Говорят, что мрамор самой природой предназначен для хранения продуктов, неизменно сохраняя нужную влажность и температуру. Так что конечный продукт получался изумительно нежным и почти прозрачным. По слухам это замечательное сало поставляли к столу весьма влиятельных лиц.
Я вполне понимал, почему Фениче, знающая толк в хорошей еде, попросила привезти именно его.
Через несколько часов мы прибыли в горный городок и отправились к местной гостинице.
На площади Прадо во всю шла подготовка к празднику Злых Глаз. Везде развешивались традиционные фонарики в виде мифологических чудовищ и призраков, устанавливался помост для певцов и танцоров, а пиротехники корпели над своими коробками с опасным содержимым.
Как я уже упоминал, все в Солернии имеют нежную тягу к огню и пламени, и ни единый праздник не проходит без фейерверков. Если в неделю Зимних Огней больше уделяется внимания ровному, греющему свету, то в ночь Злых Глаз всё должно полыхать! По легенде именно в эту ночь осеннего равноденствия все тёмные горные духи, чудовища и призраки из самых глубоких холодных пещер выходят охотиться за горячей человеческой кровью. Затем и нужны огненные колёса, цветы и символы солнца, чтобы отогнать проклятые сущности подальше от людского жилья.
На всякий случай, если фейерверки не сработают, все обряжаются в страшные маски и костюмы. Все знают, что чудовища не будут есть своих. Так что это служит дополнительной защитой для солернийцев.
Как известно, больше всего на свете мы любим праздники, так что и Злым Глазам все отдаются с полной отдачей, придумывая разные костюмы и страшные маски. В эти дни принято пугать и быть испуганным.
Из нашего окошка в гостинице хорошо была видна суета на площади. Кое-кто уже во всю торговал сластями и костюмами для тех, кто забыл пошиться или подготовиться. В сумерках начали зажигаться фонари, и потемневшее озеро превратилось в чашу с россыпью золотых монет и драгоценных камней.
Мой напарник кинул мне пару солей:
-На, сгоняй на почту, ты Феньке обещался дать весточку.
Я взвесил на ладони монеты и нахмурился:
-Должен заметить, что в этот раз сеньорина Фениче в качестве отвлекающего манёвра не сработает. Что вы задумали?
Ди Ландау засверкал глазами и возмущённо распахнул пасть, готовясь вывалить на меня гневную отповедь, сдобренную народными словечками, но я не отводил от него взгляда. Я уже говорил, что мало кому удавалось переиграть меня в гляделки, так и в этот раз мой подопечный потупился и обиженно надулся.
Я на всякий случай уточнил:
-Насколько это противозаконно?
Молодой маг шмыгнул носом и проворчал:
-Ваще не противозаконно. Я хотел сходить погулять, окрестности посмотреть.
Я не отвёл от него взгляд и правильно сделал. Хитрый ди Ландау не собирался мне выдавать сразу всю информацию. Он сопел, мялся, не зная, как от меня избавиться без применения силы и Силы. Ему не стоило вообще покупать мне билет в Прадо, так и было написано у него на лице. Наконец, он упрямо уставился в ответ и заявил:
-Если я тебе расскажу, будешь участвовать, понял? И не смей мне мешаться, мы сюда из-за тебя приехали только потому, что ты наобещал всякую фигню тупому привидению.
Я подумал и кивнул. Для меня помощь бывшему хозяину была очень важна. Я действительно хотел узнать, что произошло давным-давно. Это было для меня делом чести. Не знаю, есть ли у гомункулусов честь и гордость, но я всегда старался выполнять свою работу как можно лучше. Как показала наша история, даже я иногда допускаю ошибки, и осознание этого очень сильно меня задевает.
Я кивнул:
-Хорошо, я помогу. Только в чём?
Ди Ландау, прищурившись и поджав губы, посмотрел на меня, прикидывая, можно ли мне доверять. Потом пожал плечами, как будто отвечая на какие-то свои мысли и ухмыльнулся:
-У меня есть план!
