— Просто Гарри, в отличие от тебя, дисциплинированный и не лентяй! — отрезала Гермиона. — Давайте к озеру, я хочу рассказать Гарри об этом люке.
11:43.Территория Хогвартса, около озера.
— Выглядит так, будто или Квирелл, или Снейп выпустил тролля как отвлекающий манёвр, а потом попытался украсть то, что охраняет цербер, — сделал вывод Гарри. — И вы видели их отдельно, то есть они не заодно.
— Я подумала так же, — согласилась Гермиона. — Скорей всего, Снейп пошёл проверять охраняемое, а Квирелл — красть.
— Согласен. Дедушка говорил, что доверяет Снейпу.
— Доверяет? — недоверчиво переспросил Рон. — Да как этому... — он задохнулся от возмущения. — Как сальноволосому доверять-то можно? Ты бы видел, что он на уроке делает! Прикрывает слизеринцев, снимает остальным баллы за каждый чих и вообще...
— Не аргумент, — рассудительно сказал Гарри. — Одно дело учительство, другое — такая важная вещь как охрана этого люка. И — он был с дедушкой, спасал нас с Гермионой из Диххуса.
— Диххуса?
— Ты не рассказывала? — удивился Гарри.
— Рон бы не поверил. Представь себе, говорю: "на каникулах я случайно попала в другой мир вместе с Гарри Поттером, а спаслась чудом".
— Не чудом, — возразил Гарри. — Рон, только не надо расспрашивать, там долго рассказывать.
— Что, правда? А что за "другой мир"?
— Рон! — строго посмотрела на него Гермиона, и тот присмирел. — Давай попозже. Гарри, лучше скажи, что нам делать? Квирелл... Иногда мне кажется, что всё это заикание, дурацкий тюрбан и чеснок — притворство.
— Почему нельзя сказать всё профессорам?
— А нам поверят? — вздохнула Гермиона. — представь себе: два первокурсника говорят, что профессор хочет украсть что-то в коридоре, куда запрещено заходить.
— Вообще-то, — медленно сказал Гарри, — дедушка как-то говорил с Атикой, и... Короче, в Хогвартсе хранят философский камень Николаса Фламеля.
— Тот самый, который может превращать металлы в золото? — воскликнул Рон. — Ещё бы Квирелл не хотел его украсть, такое богатство.
— А ещё из него получают Эликсир Жизни, — добавила Гермиона. — Говорят, Фламель живёт из-за него не первый век.
— Шестьсот шестьдесят шестой год, — поправил Гарри. — Ты говорила, Квирелл выглядит плохо?
— Ты же не думаешь...
— Именно! Как в той истории с розами в стекле — неизлечимое проклятие. Наверняка хочет добыть камень из-за Эликсира Жизни, ведь он исцеляет почти всё.
— Надо ли его останавливать? — вдруг спросила Гермиона. — Воровство, конечно, плохо, но если он всего лишь хочет выжить... Возможно, именно он пил кровь единорога — это тоже должно было поддержать жизнь.
— То есть как это "надо ли останавливать"? — вскинулся Рон.
— Представь себе, что философский камень — его последняя надежда, — попытался объяснить Гарри. — Если он не смог найти Фламеля или тот ему отказал, единственный способ выжить — добыть камень самому. А Фламель попросил дедушку спрятать камень в школе. Квирелл устраивается в школу, и...
— Не сходится, — перебила Гермиона. — Профессор Квирелл уже не первый год работает в школе, просто раньше преподавал маггловедение.
Они замолчали. Гермиона хмурила лоб, пытаясь понять, Гарри прикрыл глаза, тоже гадая, а Рон переводил взгляд с одного на другую, не зная, что делать.
— Давай расскажем дедушке, — предложил Гарри. — Он, конечно, меня поругает, но если дело действительно важное, то медлить нельзя.
— Пошли, — решительно согласилась Гермиона. — Только я не знаю, где кабинет директора.
— Зайдём к профессору Макгонагалл, — предложил Рон. — Она заместитель директора...
