— Слишком прямолинейно, но зато в самую точку, — кивнул Ирнин. — Правда, есть и еще кое-что. Правил у нас, как я уже упоминал, очень много и вряд ли даже сам Веланд знает их все до единого, но ему это и не особо нужно. А вот остальные совершенно зря относятся к правилам с таким пренебрежением, потому как с их помощью можно найти себе оправдание в любой ситуации. Свод правил — это такое своеобразное пособие "Как выйти сухим из воды", жаль, мало кто действительно это понимает.
— Точно? — с подозрением переспросил я.
— Верь-не верь, но так оно и есть.
— Но почему вы это рассказываете мне? — недоуменно посмотрел я на него.
— Да просто потому, что безмерно устал от скопища так называемых учеников, — с обескураживающей прямотой ответил он. — Даже Тайра, несмотря на ее задатки, в пору своего ученичества доставила нам столько хлопот, что от одной мысли о тех годах мне становится тошно. И она только одна из чьих-то дочерей, сыновей и прочее. А это такая морока, что ты и представить себе не можешь. К тому же среди них есть только крохотная горстка тех, кого я бы действительно хотел называть своими учениками. Ты, конечно, совсем другое дело, но в отличие от остальных я искренне рад быть твоим наставником. Запомни это, хорошо?
— Хорошо, — согласился я, так до конца и не поняв, куда он клонит.
— Ну а раз так, значит правила изучать будем?
Я не сдержал улыбки при виде того, как ловко он подвел меня к необходимости засесть среди этих стен надолго и, главное, совершенно безропотно.
— Будем, — твердо ответил я.
Он разулыбался настолько по доброму, что мне вдруг перестало казаться, что все Единые маги до последнего гады и садисты.
Но неожиданно широкая улыбка Ирнина поблекла, а взгляд стал жестче. Я обернулся и увидел неслышно подкравшуюся неразлучную парочку, а по совместительству еще и моих наставников. Чародейка кривила губы, рассматривая меня с такой брезгливостью на лице, словно я был ползучей тварью у нее под ногами. Хрос, еще видно не отойдя от позорного выселения, на ее фоне выглядел куда сдержанней, хотя и он сверлил меня откровенно ненавидящим взглядом. Мне стало как-то неуютно.
— Веланд хочет, чтобы мы в кратчайшие сроки развили твои способности до конца, — не теряя время попусту, проскрежетал Хрос. — Что ж, так тому и быть. А знаешь, что это значит?
Я едва заметно покачал головой.
— Занятия с раннего утра и до наступления сумерек безо всякого перерыва. Никакой теории, это задача Ирнина, никаких скидок на твою неопытность и молодость. Мы показываем, ты повторяешь. И так до тех пор, пока не отточишь каждый прием настолько, что тебя не стыдно будет продемонстрировать Веланду.
— И запомни, мальчик, — вклинилась в речь Хроса чародейка, — мне лучше не перечить. Предупреждаю заранее, чтобы потом не было никаких обид.
— Как пожелаешь, наставница, — с нескрываемой иронией ответил я, — только и ты уясни себе раз и навсегда: я тебе никакой не "мальчик". Будь добра звать меня по имени, а если тебе это так уж неприятно, то не обращайся совсем.
Ирнин приглушенно охнул за спиной. Лицо Арелли покраснело, в глазах сверкнула злость. Хрос взглянул на подругу и насмешливо фыркнул.
— Успокойся, дорогая, — похлопал он ее по руке. — Ты и не такое слышала от учеников, хотя надо признаться, что наш нынешний в выражениях особо не стесняется. Редкий наглец.
— Что как раз и понятно, учитывая, что за экземпляр нам подсунул Веланд, — прошипела она.
Ирнин покосился на чародейку с явным неодобрением, но промолчал.
— Ну, ты все понял, Арлин? — обернулся ко мне Хрос. — Приступаем с завтрашнего дня.
— Понял, — пробурчал я себе под нос.
— А вот я нет, — вдруг заявил доселе не вмешивающийся в разговор Ирнин. — Скажите на милость, когда же прикажете мне заниматься с подопечным? Ночью?