Он вытащил свою записную книжку и быстренько набросал мне всё по пунктам.
Поверьте мне, он задумал совершенно грандиозное хулиганство, как будто ему не двадцать пять, а двенадцать лет! И он хотел, чтобы я в этом участвовал.
Я довольно долго думал, нет ли где подвоха и не опасно ли это, а потом был вынужден согласиться. Это действительно могло сработать. В конце концов, нам нужна только информация, а это был хороший способ её получить.
Мой напарник просиял и вскочил:
-Тогда пошли!
Я кивнул и направился за ним.
Пока я отправлял сеньорине Фениче телеграмму, он болтал со служителями и последними посетителями почты. Со своей манерой втираться в доверие к людям, он быстро выяснил, где лучше всего гулять туристам, где можно взять напрокат лодку, чтобы покататься по озеру, где проходит самый живописный маршрут, чтобы осмотреть долину, где продают лучшее сало и что готовится на завтрашнем празднике.
Дальше наш путь лежал по главной площади, где мой напарник купил нам по страшной маске. Мне достался глупый чёрт Буфетто, который в сказках одним щелчком кривых пальцев вызывал обвалы в горах, а себе взял хитрого проныру и шута Дзанни, одного из основных персонажей комедии дель арте. К тому плану, который он задумал, эти две маски подходили как нельзя лучше.
Я был против того, что нам стоит в темноте идти в горы, ди Ландау поворчал немного, но всё-таки согласился. Поэтому мы вернулись в гостиницу, поужинали и легли спать пораньше. Мы собирались подняться ещё до первых петухов.
76
Рано утром мы, вооружившись крепкими палками как всякий местный турист, пошли бродить по окрестностям. Таких, как мы, тут было немало, да и погода нам благоволила. По всем приметам дождя сегодня не намечалось вообще.
Впрочем, осенние горы есть горы, вполне могла налететь какая-нибудь неучтённая тучка. Но фейерверк всем гостям Прадо обещали обязательно. Мэр клялся и божился, что если понадобится, местные волшебники и священники на несколько часов разгонят облака.
Везде ощущалось приближение праздника: нам то и дело встречались группки разряженных детей и молодёжи. Кто-то деловито развешивал фонарики на воротах поместий, а кто-то просто бегал и дурачился, пугая прохожих.
Ди Ландау скакал по камням и дорожкам как горный козёл, мурлыкая себе под нос какие-то песенки, а я мысленно благодарил сеньору Пассеро за удобную одежду. Карабкаться по скалам в кителе — мало удовольствия.
Первым делом мы посетили местный водопад, ди Ландау нашёл укромное место, разделся догола и залез под ледяную струю воды, постанывая от наслаждения. Этим он заменил своё ежеутреннее омовение, постояв среди белых струй почти десять минут, пока к водопаду не прибыла очередная команда туристов из любителей полазить на труднодоступные скалы. Юноша, выходящий из пенных вод в чём мать родила, вызвал у них ажиотаж. Ему пришлось быстренько натягивать одежду на мокрое тело и менять дислокацию.
После мы поднялись на смотровую площадку, обозрели долинные красоты, прошли по винограднику, пересекли пару пастбищ и около полудня оказались рядом с поместьем Кавалли. На мгновение мой подопечный остановился и тыкнул в меня пальцем. Я ощутил, как по моей коже пробежала ледяная волна. Этого не было в плане.
-Что это? — удивился я.
-Это простенькая маскировка, Фил, — буркнул ди Ландау. — Мы тупо о ней забыли. Меня-то местные не знают, а вот тебя могут опознать мордально. У тебя фигура не самая стандартная.
В самом деле, об этом я не подумал. Пусть прошло уже четыре года после смерти господина Евгения, но сеньора Камилла, её муж, сеньор Карло, и их сын Витторио вполне могли узнать меня. У них могли появиться вопросы, что именно мне надо в их поместье, а единственное, что меня с ними связывало — был мой хозяин. Это могло затруднить ди Ландау поиск правды о том, что случилось с господином Рофбольтом...
