Одновременно, не глядя в сторону, мысленно послал короткий приказ. Круглый светильник сразу же приглушенно замерцал, заставив тьму вжаться в углы. Ночь хороша, когда есть что скрывать, а сейчас мне нужно было видеть глаза наемника, чтобы понять, зачем он явился и чего от него следует ждать.
— Пришел пообщаться, — вкрадчиво начал Цирон. — Тихо так, наедине. Смотрю — а тебя нет, хотя комнатку вроде как не покидал. Дверь оказалась запертой изнутри да и с магией кто-то успел побаловаться. Ну, думаю, где бы не шастал наш маг, а назад все равно вернется, так что подожду его здесь. Вот и остался. Час прошел, второй, а тебя все нет и нет. Я уж уходить собрался, но тут Арочка как засверкала, а следом и ты показался. А теперь признавайся — где пропадал? — резко изменил он тон. — И не вздумай юлить, я ведь уже понял, что ты больше никакой не беспамятный. Только вот знаешь ли, кто я такой?
"Вот и до главного дошли", — обреченно подумал я, а вслух как можно беспечней сказал:
— Ага. Ты человек Севиала, его уши и глаза в стане врага.
— Верно, — с легким оттенком неудовольствия признал он. — И сейчас к этим ушам и глазам, как ты изволил выразиться, еще прибавится язык, чтобы довести до сведения небезызвестного нам лорда кое-какие непредвиденные обстоятельства.
— И что, тебе оно сильно надо? — небрежно обронил я. — Хочешь как можно скорее подчеркнуть свою верность, дабы не последовать за Зароном? Да только ничего из этого не выйдет, Цирон. Кому как не тебе знать, что Севиал по ходу воплощения плана в жизнь так или иначе избавится от всех нас. Уже начал, если ты заметил.
— Зарон сам виноват. — Цирон скрипнул зубами. — Побоялся, утаил амулет. Кто ж думал, что именно этот чертов предмет, не учтенный Шерраем, все нам испортит.
— Никто, — согласился я. — Это вышло совершенно случайно, но зато как кстати. — И я саркастично улыбнулся. — А теперь скажи, что это меняет?
— Да все, — процедил сквозь зубы наемник. — Как теперь тебя прикажешь направлять, как за тобой следить, если ты вновь получил возможность беспрепятственно мотаться по мирам?
— Да все так же, Цирон, — пренебрежительно ответил я. — Наблюдай, докладывай, но помни при этом, что с таким, как лорд Севиал, всегда нужно иметь кое-что про запас. Как Зарон.
— Ну ты сказал, — хмыкнул наемник. — Другой пример выбери, Арлин, а то этот уже не вдохновляет. И вообще, лучшее, что следует хранить — это верность. Вот уж она защитит куда лучше всяких штучек вроде твоего Хандила.
— Верность кому: лорду или Хенигасу? — ухмыльнулся я. — Убить могут оба, а угождать и тем и другим слишком долго не выйдет. Рано или поздно тебя обвинят в предательстве, и за чью спину ты тогда предпочтешь спрятаться? Севиала, который одержим лишь местью, или Хенигаса, за которым стоит сам Веланд? Что выберешь, признайся?
— Я уже давно выбрал, — огрызнулся он. — И это не Единые.
— Тогда что же ты сейчас так спокойно беседуешь со мной, а не бежишь к Севиалу как послушный пес, выкладывать последние новости? Молчишь, не хочешь отвечать? Хорошо, тогда я сам озвучу твои страхи. Ты стоишь здесь и изображаешь олицетворение верности, а сам мысленно прикидываешь, какой бы камешек поувесистей спрятать за пазуху, чтоб при случае как следует огреть лорда. Ты не доверяешь ему так же, как не так давно Зарон, хотя из последних сил убеждаешь себя в обратном. Ты врешь мне, но прежде всего самому себе! Хоть сам-то это понимаешь?! — Я почти кричал и наступал на наемника, загоняя его в угол. И что самое удивительное, тот не противился, не пытался меня остановить, а покорно отступал, с каждым словом становясь все бледней.
