Я, вздохнув, приоткрыл глаза. Наверное, именно эта черта превратила его из героя в раба своих убеждений — он жил лишь для других. Он и умер для других, остался совершенно один — ни семьи, ни друзей. Вот так наверно и заканчивают большинство героев, да, Арчер?
— К взлету готовы, — оторвало меня от изучения данных с планшета Кала.
— Кто-то на все руки мастер, я посмотрю, — заметил я, пристегивая ремни и закрепляя рюкзак.
— А кто-то не так уж и владеет хваленым навыком Верховой Езды, — с ехидным смешком сказала спереди экзекутор, что-то щелкая на панели перед собой.
— Туше, — признал я, фыркнув в ответ. Навык Верховой Езды — это классовая способность Слуг Сейбер и Райдер. Позволяет в совершенстве управлять любым транспортным средством, то есть даже тот же Искандер или Медуза Горгона без труда бы могли бы управлять хоть грузовиком с прицепом, хоть пассажирским лайнером.
Но я ведь ИЗБРАННЫЙ, поэтому высшие силы решили, что такая фигня мне не нужна. Сволочи. Сначала я, конечно, попробовал сам сесть за штурвал, но внезапного озарения и качеств пилота не возникло. Так что пришлось перебраться на заднее место и смириться с тем, что мой предел — велосипед. Которого у меня нет. Зато есть данные, которыми со мной поделилась Бартомелой. Не за спасибо, разумеется.
Вообще, меня не покидало чувство, что в конце все сложилось именно так, как хотела эта женщина. С одной стороны она отпустила Рин, предоставила мне кое-какие контакты, помогла разрулить с драгоценностями и прочее. С другой стороны, ее официальный протекторат над семьей Тосака не только ставил точку над возможными шепотками о перевороте, но и несколько связывал нас. Также по завершении войны на мне висела некая призрачная "услуга" Лорелей в будущем, и совершенно очевидно, что она попросит не диван ей подвинуть или сумку потаскать. Изначально, конечно, разговор шел о ряде услуг, но мне удалось сбить до одной и нескольких обязательных появлений в присутствии Бартомелой в качестве сопровождающего на официальных мероприятиях. Тут мы с ней были солидарны: все, кому надо, увидят, кто главный. Ей авторитет, мне комфортно провести вечер, не шарясь где-нибудь, сражаясь с очередным монстром-переростком. С тентаклями. Я поморщился и, тряхнув головой, приложился к мешочку, наполненному магическим льдом. Последнее время тело просто горит, головные боли стали появляться гораздо реже, чем в первые дни, но зато намного больнее.
— Кала, ты знала, что у Зелретча была ученица? — спросил я, наслаждаясь холодком.
— Юстиция фон Айнцберн, та, которая стала первым и основным сосудом? — не оборачиваясь, спросила церковница.
— Нет, Фьоре Престон Игдимилления, гений духовных эвокаций и мастер в изучении призывов, — ублюдок-вампир, что же ты задумал?..
* * *
Сила, способная убивать драконов, была осквернена чистой яростью Ангра-Манью, тихое и спокойное сияние было заменено яростным черным пламенем. Эвенджер, влившись в тело Зигфрида, ударил Благородным Фантазмом. Черная волна огненного гнева подобно вулкану разорвалась в сторону противников, разрушая все на своем пути.
— Риосса! — концептуальный щит, защищающий от большинства атак магического характера. Проекция круглого щита с рисунком солнца ярко засияла, блокируя более мощную атаку, чем мог принять даже оригинал. Арчер Красных, тут же ухнув, припал на колено, раскрошив куски горной породы под ногами. С трудом удерживая защиту, лучник сжал челюсти с такой силой, что его зубы готовы были раскрошиться от напряжения, мышцы во всем теле отозвались невероятной болью от нахлынувшего давления. Металл в руках Арчера тут же стал неимоверно тяжелым. Словно гидравлический пресс, он придавливал Слугу к земле. Трехметровая в длину траншея от ног мужчины все углублялась, грозясь похоронить лучника.