Мы почти полностью обошли поместье, оглядывая небольшой, в половину моего роста забор. Мой напарник вёл рукой по камням, отслеживая литеры фронтьерного заклинания, которое защищало имение от проникновения чужаков на территорию.
Ворота по местному обычаю днём стояли открытыми, но, будьте уверены, стоило нам пересечь невидимую границу, хозяева тут же узнали, что по дороге к их дому идут гости.
Нам навстречу выглянула незнакомая мне девица в простом платье и переднике.
-Чево сеньорам угодно? — спросила она с крестьянским акцентом, вытирая руки полотенцем.
-Простите великодушно за беспокойство, милая сеньорина, — рассыпался в любезностях ди Ландау, сияя своей самой очаровательной улыбочкой. — Мы так умаялись, гуляя по чудесным местным просторам. Нельзя ли напиться воды из вашего колодца?
Услышав внизу незнакомые голоса, сеньора Камилла вышла на балкон:
-Что там, Дина?
-Туристы, хозяйка! — крикнула ей девушка.
Мы поздоровались и поклонились даме, и та охотно разрешила нам освежиться.
Долго в имении мы не задержались, ди Ландау уходил задумчивый настолько, что спотыкался на ходу. Приходилось его вовремя ловить за локоть и придерживать. Насколько я понял, он на ходу колдовал своё заклинание, которое применял в долине водопада Ондине — выяснял особенности окрестностей и планировки особняка, количества человек и прочей живности на нужной территории. Шпионить из-за забора было бы сложнее (всё из-за защитных заклятий), поэтому мы заходили к нашим подозреваемым.
Когда мы почти дошли до границы города, в его глаза вернулась блуждавшая доселе в неведомых пенатах искра разума.
Ди Ландау щёлкнул пальцами и снял с меня свою "маскировку" в чём бы она ни заключалась. Полагаю, это была простенькая иллюзия, например, перекрасил мои волосы в какой-нибудь другой цвет или зачернил загаром кожу. Главное, что сеньора Камилла не узнала меня, и это не могло не радовать.
-Значит так, — начал он излагать, — я посмотрел всё, что нам надо. Не удивительно, что пришлось Дженьо звать, у них на заборе висит голимая халтура. Но тут, по ходу, район спокойный, раз они так и не удосужились сменить это старьё на что-нибудь получше.
Так что его план был окончательно утверждён, и мы вернулись в гостиницу, ужинать и приводить себя в порядок. Ди Ландау соизволил сходить со мной в ближайшую лавку за сувениром для сеньорины Альта. Мы упаковали свёрток и попросили хозяев гостиницы сохранить его на леднике до завтра. Ранним утром нас будет ждать повозка, поэтому сходить за покупками мы не сможем.
Наконец, все дела были завершены, настало время праздника!
Мы, следуя общему примеру, тоже натянули маски. Правда ходить по городу в них было очень неудобно — они закрывали обзор и стесняли дыхание, поэтому свою мой напарник сдвинул на затылок, получив второе лицо подобно двуликому Джанусу, а я свою закрепил вместо шляпы, так что теперь длинный нос Буфетто топорщился прямо в небеса.
Вокруг нас плясала и толкалась праздничная ярмарка. Отовсюду пахло печёными яблоками в сахарной пудре и корице, оливковым маслом, свежим хлебом, подогретым вином, и — конечно же — фейерверками! Пока гости и жители города развлекались хлопушками и блескучими палочками бенгальских огней. И все предвкушали замечательное зрелище, которое начнётся буквально через несколько часов.
Под ногами носились дети в жутких и смешных масках и костюмах, взрослые от них не отставали. Было полное ощущение, что ты находишься не среди людей, а на какой-нибудь разнузданной гулянке горных духов.
