И подкрепил слова вторичным вызовом печати Верности. Ее знак рассеялся в гуще сражающихся, охватывая разом всех духов. И хотя полного подчинения не вышло, мне удалось таки заставить их двигаться чуточку живее. Силуэты сплелись в одну снежную волну, отхлынувшую обратно — и эльфы в мгновение ока остались одни на месте пролома. Пустое пространство разделило их и духов.
Я опустился на землю и, торопясь, принялся сооружать между нами преграду. Надолго ее хватить не могло, но мне и требовалось совсем немного времени и спокойствия.
Ледяное пламя, повинуясь движению рук, выросло из снега и устремилось вверх, будто пытаясь достать сами небеса. Его прозрачная колеблющаяся поверхность искажала стены, что виднелось за ней, как кривое зеркало.
Эльфы опешили. Их удлиненные лица за изменчивой гладью огня вытянулись еще больше, вызвав нервные смешки по мою сторону.
Я резко повернулся к духам, нагло заявив:
— А теперь понадобятся все ваши силы. Буду очень благодарен, если вы раскроетесь навстречу мне без возражений. Это существенно облегчит задачу.
— Что ты задумал, Арлин? — пробилась ко мне Селена.
— Я хочу перетащить наших пленников сюда. Прямо в их клетке. Посмотрим, что предпримут эльфы, когда мы начнем медленно поджаривать их сородичей прямо в ней.
Хоть большинство и не поняло, о каких пленниках идет речь, мысль о поджаривании явно пришлась им по вкусу.
— Действуй, друг, — твердо сказал один и сделал шаг вперед.
Остальные тоже закивали.
Я применил испробованную когда-то измененную форму Печати, вбирая в себя чужую Силу. С ее помощью я в виде пола нарастил недостающие прутья клетки таким образом, чтобы они не могли причинить пленникам слишком уж большого вреда. А потом поднял ее над городом и потянул к себе.
Зрелище получилось редкостное, но почти сразу же начались трудности. Не то, чтобы я совсем их не ждал, но как оказалось, кое в чем здорово себя переоценил. Никогда раньше мне не приходилось управлять таким огромным количеством Силы, к тому же еще и заимствованной. Я, конечно, делал все возможное, чтобы нести клетку как можно ровнее, но опыта явно недоставало, и клетка двигалась не плавно, как ей полагалось по замыслу, а резкими рывками. Эльфы внутри катались кубарем, копья вспыхивали и я, всерьез опасаясь за здоровье пленников, вынужден был притушить излишнюю кровожадность ловушки хотя бы до того момента, пока она не окажется на земле.
Я обливался холодным потом, только теперь во всей полноте оценив те сложности, с которыми сопряжен путь мага. Ощущение складывалось такое, словно я тащил эту клетку на спине уже ни один час. И конца этому пока не было видно. Меня сотрясала дрожь неимоверного напряжения, давление все возрастало. Хорошо хоть духи исправно поставляли Силу. Без их поддержки я бы попросту свалился. Но даже так я все равно продолжал гадать — а удастся ли мне дотащить сюда пленников или же я не выдержу, и они своим ходом достигнут земли.
Приземление тоже вышло невесть каким гладким. В какую-то секунду Сила, направляемая мною на перемещение клетки, вдруг взбунтовалась. Эльфы, уже порядком охрипшие, тем не менее исторгли последний дикий вопль, когда она вдруг ухнула вниз.
Перепугавшись не меньше их, я каким-то чудом укротил бурлящий во мне водоворот и умудрился подхватить свое творение и опустить его на снег гораздо мягче, чем предусматривал свободный полет. В ответ по ту сторону пламени эльфы разразились криками негодования. Вот неблагодарные! И это после того, как я буквально надсадился, спасая их сородичей.
Я мстительно сощурился и в ту же секунду вернул ледяным копьям прежний уровень Силы и стер Печать. Ошарашенные духи, осознав, что больше мне их помощь не потребуется, слегка расслабились и стали с нескрываемым злорадством поглядывать на заключенных эльфов, сопровождая это одобрительными возгласами. А некоторые даже направились ко мне с твердым намерением пожать руку. Подошла и Селена, как-то по-особому заглянула в глаза и коснулась теплыми губами моей щеки.
