, вы не будете против того, чтобы своими мотострелками мы занялись бы зачисткой этого помещения?!
После моего утвердительного кивка головой, полковник Дермье тут же связался с ротным командиром, он ему приказал выделить отделение смекалистых мотострелков, так как собрался вместе с ними досмотреть и тщательно обследовать малый переговорный зал на предмет безопасности.
В нашу приемную приходили все новые и новые полицейские, многие из них были в полковничьих и генеральских погонах. Даже внешне эти полицейские офицеры выглядели неважно, у них были бледные лица, красные воспаленные глаза, трясущиеся от тремора руки, виднелась кровь в царапинах и ссадинах на лицах. В этих кирианах не ощущалось той былой уверенности в себе имперского полицейского, они как-то неуверенно жались по углам приемной, испуганно переглядываясь между собой. Эти кирианцы в полицейских мундирах выглядели какими-то потерянными, словно они утратили нечто важное в своей жизни!
В приемной появился полковник Дермье, зычным командным басом он предложил:
— Господа полицейские, прошу вас проходить в малый зал для переговоров. Через несколько минут там начнется совещание актива Городского полицейского управления!
Нелли громким шепотом проинформировала меня о том, что флайер имперского министра внутренних дел только что совершил посадку на крыше нашего здания. Для встречи министра она отправила одного из заместителей генерал-лейтенанта Сази вместе с группой полицейских офицеров. Я мельком взглянул на ручной хронометр и удовлетворенно хмыкнул, Поли не опоздала, она прилетела точно во время.
Имперский министр выглядела весьма импозантно, черный без погон и знаков различия комбинезон спецназовца ладно обтягивал тело этой красивой и фигуристой женщины, на поясе висела кобура мощного лучевого "Борга", но только для того, чтобы подчеркнуть осиный размер ее талии. Расстегнутый ворот комбинезона всем желающим демонстрировал красоту, мощь и тяжесть ее груди, практически сводя на нет всю внешнюю воинственность фигуры этого имперского министра. Среди громил взвода спецназа, которые окружали Поли, она смотрелась примой балериной, хотя ростом мало кому из них уступала.
Полковник Дермье не выдержал мужского характера, он от восхищения причмокнул губами при виде Поли. Но Поли даже не взглянула в его сторону, а бросилась ко мне на грудь, пытаясь повиснуть на моей шее, поцеловать меня в губы. Но я уже привык к подобной ее манере проявления радости при встрече со мной, поэтому успел вовремя прикрыться спинами полковников Дермье и Герцега. Нелли что-то хищно прошептала, но я ее не расслышал!
Малый переговорный зал был заполнен до отказа офицерами имперской полиции, сквозь толпу которых было невозможно пройти к подиуму с микрофонами. Но при моем появлении, словно по единой команде, все офицеры полиции замерли по стойке смирно, непонятным образом сформировав строй каре. Пара их рядов сделала шаг назад, освобождая, для меня проход к председательскому месту. Уже стоя перед микрофоном, я еще раз внимательно всмотрелся в лица этих полицейских чинов. По их лицам было понятно, что только сейчас они начали отходить от той подавленности, вызванной пси-энергетическим на них воздействием. В немалой мере этому способствовало то, что они сейчас стояли в общем построении, как бы чувствуя плечо своего товарища!
Поэтому я решил, перед началом совещания всех этих офицеров имперской полиции немного встрянуть, напомнить им, кем они до этого были, и во что сейчас превратились. Я посмотрел на Герцега, на два шага отошел от микрофона, утвердительно кивнув ему головой. Мой ангел-хранитель встал на мое место, громовым голосом проревел в микрофон команду:
— Всем господам офицерам, стоять смирно!
Эта команда скорее напоминала рев смертельно раненого лесного кабана, она мгновенно проникла в сознание и в души стоявших в рядах каре офицеров имперской полиции. В зале, по-прежнему, сохранялась тишина, которая нарушилась только редкими покашливаниями. Затем весь зал, словно ожил, офицеры выровняли ряды каре, начали подтягивать свои небольшие и большие животы, выпячивая вперед грудь. Через мгновение каре превратилось в стройные офицерские ряды, словно выстроенные для торжественного прохождения... Я собственными глазами мог наблюдать, как в начале в глазах этих офицеров появились первые проблески чувств, к ним начала возвращаться их былая уверенность в самих себе, в своих товарищах по службе и по работе!