В одном конце площади танцевали под маленький оркестр, а в другом — на помосте дурачились паяцы, разыгрывая старую добрую пьесу, как глупый горный чёрт Буфетто утащил красавицу Коломбину. Её жадный и старый отец Панталоне, чтобы не платить вознаграждение за спасение, предлагает герою руку дочери. Конечно же, хвастливый волшебник, доктор Ломбарди, говорит, что спасти красотку ему как нечего делать (уж он-то спасает красавиц по десять раз на дню), ведь ему повинуется Сила и Силищи-то у него ого-го! Влюблённый в девушку благородный юноша Керубино хочет попытаться получить её руку и опередить противного Ломбарди. Пронырливый слуга Керубино, Дзанни, тоже не прочь заглянуть в пещеру к Буфетто, правда девица его не интересует, ведь всем известно в своих норах горные черти хранят несметные сокровища... Только вот Коломбина — девица с характером, бедняге Буфетто ещё предстоит узнать, что за драгоценность он украл!
Пьеса более чем подходила к духу праздника.
Зрители хохотали, свистели и кричали от восторга, забрасывая труппу цветами и монетами после особо удачных шуток, до того зажигательное было выступление. Это вам не классические античные комедии, которые так обожала ставить пафосная Латанская Опера, где каждый актёрский вздох расписан три тысячи лет назад и под масками не видно лиц. Это был настоящий народный театр, где актёры искромётно импровизировали на ходу. Керубино страдал, Панталоне ныл и жадничал, Ломбарди хвастался и каждый раз терпел неудачу со своими дурацкими заклинаниями (у напарника это вызывало дикий восторг, видимо, актёру, игравшему доктора была не чужда магия и он хохмил ещё и на свой волшебный лад, не очень-то понятный и не очень-то видимый простым людям), Дзанни хитрил и плёл интриги, сталкивая других лбами, а Коломбина дурачила простодушного беднягу Буфетто.
Ди Ландау ржал конём и подбадривал труппу, вытирая глаза от смеха после каждых удачных остроты и каламбура. Даже я не мог не улыбаться, так здорово играли актёры.
Я никак не мог припомнить, когда в последний раз видел нечто подобное. Господин Евгений откровенно презирал это развлечение, обижаясь за всех волшебников сразу, ведь хвастливый и драчливый тупица Ломбарди служил собирательным образом всех колдунов.
По сравнению с моим бывшим хозяином ди Ландау был невероятно демократичен и был рад посмеяться над самим собой.
После отличного зрелища, мы с напарником заправились лимончеллой и брускеттами с паштетом, помидорами и базиликом. Когда я дожёвывал свою порцию, мой подопечный внезапно встрепенулся и глазами указал мне в направлении танцующих пар. Своим магическим чутьём он мгновенно вычислил нужных нам людей.
Сомнений не было, сеньор Кавалли беспечно кружил свою жену среди прочих гостей и хозяев города, не зная, что ему уготовила судьба в лице моего напарника. Я не видел этого человека четыре года, но рядом с сеньорой Камиллой не мог не узнать. Он совершенно не изменился, разве что распустился в области живота, что намекало не только на его возраст, но и достаток. Видимо, он удачно вложил оставшееся после господина Евгения наследство, раз из поджарого и подвижного мужчины начал превращаться в колобок.
Осознание этого меня несколько отрезвило, я вспомнил о планах ди Ландау и внутренне собрался. На всякий случай я передвинул свою маску на лицо, чтобы меня ненароком не узнали в толпе.
Праздник шёл своим чередом, но мы уже не были такими расслабленными. Я полностью доверился моему подопечному, который веселился, но и не забывал приглядывать за четой Кавалли. Поэтому мы не пропустили тот момент, когда они засобирались домой.
Отгрохотали великолепные фейерверки, часть людей начала расходиться, часть осталась ещё потанцевать. В общей сутолоке мы потихоньку следовали нужными нам сеньорами. Никто не обращал на двух подвыпивших туристов, которые спокойно и тихо покинули главную площадь.