— Жуайёз! — прошептал Широ, встав за спиной своего Слуги. По легенде этот меч принадлежал основателю Священной Римской Империи, Карлу Великому, и долгие годы служил ему верой и правдой, пока не погиб его хозяин. Вместе с Карлом исчез и оригинальный Жуайёз. Некоторые утверждали, что лезвие оригинального меча меняло цвет и яркость, но он бы не стал фантазмом, если бы это были все его свойства. Истинная сила оружия была не в разрушительной мощи, как у Каладболга, меча легендарного героя Ирландии Фергюса, и не совершенной остроте, как у Монохоши Зао, длинной катаны мифического самурая. Жуайёз был поддержкой, надежной опорой, призванной помогать и защищать, меч, который возможно имел частицу копья, убившего Иисуса. Оружие, целью которого было не нанесение урона, а поддержка. Широ спроецировал "радостный" меч и ударил им в щит Арчера изнутри.
Вторая яркая вспышка осветила разрушенный городок, черное пламя Бальмунга взревело в ярости, сжимая Риоссу, словно когтистая лапа чудовища, пытающаяся раздавить непокорный камень. Щит заметно треснул в центре, но свет, не угасая, отражал яростный поток жара, пока в огромном радиусе вокруг земля плавилась, превращаясь в поток черной ядовитой магмы. Ударная волна породила небольшое землетрясение, заставившее развалиться остатки разрушенных домов и небольшой горы, на вершине которой недавно сражались Слуги. Паутины трещин на земле, разошедшиеся вокруг противостояния тьмы и света, извергали удушливые газы под огромным давлением, накрывая образовавшуюся долину густым горячим паром...
* * *
Прикрывшись рукой и отступив на шаг от первой ударной волны, Каспар переглянулся с прищурившимся копейщиком. Слуги кивнули друг другу и, не сговариваясь, начали действовать. Быстро переведя мушкет, мужчина прицелился в то, что захватило тело Зигфрида. Ангра-Манью, был концентрацией чистого зла, стремящегося уничтожить всех людей. Пусть Каспар и был фальшивым Героическим Духом, его призванием было бороться за выживание человечества, как и у всех других Слуг после смерти. Черный Сейбер больше не был его союзником, он был угрозой жизням людей, и его требовалось уничтожить. Стрелок чувствовал сомнения своего мастера, чувствовал отголоски страха.
— Мастер? — протелепатировал Слуга. — Если ты хочешь, то я...
— Нет, Арчер... — стрелок буквально видел, как маленькие кулачки его мастера сжимаются на подлокотниках инвалидного кресла, как ее пронзают сомнения и давит ответственность.
— Что бы ни случилось, Фьоре, я всегда буду на твоей стороне, — пообещал Каспар. Хотя он понимал, что мастер не сможет увидеть улыбку, появившуюся на его лице, каким-то шестым чувством охотник знал, что девушку она все же достигла.
— Я знаю, Арчер, — ответила Фьоре, принимая тяжелое решение. — Как твой мастер, я приказываю уничтожь Ангра-Манью.
Мужчина мягко нажал на спусковой курок, выпуская смертоносный снаряд.
Лансер молниеносно рванул в сторону, избегая атаки Эвенджера и делая небольшой крюк, чтобы атаковать противника с тыла. После того, как взорвалась сама земля вокруг противостояния двух Благородных Фантазмов, копейщик подпрыгнул в воздух и метнул свое копье.
— Гаэ Болг! — красная вспышка осветила ночное небо и подобно метеору обрушилась вниз.
Сквозь шквал огненной геенны Пуля Обречения Каспара устремилась к лицу измененного Слуги. Эвенджер с легкостью поймал фантазм Черного Арчера, когтистая перчатка слабо осветилась небольшим взрывом. Лишь легкий, едва заметный дымок свидетельствовал о попытке достать его столь слабым фантазмом, но в то же мгновение в спину Зигфрида ударил Гаэ Болг. Благородный Фантазм Кухулина, его сильнейшая атака класса Анти-Армия, что могла тяжело ранить даже Слугу с самой большой Сопротивляемостью Магии и параметром Удачи возможно выше ранга-А.
