— Для тебя я думаю, она будет делать вообще всё что захочешь!!! — он радостно вскинул брови, — да ну правда! А если вдруг не будет, ты мне скажи, я её отшлёпаю как следует.
Алёнка вернулась минут через пятнадцать. Озадаченная. Уселась на кровать.
— Ты чего?
— Папанька странный такой… спалил меня что я без трусов и… ничего не сказал… в смысле даже, по-моему, похвалил… про тебя спрашивал, просил сказать, что тебя в гости ждут, когда в городе будешь, радовался, что мы сдружились уже… Короче говорю же странный…
— Почему странно? Это же классно, чо ты?!
— Ну да, наверное… просто мамка то ваще не так будет реагировать. И ещё просил бабе сказать до ночи, я сегодня ночую у неё или… у вас, если конечно можно? Или ты у меня? У меня там комнатка своя есть, если что!
— Можно и у тебя, на новом месте всегда интереснее, если конечно голенькой можно? Как думаешь, можно?
— Фиг знает… попробуем… тогда я сбегаю, предупрежу, как родаки умотают… а пока давай фотки ваши досматривать!
* * *
А как стемнело нам организовали баньку. Ура-а! Решили не париться, а париться, хи-хи, все вместе, в смысле вчетвером. Тёть Галя не пошла, а дядь Толя с Сашкой были в трусах, Алёнка завёрнута в полотенце, а я конечно же голенькая, потому что мне то чо, кого уже стеснятся?!!! Напарившись мы с Алёнкой первыми побежали купаться в бассейн, выбежали из парилки, я сорвала с неё полотенчико и повесив, потащила голенькую в бассейн, плюх, окунувшись довольные мы не сговариваясь слились в поцелуе, а ручки наши сами оказались друг у дружке между ножек, м-м-м.
— Помнишь, я говорила, что научу ещё всякому? В общем, вот один секретик, короче, ещё прикольнее кончать при ком-то… при ком нельзя и кто не знает!
— А-а-а, это же… это же пипец! Стыдно же ваще!
— И от того в два раза приятнее!!!
В общем доведя её до пика, я потащила её обратно в баньку. И так голышом и затащила обратно в парилку, а она почти и не сопротивлялась. Но дядь Толя на неё даже внимания не обратил, они с Сашкой вышли, а мы тут же снова принялись за шалости, на этот раз я довела её до пика язычком, уложив на полку, но снова прервав на самом интересном месте, итак несколько раз, пока она уже не умоляла, но я не поддавалась! Я тоже была на грани, и чувствовала, что могу кончить от одного прикосновения, поэтому сидела я очень аккуратно, чтобы киской не задеть за доски. Зашли наши, а мы уже скромно сидели такие, хотя внутри у нас всё кипело от дикого-предикого возбуждения. Дядь Толя окатил камни на печке и предложил веничком пройтись!
Мы с Алёнкой улеглись на верхнюю полку, дядь Толя взял веник и стал хлестать по нам. Да, я видела, как Алёнке нравилось, хоть она и смущалась пипец, как сильно, но как она закусывает губку и закатывает глазки от каждого удара, особенно по попке, а ножки её непроизвольно раздвигались понемного! Да, малышка моя! А потом я сказала ей перевернуться и сама взяв веник, стала хлестать по ней, особенно часто по киске, пока она в один прекрасный момент не задрожала и закрыв личико руками, стала кончать. М-м-м, мне так за неё было радостно, что я аж в ладошки захлопала. Дядь Толя с Сашкой удивлённо покосились на меня. А я что, я просто радуюсь всему, хи-хи! Правда смущённая Алёнка, с горящими щёчками, едва отошла от оргазма, вдруг очень быстро выскочила из парной, я пожав плечами, за ней…
— А-а! я же… кончила… прям при них! — Алёнка вытаращив глаза, смотрела на меня, не веря происходящему, она пыталсь завернуться в полотенце, я остановила её, обнимая и успокаивая, — при дяде твоём!
— Ну да-а-а!! Ну и как?!
— Чуть со стыда не умерла!
— Это нормально, хи-хи!