— Это уже твои проблемы, друг, — сверкнул издевательской улыбочкой Хрос. — Хоть ночью, хоть сразу же после окончания наших тренировок. Словом, когда тебе самому заблагорассудится.
Ирнин стиснул челюсти, глаза его сузились до щелочек, и воздух вокруг нас буквально заискрился, мгновенно уловив враждебный настрой мага, но никакого видимого эффекта это не принесло.
Арелли как ни в чем не бывало лениво зевнула, прикрыв рот ладонью, одарила его привычным для нее пренебрежительным взглядом и потянула Хроса за рукав. Тот с присущей ему грубостью руку вырвал и равнодушно пошагал прочь. Чародейка, обиженно насупившись, тем не менее заторопилась следом.
Я наблюдал за ними с тщательно скрываемым интересом, но благоразумно помалкивал, решив про себя, что в конфликт между наставниками лучше не лезть, если я и дальше хочу здесь оставаться живым и невредимым. Тем более, что инцидент, похоже, исчерпан.
Ирнин прерывисто дышал, исподлобья сверля уходящих тяжелым взглядом. Чувствовалось, что сказать ему хочется многое и так, как здесь вообще-то не принято. Наверное, в этот миг он как никогда завидовал наемникам, которые запросто могли позволить себе выражения, как нельзя более точно характеризующие тех, кто имел несчастье им не глянуться. Даже я в этом отношении имел куда больше свободы, чем остальные Единые. И упрекнуть меня трудно, потому как имелось одно простенькое, но очень действенное оправдание — меня практически зачислили в отряд воинов, а чего еще можно ожидать от мага, который не одни сутки соседствовал с наемниками, незаметно для себя перенимая их привычки и взгляды.
Наконец Ирнин смог взять себя в руки.
— Вот что значит иметь несколько наставников одновременно, Арлин, — покосился он на меня. — А уж таких, как мы... М-да, ну и везучий ты, однако...
— Оно и заметно, — проворчал я. — От везучести своей прямо захлебываюсь.
— Тем не менее вопрос остается открытым, — покачал он головой. — Какое время нам предпочесть для занятий? Сразу после тренировок ты просто физически будешь не в состоянии, я это прекрасно понимаю, не первый год знаком с этой парочкой. А задерживать тебя они станут непременно до ночи, хотя бы из желания лишний раз досадить мне.
Я вспомнил про Хенигаса и помрачнел. Это ж надо — в одночасье сорвать мне столько намеченных планов. Считай, весь день будет расписан по часам, а в придачу к нему еще и ночь, если я действительно хочу знать назубок все правила и научиться хоть немного владеть оружием.
— Ну-ну, не раскисай, Арлин, — похлопал меня по плечу Ирнин. — Что-нибудь придумаем. Если понадобится, я возьму на себя такую ответственность, как замедление времени, лишь бы ты все успевал.
— Спасибо... наставник, — криво усмехнулся я. — Но судя по твоему тону нас за такое по головке не погладят. Оно запрещено?
— Официально — да, — после небольшой заминки произнес он. — Но сам понимаешь, как мало значат для магов запреты. Главное, не переусердствовать. Час — максимум, что мы можем себе позволить, но в нынешней ситуации и это хоть что-то. Так что постараемся уложиться.
— А если дольше — нас уже смогут засечь, да? — на всякий уточнил я.
Длинное лицо Ирнина вытянулось еще больше.
— И не только, — почему-то шепотом ответил он.— Если по часу в сутки — Веланд еще смотрит сквозь пальцы, а вот если задержаться хоть на секунду, то мне, как инициатору голову снесут подчистую Игры со временем очень опасны, Арлин, хотя бы потому, что нам многое еще неясно. А когда прибегаешь к чему-то до конца не изведанному, это всегда риск.
— Раз так, переусердствовать мы не станем, — беззаботно отозвался я. — Кстати, сегодня пока что целый день в нашем распоряжении, что в дальнейшем вряд ли повторится. Так что, может, не будем терять время попусту, а приступим?
