— Всё, что ты знаешь. Кто он, где его можно найти, ну и всё остальное.
— Мрачный и нелюдимый тип, — охарактеризовала она хранителя. — Живёт в небольшом домике неподалёку от зверинца. Он когда-то был жрецом...
— Его выгнали? — спросил я. — Расскажи об этом подробней.
— Я не знаю, — неуверенно сказала она. — Жрецов выгоняют редко и только за серьёзные проступки. Такого отец не взял бы на службу.
— Проводи меня к его дому, — попросил я. — Это ненадолго. А потом сходим в зверинец.
— Хочешь освободить демона! — догадалась сестра. — Кирен, ты рехнулся!
— Я обещал, и он очень помог. Не бойся, он не станет мстить семье.
— А дяде? — спросила она. — Или ты не считаешь его родственником?
— Не считаю, но демона натравливать не буду. Ты можешь считать его кем угодно, но для меня он дерьмо. Есть серьёзные основания считать, что вчера вечером меня пытались отравить его жрецы. И у них это почти получилось.
— Рассказывай всё! — упёрлась Лара. — Пока не расскажешь, я и сама никуда не пойду, и тебя не пущу!
Пришлось рассказать о моём ужине и том, что нам удалось выяснить.
— Это только ваши предположения, — сказала она, когда я закончил, — но уж больно всё совпадает с тем, о чём ты вчера говорил. Зря ты с ним поругался!
— Может, и зря, — не стал спорить я, — только эта ссора всего лишь ускорила развязку. Я в любом случае буду ему мешать. Наложить руку на привезённое оружие можно и без меня. Дружинники клялись мне, но если меня не будет, а мою смерть свалят на вторгшихся с войной Дарминов, он сможет использовать и дружину. Алексея уберут или он уйдёт сам, а барон Ольт помогает мне, пока я жив. Если умру, он не станет цапаться с Верховным жрецом. Не дурак, да и нет у него для этого сил. Да что там барон, отец тоже не станет рвать с братом. Для него прогнуться под Гордоя — это самоубийство, но он мне не поверил. Ладно, мы теряем время, а у меня много дел. Будешь помогать?
— Идём! — решила она. — Сворачиваем на эту аллею. Как ты хочешь получить ключ? Если Марей по-прежнему связан с дядей, он его не отдаст, а дядя тут же об этом узнает. Вряд ли после этого твой демон доживёт до вечера. Если надеешься на магию, то зря: она слабо действует на жрецов.
— Я найду для него весомый аргумент, — сказал я, продемонстрировав кулак. — Потом пусть жалуется кому хочет.
Дом хранителя находился рядом со входом в зверинец, но на соседней аллее, поэтому я не видел его в прошлые посещения. Я постучал, но на стук никто не отозвался. Подёргав за ручку и убедившись в том, что дверь заперта, обошёл вокруг дома. У него было восемь окон, и в одном из них оказалась открытой форточка. Окна были одинарные, а закрывались на два запора, бывших родными братьями наших шпингалетов. Верхний я открыл, просунув руку в форточку. До нижнего запора рука не достала, но я подобрал сучок нужной формы и дотянулся им. Открыв створку окна, забрался в комнату сам и помог сестре.
— Принц везде дома, даже если дом чужой, — пошутил я, — Как ты думаешь, где он хранит ключи? Ладно, поищем магией по образу.
Магия не подвела и очень скоро я нашёл две связки ключей, которые Марей не прятал, а повесил на гвоздике в прихожей.
— Здесь его нет, — сказал я, бегло осмотрев обе связки. — Там замок в три раза больше остальных, и ключ должен ему соответствовать.
С нужным ключом пришлось повозиться дольше. Клетку у демона не открывали для уборки, поэтому ключом не пользовались, и его очень хорошо спрятали. Я перебрал все воздействия поисковой магии, пока не получил слабый отклик. Ключ лежал в небольшом тайнике под письменным столом и был защищён какой-то магией.
— Не пойму, что это такое, — сказал я, осмотрев его магическим зрением. — Кажется, что-то вроде прослушки.