— Ты молодец.
— Уже не сердишься? — тихо спросил я.
Но она печально покачала головой и вернулась к сородичам.
— Ну что, теперь поговорим? — с задором, которого на самом деле не ощущал, крикнул я эльфам.
Пленники, с трудом пришедшие в себя, приподнялись и обвели нас мутными взглядами.
— Ты что, садист? — шевельнул один разбитыми губами, с ненавистью глядя на меня.
— А что, похож? — с интересом переспросил я.
— Нет, он и еще и издевается. — Эльф, тот самый, не из простых, прикрыл глаза и постарался взять себя в руки. — Ну ничего, попадешься когда-нибудь — мы тебе не такое устроим.
— Ты выберись сначала, — беззлобно посоветовал я, — потом обещай. А сейчас слушай внимательно. Я вижу, ты не такой, как твои товарищи. Держишься, по крайней мере, как особа королевских кровей. Так вот скажи — ты жить хочешь?
В ответ он гордо вздернул подбородок и устремил взгляд куда-то вдаль, сквозь меня.
— Ничего, молчание — знак согласия, — подбодрил я его. — Следующий вопрос: кто ты?
Опять тишина. Подождав для приличия несколько секунд, я повторил вопрос, но уже с нажимом. И на этот раз немого он изображать не стал. Повернув голову, плюнул в мою сторону и выпалил что-то на своем языке.
Я улыбнулся, мысленно протянул руку и схватил его за длинные, волнистые волосы. Сработало. Эльф округлил глаза и вытянул голову, почти касаясь щекой кровожадно пылающих копий.
— Кто...ты? — с расстановкой опять повторил я, получая странное наслаждение от выражения страха на его бледном вытянутом лице. Неужто и впрямь садист?
— Мой сын.
Это произнес не он. Я выпустил волосы эльфа и развернулся лицом к преграде, отметив про себя, что ее время стремительно истекает. Языки ледяного пламени приседали, уходя все глубже в снег.
Говоривший подошел вплотную к воздвигнутой между нами стене и у меня предательски затряслись колени. Отцом оказался Танаил.
Я натянуто улыбнулся.
— Приятно слышать. А вот будет ли тебе приятно наблюдать, как мы сейчас изжарим его вместе с дружками?
— Не советую, — просто сказал он. И было в этой простоте нечто такое, отчего у меня враз пересохло в горле.
Покашляв, я миролюбиво предложил:
— Тогда как насчет того, чтобы нам двоим попытаться прийти хотя бы к некоторой договоренности?
— Пойдет, — тут же согласился он. — Убери огонь. Мы вас не тронем.
— Так я тебе и поверил, — фыркнул я.
— Жизнью сына клянусь — никто не сдвинется с места, пока мы не найдем решения, устраивающего всех.
— Хорошо.
Поколебавшись, я позволил стене пламени исчезнуть и первым сделал шаг навстречу Танаилу.
— Учти, — честно предупредил я, — обманешь — и я похороню пленников под этими прутьями.
Он поморщился.
— Я свое обещание держу. Что вы хотите в обмен на их жизни? Чтобы мы убрались? Согласен.
— Не так быстро, мой друг, — обманчиво мягко сказал я. — Сегодня уйдете — завтра вернетесь. Так дело не пойдет. Мне нужно кое-что посущественнее. Скажем, ваше обещание на бумаге. И чтоб там обязательно присутствовало слово "никогда".
— Ты мастер по части соглашений? — насмешливо спросил он.
— Нет, но у нас тут есть целых трое, знающих толк в оформлении всевозможных договоренностей. Ты только согласись.
— Никогда больше не нападать на духов, — задумчиво протянул Танаил. — Это очень серьезное обещание.
— Не на всех, — поспешил заверить я. — Меня интересует конкретно этот город.