Алая смерть из полусотни концептуальных атак одновременно на скорости почти шестьсот метров в секунду ударила в защищенную лишь доспехом спину Драконоубийцы.
Не имело значения, где именно будет слабая точка Зигфрида, место, куда прилип лист и которого не коснулась кровь Фафнира. Небольшой участок кожи на спине, который и позволил убить героя германских сказаний в прошлом. Невозможно было уклониться, слишком поздно, чтобы защититься, ведь сейчас мечник атаковал своим фантазмом...
— Казыкли Бей.
Тьма, острая, быстрая и убийственно опасная. Подобно иглам тысячи кольев выросли из земли, не только закрыв спину Сейбера, но и атаковав Лансера. Череда мощных взрывов раскидала по округе тысячи обломанных кусочков черной стены, запах горелого металла и дерева распространился вокруг, разносясь воздушными ударными волнами. Хотя часть фантазма пробила черную стену насквозь, частично задев некоторые участки тела Ангра-Манью, алый звездопад смерти не достиг своей цели. Недовольно цокнув, копейщик, виртуозно изогнувшись, успел оттолкнуться рукой от шипа, который должен был пробить его голову. Второй рукой Кухулин успел вычертить огненную руну Ансуз и сжечь первые ряды атакующих его кольев.
— Что за черт! — воскликнул Каспар, делая прыжок назад, когда черная волна шипов подобно плавнику акулы в море повернулась и понеслась в его сторону, угрожающе раскалывая землю вокруг себя.
— Нараяна!! — выкрикнул лучник, развеяв щит и спроецировав новый фантазм.
Две черные волны столкнулись подобно двум бойцовским псам. Две пасти из тысячи клыков рвали друг друга с неистовой яростью, круша все вокруг, разверзая землю и поднимая клубы грязи и дыма. Осколки и обломки с чудовищным скрежетом и хрустом летели во все стороны, норовя задеть случайных жертв, но Слуги без труда смогли уклониться.
Шики, прикрывая Викторию, быстро отступал. Сражение Героических Духов, это все же был совершенно иной уровень. Даже через все защитные руны японец чувствовал неимоверный жар, а острые куски чего-то опасного, летящие во все стороны на огромной скорости, так и норовили заколоть его и его спутницу. Земля вокруг разрывалась сотнями взрывов, оглушая и дезориентируя, а частые и мощные воздушные ударные волны сбивали с ног и неприятно били по барабанным перепонкам. Плащаница и магия защищали его от ядовитых испарений, но женщине, явно приходилось напрягать все свои Магические Цепи, чтобы не дать газам отравить ее организм. Подхватив наемницу на руки, Нанайя максимально ускорившись, побежал к более безопасному месту поодаль. Виктория, откашливаясь и прикрываясь специальной тканью, высматривала подходящую траншею или кратер, за которым бы они могли укрыться. Земля содрогнулась вновь, когда две черные тени в свете луны столкнулись за спинами людей...
Настоящий ураган ударов обрушили Слуги на Эвенджера, пытаясь сокрушить необычного врага. Копье Кухулина мелькало красными размытыми всполохами едва различимо даже для других Слуг. Настоящий град пуль и стрел обрушили Каспар и Арчер-ЭМИЯ, в то время как Широ поддерживал и усиливал их атаки с помощью своей проекции. Но Зигфрид выстоял, несокрушимой крепостью, он отражал атаки одну за другой своим двуручным мечом и копиями поглощенных фантазмов. Его естественный защитный фантазм, покрывающий почти все тело, практически полностью нивелировал любой прошедший сквозь защиту урон.
— Я — основа моего клинка, — сломанный меч без второй половины лезвия, фантазм, олицетворяющий последнюю битву известного героя, его победу и смерть. Последнее оружие знаменитого скандинавского героя Беовульфа, верный меч, что согласно легенде никогда не покинет своего хозяина. Он был дарован герою для того, чтобы одолеть дракона, но, к сожалению, был сломан так же, как Хрундинг. Однако это не сломило дух Беовульфа. Серебряный свет прошелся вдоль всего меча, заставив гарду мягко сиять, сломанное лезвие вновь тихо зарычало, ибо призвать его можно было лишь с одной целью.
