Далее роль играет фактор предсказания. Боевик-предсказатель — сложный противник. Этот дар сходен с интуицией и компенсирует её. Никогда не встречала одновременно и интуита, и предсказателя. Это не совместимо, а мы с тобой идём путём интуитов, так что забудь про предсказания. Есть и третий фактор, самый, пожалуй, главный — это незнание.
— Но разве интуиция...
— Нет! Интуиции нужно направление, если хочешь — цель. Параноик-интуит — это мой случай, — улыбка. — И меня невозможно застать врасплох атакой. На Земле таких магов единицы. Но даже паранойя имеет границы, и за ними интуиция слепа и глуха. Никакое заклятье или зелье не застанет меня врасплох, но я не вижу лжи в чужих словах, не могу чуять направление и не найду с тысячи попыток нужную книгу в библиотеке без каталога. А чтобы переправить интуицию с одного на другое, нужная долгая медитация или смена образа жизни.
Так вот, фактор, работающий против врага, иначе можно назвать неожиданностью. Опытный интуит сам по себе сломает твою тактику, отразит "неожиданное" заклинание, угадает контрчары к твоей защите, обойдёт ловушку и уклонится от атаки сзади. Но только если он находится внутри схватки, играет по давно знакомым правилам. А в родном доме, расслабившись, он гибнет от удара ножом в спину или отравится зельем. В бою проигнорирует "Аваду" от подростка или Дамблдора, а на "конфринго" от восьмилетней девочки может и не среагировать. Ведь это "не по правилам". Неожиданность! Итак, наша с тобой первая и основная тактика называется "Обдумай, ошеломи и сокруши" (англ. think over, stunned, smash — TOSS), или TOSS. Чем неожиданней ход, тем больше эффект. Чем быстрее исполнение, тем больше эффект. Заранее предостерегу — ход должен быть не просто неожиданным, а за пределами опыта, разумения врага — например, многие боевики не игнорируют атаку парализованного пленника, если у него в руках осталась палочка.
Ну и последнее, что надо знать по теории: опытный окклюмент до начала исполнения замысла защищён от интуиции противника. Помогает только после парочки особенных ритуалов, которые мы сейчас и проведём. Почему так? Лучше промолчу — теорию связи интуиции и контакта сущностных матриц пока тебе недоступна.
Три месяца назад, поместье Дамблдора.
— ...последнее средство, — вздохнул старый маг. — Только если речь идёт о жизни и смерти, и если выполнены все перечисленные мной условия, используй это. Эта магия не запретна, но только потому, что малоизвестна. И помни об откате — не рассчитаешь и сгоришь, как спичка, в разожжённом собой же костре.
18:24, система ловушек под запретным коридором.
TOSS. Пункт первый — обдумай.
"Нет средства сильней, — спокойно и даже несколько отстранённо рассудил Гарри, краем сознания следя за разговором. — Только дождусь нужного момента. Выбора тоже нет — если насчёт меня и Гермионы Атика придумала какую-то "последнюю страховку", то Рон беззащитен. Я должен убить их всех".
Убить слугу Тёмного Лорда и убийцу Грефронта — насколько нелепо выглядела эта мысль! Но выбора не было. И Гарри начал действовать, как только смертник разорвался магической вспышкой.
TOSS. Пункт второй — ошеломи.
"Петрификус тоталус", да ещё и выдыхающийся, спал будто сам по себе. Невидимое и потому не снятое кольцо на пальце исторгло искоркой основную палочку Гарри — с некоторых пор он носил в руках запасную. Лёгкое "секо" — и кровь щедро оросила пол.
— Моей кровью и волей заклинаю, — хрипло прошептал мальчик. — Сешсар Ойашэс. Убей моих врагов!
