Еще одним инструментом укрепления государственной власти стали вооруженные силы. В период Тридцатилетней войны сложилась постоянная наемная армия, подчиненная единому для всей монархии центральному органу — хофкригсрату.
Сословно-представительные монархии, объединявшиеся под властью австрийских Габсбургов, стали постепенно превращаться в единую абсолютистскую монархию. Важной особенностью абсолютизма австрийских Габсбургов был его не национальный характер. Социальные слои, заинтересованные в укреплении этой монархии, не имели связи ни с историческими традициями, ни с национальными интересами тех стран, на территории которых они действовали.
Политическая самостоятельность дворянства была ограничена, но его доминирующая роль в обществе упрочилась. При реставрации католических духовных учреждений в сан епископов, аббатов, каноников посвящали исключительно дворян. В Чехии «Обновленное земское уложение» сохранило все законы, утверждавшие власть господина над крестьянином.
Ухудшилось и положение горожан. Хозяйственный упадок городов, связанный с военными разорениями, эмиграцией протестантов и политикой сословных собраний, возлагавших на них основную тяжесть обложения, проявился, в частности, в огромном росте их задолженности, что вело к усилению контроля государственной администрации над городскими финансами. Наконец, наступил окончательный упадок политической роли городов. На ландтагах в Австрии города были представлены не выборными представителями, а правительственными чиновниками, ина их долю было отведено всего от 1 до 4 голосов, что лишало города всякой возможности влиять на решения этих собраний. Таким образом, при определенной общности изменений в социальной структуре общества в центральноевропейском регионе итоги эволюции политических структур в разных частях этого региона оказались неодинаковыми. В венгерских владениях Габсбургов и Трансильванском княжестве сохранялись в основном структуры традиционные для центральноевропейских сословных монархий, в Речи Посполитой при формальном сохранении аналогичного устройства наметились тенденции ослабления королевской власти и фактического установления магнатской олигархии; в чешских и австрийских владениях Габсбургов к середине XVII в. был сделан крупный шаг вперед на пути к созданию абсолютистской монархии испанского типа.
Глава 10
РОССИЯ
Конец XV — первая половина XVII в. — время оформления и укрепления централизованного государства в России и его постепенного развития в монархию абсолютистского типа. Важнейшим условием этого длительного процесса было объединение русских земель в единое государство. «Собирание земель» и «собирание власти» сопутствовали друг другу. Хронологические грани этого процесса определяются по-разному: образование централизованного государства датируется примерно 80-ми годами XV в., когда политическое единство русских земель означало уже их включение в единое государство с центральным правительством; завершение складывания единой государственной территории и политической централизации, оформление единой системы управления происходили в конце XV и на протяжении XVI в. уже в рамках централизованного государства. В соответствии с иными взглядами самый процесс образования централизованного государства продолжался с конца XV по начало XVII в., причем этот процесс вовсе не исключал существования уже в первой трети XVI в. первоначального аппарата власти и управления, характерного для централизованного государства. Именно в XVI в. окончательно определился и многонациональный тип централизованного государства в России.
В годы правления Ивана III Васильевича (1462—1505) — крупнейшего государственного деятеля и дипломата той поры — и его сына Василия III (1505—1533) основная территория, населенная великороссами, переходит под власть московского великого князя, который официально стал величаться «государем всея Руси». Окончательно утрачивает (в 1470-е годы) государственную самостоятельность Новгородская республика, потерявшая и свои огромные земельные владения на севере Восточной Европы: богатейших землевладельцев (бояр) и купцов переселяют в центр государства, а в Новгородской земле на правах условной собственности даются поместья мелким и средним служилым людям московского государя, однако некоторые прерогативы Великого Новгорода — такие, как внешние сношения со Швецией, — просуществуют еще около ста лет. В 1485 г. присоединяются к московским и земли Тверского великого княжества — давнего соперника Московского великого княжества в борьбе за объединение Северо-Восточной Руси. В начале XVI в. полностью лишаются самостоятельности Псковская феодальная республика (1510 г.), Рязанское княжество (1521 г.). В результате войн с Польско-Литовским государством в состав территории Российского государства в начале XVI в. входят Смоленская земля, верховья рек Оки, Днепра, города Чернигов, Брянск и др.