— А они… ну, вернее, дядь Толя…
— Да ему ваще пофигу… — фух, вроде успокоилась, захихикала в ответ.
Мы прыгнули в бассейн, и пока плавали я рассказала несколько случаев про себя, отчего Алёнка только краснела и рот открывала от удивления!
А потом пока в бассейне охлаждались остальные, мы быстро сполоснулись и завернувшись в полотенца, зашли попрощаться к тёть Гале чтобы довольные пойти к Алёнке.
— Ба, это мы, ты не спишь?
— Ох, Алён, да уже нет, ты же так кричишь то… — раздался голос из зала, где как обычно у всех орал телевизор.
— Прости… мы с Алиской тут, с соседкой, помнишь я говорила, что мы придём.
— Здрасьте! — пискнула я, махая рукой.
— Здрасьте, здрасьте, ну заходите, а вы чой то с бани что ли? — мы переглянулись, красные, влажные и в полотенцах.
— Ну а откуда ещё то! У них там ещё бассейн такой клёвый, ваще-е! — Мы конечно обе были завёрнуты в полотенчики, пришлось, просто у них одноэтажный дом то и проходить пришлось бы через бабулю, а фиг знает, как она бы отреагировала бы на меня голую.
— А вы голодные? А то у меня там…
— Да не ба, мы сытые ваще!
Мы прошлёпали в Алёнкину комнату, у которой кстати вместо двери была просто занавеска, во как! Я огляделась, обычная подростковая комната в деревенском стиле, старое и разномастное. Пару шкафов, стол и кровать и мно-о-ого анимешных постеров по стенам… прям везде-везде. Ну да, фанатка, чо! Задёрнулись.
— А как мы без двери то?! — прошептала я, стягивая с неё полотенчико.
— Очень тихо, хи-хи! — ответила она, хихикая, стягивая с меня моё.
— А бабушка не зайдёт? — сквозь поцелуй спросила я.
— Может ваще в любой момент, — озорно пригрозила она.
И мы от осознания возможности быть застуканными, продолжая страстно целоваться, опустились на пол, на ковёр. Где устроили тако-о-ое… и та-ак… в таки-и-их позах…
В общем, спать мы улеглись, наверное, только через час, уставшие и довольные, снова мокрые от пота, кискиных соков и сквирта, кончив по нескольку раз, аж со счёта сбились… И даже ни разу не застуканные, потому что бабуля походу так и уснула под телек, который всё это время бормотал, а иногда на рекламе и орал, так что мы вздрагивали, нежась голенькие в обнимку под одеялком, на её узенькой кроватки, шепча друг-дружке всякое и строя планы… от которых у обоих аж снова киски намокли… М-м-м…
История 28. Эксби-девочка Алиса. Деревенская шалунья — 5
Что может быть приятнее проснуться в объятиях красивенькой и молоденькой девочки? И при этом совсем голенькой! Даже если ты сама — молоденькая и красивенькая девочка. И тоже голенькая. Да ничего! Наверное… М-м-м. Я проснулась раньше Алёнки и потянувшись решила её разбудить самым приятным для девочки способом — откинув одеялко, я уползла к её ножкам и прильнув к её киске язычком, стала очень медленно и нежно целовать и лизать её. Она так крепко спала, что и не проснулась, хех, но киска намокла, а из её ротика стали доноситься тихие постанывания и вот минуток, наверное, через пять, когда она уже готова была кончить, она наконец проснулась. Сообразив, что происходит, она судорожно схватила меня за голову и сильно раздвинув ножки вжала меня в себя, да-а-а, я стала делать всё побыстрее и посильнее и через полминутки она кончила.
— С добрым утром!