Ритуал получил щедрую подпитку. Кровь наследника древнего рода,— гравитация утратила власть над красными каплями, закружившимися в странном танце вокруг мальчика. Не тёмная и не светлая — это волшебство имело золотистый окрас с зелёными вкраплениями. Гарри не знал, но именно таковой была настоящая магия жизни, жалкий осколок, чудом сохранившийся и найденный когда-то Альбусом Дамблдором. Рана на руке закрылась, а золото чуть потемнело — и выстрелило шестью струями.
TOSS. Пункт третий — сокруши.
— Петра спицум, археавис, секо, игнис эльро, игнис сферс, археа мотус, эл-рефлекто, трансус мотус, археавис, эл-делерет, эл-протего, петра спицум! — выкрикнул Гарри самую длинную цепочку заклинаний в своей жизни.
18:29, там же.
Квирнус Квирелл среагировал, лишь когда Тёмный Лорд крикнул ментально: "сзади!" Разворот, кристальный щит, ещё один, третий — Квирелл выжимал из себя все силы. Чувство опасности буквально кричало: "это смерть!" Кристальный щит — самая мощная защита, которую Квирнус мог создать без Волдеморта, а тот банально не успевал принять управление. К счастью, этого хватило.
Первый щит, переливающиеся грани спаянных воедино "рефлекто" и "протего", вместе гасящих могучие молнии и взрывы маггловских тактических ракет, потрескался и рассеялся дымкой освобождённой магии. Второй разлетелся осколками, отразившимися от личного "эгиса". Третий просто потух, вслед за ним потух и "эгис", и на этом чужое заклятие выдохлось. А вот остальным повезло куда меньше — прежде чем возвести ещё один "эгис", удачно поглотивший "светлое пламя", отбросивший кусок стали и погасивший чары трухи, Квирелл заметил четыре трупа. Молодой ликвидатор, тот, кого он определил как последнего смертника, Тэсия да парализованные заложники — вот и все выжившие.
"Мальчик хорош, — одобрительно подумал Волдеморт, который совсем не испугался. Ещё бы, ему грозило, максимум, лишиться тела! — Пусть выживет".
"Петрификус тоталус вольюм, — объёмная парализация лишь скользнула по чужому щиту, и Квирелл перешёл к тяжёлому калибру. — Тогрус! — белая молния ударилась об объёмное "рефлекто", продавливая его, развеивая, но вот объёмное "протего" под ним выдержало. — Тогрус!"
Вторая молния прошила "протего", и Гарри Поттер повалился наземь. Квирелл огляделся. Ему весьма повезло — Тэсия слепо шарила рукой в поисках палочки, от её плаща, ободранного, пробитого и обгорелого, странным образом сохранился капюшон. Выживший ликвидатор с ужасом смотрел на останки коллеги — высохшую мумию. Точно так же выглядели трое боевиков, только одного ещё и опалило "тёмным пламенем", а рядом с Тэсией лежало два трупа маленьких драконов незнакомой породы.
"Помоги ей, — велел Волдеморт. — последний смертник и ликвидатор нам пригодятся".
Квирелл ждал обратного приказа, но раз Тёмный Лорд решил пропустить удобное время — его дело. Маг подошёл к Тэсии, сунул ей в руку палочку. Та чуть расслабилась, привстала, опёршись на стенку, дрожащей палочкой трансфигурировала плащ в целый и глотнула какого-то эликсира, уцелевшего чудом. Затем женщина рявкнула на ликвидатора:
— Приди в себя, тряпка! Эликсир выпьешь или самой его в глотку запихать?
— Да, — рассеянно ответил молодой ликвидатор, машинально делая требуемое. — Он мёртв, да?
— Мертвее мёртвого, — усмехнулась Тэсия. — А ты ещё жив и если хочешь жить — шевелись!
— Мой наставник...
Убийца не стала выслушивать, а подошла к магу, рванула его за плащ, разворачивая к себе:
— Он мёртв, но ты жив. Ещё жив. Понимаешь, о чём я? Дамблдор церемониться с тобой не будет! Поцелуй дементора — слыхал о таком?
— Я... понял, — хрипло ответил ликвидатор, отстраняясь. — Что... что делать?
