Королевская администрация и городские власти Львова и других западноукраипских городов не допускали или ограничивали украинцев в занятии торговлей, их облагали многими дополнительными налогами, взимали большие штрафы, закрывали лавки.
Повсеместно украинское православное население городов отстранялось от участия в городском самоуправлении или всячески ограничивалась его роль в этом органе. С украинского населения Киева, Львова, Чернигова, Теребовли, Острога, Заслава и других городов взимали различные сборы в пользу городской администрации, католического и униатского духовенства.
Украинцы, жившие во Львове, в 1609 г. жаловались сейму на национальное угнетение: «Утяжени естесмо мы, народ русский (украинцы. — Ред.), от народа полского (польско-шляхетской верхушки. — Ред.) ярмом над египскую неволю, же наслеч без меча, але горей неж мечем с потомств выгубляют заборонивши нам пожиток и ремесл обходов вшеляких, чим бы толко человек жив быти могл, того не волен русин на прирожоной земли своей руской уживати в том то руском Лвове»[164]. О дискриминации украинского населения Львова свидетельствует и документ 1630 г., в котором сказано: «Кто придерживается греческой веры и не перешел в унию, тот не может проживать в городе, мерять локтем и квартой и быть принятым в цех». Аналогичная ситуация сложилась и в других городах Украины.
Дискриминации по национально-религиозному признаку подвергалось население, прежде всего трудовое, и других национальностей, проживавших в украинских городах. Так, во Львове, Теребовле, Бродах, Тернополе армяне и евреи могли жить только на специально отведенных участках. Армянские, еврейские, болгарские ремесленники в цехи не принимались. Только после длительной борьбы в 1600 г. несколько армянских ремесленников Львова получили право вступить в цехи. Они могли стать и мастерами, но не более двух — в сапожном, портняжном и скорняцком цехах, одного — в художественном. Кроме того, армянским мастерам категорически запрещалось брать в обучение некатоликов. Армяне, евреи, молдаване, болгары и другие купцы-некатолики ограничивались в занятиях торговлей. Как и украинское православное население, горожане-некатолики других национальностей не допускались к участию в городском самоуправлении (за исключением армян Каменца-Подольского, Снятина и Язловца, где они имели свои магистраты), облагались дополнительными повинностями.
Национально-религиозный гнет тяжелым бременем ложился на трудовое население украинских городов.
Таким образом, углубление общественного разделения труда и развитие экономики на украинских землях во второй половине XVI — первой половине XVII в. способствовали появлению новых и росту старых городов и местечек — центров ремесла и торговли. С дальнейшим развитием экономики усиливалась социальная дифференциация городского населения, возрастал социальный и национальный гнет низших слоев городского населения, составлявших его основную массу. Большим препятствием на пути экономического и политического развития украинских городов и местечек был социальный и общественно-политический строй шляхетской Польши, в особенно уродливых формах проявлявшийся на захваченных украинских землях.
3. РЕМЕСЛО И ПРОМЫСЛЫ
Городские ремесла и промыслы. Во второй половине XVI — первой половине XVII в. значительно быстрее, чем в предыдущий период, происходил процесс отделения ремесла от сельского хозяйства и сосредоточения его в городах.
В городском ремесле начали намечаться новые явления, в первую очередь непрерывный и все более интенсивный рост количества внецеховых ремесленников — «партачей», в большинстве своем выходцев из села. Во Львове в первой половине XVII в. они составляли уже свыше 40 % ремесленников.
В украинских городах возникали все новые ремесленные цехи. О причинах образования цехов К. Маркс и Ф. Энгельс писали: «Необходимость объединения против объединенного разбойничьего дворянства, потребность в общих рыночных помещениях в период, когда промышленник был одновременно и купцом, рост конкуренции со стороны беглых крепостных, которые стекались в расцветавшие тогда города, феодальная структура всей страны — все это породило цехи…»[165].
Цеховые ремесленники, сосредоточив в своих руках не только производство, но и сбыт готовых изделий, усматривали в «партачах» опасных конкурентов и не допускали их в свои организации. Они всячески препятствовали деятельности «партачей»: нападали на их мастерские, захватывали произведенную ими продукцию, изгоняли из городов и т. п.
Подвергаясь постоянным преследованиям, внецеховые ремесленники вынуждены были обращаться к посредничеству скупщиков-купцов, хорошо знакомых с рынком и его нуждами. Скупщики постепенно отдаляли ремесленников-«партачей» от рынка готовых изделий, а затем и от рынка необходимого им сырья и таким образом подчиняли их себе.