— Ладно, не ори, — наконец глухо выдавил он.— Иллюзия не выдержит. Какой ты, однако, пылкий. Жаль, только когда не просят. А теперь давай начистоту.
— Давай, — легко согласился я. — Только учти — раскрываться, так обоим. Хватит, наиспользовались втихую. Сам видишь, чем оборачиваются подобные игры.
Губы наемника растянулись в горькой полуулыбке и он медленно кивнул.
— Итак, что ты предлагаешь? — Его голос стал серьезен, как никогда раньше. Значит, мои слова таки заставили Цирона хорошенько задуматься. — Говори, не стесняйся. Клянусь, что дальше нас двоих это не пойдет... иначе и помирать ведь придется тоже вместе, — после короткой заминки прибавил он и оскалился, как хищный зверь.
Я с трудом сглотнул, представив себе эту безрадостную картинку: я и наемник перед Севиалом за одно мгновение до того, как нас обоих умертвят самым жутким способом.
Слова, которые я как раз собирался произнести, едва напрочь не вылетели из головы.
— У меня пока цель одна, — наконец сказал я чужим, скрипучим голосом, — а именно, спасти привратников. И ради них я готов пойти на многое, включая убийства, как бы мне это не претило. Севиал определил мою судьбу — хорошо, я буду ей следовать, но покорности он от меня не дождется, как и неукоснительного выполнения его замыслов. Но и вызывать излишние подозрения чересчур бурной самодеятельностью я тоже не собираюсь. Хочется лорду избавиться от Веланда, что ж, у меня желания схожие, и потому я постараюсь сделать все возможное, чтобы неудержимая месть одного убила обоих.
— А уверен, что располагаешь достаточной Силой для этого? — сдержанно поинтересовался Цирон. — И что касается твердости... Извини, конечно, но как бы ты не изменился, а скалой вроде Хенигаса с его холодным расчетом и непреклонностью тебе все равно не стать. И в итоге ты подставишь не только себя, но и меня. А жить я, Арлин, хочу, и желательно не хуже, чем до этого дня. Иначе выгоды мне от нашего перемирия просто не видать.
— Цирон, ну что ты все о выгоде, как прожженый торгаш на ближайшем базаре, — поморщился я. — Нет чтобы подумать о высоком. Например, о своей мечте.
— Мою мечту убили очень давно, маг, — и наемник как бы невзначай отвернулся. Но я, достаточно поднаторевший в разгадывании незаметных движений, поймал выражение застарелой боли в его глазах. Она вырвалась всего на миг из темных глубин и так же быстро опустилась на дно, вновь прикрываясь хорошо знакомой мне коркой ледяной непроницаемости. И голос Цирона, чуть дрогнувший при слове "мечта", обрел прежнюю твердость, когда он бесстрастно продолжил: — Вот тогда-то Севиал и подобрал меня, как безродного пса и сделал тем, кем я, наверное, и помру.
— Ну у нас две крайности... — невесело покачал я головой и тихо вздохнул. — Давай лучше поговорим о моих возможностях, а они нынче, если ты понял, совсем не те, что раньше. Так что если ты просто не станешь вставлять мне палки в колеса, что-нибудь да выйдет.
— Как многозначительно ты это сказал, — издевательски отозвался он, — "что-нибудь". Лично я предпочитаю знать точно, надеешься ты на "абы" да "кабы", как это вечно бывает у вас, магов, или действительно обладаешь способностями, достаточными для воплощения своего плана в жизнь.
— Обладаю, — коротко ответил я.
Цирон прищурился.
— Врешь — не врешь, — словно про себя проговорил он, разглядывая замысловатый узор на ковре. И вдруг резко вскинул голову, уставившись мне прямо в глаза, словно пытаясь пронзить насквозь. И от его взгляда, похожего на заиндевевшую сталь, я невольно поежился.
Странная полуулыбка, блуждающая по губам наемника, спокойствия не прибавляла, хотя и угрозы в себе не несла, в этом я мог поклясться.
— Ну хорошо, считай, что я тебе поверил, — наконец неторопливо, будто делая мне одолжение, проговорил Цирон, — но учти — подведешь и я извернусь, но подставлю тебя так, что из когтей Севиала уже не вырвешься. — И он протянул мне руку.