— ...и мой учитель, — добавил Гарри.
12:00. Хогвартс, близ кабинета Минервы Макгонагалл.
Профессор ЗОТИ аккуратно нарисовал последнюю руну — Волдеморт удовлетворённо оценил:
— Прекрас-сно. Маккош-шка выведена из игры.
— Вы уверены, господин?
— Не с-смей с-сомневаться в моих словах, с-слуга, — прошипел Тёмный Лорд, и содрогнулся от боли. — Макгонагалл — не боевой маг, постоянно в щ-щитах не ходит. Иди за Тэс-сией, пора начинать.
— Но повелитель! — воскликнул Квирелл, изображая верность. — Скоро обед, будет много учеников.
— Пожалуй, ты прав. Дамблдора не будет вес-сь день, спеш-шить некуда. Запус-скай ловуш-шку после обеда, начнём ближе к вечеру, и... С-стой!
Квирелл замер.
— Я чувс-ствую его. Оглуш-ши вс-сех и левитируй в Тайную комнату.
— Слушаюсь.
Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер и Рон Уизли лишились сознания прежде, чем успели осознать, кого им не посчастливилось встретить.
12:20. Тайная комната.
— Зачем? — только и спросила Тэсия, когда увидела левитируемую Квиреллом троицу.
— Заложники, — такой же сухой и короткий ответ. — А с одним из них Тёмный Лорд очень желает поговорить.
— Гарри Поттер? — Тэсия указала на мальчика.
— Он самый, — ухмыльнулся Квирнус. — Но допрос будет после операции, пока же побудут нашим грузом. Прикажи своим левитировать Поттера перед нами, девчонку в тылу, а рыжего посередине.
— Сейчас?
— Нет, конечно. Начнём вечером, как договаривались.
— Если студентов хватятся...
— У них вечером экзамен, сейчас отдыхают кто где или зубрят. У учителей скоро СОВ. Никто никого не хватится. Разве что Поттер... Но, в любом случае, с заложниками они нас не атакуют, поверь.
— Моралист Дамблдор?
— И такая же Макгонагалл.
17:20. Выход из Тайной комнаты близ Большого Зала.
— Сонорус. ВНИМАНИЕ ВСЕМ ПРОФЕССОРАМ И УЧЕНИКАМ. БОЕВАЯ ГРУППА ДВИГАЕТСЯ К ЗАПРЕТНОМУ КОРИДОРУ НА ТРЕТЬЕМ ЭТАЖЕ. У НАС ЗАЛОЖНИКИ-ДЕТИ: ГЕРМИОНА ГРЕЙНДЖЕР, РОНАЛЬД УИЗЛИ И ГАРРИ ПОТТЕР. В СЛУЧАЕ АТАКИ ОНИ БУДУТ УБИТЫ, — Тэсия усмехнулась и добавила. — БЛАГОДАРЮ ЗА ВНИМАНИЕ. КВИЕТУС. Всё правильно, Квирнус?
— Всё, — кивнул тот. — Встретятся ученики — оглушаем, учителя... Что ж, значит такова судьба заложников. Каждое нападение профессора — смерть заложника. Начать стоит с рыжего, затем девчонка, Поттера пока побережём. Вперёд!
Глава 35: философский камень — взлом.
— Начали!
Светлячок выбросила вперёд левую руку, в ней появилось сабля, чуть светящееся от переполняющей энергии. Жезл в правой уже отражал поток огня, пущенный Борисом. Последовавшее за ним проклятие было просто рассечено саблей. Светлячок чуть улыбалась, молчаливо приглашая противника продолжать.
— Саори фламмо! — не разочаровал Борис. Пламя Разрушения выстрелило тонким лучом, встретилось с лезвием сабли. Полетели разноцветные искры, магия пульсировала могучим потоком — Светлячок спокойно держала артефакт. Секунда, другая...