В конце XV — первой половине XVI в. существенно ограничивается власть ранее независимых или полузависимых князей: Рюриковичей, находившихся в родстве с государями правящей династии, и Гедиминовичей — потомков литовского великого князя. Их вассальные права постепенно заменяются подданством, а земельные владения становятся вотчинами-боярщинами. Право отъезда отменяется со второй четверти XVI в., отъезд рассматривается как государственная измена. Обществен-яое положение бывших удельных князей определяется с тех пор их местом на служебной лестнице при дворе и в войске московского государя; титулованная знать смешивается с исконным московским боярством, и лишь немногие ее представители становятся членами Боярской думы. Уничтожение княжеских привилегий растянулось на целое столетие: не сразу были устранены отличия основных групп светских феодалов (дворянства) разных регионов страны и в правах и в обязанностях по отношению к центральной власти.
Устранение феодальной раздробленности обусловило внешнеполитические успехи; в то же время независимость от чужеземной власти обеспечивала возможность подчинения непокорных крупных феодалов. Ордынское иго окончательно пало в 1480 г. Это произошло через сто лет после знаменитой Куликовской битвы, предопределившей государственно-политическую роль Москвы. Вскоре слабеющая Орда распалась на несколько государственных образований — юртов, некоторые из них на Руси называли «царствами», — во главе с правителями не менее алчными, совершающими постоянно с юга и востока набеги на русские земли, но уже бессильными повторить опыт опустошительного похода Батыя. Москва окончательно утверждается как государственное средоточие русских земель.
Возросшей государственной мощи России, ее международному престижу, упрочению внешних сношений с крупнейшими державами Запада, Востока и Юга должна была соответствовать столица государства — Москва. Белокаменный Кремль Дмитрия Донского был прежде всего военной крепостью, Кремль Ивана III должен был стать резиденцией великого государя. Создается замечательный кремлевский ансамбль: строятся дошедшие до наших дней крепостные стены (декоративные украшения над высокими башнями возвели в XVII в.) и храмы, дворцовые и правительственные здания. Образцами для построения храмов служили памятники древнерусского зодчества. Так подчеркивалась и историческая преемственность власти московских государей — наследников правителей Древней Руси. Завершенная постройкой уже в начале XVII в. высокая колокольня Ивана («Иван Великий») в монументальной форме словно отмечала своей вертикалью кремлевский холм как центральную точку Российского государства.
При дворе вводится пышный церемониал, чему способствовала и женитьба Ивана III вторым браком на племяннице и наследнице последнего византийского императора Софье Палеолог. Утверждается государственный герб — двуглавый орел, особые знаки достоинства государя — бармы (оплечья), византийский царский венец (шапка Мономаха), получают распространение легенды об их «историческом» происхождении. Оформляются политические теории, задачей которых было обосновать преемственность власти российских государей: приобретают официальный характер легенды об их происхождении от римских цезарей, о передаче киевским князьям византийских императорских регалий. Они служат задаче определить место и значение России в ходе мировой истории (теории «Москва — второй Киев», «Москва — третий Рим»).
В январе 1547 г. юный внук Ивана III Иван IV Васильевич (1533—1584), прозванный позднее Грозным, с благословения митрополита Макария торжественно провозглашается первым русским царем. Официальное признание единодержавия «царя и великого князя Всея Руси» подрывало почву для притязаний удельных князей на соправительство, а отдельных областей государства — на сохранение политической обособленности. Актом венчания на царство московский государь приравнивался к государям «великих держав», тем самым пресекались возможные претензии на установление какой-либо степени зависимости от них Российского государства и предопределялась активизация его внешней политики, в первую очередь по отношению к ханствам, образовавшимся на развалинах Золотой Орды, особенно к Казанскому — средоточию враждебных внешних сил, препятствовавшему хозяйственнокультурному развитию исконных русских земель к востоку от Москвы. За рубежом не сразу официально признали новый титул русского самодержца.
Слово «самодержавие» («самодержавство») употреблялось тогда и для характеристики власти монарха, и как обозначение суверенности государства. В процессе оформления государственного аппарата и официальной идеологии Российского государства сказалось освоение традиций не только древнерусских княжеств, но и наследия Византийской империи и южнославянских «царств», а также и общение со странами Востока. Россия испытывала влияние стран и Юга, и Востока и сама оказывала на них воздействие.
