Но после того, как 7 сентября 1953 года Н. С. Хрущев стал первым секретарем ЦК КПСС (по инициатив Н. Булганина и Г. Маленкова), критика культа личности оказалась свернутой. Еще в августе по указанию Н. Хрущева возобновили выплату «конвертов» (средства по ним вернули и за май — июль), парткомы получили право вмешиваться во все хозяйственные вопросы. 7 декабря 1953 года Н. Хрущев занял посты заместителя председателя Совета Министров СССР и председателя Бюро по сельскому хозяйству, а в годовщину смерти И. Сталина в «Правде» при участии М. А. Суслова появилась статья о роли И. Сталина как великого продолжателя дела В. Ленина. В июле 1954-го была осуждена находившаяся в рукописи поэма А. Твардовского «Теркин на том свете», автора отстранили от руководства журналом «Новый мир», назначив редактором К. Симонова, призывавшего в марте 1953-го всех деятелей искусства посвящать свои труды великому Сталину.
26 июня 1953 года вдруг был арестован Л. Берия и в декабре его вместе с группой руководящих сотрудников МГБ — МВД расстреляли, не позволив разгласить «кремлевских тайн».
В течение 1953—1955 годов шел процесс пересмотра уголовных и политических дел довоенного периода, и до февраля 1956-го было реабилитировано 7679 человек — партийных, советских, военных, комсомольских деятелей. Конечно, при таких темпах процесс реабилитации мог растянуться на десятки лет, ведь только в Украине за 1929—1953 годы было арестовано по различным мотивам 961 645 человек, из которых 205 640 — расстреляны.
25 февраля 1956 года на закрытом заседании XX съезда КПСС произошло поистине потрясающее событие — Н. Хрущев зачитал доклад о культе личности Сталина. Фактически его выступление представляло разоблачительную самореабилитацию системы. Глубоко не рассматривая причин культа и массовых репрессий, сведя их только к особенностям характера Сталина и сложностям внутренней и международной жизни, Хрущев тем самым сумел переложить преступления всей структуры большевистского режима на отдельную личность. Ни слова не было сказано об ответственности самого Хрущева, когда в бытность его первым секретарем Московского горкома ВКП(б) только за 1936 год в столице арестовали по политическим мотивам 56 тысяч человек, а в Украине за 1938—1940 годы — сотни тысяч.
В Украинской ССР процесс демократизации продвигался очень тяжело, многие партийные деятели не одобряли критики сталинизма, а рядовые граждане не понимали, как можно было 30 лет восхвалять вождя, а потом вдруг «облить помоями». Хотя все бюсты Сталина в республике были послушно убраны, к реабилитации сотен украинских деятелей литературы и искусства так и не приступили. Если в России реабилитировали талантливого писателя-эмигранта И. Бунина — ярого врага революции, то в Украине и речи не шло о такой же акции в отношении В. Винниченко — носителя идей «украинского буржуазного национализма». Лишь за намерение вывесить в 1957 году желто-голубые флаги во Львове в честь создания 30 июня 1941 года украинского правительства В. Душинский получил 25 лет лагерей, а М. Васылив за то, что изготовил их, — 10 лет.
Если за 1956—1959 годы 90 спецкомиссий реабилитировали 250 тысяч граждан, в основном посмертно, из ГУЛАГов к марту 1958-го освободили 65,6 тысячи (число политических заключенных уменьшилось в 40,7 раза), то за 1963—1966 годы было реабилитировано лишь 80 тысяч. В Украине до начала 60-х годов органы КГБ и прокуратуры пересмотрели дела почти 5,5 миллиона человек, находившихся на учете репрессивных структур, сняв с них 58 процентов дел (фактически это означало реабилитацию). Но преследования, аресты по политическим мотивам продолжались и в период хрупкой «оттепели», а в августе 1965-го в нескольких городах Украины было арестовано около тридцати инакомыслящих — курс круто менялся.
С осени 1964 года в течение восьми лет первым секретарем ЦК КПУ был П. Е. Шелест, умевший лавировать, угождать кремлевским верхам, антисемит и украинофил, один из основных инициаторов интервенции стран Варшавского договора в Чехословакию в августе 1968-го. При нем в Украине прокатились две кампании арестов диссидентов, особенно крупная — 12—14 января 1972 года. Среди арестованных находились такие деятели культуры, как И. Светличный, братья Горыни, И. Сокульский, Е. Сверестюк, В. Черновил, Н. Кульчинский, В. Стус и другие. Всего в начале 70-х годов в заключении были не менее 250 участников национально-освободительной и оппозиционной борьбы, в том числе 84 человека пострадали за религиозную веру. Имидж сторонника национальных устремлений украинцев принесла П. Шелесту раскритикованная в апреле 1973 года книга «Україна наша радянська», в которой центр увидел «опасную» идеализацию украинского прошлого.