— Видишь барьер? — указала она на последнюю преграду, неожиданно возникшую за опавшим Пустотным Пламенем. — Сними, и побыстрее. Я помогу, только говори, что делать.
Смертник, между тем, поднял палочку, становясь на стражу выхода. Квирелл, подчиняясь Волдеморту, сковал Гарри верёвками и обернул в специальный щит, прозрачный и не дающий пользоваться магией, прислонил напротив парализованных детей и привёл в себя.
— Гарри Поттер, — протянул Квирнус, невольно копируя тон своего господина. — Скажи, чего ты хочешь? Власть, деньги, сила, быть может, знания?
— Ничего, — тихо ответил мальчик.
— Ничего, — эхом откликнулся Квирелл, транслируя слова Волдеморта. — Неужели у тебя есть всё? Слава да дед-маразматик — вершина твоих мечтаний?
— Всё остальное я добуду сам, — твёрдо произнёс Поттер.
— Верю, — уважительно кивнул Квирелл. — А как насчёт этих детей? Тебе ценна их жизнь?
— Только Рон, — ответил Гарри после паузы.
— Честно. Значит, девочка не нужна... Что ж, пусть живёт, — Квирнус жестом отбросил тело Гермионы к выходу, содрогаясь от отвращения — что он делает?! Но нет, играть до конца, иначе... — А Рональд познает мой гнев — круцио!
Лишь расширенные зрачки выдавали, что Рон чувствует боль. Паралич не давал ему двигаться, только зрачки, их хаотическое метание — Гарри с ужасом смотрел на пытку.
— Так платят за свои ошибки, Гарри, — Квирелл не мог понять, он ли улыбается или его губами улыбается Тёмный Лорд? — Болью и жизнью других. Девчонка тебе не нужна — как думаешь, что мне с ней сделать?
— Ты обещал, что она будет жить, — выдавил Гарри.
— О, хитрость, — ухмылка. — Значит, ты рассчитывал, что ненужного я просто оставлю в покое? Наивно, Гарри, наивно. Или... — Волдеморт глазами учителя ЗОТИ уловил нужное. — А, ты думал, я просто убью её, без пыток? Хороший план, признаю, но мой господин видит всё. Она будет жить, ручаюсь, но руки, — небрежное "секо" просвистело рядом с девочкой, — ей не нужны. Ноги тоже, верно? — тяжёлое дыхание и отчаяние на лице в ответ. — Ещё — глаза, знаешь, такое чудное заклятие, "коньюктивитус", ослепляет навсегда, если недоглядеть. А Круциатус наведёт лоску — разум я ей сохраню, а кошмары останутся на всю жизнь.
"Не переигрывай, Квирелл!"— одёрнул слугу Тёмный Лорд, и тот замолчал.
— Чего ты хочешь?
— Жаль, но Непреложные Обеты под нажимом не работают, — деланно посетовал Квирелл. — Всё просто — ты первым войдёшь внутрь той залы, — мах в сторону. — Войдёшь по доброй воле и достанешь мне камень. Философский камень. Всё равно, как ты это сделаешь, но если не сможешь... — Дав Волдеморту сполна насладиться эмоциями мальчика, Квирнус продолжил. — Если не сможешь, я отрублю ей руку, только не "секо" — господин научил меня замечательному проклятию, после которого нельзя вернуть конечность. Оно разрезает саму сущностную матрицу — слышал, что это такое? — судя по выражению лица — слышал. — Ну а Рональд, раз он не нужен тебе, лишится и рук, и ног.
— Зачем? — тихо спросил Гарри. Квирелл не понял, а вот Волдеморт — да, и его слуга передал ответ:
— Зачем мы творим зло, Гарри? — прищурился Квирнус. — Видишь ли, зло и добро — бессмыслица. Есть только польза, вред и целесообразность. Я покалечу этих детей, ты запомнишь, расскажешь, и в следующий раз такая угроза согнёт самого Дамблдора. Это полезно и целесообразно, Гарри. А теперь фините! Встал и пошёл за камнем, путь уже свободен!