— Неглинг! — воздух взорвался новой вспышкой, рассеяв остатки тумана и едкого дыма, серебряная стрела рванулась вперед, разметав черные шипы словно картон, дабы исполнить долг, возложенный, но не исполненный перед ее последним хозяином.
Зигфрид был великим Драконоубийцей, однако, искупавшись в крови монстра, он приобрел не только его концептуальную защиту, но и слабость. Он сам стал существом, родственным с драконами. Страж Противодействия обратил его силу в слабость, но...
— Авесґта: Купол Тьмы Записанного Созидания, — Эвенджер выбросил руку вперед, мгновенно создав белую стену из черепов и костей.
На вид очень хрупкая, казалась бы, множество пустот, неровностей и дыр должны были сделать ее хлипкой, но как только серебряная стрела ворвалась в преграду, словно тысячи костлявых рук схватили ее одновременно, затормозив ревущую ярость и запятнав скверной. А затем стена погрузилась вместе с фантазмом в черную жижу, потихоньку выливающуюся из пустых глазниц черепов. Пускай тело Зигфрида и было уязвимо к концептуальному урону Неглинга, теперь Эвенджер владел несколькими видами защиты и атак.
— Да кто же ты такой?! — Лансер первым прорвался сквозь развалившуюся стену черных кольев, атакуя голову врага, но Сейбер парировал своим двуручником.
— Твоя смерть, копейщик, твоя сила будет моей, — прошипел Ангра-Манью, отведя удар в сторону и попытавшись протаранить Слугу шипованным плечом.
Кухулин немного отклонил корпус, пропуская удар, и уже хотел атаковать открывшегося противника в корпус древком своего копья, когда шипы из наплечника неожиданно вытянулись, едва не пронзив его. Вынужденный продолжить отклонение корпуса в бок и вниз, чтобы избежать пронзания, он попал в ловушку. Злобно усмехнувшись, Зигфрид так же быстро удлинил шип на локте и прибил Лансера к земле, словно муху иглой. Лишь невероятная скорость реакции и тела смогла спасти Кухулину жизнь, и вместо сердца черный шип пронзил его легкое. В тот же момент, не растерявшись, копейщик ударил Гаэ Болгом в голову мечника, но тот успел отклонить ее, и лезвие наконечника лишь немного оцарапало щеку Сейбера.
Однако этим успел воспользоваться Каспар, пуля влетела прямо в глаз отвлекшегося Эвенджера и, пробившись внутрь, разорвало голову изнутри. Череп рассыпался тысячами черных кусочков, едва не задев в последний момент успевшего обломать шип и отскочить Лансера.
— Что за черт это был? — не особо надеясь на ответ, спросил копейщик, не теряя бдительности, осматривая упавшее тело.
— Это не конец! — выкрикнул лучник, создавая новую проекцию.
Тело, слегка дернувшись, начало медленно подниматься, а черная грязь — восстанавливать утраченную часть тела.
— Ну уж нет! — Кухулин призвал руны в максимально эффективную атакующую комбинацию и одновременно ударил своим оружием. Десятки сквозных дыр от копья, оставляющего незаживающие раны, и магическая атака рунной высокоуровневой магией превратили Эвенджера в обожженный кусок плоти. Последующая атака "дробью" из мушкета разбила почти каждую косточку почему-то обмякшего тела, а еще один серебряный меч, принадлежащий знаменитому охотнику на нечисть, вонзился в грудь точно в то место, где у Слуги должно было быть сердце.
— Отпевание! — активация святых печатей и молитв осветила черное тело, превращая его в прах. — Широ, не встревай, — протелепатировал Арчер-ЭМИЯ. Он понимал, что парню тяжело стоять в стороне, но показывать способности его мастера лишний раз было очень плохой идеей. Черные наверняка уже что-то подозревали, поэтому открываться еще и перед Красными очень не хотелось.