— Наверное, оно скажет дяде, что кто-то спёр ключ, — предположила сестра. — Бери его скорее, и уходим, пока не явился Марей.
Мы выбрались из дома и поспешили к входу в зверинец. Там ответили на приветствие двух стражников и едва не бегом устремились к клетке с демоном.
"Здравствуй, — поздоровался я с ним. — Я пришёл выполнить обещание. Надеюсь, что и ты выполнишь своё и уйдёшь, не пролив ничьей крови".
"Душить можно? — спросил он. — Не бойся, я пошутил. Не буду я ни с кем сводить счёты. Магии на дверце можешь не бояться. Она должна сильно шуметь, но уже не будет".
Наверное, замок иногда смазывали, потому что я смог его открыть. Мы отступили, Лара из-за испуга, а я для того, чтобы полюбоваться на демона, который выбрался из клетки и не спешил уходить.
"Мои враги вредят и тебе, — сказал он после нескольких минут молчания. — Помогу в последний раз. Смотри и запоминай. Вот так можно лишить силы любого мага, и на жрецов подействует точно так же. Только учти, что сил лишишь не навсегда, а дней на десять. Видишь картинку?"
"Неприветливое место", — высказался я о пустынной местности с торчащими из песка скалами.
"Кому как, — усмехнулся он, — а вообще, ты прав: это не самое приятное место в моём мире. Если столкнёшься с жрецами и нужно будет от них избавиться, не убивай, а лишай силы и отправляй сюда. У меня найдутся клетки на всех. А ты и твоя жена всегда будете желанными гостями".
Кивнув мне, он исчез.
— О чём ты с ним разговаривал? — спросила Лара, когда шли к выходу.
— Попрощались, — ответил я, решив никому не говорить о подарке демона. — Стражникам скажу, а то с них спустят шкуру, а потом всё равно узнают, чья это работа.
"Кирен! — расслышал я слабый зов жены. — Ты меня слышишь? Мы через час должны въехать в Ромар! Как же я по тебе соскучилась!"
"Слышу, родная! — отозвался я. — Я первые дни только о тебе и думал, а потом закрутили дела. У нас здесь много чего случилось, причём хорошего в этом "много" всего чуть-чуть. А как съездила ты?"
"Везу тебе Эмму, — довольно сказала она. — Только для использования в качестве мага и никак иначе, а то она, несмотря на свои две сотни лет, выглядит не намного старше меня и так красива, что гвардейцы изошли слюнями. Она и меня обещала научить сохранить красоту. Но это у неё почему-то получается только с женщинами, а мужчины продолжают стареть. Ничего, я сама тобой займусь! Эмма уже начала меня учить, так что и я кое-что умею".
"А чувствуешь себя как? — спросил я. — Беременность никак не сказывается?"
"Сколько там той беременности! — мысленно отмахнулась она. — Мечтаю затащить тебя в спальню... Дальше продолжать? Да, Лара не воспользовалась моим отсутствием?"
"Не было ничего и ни с кем, — ответил я. — Всё сберёг для тебя".
"Ты где?" — ворвался в мою голову Ларг.
"Милая, вызывает Ларг, — сказал я Адели и переключился на отца: — Я в парке с сестрой".
"Вместо того чтобы доложить о попытке отравления, ты отправился гулять! — сердито сказал он. — Хорошо, что доложил Ольт. И где указ?"
"Мы не совсем гуляли, — ответил я. — Сходили в зверинец, и я отпустил демона. А указ я не написал из-за отравления. Сейчас вернёмся, и сделаю".
"Как он? — спросил Ларг. — Что-нибудь сказал?"
"Поблагодарил, попрощался и ушёл. Он обещал не мстить и выполнил обещание".
"Гордой будет в бешенстве", — предупредил отец.
"А вы скажите, что мне было нелегко отпускать демона просто так. Очень уж хотелось разрешить ему навестить Главный храм. И добавьте, что глупо хранить ключ, если не собираешься им воспользоваться, да ещё рядом с камерой узника. И вообще, какое он имеет право единолично распоряжаться нашим семейным зверинцем? Ладно, я побежал писать указ, а то скоро появится жена и предъявит права на моё внимание. Вместе с ней едет Эмма Селди".