Вспышка взрыва! Когда у зрителей вернулось зрение, им предстала завораживающая картина. Девушка с саблей танцевала под лучами заклятий, отражая их саблей и уклоняясь, уверенно подавляя площадные атаки взмахами жезла, при этом — не отрывая взгляда от Бориса. Тому приходилось тяжко: жезл волшебницы беспрерывно исторгал каскады превращений.
— Игра на выносливость, — довольно кивнула Атика. — Ожидаемо, но играет прекрасно. Обратите внимание — она атакует во всех направлениях сразу: материально, ментально и магически.
— Магически?
— А, вы же не видите. Тонкие чары, в основном, духовные и шоковые. Никогда не видела такого искусного...
— Кого?
— Увидишь, Гарри, — многозначительная улыбка.
Вскоре Борис начал выдыхаться, а Светлячок использовала всё больше превращений, вплетая в них временное создание. Её противник столкнулся хаосом всех четырёх стихий — плазмы, газа, жидкости и тверди. Несколько раз его накрывало каскадами трансфигураций с головой, однако маг держался, успевая отталкивать каскады, отражать своими, иногда контратаковать. С каждой секундой его положение ухудшалось. Светлячок неспешно и методично наращивала скорость и непредсказуемость атак, тесня к границе дуэльного круга, выход за которую считается поражением.
— Сейчас, — вдруг сказала Атика.
Борис подставился под очередную атаку, споткнувшись, и струя воды разорвала тело пополам. Останки начали таять — нестандартная высокоуровневая иллюзия. Одновременно проявившийся позади Светлячка силуэт выпустил очередь мощных взрывных, которые разорвали девушку на куски... в свою очередь начавшие пропадать. Силуэт охватил силовой кокон, сдавливая, превращая в фарш. Из пустого места с одной стороны дуэльного круга в другую ударила плеть "Саори фламмо", чтобы затормозить о ледяную стену и отклониться от пространственного искажения. Наконец, защитившийся от Пламени Разрушения отхватил со спины красную вспышку оглушающего, играючи прорезавшего щиты, и комментатор провозгласил:
— ...Борис оглушает Светлячка, завершая дуэль!
Русский маг поклонился взорвавшейся аплодисментами публике и протянул руку, помогая подняться своей сопернице.
17:55, кабинет директора Хогвартса.
Люциус Малфой, представитель попечительского совета Хогвартса, и деканы факультетов вопросительно смотрели на Дамблдора. Все они ждали его действий, его решения. Тот, однако, одарил столь же вопросительным взглядом незнакомую Малфою женщину, которую, как говорят, частенько видели с директором.
— Будем ждать, — нарушила тишину незнакомка. — Будем наготове и ждём действий Гарри.
— Ты так уверена в нём? — приподнял бровь Дамблдор.
— О, видишь ли, я вбила в него только одну тактическую схему, даже не схему, а умение её применять по ситуации.
— Самую первую? — поинтересовался директор Хогвартса, не обращая внимание на недоумённые взгляды деканов и попечителя.
— Именно, TOSS. И он не преминёт использовать её, вдолбленную в подкорку. Наша задача — быть рядом и вовремя вмешаться.
— Ты чувствуешь, что так будет лучше? — выразительный и непонятный взгляд.
— Угадал, — кивнула незнакомка. — А теперь...
— А теперь, господин директор, не объясните ли вы мне, что тут происходит и кто эта дама? — Малфой встал и навис над Дамблдором в своей стильной мантии, опираясь на трость — по задумке, это должно выглядеть внушительно в глазах деканов.
— Разумеется, мистер Малфой, — Дамблдор и бровью не повёл на психологический трюк. — Позвольте представить вам моего друга и бывшего учителя, Атику, леди Сей-Тиор.
Два взгляда скрестились, словно мечи. Карие глаза Атики с огоньком в глубине и серые Люциуса, с зеленоватой искоркой. Волшебница и маг синхронно кивнули — каждый оценил соперника и счёл его достойным.
— Не думал, что у столь почтенного волшебника столь молодая наставница, — сделал первый выпад Люциус.