Я начал свое выступление, не повышая голоса, но благодаря микрофонам, телепатии мой голос ровно разносился по всему залу, он достигал ушей и сознание каждого из присутствующих здесь полицейского офицера. Я же решил пару слов сказать о дружбе и товариществе, которые помогают преодолевать реальные жизненные трудности!
Совещание прошло в деловом темпе, на нем я так и не узнал чего-либо нового, так как оказалось, что генерал-лейтенант Уолтер Сази, если и был связан с заговорщиками, то прямых доказательств этому не было. Если он и работал с ними, то работал персонально, со своей стороны никого к этому, не привлекая. Разумеется, у него были свои офицеры протеже, но все они в голос говорили о том, что генерал был помешан на том, что все полицейские, независимо от чинов помогали бы кирианским гражданам найти свой, не криминальный путь в этой жизни. Несколько позднее ментат в одном из наших разговоров мне подтвердил эту версию, заявив, что сэр Роберт, Магистр клана Ястребов, слышал об этой увлеченности генерал-лейтенанта Сази, поэтому и решил Уолтеру Сази его ментата подсунуть якобы для решения этой проблемы!
После окончания совещания я снова вернулся в бывшую приемную Сази, в которой почувствовал себя довольно-таки комфортно, а также для того, чтобы найти достойного кирианина на должность нового начальника ГУПа, так как я полагал, что имперскую полицию было нельзя и на день оставлять обезглавленной.
После себя генерал-лейтенант Уолтер Сази оставил четырех заместителей, которые были двух или трехзвездочные генералы полиции. Но, к моему глубокому сожалению, все четверо оказались кирианами весьма преклонных возрастов. Все заместители находились в управлении в то время, когда их начальник, генерал лейтенант Уолтер Сази, проводил опасные пси-эксперименты по установлению контакту со всеми имперскими полицейскими. Этими пси-контактами он практически сжег свой головной мозг. Заместители в свою очередь не очень хорошо перенесли это пси-давление. Они сохранили разум, но для того, чтобы восстановить здоровье им требовалось очень много времени, а его у меня в тот момент совершенно не было. Поэтому, сохранив им полагающиеся по контракту выплаты и льготы, я этих заместителей отправил их по домам лечиться, набираться сил и здоровья.
Имперский министр Поли, мгновенно разобравшись в создавшейся ситуации, желая в этой сфере деятельности сохранить и укрепить позиции своего министерства, на пост начальника Городского управления полиции она предложила несколько своих кандидатур. Но я до сих пор помнил о проблемах с имперской полицией бывшего министра внутренних дел Карло Лучано, которые он сам так и не смог решить. К тому же в последнее время у меня самого стали возникать некоторые сомнения по отношению к самой Поли, занимаемой ею позиции по некоторым вопросам, поэтому я вежливо сделал вид, что не услышал ее предложений.
Предыдущие руководители имперской полиции генерал полковник Низами и генерал лейтенант Сази эту структурную организацию имперского министерства внутренних дел едва не вывели за пределы юрисдикции императорской власти. В результате таких попыток улицы имперских городов и населенных пунктов на глазах простых обывателей превратились во владения уголовного и криминального элемента. Дальше этого нельзя было терпеть, с эти нужно было бороться, поэтому вакансия начальника Городского управления полиции уже сегодня должна была быть заполнена!
Каких-то пару месяцев назад эти же городские улицы были эталоном чистоты и общественного порядка. Чтобы вернуть имперскую полицию к исполнению своих непосредственных обязанностей, вернуть ее на городские улицы имперской полиции требовался жесткий, но принципиальный и честный руководитель. Только что завершившееся совещание офицеров полиции продемонстрировало, что в имперской полиции все еще сохранились офицеры, болеющие за свое дело, готовые с честью, достоинством бороться за порядок на улицах имперских населенных пунктов.