Усиление давления на интеллигенцию не ликвидировало инакомыслия, а наоборот, привело к его расширению: расцвел самиздат, возник целый ряд оппозиционных организаций. Однако почти никто из них не выступал против советской власти, не выдвигал лозунга независимости Украины, предпочитая легальные, мирные формы борьбы. Лишь члены Украинского национального фронта (1964—1967) выступали за выход УССР из состава Советского Союза, а Объединенная партия освобождения Украины (1953—1958) и Украинский национальный комитет (1957—1961) не исключали методов вооруженного противостояния режиму.
Диссидентские структуры пронизала агентура КГБ, отсутствовала необходимая конспиративность, социальная база оказалась крайне узкой, периодически происходили расколы. Из 530 известных украинских оппозиционеров к интеллигентам принадлежали почти 80 процентов, рабочих насчитывалось 12,8, колхозников — 2,6 процента. Диссиденты могли лишь с горечью цитировать:
«Творець історії — народ…
До ранку грає в доміно».
Главные силы оппозиции сосредоточивались в Киевской и Львовской областях, а в половине регионов УССР диссидентов было не более одного-трех человек на всю область.
В 1974—1977 годах, по данным КГБ, Секретариат ЦК КПСС и Совет Министров секретными распоряжениями ограничили поступление из-за рубежа денежных переводов наиболее активным оппозиционерам, что существенно подорвало их издательскую деятельность.
Широкую петиционную кампанию проводила созданная в ноябре 1976 года Украинская Хельсинкская спилка (УСХ). В пятом по счету меморандуме от 15 февраля 1977 года, направленном делегациям стран-участниц Белградского совещания, ее члены требовали рассмотреть ситуацию в Украине, связанную с грубейшими нарушениями прав человека, призвали формировать Братство свободных народов Земли. Подчеркивая отсутствие каких-либо суверенных прав УССР, они с иронией замечали, что украинцы служат для демонстрации «гопака на сцене». Последние документы Украинской Хельсинкской спилки датированы сентябрем 1980 года — это письма к Л. И. Брежневу, озаглавленные «Проявите великодушие», из лагеря в Пермской области и «Разоружение — в сердце». Из 37 членов этой группы содействия выполнению Хельсинкских договоренностей 23 были осуждены, шестеро лишены советского гражданства, а трое — В. Стус, А. Тихий, Ю. Литвин погибли в лагерях. Полномочия организации перешли к членам заграничных групп, которые получали информацию от сторонников УХС, остававшихся неизвестными карательным органам УССР. Уже в начале 1990 года в рядах Украинской Хельсинской спилки числилось 2300 человек.
В апреле 1985 года началась т. н. «перестройка», инициаторы которой во главе с М. Горбачевым и А. Яковлевым пытались реформировать СССР, введя гласность, элементы рынка, но сохранив власть КПСС. Однако очень скоро деструктивные процессы в стране превзошли по объему конструктивно-реформаторские, и общество стало раскалываться на различные по мировоззрению слои.
«Перестройка» по сути опоздала на 30—50 лет, потому что в середине 80-х КПСС была не в состоянии стать «партией прогресса». Других структур, способных выполнить роль локомотива, в стране не было, поэтому общество некоторое время двигалось по инерции, а экономика рушилась. Госзнак, работая в три смены, не успевал печатать деньги, дефицит бюджета СССР составлял 20 %, угнетал товарный дефицит. Союзные республики постепенно удалялись друг от друга, крепли элементы межнациональной розни и шовинизма.
28 сентября 1989 года с поста первого секретаря ЦК КПУ был снят В. В. Щербицкий, при котором республика получила далекое от истины название «заповедник застоя». В Советской Украине, как в целом по стране, шла скрытая социальная революция, обуржуазивание общества, возникли слои населения, готовые принять часть западных идеологических ценностей. Бюрократическая элита интеллектуализировалась, руководители-технократы прикрывали прагматизм действий привычной политической трескотней. 26 октября 1988 года председатель Госплана УССР В. П. Фокин заявил на заседании Верховного Совета: центр игнорирует экономические потребности Украины, потребительски, хищнически использует ее ресурсы, экологию, не развивает жилищно-коммунальную сферу. Безудержная сверхиндустриализация заняла за 25 лет не менее 1,4 млн. га пахотных земель. Подобных упреков геронтократы из Политбюро ЦК КПСС давно не слышали. Знаковым событием для Украины стала т. н. «колбасная революция» в Чернигове (конец декабря 1990 — январь 1991 годов). На волне недовольства масс привилегиями партийного аппарата на митингах жители требовали ликвидировать райкомы Компартии и комсомола. Появились сине-желтые флаги, что было непривычно для Восточной Украины и символизировало возвращение к истокам национальной государственности.