— Ты уже перестал болтать? — спросила сестра. — Интересно за тобой наблюдать. Застыл столбом, только меняется выражение лица и еле заметно шевелятся губы. Была какая-то радостная новость? Не Адель приехала?
— И в кого ты такая догадливая? — улыбнулся я. — Она приедет через час.
— Ну у вас и силы! — с завистью сказала она. — Час езды в карете — это же полсотни дерашей! Всегда завидовала магам, даже слабым. Для женщины магический талант — это единственная возможность стать вровень с мужчиной.
— Незачем вам становиться вровень, — обнял я её и взъерошил волосы. — Женщины — это венец мироздания. Мы должны носить вас на руках и сдувать пылинки! Подожди, закончится война, и мы начнём понемногу менять жизнь. Обещаю, что ты не проживёшь свою жизнь пустоцветом. Всё ещё у тебя будет!
Я расслабился, и Лара этим воспользовалась. Хороший получился поцелуй, сёстры так не целуют.
— Не нужно дёргаться, — оторвавшись от моих губ, сказала она. — Это просто знак благодарности за сочувствие. Ничего больше не будет, это я тебе обещаю. Ты сейчас куда?
— Пойду писать указ. Надо успеть до приезда жены, потом будет не до писанины.
— Счастливые! — сказала сестра. — Очень хочется увидеть Адель, но не буду вам сегодня мешать.
— Приходи после обеда, — пригласил я. — Меня почти наверняка не будет, так что вы с ней пообщаетесь.
С указом я просидел почти час, но он вышел на загляденье: написано было кратко, но ёмко и доказательно. Я постарался написать так, чтобы даже самым недалёким стало ясно, что во всех бедах виновата не семья Повелителя, а отказавшая ей в помощи верхушка дворянства. Храмы прямо не обвинялись, но несколько ясных намёков было. Если это прочитают многие, Гордой будет вынужден не нападать, а защищаться. Отец прочитал написанное и с изумлением посмотрел на меня.
— У тебя дар слова! Даже мне стало понятнее, что произошло. Но ты и здесь зацепил Гордоя. Не прямо, но всё же... Умные поймут.
— Пошёл он к демонам, отец! — сердито сказал я. — Что заработал, то и получил. Пусть ещё скажет спасибо за мою сдержанность, хотя от него не дождёшься благодарности! В Дарминии Салей выбил всю храмовую верхушку, включая Верховного жреца и его братство! И нормально: все молчат! Даже графы взбунтовались из-за обычаев, а не из-за...
— Держи такие мысли при себе, — оборвал Ларг, — иначе тебя не спасёт и дружина! У брата длинные руки, а ты не Салей. Он залил кровью всю Дарминию, потому и молчали.
— А я не предлагал их извести, — возразил я, — иначе не отпустил бы демона просто так. Если будут помогать, скажу спасибо, а если опять пустят в ход яды или ещё чего, сами запишут себя в число врагов.
— Иди, я сам отдам это на размножение, — сказал он. — И постарайся быть осторожней. Не думал переселиться в новый дворец? Вам там безопасней.
— Сегодня займусь гвардией, а потом переедем, — ответил я. — Отец, я буду ею заниматься только при условии, что мы выгоним Маржа и назначим на его место толкового офицера. Если он останется генералом, я лучше буду набирать и вооружать горожан.
— Я уже разрешил тебе делать всё, что считаешь нужным, — сказал Ларг. — Иди и работай. Как только освободится Адель, пришли её ко мне вместе с нашим новым магом.
До приезда жены я уже не мог ничем заниматься, только рассказал ей обо всём, что у нас произошло, смягчая то, что касалось лично меня, а об отравлении не сказал вообще. Узнает, конечно, но потом. Она мне тоже рассказала и о своём путешествии, и о том, как приняла Эмма. Зантор оказался прав: выслушав принцессу, Эмма Селди сразу же приняла наше предложение, поэтому Адель не задержалась в графстве Орташ. Встретил я их на ступеньках парадного подъезда, обнял жену и лишь после этого обратил внимание на вышедшую из кареты женщину. Понятно, почему Адель отдавала мне её с оговоркой. Орташская ведьма была эталоном женственности. На вид Эмме было не больше тридцати земных лет, и внешне она вроде бы мало отличалась от большинства красивых женщин, только почему-то каждый видевший её мужчина сразу понимал, что она — та самая, единственная и желанная, и что никаких других уже не нужно...