Я встала на четвереньки над ней и чмокнула её в губки, она смущённо краснея, кивнула и озорно высунув язычок вдруг сама стала сползать под меня, а её руки ухватив меня за попку, стали подталкивать наверх, я поддалась, поднимаясь, пока не оказалась своими прелестями над её лицом. Ого, что придумала! От предвкушения киска так намокла, что аж закапала. Алёнка с хлюпаньем прильнула ко мне, да-а-а, божечки, как приятно!!! Я практически села ей на личико, держась за спинку кровати и безумно кайфовала от этого необычного куни. М-м-м… У неё получалось просто отлично, наши вчерашние вечерние уроки она выучила на пять, хи-хи, и я кончила меньше чем через минуту. Да-а-а… я поливала её струйками сквирта, а она продолжала долизывать до самого конца. М-м-м, спасибо ей за это, это та-а-ак приятно!!!
— Сони, а сони… — я ещё кайфовала, но вдруг мы услышали совсем рядом голос Алёниной бабушки и приближающиеся к нашей комнатке её шаркающие шаги, упс, — вы вставать то собираетесь вообще? чай десять часов ужо.
— Угу, ба… встаём!
Пискнула Алёнка и мы только и успели нормально улечься и накрыться одеялком. Алёнка с головой потому что была вся мокрая от сквирта. Зашедшая бабушка мельком глянув на нас, что-то бормоча, подошла к окну, раздвинула шторы, затем охая, подняла с пола наши полотенца и вышла с ними, не сказав больше ни слова. Мы хихикая, скинули одеяло и уселись на кровать, обе красные от стыда и возбуждения и конечно же желающие продолжения!
— А твоя бабуля сильно будет ругаться, если я буду голая? Та-а-ак не хочется одеваться! — мне и правда прям очень хотелось хотя бы денёк походить полностью голышом, чтобы прямо вот ни разу ничего не надеть, даже трусики! Интересно, такое вообще возможно?!
— Не знаю… попробуй… правда обеим влетит тогда если что… а может как-нибудь без палева получится? Она же не сильно внимательная уже, может и не заметит!
Ну да… В общем, решили попробовать. У Алёнки тут конечно много разных стареньких вещичек было, да и с собой она взяла поновее, но ей после вчерашнего захотелось тоже поэкстремальничать, поэтому мы её нарядили только в одни лишь какие-то старенькие и уже ей маленькие трусики. Она пошла первой. Вышла в зал, помахала мне, я голенькая следом, Алёнка выглянула в коридор и сказала, что бабуля развешивает наши полотенца на веранде и тогда мы юркнули сразу на кухню, я, сполоснув личико в раковине, уселась в дальний угол, прикрывшись скатертью, а Алёнка стала хозяйничать — оказалось, что нас уже ждали блинчики, заботливо испечённые бабушкой. Короче едва Алёнка накрыла на стол, как зашла бабушка. Сердечко в груди конечно же забилось от волнения что я голая сильнее.
— Доброе утро!
— Да подиж день ужо, одинадцатый час! Я то в шесть встаю… Алисонька, а у тебя акромя полотенца то подиж не было ничего? — я кивнула, немного покраснев, она то по любому думает, что я тоже в трусиках, или нет… — так тебе может чего дать? У Алёнки то много тут вещей, ты не стесняйся… Неужели не предложила?
— Да предлагала конечно, спасибо, но мне итак нормально… жарко же, смысл что-то надевать… если конечно я вас тут такая голая, не сильно смущаю. А то подумаете ещё что я совсем…
— Ох, да чем ты меня можешь смущать то, хоспадя… — бабушка достала ещё всякого варенья, да сметаны, да молока, м-м-м, объедение! Уселась рядом со мной, глядя на меня, я непроизвольно вжалась в стену и придвинулась к столу, прикрываясь скатерью, — ох, прям негритёнок какой! И хде так загорела то?
— На речке, в лагере одном… недавно ездила, — немного смутилась я.
— Дорого нынче в лагеря то детей отдавать, ох, всё дорого… жись такая дорогая, зарабатывать надо много… вот раньше то…
И бабулю понесло конечно же про советский союз, как там было хорошо, а мы с Алёнкой только поддакивали, делая вид что интересно, хихикая и уплетая блинчики, посидев и пораспрашивав меня немного, она ушла в зал к телеку, мол сами тут разберёмся. И даже не спалила, что я голышом, класс!