— Взаимно, Цирон, — беззлобно усмехнулся я, скрепляя наше перемирие крепким рукопожатием.
— Ну вот и чудненько, — подытожил он и неожиданно широко зевнул. — А раз так, пойду-ка я теперь вздремну. Пока еще есть такая возможность. Чувствую, согласившись действовать с тобой заодно, скоро я вообще не буду смыкать глаз, а, маг, разве не так?
— Так, так, — согласился я. — Только как уходить собираешься? Учти, если через дверь, тебя может увидеть Ирнин и тогда лишних вопросов не избежать. тебя может увидеть действуя с тобой заодно у магов, или обладаешь достаточными
— Уйду я, как и пришел, очень незаметно, — пренебрежительно отозвался наемник и запустив руку в карман, зажал что-то в кулаке.
Я наблюдал за ним с отстраненным интересом, как за чем-то давно и насквозь знакомым и чувствовал, как губы кривит легкая полуулыбка. Напряжение схлынуло, и на смену ему вновь пришла жуткая усталость. По правде говоря, я радовался, что наша малоприятная беседа подошла к концу, и теперь с плохо скрываемым нетерпением ждал, когда же Цирон наконец уберется из комнаты. Я был разбит, впереди маячила безнадежность, но показывать наемнику собственную слабость опасно.
Я не обманывался понапрасну. Это Цирон не понимал, что несмотря на только что высказанные уверения, даже завтрашний день оставался покрытым непроницаемым мраком, не говоря уж о том моменте, когда Севиал и Веланд столкнутся лицом к лицу. Возможно, это произойдет благодаря мне, а возможно, и нет. Но подобная неопределенность пугала, подавляя волю и туманя сознание и если об этом догадаются — меня просто раздавят.
Я сам не заметил, как в упор уставился на Цирона, явно заставляя его нервничать. На самом деле я смотрел сквозь него, в пространство, словно надеясь там отыскать поддержку. Вот только он об этом не знал, а потому сердито сверкнул на меня глазами.
Странно, но мне даже нравилось тихо доставать наемника, хотя по натуре я не был таким уж садистом. Просто приятно осознавать, что еще кто-то кроме тебя чувствует себя не в своей тарелке.
— Может, отвернешься? — вдруг буркнул Цирон с явным неудовольствием в голосе.
— А ты что, из особо стеснительных? — Я удивленно вскинул брови, а про себя рассмеялся от души, созерцая столь редкую картину — застенчивый наемник. — Ведешь себя как девчонка на смотри...
Договорить не удалось. Магия, которую я мгновенно опознал как перемещающую, рванулась на волю, замыкая вокруг наемника плотный кокон. Меня весьма недружелюбно откинуло к ближайшей стене, но иллюзия благополучно замяла громкий стук моей пустой головы о тонкую межкомнатную перегородку.
Я потрогал затылок и болезненно поморщился. Цирон же сверкнул широкой улыбкой и эффектно удалился в ореоле мерцающего света и тумана, призрачными волнами растекшегося по комнате.
— Вот так всегда, — проскрипел я ему вслед. — Мир вроде как заключишь, но мордой тебя все равно норовят двинуть обо что-нибудь потверже. Так сказать, на прощание, чтоб душа радовалась. Ну ничего, Цирон, я тоже человек в меру злопамятный, так что при случае отвечу не хуже.
Сдернув иллюзию, как ненужное покрывало, я уселся на изрядно помятую постель, уговаривая себя плюнуть на проблемы и поспать хотя бы несколько оставшихся до рассвета часов. Незачем кому-то видеть меня завтра с мешками под глазами и физиономией, бледной от бессонной ночи. Это может навести на определенные размышления, что в моей нынешней ситуации весьма нежелательно. Да еще чертова проверка. Веланд наверняка придумает что-нибудь особенное, расстарается, так сказать, для новоявленного ученика.