— Это магия? — спросил я Эмму, с трудом поборов её очарование.
— Нет, милорд, — ответила она. — Это последствие магии. Я омолодила тело, а заодно получила это проклятие для мужчин.
— А если изменить внешность? — предложил я. — Вы слишком совершенны во всём. Если хоть что-нибудь подправить...
— Пробовала, милорд, — грустно улыбнулась Эмма. — Это мой истинный вид, и молодость я могу сохранить, лишь сохраняя его. Небольшие изменения — и я начинаю стареть. Я не хочу разбивать сердца мужчинам, но ещё больше не хочу быть старухой. Я ведь не потому уединилась, что всё надоело, вовсе нет. Но сидеть в четырёх стенах, лишь изредка выходя к людям, — это не жизнь. А сейчас настали тяжёлые времена, и моё искусство может понадобиться многим.
— Прошу вас, миледи, пройти с нами, — пригласил я во дворец. — Комнаты для вас давно готовы. Раньше в них жил Зантор. Я говорил с ним незадолго до смерти. Он мало о чём сожалел, и среди этих немногих сожалений было то, что ему не доведётся вас дождаться. Не беспокойтесь, слуги доставят багаж. Вы не голодны? Мы недавно позавтракали, а обед будет не скоро, но я приказал, чтобы к вашему приезду приготовили что-нибудь вкусное.
— Мы перекусили в трактире, милорд, — ответила она. — Вашу жену надо будет накормить, а я уже давно победила жор, который терзает начинающих магов.
— У меня пока не получается, — пожаловался я. — Не поможете, миледи? А то иной раз так хочется есть, что трудно думать о чём-то, кроме пищи. Это сильно мешает.
— Не называйте меня миледи, — сказала Эмма. — Я даже не дворянка, а вы величаете как герцогиню. А насчет жора... Я попробую, но не могу обещать, потому что многие мои воздействия полноценно работают только для женщин. Большинство из них я отрабатывала на себе.
— Ладно, буду называть как графиню — ваше сиятельство. Обращаться к такой красивой женщине, называя её "ваша мудрость", как-то...
— Да, красота и ум не всегда сочетаются, — засмеялась она.
— Вам было обещано дворянство, — сказал я. — Маг тройки Повелителя и учительница принцессы должна быть дворянкой, вот вы ею и будете, причём титулованной. Я сам не придаю большое значение титулам, но это важно для других.
Мы проводили Эмму и направились к себе.
— Мне просто не верится в то, что я снова дома! — говорила Адель, прижимаясь ко мне на ходу. — Вроде уезжала на несколько дней, а так соскучилась, что готова затащить тебя за портьеру!
— Это было бы интересно, — засмеялся я, — но ты уж лучше потерпи до спальни. Там и покажешь, насколько соскучилась. А то ты не умеешь молчать...
— Я об этом забыла, — тоже засмеялась жена. — Пошли быстрее! Сейчас закроемся на полдня...
— На полдня не получится. У меня сегодня много дел, и ничего нельзя отложить. Через пять дней в столицу прибудут первые беженцы, а ещё через пять, если этому не помешать, появятся враги.
— Опять будешь рисковать жизнью, а я сидеть дома и сходить с ума от беспокойства! — с тоской сказала Адель. — Настанет ли такое время, когда мы будем вместе и мне не придётся трястись из-за тебя от страха?
Глава 30
— Чувствуется, что всё берёг для меня! — довольно сказала Адель. — Совсем загонял бедную женщину!
— Это ещё вопрос, кто кого загонял, — возразил я, подтягивая её к себе. — Мне уже никуда не хочется бежать, да и сил на бег не будет.