В России процесс образования централизованного государства и даже оформления абсолютистской монархии происходил в условиях господства феодального способа производства, сопровождаясь политическими кризисами. Экономического единства страны еще не было; ее экономическое районирование и нуги создания всероссийского рынка только намечались, нация оформиться еще не могла. И в России образовалось не единое национальное государство, как в некоторых странах Европы в тот же период, а полиэтническое образование — межнациональное (или многонациональное) государство. В монархии, возглавленной господствующим классом основной народности, русские занимали огромную сплошную территорию в центре. Это во многом предопределило впоследствии характер взаимодействия русского народа и других народов, живших на территории расширявшегося государства.
Во главе процесса государственно-политической централизации в России находились различные слои класса феодалов, противоречия между которыми позволяли, однако, правительству вести политику балансирования, типичную для всех стран в период становления абсолютизма. Горожане долгое время оставались политически почти бесправными (кроме купеческой верхушки), а незначительная, но экономически наиболее сильная прослойка их стремилась путем аноблирования стать землевладельцами; интересы ее нередко тесно переплетались с интересами приказных людей. Роль городов в политической жизни страны наиболее заметно обнаружилась в начале XVII в., в годы польско-шведской интервенции.
Государственно-политическая централизация проводилась в целом успешно, сопровождаясь «бюрократизацией» управления, унификацией финансовой системы и правовых норм, но в феодальном духе, опережая экономическую централизацию: это была концентрация власти силами приказной, боярской и военной администрации всей территории государства, приводившая к всесилию и произволу военной и гражданской бюрократии.
Централизация государственного управления способствовала территориальному единству страны, успеху обороны от внешних врагов, хозяйственно-культурному развитию страны — в этом объективно проявлялись прогрессивные функции централизованного государства. Но она укрепляла и роль государства как важнейшего органа политической власти общественных верхов, аппарата подчинения и даже юридического закрепощения им большинства населения. Уже в XVI в. достаточно отчетливо выявляются черты самодержавия, задерживающего социальный прогресс в стране.
Для завершения централизации было необходимо уничтожить политическую и экономическую самостоятельность крупнейших феодалов с их удельными традициями, создать единый для всей территории страны центральный и местный аппарат управления с чиновничьей администрацией, одинаковыми принципами судопроизводства и единой системой делопроизводства, войско, подчиненное прежде всего верховной власти. Оформление достаточно многочисленной военной бюрократии, унификация монетной системы, налогов и повинностей, т. е. преодоление остатков феодальной раздробленности составляло основное содержание государственно-политической жизни России почти до конца XVI в.
Проблема оформления централизованного государства в России смыкается с проблемой возникновения абсолютизма. Данная В. И. Лениным характеристика самодержавия XVII в. (самодержавие «с боярской думой и боярской аристократией») может быть отнесена к России и второй половины XVI в.; истоки российского абсолютизма обнаруживаются уже в годы деятельности «Избранной рады» (конец 1540-х — 1560-е годы), умело балансировавшей между интересами различных слоев господствующей общественной верхушки (светских и церковных феодалов, а также богатейших купцов).
Россия уже к концу XV в. стала самым большим по территории из европейских централизованных государств, но эта территория оставалась заселенной крайне неравномерно, расстояния между городами были большими, и долгое время страна не обладала выходами к морям, обеспечивавшими постоянное участие в международной торговле. Это сказалось на темпах государственно-политического и экономико-культурного развития, предопределяло в значительной мере выбор направлений внешней политики. В то же время в период, когда страны Западной Европы колонизовали далекие от них земли, находившиеся, как правило, на других континентах, что приводило и к оттоку населения из этих стран, в России осваивались новые территории Российского же государства — прежде всего сравнительно близкие к районам основного заселения, а затем и дальние, вплоть до Восточной Сибири.
В процессе расширения государственных границ феодальное землевладение распространялось на осваиваемые территории (сначала в Поволжье, затем в центральном черноземном районе, бывшем «Диком поле», к югу от Оки). Это сопровождалось усилением феодальной эксплуатации, вызывающей волнения и бегство крестьян. Законодательные решения правительства и изменения в структуре государственного аппарата были направлены на То, чтобы в еще большей мере удовлетворить интересы крепостников. Усиливается и роль судебно-сыскных органов в государственном аппарате. В то же время на огромную, вновь осваиваемую территорию (прежде всего Урал и Сибирь, пограничные юго-восточные районы, тогда еще свободные от крепостного права) устремлялись те, кто рассчитывал освободиться от крепостной неволи или угрозы закрепощения.