— Э-э, ну что, продолжим… на чём мы остановились? — Предложила я, эротично облизывая с губок сметанку, потмоу что мне вдруг пришла такая развратная идейка, что я аж стала ёрзать от предвкушения ещё при бабушке, а киска снова потекла, м-м, да-а как же я хочу это устроить!!! — Алён, а тебе что больше нравится, сметанка или варенье?
— Да всё нравиться, смотря с чем. — она недоумённо посмотрела на меня, а я тогда макнув пальчик в сметанку, ещё более эротично облизала его.
— Со мной… хи-хи, ну то есть с моей киской… Я вот думаю, что с твоей кисунькой пойдёт сметанка, а с моей тогда варенье, а?
Алёнка просто рот открыла, и щёчки её стали просто пунцовыми, а через секунду мы уже целовались в страстном таком засосе, привстав над столом.
— Чо прямо здесь? — прошептала Алёнка, но я вместо ответа уже стягивала с неё трусики, она не сопротивлялась.
Мы быстро убрали со стола всё лишнее, оставив только банки со сметанкой и вареньем, ха-а, чо придумали, я забралась на стол и улеглась на спину, Алёнка залезла и встала надо мной на коленки и вот мы в позе шестьдесят девять принялись вылизывать друг дружку, вздрагивая конечно же от любого звука из зала, потому что пипец мы экстремалки конечно — в двух шагах от бабушки такое устроили! Но от этого было ещё прикольнее! Андреналинчик такой везде гулял, ха!
Через минутку мы уже вовсю мазали друг дружке прелести, я её сметаной, а Алёнка мои вареньем и старательно облизывали, причмокивая и хихикая, пока минут через пять уже все не устряпались во всём этом, потому что с каждой порцией размазывали уже от души и по многу, а ещё и елозили друг по дружке в порывах страсти где придётся.
Когда я уже снова собралась кончить, конечно быстрее чем Алёнка, мы решили прерваться и поменяться наоборот, ха, потому что Алёнке прям сильно понравилось, как я ей на личико сквиртом лью! Ого прико-о-ольная какая!!! В общем, ещё через минутку таких вот сладкомаслянных утех, мы почти что дружно кончили. Ахм-м-м, да-а-а-а!!! В голове розовый туман, и такой насыщенный, плотный, вязкий… что я чуть снова в него не провалилась вся целиком…
— Алис… Алис!!! Ну ты чего!!! — из почти что бессознательного состояния меня вывел громко шепчащий голос Алёнки и её теребление, оказывается я так на неё и улеглась, упс…
— Девочки… а девочки, Алё-о-он, — вдруг раздался из зала окрик бабули, мы замерли, а я прям сразу в себя и пришла от страха, — там за забором ребята какие-то всё высматривают, не по вашу душу случайно?!
— А? Ага, ба, посмотрим… — пискнула Алёнка, сталкивая меня, ну вот…
Аккуратно слезли со стола, смущённо переглядываясь, краснея и сдерживая хохот, потому что ну пипец мы устроили, ну и уханькались, без смеха не взглянешь. Алёнка держа в руках трусики чесала затылок, потому что если наденет, то все их тоже запачкает же…
— Это похоже ко мне, знакомые все, так что ты иди в ванну да отмойся пока, а я гляну…
Она ушла, а я выскочив в коридор, выглянула из-за входной двери, откуда было видно калитку и… ой, за ней точно стоял Ванька и ещё кто-то, слышались детские голоса и смех, видимо всё те же ребятишки. Я радостно помахала ему рукой, распахивая дверь, он помахал в ответ, ха, он ещё и на лошадке той своей, классно! И я на радостях не думая, добежала такая до забора, открыла калитку, выглянула и… блин, и тут до меня дошло, что бабуля же в окно скорее всего на меня тоже смотрела. Раз она Ваньку то увидела! Бли-и-ин! Выскочив за забор, я прикрыла калитку, вжимая плечи и думая, как же отмазываться если что и только поняла сколько здесь народа, человек восемь, наверное, и пацанов наших вчерашних на великах, Сёма был и три девочки, включая Верку. Ребята весело облепили лошадку и гладили её, а Ванька с важным видом рассказывал про неё всякое.