Однако противодействие цехов «партачам» не имело того успеха, на который они рассчитывали, так как последних поддерживала, исходя из своих интересов, шляхта, а иногда и представители городских властей. Например, из жалобы львовского цеха золотарей (март 1598 г.) известно, что некоторые шляхтичи давали пристанище в своих домах «бродячим ремесленникам-золотарям». В другом случае (май 1610 г.) львовский городской чиновник в связи с жалобой пекарского и резницкого цехов признал, что ремесленники-«партачи» «занимаются пекарством и резничеством на шляхетских дворах» во вред львовским цехам. Даже королевские старосты пользовались услугами «партачей». Так, в 1599 г. львовский староста вместо двух ремесленников, которых ему разрешалось иметь на юридике, держал их свыше 100, а в 1638 г. вместо разрешенных шести — 150. В своих интересах действовали и многие представители зажиточной цеховой верхушки. Нередки были случаи, когда богатые мастера, игнорируя цеховые уставы, произвольно увеличивали в своих мастерских количество подмастерьев и учеников. Так, львовский портной Я. Соколовский (первая половина XVII в.), имевший право держать троих подмастерьев и одного ученика, пользовался трудом десяти подмастерьев и нескольких учеников.
С ростом количества ремесленников-«партачей» цехи вынуждены были все больше считаться с ними. Так, портняжный цех г. Тернополя во второй четверти XVII в. разрешил портным-«партачам» заниматься ремеслом при условии уплаты ими в цеховую кассу 8 злотых с каждого мастера ежегодно. А внецеховые луцкие портные и кожевенники в середине XVI в. по соглашению с портняжным цехом должны были платить городской администрации пять коп литовских грошей ежегодно с «партача».
С ростом численности городского населения, особенно той его части, которая порвала с сельским хозяйством, увеличивалось количество ремесленных специальностей и ремесленников, удовлетворявших всевозраставший спрос на хлеб, мясо, рыбу и другие продукты. Особенно быстро возрастало число ремесленников, занятых производством хлебных изделий («перепечайники»), мясных и рыбных продуктов, а также алкогольных напитков (винники, пивовары, гуральники, ситники, медовары). Сведения только о цеховых мастерах свидетельствуют, что в Рогатине в 1589 г. было 50 пекарей, Каменце-Подольском в 1570 г. — 63, Коломые в 1572 г. — 96, в Галиче и Теребовле в 1570 г. работало по 10 мясников, в Яворе в 1627 г. — 16 резников, в Перемышле в 1635 г. — 13 мясников и 11 пекарей, в Белой Церкви в 1641 г. — 22 мясника и 15 пекарей. Увеличение количества городских ремесленников, обрабатывавших продукты сельского хозяйства, свидетельствовало не только о значительном росте городского населения за счет пришлого элемента, в первую очередь беглых крестьян, но и о росте удельного веса городских жителей, порвавших с сельским хозяйством. Согласно грамоте короля Яна Казимира 1560 г., мещане города Киева, занимавшиеся ремеслами, освобождались от лановой и дорожной («шоссовой») податей, поскольку они «никаких земель и хлебопашества и хуторов не имели».
Ключи XIV—XVI вв.
Частые войны, постоянные татаро-турецкие нападения вызывали необходимость увеличения производства оружия и боеприпасов. В XVI — первой половине XVII в. получил распространение ряд ремесленных специальностей, связанных с производством огнестрельного оружия: пушкари, или гармаши, оружейники, лучники и пр. Возрастало и изготовление пороха. «Зеленые дворы» — предприятия по его производству — имелись, в частности, в Чернигове, Новгороде-Северском и Путивле. Производство его заметно увеличилось во время Ливонской войны, когда в русской армии резко возросла потребность в порохе. Вместе с русскими пороховых дел мастерами («зелейниками») порох для русской армии производили и украинские мастера.
Наряду с цеховым и внецеховым ремеслом в городах и предместьях развивались промыслы, принадлежавшие шляхте, монастырям, государству, отдельным богатым горожанам. В частности, в предместьях и сельских окрестностях в первой половине XVII в. действовало около 30 мельниц. В начале XVII в. во Львове работало до десяти предприятий по производству кирпича. Только на одном из них за шесть месяцев (за рабочий сезон) было выжжено 173,2 тыс. кирпичей. Несколько кирпичных предприятий действовало и в Киеве. Особенно увеличилось производство кирпича в городе с 30-х годов XVII в., когда началось восстановление знаменитых памятников архитектуры (Софийский и Успенский соборы, Кирилловская церковь, Спас на Берестове и др.).
Городские промыслы в первой половине XVII в. претерпели определенные изменения: в них происходила производственная специализация, т. е. возникало мануфактурное производство. Так, на крупных кирпичных предприятиях одни работники заготовляли сырье (глинокопы) и топливо, другие — месили глину, третьи — формовали, четвертые — выжигали кирпич и т. д.
Замок дверной с ключами. XVI в.