Ирнин, не ожидавший от меня такого усердия, даже растерялся на миг, но в себя пришел практически мгновенно.
— Да, — выдохнул он и ринулся по проходу вдоль книжных шкафов, выхватывая с полок наиболее потрепанные экземпляры. Я за ним не последовал, боясь потеряться в сплошном лабиринте знаний. Куда лучше, а главное, спокойнее, дожидаться его здесь. Место тихое, ученики сюда лишний раз даже не заглядывают, так что можно проторчать на одном месте хоть целую вечность, не привлекая к себе посторонних взглядов.
Мысленно я поздравил лорда Севиала. Надо отдать ему должное — он прекрасно знал, что все будет именно так. Я пройду испытание, вызову, хоть конечно, и не симпатию, но пристальный интерес Веланда, и приближусь к нему ровно настолько, чтобы заключительная часть плана моего покровителя имела все шансы на удачу.
Жаль, мне она пока что еще не ясна.
Прервав мои размышления из лабиринта вынырнул бесконечно счастливый Ирнин, таща в руках целую стопку книг.
— Вот, Арлин, держи, — торжественно произнес он, передавая ее мне. — Здесь основы, без которых тебе не жить в прямом смысле этого слова. Советую проглядеть все сегодня, иначе завтра будет уже поздно
— И правда, проглядеть, — саркастически отметил я, пробежав взглядом по корешкам. Насчитал ни много ни мало, целых восемь томов.
Мне вдруг захотелось разжать руки.
— Усаживайся поудобнее, — кивнул Ирнин в сторону соседнего совершенно пустого зала с длинным столом посередине, — и изучай. Если что непонятно — я буду неподалеку.
Я послушно подошел к столу и осторожно опустил книги. Отодвинул стул и сел, обреченно взирая на них. Особо не выбирая, взял самую верхнюю и раскрыл посередине, памятуя, что именно отсюда обычно начинается самое интересное. Как ни странно, повествование меня увлекло да так, что я даже не заметил, как пролетело несколько часов. Стоило отдать должное Ирнину — наставником он действительно был хорошим. Не пичкал всякой дрянью, которую могли спокойно проглотить неопытные ученики Единых, свято верящие во все, что им рассказывали. Ко мне же маг выбрал совершенно другой подход, надеясь одновременно и приблизить к основам их нерушимых канонов и сделать так, чтобы я понял их по-своему, а не так, как мне навяжут. И ведь добился своего. С каждой страницей книги, видевшей свет явно очень редко, я начинал понимать совершенно чужой для себя мир, с горечью и болью, но все же понимать.
Жаль, но этот день больше так и не повторился. Начиная со следующего утра у меня не было ни одной свободной минуты даже на короткую передышку, не говоря уж о том, чтоб посидеть в библиотеке часок-другой. Я выкладывался по полной, в изнеможении доползая до своей комнаты и засыпая прямо на полу. Ирнин урывками пытался что-то впихнуть в мою голову, улучая моменты, когда я еще был в состоянии внимать ему. А случалось такое крайне редко. Так что из правил я сумел ухватить лишь самое важное, а в остальном действовал, всецело полагаясь на Ирнина да на свою репутацию бывшего одиночки, которого многие предпочитали обходить стороной. Изредка меня задирали ученики, но я неизменно реагировал так резко, что приходилось вклиниваться старшим магам. На меня стали посматривать с нескрываемой опаской и шептаться за спиной, но я продолжал считаться учеником Веланда и это все чаще действовало, как запрет, образовывая вокруг меня свободное пространство. Даже такие старые знакомые, как Тайра или Арий позволяли себе лишь кольнуть меня, да и то сквозь зубы, походя, скорее по привычке, нежели всерьез.
Очень скоро из-за постоянной усталости я начал раздражаться по пустякам и ходить таким мрачным, что даже моя неразлучная парочка наставников только переглядывалась да пожимала плечами. А еще я стал плохо спать...