— Возраст — понятие относительное, — насмешливый прищур. — Говорят, Фламель в шесть с лишком веков выглядит на сорок.
— Вы не похожи на достопочтимую Пернеллу Фламель, — вновь дуэль взглядов, а заодно незримое столкновение древнего защитного артефакта и векового опыта легилименции.
— Это всего лишь намёк. Но если вы не в состоянии расшифровать его, лорд Малфой, то это сделаю я — не все выглядят на свой возраст.
— Всего лишь хотел убедиться, что правильно расшифровал ваш намёк, леди Сей-Тиор, — он опустил взгляд, думая, что не стоит рисковать — артефакт может и подвести, когда столкнётся с искусным менталистом. — Был бы рад встретиться после этого... инцидента.
— У меня напряжённый график, лорд. Скажем так — осенью я свяжусь с вами. И не рассчитывайте на многое — не собираюсь вмешиваться в вашу с Альбусом политическую грызню.
— Думаю, мне найдётся, что вам предложить, леди, — тонкая улыбка тронула губы Малфоя. — Вы командуете освобождением заложников?
— Я, лорд.
— Я и мои ресурсы в полном вашем распоряжении, — лёгкий поклон. — И не будем медлить, дамы и господа!
— Вы правы, лорд, — Атика встала, а за ней поднялись и остальные участники спешно собранного совета. — Альбус, понял, что от тебя требуется?
— За мной, — коротко бросил директор, взмахом палочки распахивая дверь.
17:30, запретный коридор.
— Сильный барьер, — вынес вердикт старший ликвидатор. — Сильный и простой, а чем проще вещь, тем хрен сломаешь.
Тэсия, личная убийца Грефронта и опытный штурмовик, получила доступ к поистине идеальным инструментам — людям, обработанным Зельем Берсерка, составом номер три и под артефактами управления, боевой модификацией рабского ошейника. Квирелл казался сейчас чем-то вроде досадной помехи, дополнительным обстоятельством задания, а не личностью. Мысли двигались ровно и точно. Эликсир Тринадцати мягко пульсировал в крови. Сознание убийцы приняло тени восприятия семи свих инструментов. Тэсия была в своей стихии.
"Вы двое — держать тылы, ты левитируй девчонку, остальные — занять позиции, удобные для обороны прохода, Поттера и рыжего сложите вон туда".
— Понятно, — предвкушающе улыбнулась Тэсия. — В таком случае, придётся принести жертву. Вы знаете, что делать.
"Номер один, — смертников она пронумеровала, — вперёд и сломай мне этот барьер!"
Маг в капюшоне, что скрыл застывшее выражение лица, шагнул неясно мерцающему барьеру.
"Все, кроме тыловиков — щиты!"
Белая вспышка заставила Квирелла прикрыть глаза ладонью. Предусмотрительно отвернувшаяся Тэсия ухмыльнулась про себя.
— Что это? — сухо спросил бывший хогвартсский профессор.
— Забавная штучка — ручная бомба, — соврала Тэсия. — Слышал про шахидов-смертников? Так вот, это магический аналог.
— Зелье подчинения или фанатик? — заинтересовался Квирнус. Ошейники были не видны под глухими мантиями.
— Тонкий Империус. Ну, что там у нас дальше по плану?
"Залп, щиты и назад!"— успела скомандовать Тэсия, как только увидела, кто скрывается за защищённой дверью.
Три зелёных и один жёлтый луч прошили тело трёхголового пса, цербера. Существо с изрядной сопротивляемостью магии и великолепной реакцией погибло. Погибло, сдавив шею одного из боевой группы в смертельном захвате.
— Много потерь, а мы только начали, — заметил Квирелл. — Старый маразматик неплохо подготовился.
— Будем аккуратней, — кивнула Тэсия. — Не поможешь сенсосетью?
— Почему бы и нет, — невидимая волшебная конструкция поплыла во все стороны. Небрежность, с которой сотворил её Квирелл, внушала уважение. — Впереди — активная защита, в основном, прямые чары в стазисе.