18:42, там же.
Медленно, нарочно тяня время, Гарри направился в дверной проём. Опалённые стены, каменная крошка — в том числе и он приложил к этому руку. А дальше начиналось сотворённая его дедом и Атикой паутина чар. Сколько там от дедушки, а сколько от учителя — неясно: Атика виртуозно подделывала чужой "магический почерк".
То, что вышло в итоге, как всегда, захватывало дух своей сложностью и удивительной функциональностью. Знаний рун и ритуалов хватило только понять, что система имеет не один, а если вспомнить Атику, не два уровня ритуальности. То есть, руны не только действовали прямо, но своим сочетанием являли символику второго уровня. Мальчик не представлял, как Атика достигает двойной кодировки, не говоря уже про тройную, но чувствовал, что здесь она есть. А ещё он чувствовал, что шаг внутрь смертельно опасен... но не для него. И не для самой Атики, и не для Дамблдора. Паранойя учителя, добавившей учеников в список свободного прохода — Гарри в который раз вознёс ей хвалу.
Но его задача заключалась совсем в другом. Он должен выйти из зала и заманить Квирелла внутрь — в этом случае ловушка сработает как надо. Вопрос: как это сделать?
18:30. Коридор над системой ловушек.
Сей-Тиор подняла руку. Все напряглись, ожидая сигнала атаки. Люциус сжал трость в правой, а палочку в левой руке. Флитвик с хищным прищуром смотрел на кончик своей палочки. Макгонагалл опёрлась на стену — верно, прихватило сердце от волнения. Северус выглядел спокойным. Помона Спраут отсутствовала — она вызвалась контролировать эвакуацию школьников. Дамблдор застыл напротив люка, ведущего напрямик к Квиреллу и заложникам. Ну, как сказать люка... Люциус не различал в каменном полу щелей, а свечение хогвартсской магии туманило волшебный взор. Да, директор неплохо подготовился.
Атика опустила руку, объясняя:
— Не время. Ещё несколько минут. И, Минерва, что с тобой?
— Немного нехорошо, — ответила та слабым голосом. — Северус, у вас есть...
— Северус, — напряжённым голосом прервал её Дамблдор. — На Минерве отложенное проклятие. Забери её, и поосторожней в коридорах — возможно, Квирелл оставил ещё ловушек.
Снейп молча подхватил за руку декана Гриффиндора, не взирая на её слабые протесты, мол, "я могу идти сама".
— Скажите, лорд Малфой, — вдруг начала Атика, — как вы относитесь к лорду Волдеморту?
— Не надо! — гневный взгляд. — Не произносите при мне его имя, леди Сей-Тиор. Никогда.
— Приму во внимание, — по крайней мере, честно. Люциусу захотелось вдарить Круциатусом, здесь и сейчас.
— К Тёмному Лорду я отношусь смешанно, — искренне ответил Малфой. — Любой волшебник понимает, что его зверства — это признак безумия, — Люциус помедлил, взвешивая, стоит ли продолжать. — Он был могучим магом и ярким лидером. Многие аристократы сочли его тем единственной достойной альтернативой курсу уважаемого главы Визенгамота.
— Вероятно, вам известно, что Во... Том Риддл мог выжить... — Дамблдор поддержал игру Атики.
— Боюсь, не понимаю вас, — сыграл недоумение, просчитывая в уме варианты, Малфой. — Насколько я знаю, Тёмный Лорд применил Смертельное заклятье, и оно отразилось от Гарри Поттера обратно. После Смертельного заклятия выжить невозможно. Я видел пепел, оставшийся от Лорда.
— Общеизвестно, Том жаждал бессмертия, — заметил Дамблдор. — Жаждал так сильно, что не поскупился на множество ритуалов над собой. Тёмных ритуалов, способных вмешаться в самую суть естества. Один из этих ритуалов мог сработать.