Глава восьмая
Мне вновь снился тот же самый сон, что я видел и прошлой ночью, и позапрошлой. Я уже не мог вспомнить, когда именно это началось, но теперь как только закрывал глаза, он повторялся. Я точно знал это, когда резко просыпался затемно, да так и лежал, тщетно пытаясь вспомнить хотя бы кусочек из своего теперь уже привычного кошмара.
И не мог.
Возможно, это было связано с Убежищем, чей сильно изменившийся облик давил на меня, как неподъемный камень, внушая отвращение даже к воздуху, которым я вынужден дышать. Но даже если причина крылось в другом, легче от этого мне не становилось. Как-то мало-помалу начинало казаться, что я схожу с ума, настолько реальным было то, что происходило во сне. Но я старался гнать от себя эти мысли, сознавая, что при должной уверенности в собственных ощущениях, однажды это сможет подвести меня к уже настоящему, а отнюдь не выдуманному безумию.
Но сегодня я не стал тупо дожидаться рассвета, бесчисленное количество раз задавая себе один и тот же вопрос, а вместо этого поднялся и незаметно выбрался во двор, зная, что вчера вечером со своим отрядом вернулся Хенигас. И хотя друзьями я нас не считал, здесь это был единственный человек, с кем я мог поговорить и услышать прямой ответ на свой вопрос, а не изворотливую ложь, к которой так привыкли маги.
Еще на подходе к казарме, грубым прямоугольником вырисовывающейся на фоне приглушенно-мертвого света, я разглядел одинокий силуэт на ступеньках. Это Хенигас, скрестив руки на коленях и запрокинув голову, смотрел в небо, затянутое черной пеленой. Слабый магический свет ненавязчиво разгонял тьму вокруг казармы, но мне сейчас хотелось бы, чтоб и он исчез.
-Паршиво выглядишь, маг, — дождавшись, когда я подойду ближе, заметил наемник, но при этом даже не посмотрел в мою сторону. — не глядя в мою , магше, если б и его не было.л задать вопрос.
— Спасибо на добром слове, — иронично ответил я.
— Хамишь с самого утра, — спокойно продолжил он. — Что ж, я рад, что хотя бы это осталось прежним.
— А что изменилось? — насторожился я.
— Вот ты и скажи, раз пришел сюда. — И он лениво повернул ко мне голову.
Не выдержав его прямого взгляда, я первым отвел глаза, поднялся на крыльцо и молча сел рядом.
— Ну что ж, давай помолчим, — тяжело вздохнув, сказал Хенигас. — Но только ты уверен, что шел сюда именно за этим?ался во двор, зная. ься рассвета и встал не становилось.ил на меня, как неподъемный каменанда и это все чаще дей
— Ты видишь меня насквозь. — Я вдруг охрип и откашлявшись, глотнул воздуха, но зря. Это вызвало у меня минутное потемнение в глазах, потому что в ночной свежести я вдруг ощутил неожиданную примесь гнили.
Меня передернуло от отвращения, но Хенигас, казалось, ничего не заметил.
— Если бы это действительно было так, ты бы не сидел тут, Арлин, уж поверь мне, — с непонятной гримасой ответил он. — Кстати, я знаю, как улучшить твое настроение. Помнится, ты напрашивался на тренировки? Так давай прямо сейчас и начнем. Как я понимаю, потом у тебя времени не будет.
— Верно, — поднялся я.
Хенигас отошел подальше от крыльца и коротко приказал:
— Встань напротив меня. Я буду показывать и объяснять. Если будешь внимательно следовать указаниям, сможешь держать кинжал, не вызывая презрения со стороны знающих людей.
— Хоть что-то, — кисло отозвался я, под строгим взглядом копируя его боевую стойку.
Усталые мышцы тут же заныли, словно все это время я занимался не магией в Убежище, а служил тренировочным чучелом для новобранцев в мире вроде моего, где армия единственная сила, которую признают и уважают. На самом деле в своем сравнении я не так уж сильно погрешил против правды. Моя наставница обожала подмечать малейшие неточности и вознаграждать меня за них весьма чувствительными ударами чисто магического происхождения. Хрос обычно если и вмешивался, то разве что ради добавки.