Я зевнул, как совсем недавно Цирон, во весь рот, и завалился на кровать с ногами, уже где-то на полпути крепко смыкая веки. Мрак радостно устремился навстречу, обхватывая голову невидимыми, но очень сильными руками. Мысленно я испуганно зажмурился, когда что-то еще более темное и непонятное стало выползать из сгустка тьмы, распространяя ощущение бесконечной пустоты.
Кажется, я рванулся прочь от неизвестного предмета, внушающего мне безотчетное чувство страха, только усиливающегося с каждой секундой. Навстречу тут же понеслись коридоры строения и мое тяжелое дыхание громом звучало среди их мертвой тишины. Изредка мелькали заросшие паутиной зеркала, которые не столько что-то отражали, сколько обезображивали неясный образ, мечущийся по закоулкам собственного видения. Ощущение, что я оказался в западне, ледяными пальцами схватило меня за горло и я начал задыхаться, судорожно шаря вокруг себя руками, будто пытаясь зацепиться хоть за что-то, способное помочь мне освободиться от кошмара. Боль ожгла ладонь, скользнувшую по холодной грубой поверхности с глубокими насечками, и я перестал дышать, чувствуя, как поднимается ужас, выталкивающий из горла приглушенный крик.
И тогда я проснулся.
Сквозь неплотно задернутые шторы пробивалось слабое свечение Убежища, жалкое подобие света иных миров. Потолок надо мной, украшенный по периметру изысканным орнаментом, ненавязчиво напоминал, где именно я нахожусь. И все же еще долго я лежал, невидящим взглядом уставившись вверх и содрогаясь от того липкого страха, что преследовал меня во сне и теперь засел внутри, где-то очень глубоко, но прочно. И время от времени шевелил острыми когтями.
Словно желая убедиться в иллюзорности кошмара, я медленно поднес руку к глазам... и резко втянул в себя воздух сквозь крепко стиснутые зубы. Кровь запеклась длинной полосой, наискось пересекающей ладонь как раз там, где она коснулась загадочного предмета. Вот тебе и сон.
Я с трудом сполз с постели и подошел к умывальнику. Побрызгав холодной водой в лицо, враждебно уставился на свое отражение в небольшом зеркале. "Вот она — рожа предателя", — саркастически прокомментировал я, созерцая будто обведенные серым запуганные глаза и бледные подергивающиеся губы.
В дверь тихо поскреблись, и я еле сдержался, чтобы не послать незваного гостя ко всем чертям, пусть даже это будет сам Веланд. Хотя тот так осторожничать вряд ли станет, и если уж надумает проведать так называемого ученика, то непременно войдет безо всякого стука как единовластный хозяин в собственные покои. Это же наверняка пожаловал Ирнин, дабы с важным видом сообщить, что давно пора выматываться из комнаты и заниматься тем, чем, собственно, и положено заниматься Единому. И я поспешно вытер лицо полотенцем и метнулся к двери, на ходу залечивая рану простеньким заклинанием врачевания.
Ирнин нервно отшатнулся, когда дверь резко распахнулась и горящие глаза бывшего одиночки уставились прямо на него.
— Добр... — начал он и, запнувшись на полуслове, неловко замолчал.
— Доброе, — не особо дружелюбно поприветствовал я его и пригладил всклокоченные волосы, стараясь придать себе более-менее приличный вид. — Что, все уже встали?
Из-за плеча мага я смущенно отметил полное безмолвие пустынного коридора и укорил себя за то, что так разоспался. Хотя, учитывая, что за ночка мне выдалась, вообще мог беспробудно продрыхнуть целые сутки.
— В такую-то рань? — презрительно фыркнул маг. — Да только единицы здесь считают лишние часы, отведенные на сон, пустой тратой времени. Остальные же редко упускают возможность наспаться всласть. Вот и тебя я тоже разбудил, да?
Я отрицательно качнул головой, но Ирнина это явно не убедило.
— Плохо выглядишь, Арлин, — напряженно отметил он. — Что-то не так?
— Да на новом месте всегда плохо спится, — непринужденно махнул я рукой и принудил себя улыбнуться. — Ну да ничего, пройдет со временем. А что это у тебя? — стремясь увести разговор подальше от опасной темы, кивнул я на увесистый сверток в руках мага.