В условиях «перестройки» в Украине возникают группы «зеленых», политические клубы, просветительские общества, которые постепенно политизировались. Осенью 1988-го Союз писателей Украинской ССР выдвинул идею создания «Народного Руху Украины за перебудову». В его программе признавалась руководящая роль КПСС, незыблемость СССР как единой державы. Хотя заведующий идеологическим отделом ЦК КПУ Л. М. Кравчук заявил, что скорее у него вырастут волосы на ладони, чем будет создан Рух, однако 8—10 сентября 1989 года с разрешения М. С. Горбачева состоялось его Учредительное собрание, на котором из 1109 делегатов Руха 228 являлись коммунистами, в том числе его идеолог — Олесь Гончар. Выборы в Верховную Раду в марте 1990-го показали, что позиции Руха на востоке и юге республики очень слабые. В целом Демократический блок завоевал лишь четверть мандатов, вследствие чего в парламенте была сформирована оппозиция в лице Народной Рады, чье влияние усиливалось по мере радикализации общества. Но во Львовской, Ивано-Франковской, Тернопольской областях Рух одержал победу, и Компартия осталась в Советах местного уровня в меньшинстве.
В октябре Рух превратился в правоцентристскую антикоммунистическую оппозицию и изъял из своего названия слова «за перестройку». При этом участие членов КПСС в Рухе было категорически запрещено. В свою очередь, попытки коммунистов разложить Рух изнутри успехом не увенчались.
5 ноября 1990 года была зарегистрирована первая оппозиционная коммунистам партия — Украинская республиканская партия во главе с Л. Лукьяненко. Через год получили право на легализацию (а значит, достигли численности трех тысяч и более) еще четыре партии — Украинская социал-демократическая партия, Демократическая партия Украины, Партия зеленых Украины, Партия демократического возрождения Украины. Но ни одна из них не могла конкурировать с КПСС ни в численном, ни в организационном или материальном отношении.
В серьезную силу превратилось рабочее движение. На I съезде шахтеров СССР в июне 1990 года (больше половины делегатов и почти весь оргкомитет были из Украины) прозвучали требования отставки правительства Н. И. Рыжкова, формирования Кабинета народного доверия. Съезд заявил, что не считает более КПСС партией, выражающей интересы пролетариата, не обратив внимания, что уже давно она имела статус общенародной. В проведенной после съезда массовой забастовке участвовали рабочие семи регионов, которые выдвигали в основном политические требования, в том числе о департизации на производстве, в армии, правоохранительных органах.
Видя, что из рядов Компартии Украины выходят сотни тысяч членов, ее руководство пыталось всячески маневрировать. В Декларации о государственном суверенитете Украины, принятой 16 июля 1990 года (за нее голосовало в Верховной Раде и прокоммунистическое большинство — группа «239»), многие положения были заимствованы из документов Руха.
Наиболее активно процесс разрушения коммунистической идеологии происходил на Западной Украине: так, 1 августа 1990 года в городе Червонограде был демонтирован памятник В. Ленину, 14 сентября подобный акт совершен во Львове, затем и в других населенных пунктах. На демонстрациях появились желто-голубые национальные стяги, эмблема трезубца, звучали гимны «Ще не вмерла Україна» и «Не пора».
Осенью 1990-го как в стенах Верховной Рады, так и на местах обострилась борьба между коммунистами и их оппонентами. Ее отражением стал, в частности, двукратный арест народного депутата С. И. Хмары. Поводом для ареста послужило обвинение в применении насилия к полковнику милиции Григорьеву, причем Народная Рада утверждала, что данный инцидент — намеренная провокация. Недовольство членов группы «239» С. Хмарой было вызвано тем, что 30 октября 1990 года тот подал в Верховную Раду проект запрещения Компартии Украины, поэтому так охотно парламент проголосовал 14 ноября за лишение его депутатского иммунитета.
Война с памятниками (ее вели и сторонники КПУ), саботаж экономических реформ, радикализация Руха, отмена Верховной Радой в конце октября 6-й статьи Конституции УССР 1978 года о руководящей роли Коммунистической партии, раскол правящей элиты на суверен-коммунистов и ортодоксов, — все это свидетельствовало о назревании решающих событий.
Чтобы сберечь унитарное государство, пусть даже с конфедеративными чертами, М. С. Горбачев инициировал проведение 17 марта 1991 года всесоюзного рефрендума относительно дальнейшей судьбы СССР. За две недели до него он обратился с немыслимым ранее призывом: «Коммунисты, выйдите из окопов!»
В Украине параллельно с союзным проходил республиканский референдум, а в Западной Украине был и третий бюллетень, где стоял вопрос об отношении к политической независимости Украины. Большинство опрошенных (80,2 %) дали утвердительный ответ на вопрос о вхождении республики в Союз советских суверенных государств на основе Декларации о государственном суверенитете УССР. Одновременно 70,5 процента высказались за сохранение СССР в обновленном виде. Кроме того, против участия Украины в какой-либо федерации проголосовало большинство жителей трех западных областей и города Киева.