На отдельных предприятиях все чаще применялись простейшие машины. «Мануфактурный период, — писал К. Маркс, — …спорадически развивает также употребление машин, особенно при некоторых простых подготовительных процессах, требующих большого количества людей и большой затраты силы. Так, например, в бумажной мануфактуре скоро стали сооружать особые мельницы для перемалывания тряпок, а в металлургии — толчеи для дробления руды»[166]. Так, водяные колеса в конце XVI — первой половине XVII в. применялись в бумагоделательном производстве в с. Брюховичи под Львовом, в суконном — в Слободище, Бердичеве, Кодне, Черткове, Белой Церкви и других местах. На таких предприятиях вначале могло и не существовать разделения труда, но оно обязательно появлялось при увеличении объема производства и количества работающих. Так, на литейных предприятиях, где производились пушки и крупные колокола (Киев, Львов, Черкассы, Остер, Белая Церковь, Чернигов, Новгород-Северский, Ужгород и др.) уже существовало четкое разделение труда. При этом большинство мастеров составляли наемные люди.
Появление мануфактуры привело к значительному повышению производительности труда. Однако удельный вес новых мануфактурных производств в экономике страны, скованней феодальным укладом, был еще незначительным. Средневековые формы производства продолжали господствовать.
С развитием торговли все интенсивнее развивался извозный промысел на суше и речные перевозки. Б Киеве, который был пе только крупнейшим ремесленным, но и торговым центром, где сходились многие сухопутные и водные пути, местные ремесленники строили большие для того времени речные торговые суда — «комяги», а также более мелкие — «човни великі». В 70-х годах XVI в. торговая флотилия в Киеве насчитывала 20 комяг и 9 больших лодок. В 1645 г. перевозки по Днепру в Белоруссию и обратно киевляне осуществляли на 117 байдаках.
Изразец XVI в.
В западноукраинские и правобережные города в XVI в., особенно после Люблинской унии, при активной поддержке польского королевского правительства хлынул поток иноземных ремесленников, купцов, ростовщиков и мелких торгашей. Это, как правило, были наиболее реакционные элементы, бежавшие из своих стран во время реформации и стремившиеся разбогатеть на колонизируемых ими восточнославянских землях. Иноземцы безжалостно эксплуатировали коренное трудящееся население. Иностранные мастера вытесняли местных ремесленников. В Луцке, например, иноземцы-ювелиры вынудили местных мастеров свернуть производство: в 1570 г. из семи местных ювелиров остался только один. Подобное происходило и во Владимире-Волынском, Остроге, Кременце, Каменце-Подольском и ряде других городов Правобережья.
На восточных землях Украины (Поднепровье, Левобережье, Слобожанщине), где феодальный гнет был слабее, чем на западных землях, развитие городов, ремесла, промыслов и торговли происходило относительно быстрее. В конце XVI — начале XVII в. в эти районы усилился поток беглых крестьян, здесь собирались наиболее свободолюбивые элементы.
В ремесленном производстве и на промыслах восточных земель Украины, особенно Поднепровья и Левобережья, работало много русских и белорусов. Например, Киевский замок, согласно описанию 1552 г., строили и ремонтировали белорусские мастера-мозырцы. Русские и белорусские мастера, особенно по обработке дерева, были очень популярны на Украине. Они вносили много своих национальных элементов в украинское зодчество. Ряды пришлых ремесленников постоянно пополнялись русскими беглыми крестьянами и горожанами. Русские и белорусские ремесленники, в отличие от иностранцев в западных и правобережных районах Украины, совместно с украинским трудовым населением составляли ту силу, которая наиболее активно выступала против феодальной эксплуатации.
В XVI в. и особенно в первой половине XVII в. контакты в различных сферах производства, в первую очередь в ремесле и промыслах, между русскими, украинскими и белорусскими землями все больше развивались. Многие мастера из России и Белоруссии переселялись на Украину, передавали свой опыт местным мастерам. В свою очередь, ремесленники с Украины переезжали в Россию и Белоруссию. Взаимное обогащение производственным опытом, знаниями, навыками способствовало развитию ремесла и промыслов.
Углубление общественного разделения труда во второй половине XVI — первой половине XVII в. обусловило дальнейшее развитие украинских городов как центров сосредоточения ремесла и торговли. На Украине в это время возникло много новых городов и местечек, особенно в восточных и южных, предстепных и степных районах, где довольно интенсивно развернулся процесс народной колонизации. Своим экономическим развитием выделялись Киев, Львов, Каменец-Подольский, Луцк, Чернигов, Черкассы, Миргород и другие города, имевшие не только местное или областное значение, но и общенациональное. Довольно быстро росли города Слобожанщины, входившей в состав Русского государства. Крупным административным и ремесленным центром его южного пограничья стал город Путивль. Важное значение имели Сумы, где развивалось оружейное дело.