— Это уже лучше. Но как-то странно видеть духа, заботящегося только о своей шкуре.
— Да вы сегодня уже доконали меня замечаниями! — взорвался я. — Я вот тоже никак не могу взять в толк, почему вы напали на... нас? Можно было найти цель и поближе к лесу, а?
Сначала мне казалось, что Танаил не ответит, но я ошибся.
— Мы исполнили просьбу одного нашего... друга, — медленно произнес он.
Я едва не заскрежетал зубами. Друга. Значит, это Севиал приложил руку. Наверное, видел, как я говорил с Селеной и поспешил избавиться от нее, уничтожив сразу весь город. Привратников, конечно, никто бы не тронул по той же самой причине, по какой они не стали вмешиваться в чужой конфликт. Просто им снова пришлось бы искать себе новое убежище под неусыпным наблюдением лорда.
— Еще есть вопросы? — прохладно осведомился Танаил.
Вместо ответа я обернулся и нашел взглядом Селену. Та оказалась на редкость понятливой. Пушистое облачко взмыло в воздух и унеслось в направлении приюта хранителей Врат.
Танаил терпеливо ждал, разглядывая меня, как некую диковинку.
— Знаешь, — внезапно произнес он, — кажется, что мы уже встречались. Что-то есть в тебе... знакомое. Только вот как ни пытаюсь, не могу вспомнить, когда же это было. Подскажешь?
— Ты не можешь, а я не хочу, — безразлично обронил я, мысленно поторапливая Селену.
К счастью, ждать пришлось недолго. Хранители Врат появились буквально спустя пару минут. Духи расступились, пропуская их к нам, и я невольно подобрался, будто ожидая, что меня вот-вот узнают.
— Привратники? — задумчиво посмотрел на них эльф. — Что ж, неплохо.
Хонир сделал еще шаг, останавливаясь прямо перед нами, и я не без внутренней дрожи заглянул в мрачное, ставшее странно-незнакомым лицо. После случившегося мне как-то боязно было обращаться к нему, даже невзирая на нынешний облик. И тем не менее иного выхода я не видел, поэтому изложил свою просьбу очень коротко, дабы никто не заметил охватившего меня волнения.
Выслушав меня, привратник невозмутимо кивнул.
— Я сделаю это для тебя, собрат, только ты отойди.
Я молча повиновался, наблюдая, как в воздухе перед Хониром сложился тонкий ледяной узор из хрупких иголочек. Синеватые искры играли в нем, притягивая к себе завороженные взгляды обеих сторон.
— Ты готов? — обратился Хонир к Танаилу.
Эльф молча кивнул. Я затаил дыхание, глядя, как причудливое плетение дрогнуло и поплыло к нему, мягко коснулось лба. Гримаса боли исказила лицо Танаила — и узор, зашипев, растворился, но не исчез совсем, а будто засел где-то под кожей.
— Это обещание не может быть нарушено, — поспешил уведомить нас Хонир.
— Это и так всем известно, привратник, — резко заметил эльф, смерив его неприязненным взглядом и отдернул руку от отмеченного клятвой лба.
В ту же секунду я убрал клетку и пленники, неуверенно озираясь, выпрямились во весь рост. Несколько эльфов бросились к ним, чтоб как можно быстрее увести подальше от духов.
Вот и все.
— Можно и попрощаться, а? — искоса посмотрел я на Танаила.
— Можно! — крикнул его сын, поворачивая ко мне искаженное злобой лицо. — Только я тебя все равно убью. Сам знаешь, времени у нас для этого — вечность.
Оставив его слова без внимания, я повернулся спиной к эльфам и подошел к Селене. Больше мне здесь делать было нечего. Как-то не хотелось, чтобы духи, благополучно выдворив противника за пределы города, принялись дружно вспоминать мое имя. То-то будет задачка. А если к ее разгадке вздумают приложить руку привратники, то тем более лучше не задерживаться.
Селена, похоже, придерживалась того же мнения, а потому помогла незаметно выбраться из толпы и отойти в укромный уголок. Облик духа, в котором больше не было нужды, я мысленно стер и в вызванные Хандилом Врата вошел уже самим собой. Селена не стала ничего говорить на прощание, да и я понимал, что любые слова сейчас будут лишними. Мне ведь и так все известно.
Мягкий свет на миг рассеял непроглядную темень моей комнаты до уютного полумрака и тихо скрылся. Я вышел из Врат и сладко потянулся. Странно конечно, но как приятно вновь оказаться здесь, вдали от окружающих меня бед. Пусть даже всего лишь до утра.
Неприятно другое — меня опять поджидали.
Глава седьмая
Все таки этот день окончательно меня вымотал, иначе как еще можно объяснить полное отсутствие чутья. То я, едва войдя в город, замечаю Силу и в земле, и в воздухе, а то вдруг в собственной комнате не вижу и не слышу абсолютно ничего.
На меня накинулись и принялись примитивно душить, едва я только в самых что ни на есть расстроенных чувствах шагнул к постели. Потому на пару мгновений я настолько ошалел от неожиданности, что впал в полнейший ступор и словно окаменел, не имея возможности пошевелить даже пальцами ног. Ощущения были, мягко говоря, не из приятных, но в себя я пришел на удивление быстро. Очевидно, сказался немалый опыт проб и ошибок с задействованием таких уловок, что любой другой на моем месте давно бы уже перешел из звания благородных магов в магическое отребье. А его, как когда-то сетовал Сеедир, хватало всегда и везде.
Любой другой, но не я.
Это для одиночки низко что есть силы цепляться за жизнь, зная, что вокруг все равно не ради кого оттягивать неизбежный конец. Мне же есть что терять. Пока.
Вот и сейчас, как много раз до этого, всю накопившуюся усталость и полное отупение выдуло вмиг, стоило лишь возникнуть прямой угрозе моей драгоценной жизни. Я было привычно потянулся к Силе, но вдруг передумал. Чувство, что убивать меня, в общем-то, вовсе не собираются, подленько шевельнулось внутри, заронив тень сомнения в подлинности происходящего.. Так называемое нападение скорее здорово смахивало на чью-то искусную игру, цель которой — просто нагнать страху. Так, для разминки, небольшого развлечения. И это бы прошло, не успей я побывать в заснеженном мире между молотом и наковальней, а если конкретно, то между эльфов и привратников, что примерно одно и то же. Вот уж где и напугали и наподдали так, что дальше уже некуда.
Да и нечто подозрительно знакомое сквозило в моем незваном госте. Настолько, что сразу несколько невидимых глазу подсказок последовали одна за другой. Ну а дальше, чтоб разгадать, кто он такой, мне хватило всего пары секунд.
— Цирон, может прекратишь? — прохрипел я, силясь отодрать от себя его руки скорее для порядка, нежели всерьез. Больно неравным выглядело подобное единоборство, чтобы надеяться на успех. Единственный выход — это прибегнуть к Силе, но мне как-то не особо хотелось доходить до крайностей, учитывая, что проблемы с наемником в мои дальнейшие планы ну никак не входили.
В ответ на полузадушенный вопрос раздался нервный смешок и хватка на горле резко ослабла.
— Ну надо же, узнал, — насмешливо прокомментировал он и отступил. — Другой бы на твоем месте запаниковал, попытался вырваться, но только не ты. Взрослеешь, маг, причем прямо на глазах. — И Цирон хитро прищурился.
Намек, прикрытый насмешливым тоном, не ускользнул от моего внимания, и я украдкой скосил глаза, проверяя, не тронута ли иллюзия, прикрывающая всю комнату, а следовательно, и дверь. Понятно, что если кто-нибудь и входил в нее, то должен был обязательно нарушить защиту. Но с момента моего ухода ничего не изменилось, а значит, наемник попал внутрь по-другому. Видно, знает способы.
При мысли об этом сердце тревожно сжалось в груди и предупреждение ноющей болью запульсировало в висках.
— Что ты здесь делаешь? — резко спросил я, игнорируя высказывания наемника.
