— А вы уже взяли ленточку? — спросила девочка, весело улыбнувшись. — Сегодня все должны ходить с ленточками, и тогда, если вашему любимому повезет, и у него будет лента такого же цвета, он сможет вас поцеловать.
— Я еще не брала ленту, — призналась Гелари. И, если честно, она совсем забыла об этом ежегодном всенародном празднике.
— Тогда какую вам? Возьмите фиолетовую, под цвет глаз.
Гелари оставалось только вздохнуть и принять рулончик ткани. Радовало только то, что теперь у нее есть, кому на самом деле отдать ленту, чтобы избежать нежелательных поцелуев. Впрочем, вряд ли в стенах академии найдется безумец, который решится ее поцеловать. Сегодня вся Сайоран пестрела этими цветами. Впрочем, не только академия — если выйти за ворота, можно было увидеть, что и весь город украшен ими, как украшался всегда в день смены года. Несмотря на уверенность, что безумцев в академии нет, до студсовета девушка добиралась предельно осторожно.
— Здравствуй, — поприветствовал ее Грейд, стоящий на кухне с чашкой кофе.
— Доброе утро, — улыбнулась девушка. — Как успехи в освоении рецепта приготовления? — поинтересовалась она, машинально расплетая косу, прикинув, что ленту будет проще всего вплести вместо ее черной. Так она и внимания привлекать не будет, и традиция будет соблюдена.
— Успешно, если сравнивать с тем, что готовит Ариа, — хитро подмигнул ей демон.
— Кстати, совсем забыла, с праздником тебя, — улыбнулась она.
— Взаимно. В этот день академия просто сходит с ума, — отозвался он, хмуро посмотрев в окно. И внезапно улыбнулся: — Во всяком случае, некоторым это определенно нравится, — он указал на Ника, победно потрясающего тремя лентами разных цветов.
— Это точно, — рассмеялась девушка. — А тебе уже дали ленту?— спросила она, пробежавшись взглядом по его костюму.
— Да, поймали прямо перед входом в здание студсовета, — пожаловался он, — отсиживаюсь, потому что все девушки в этот день скорее напоминают охотниц. Мне хватило первого года в качестве главы, чтобы понять, в этот день лучше не появляться на людях.
— А если отдать свою ленту кому-нибудь? — спросила девушка, заваривая себе чай. — Или продемонстрировать, что у вас есть парная лента?
— В данном случае, я могу отдать ее только тебе, чтобы не подрывать легенду, — усмехнулся он.
— Давай, — согласилась девушка, даже не задумываясь над своим предложением, ведь по традиции обязательным условием передачи ленты другому был поцелуй.
Грейд выудил из кармана фиолетовый рулончик и молча вложил его в ее протянутую руку.
Девушка подняла на него чуть удивленные глаза, потом бросила взгляд на свою ленту, вплетенную в косу, и мило зарделась, одновременно зажав в ладони его ленту.
— Гелари, ты сделаешь мне чай? — влетел в комнату Ник и с удивлением посмотрел на две ленты девушки: одну она держала в руках, другая была вплетена в волосы.
— Гелари, а тебе давно ленту передали? — проникновенным шепотом поинтересовался Ник, делая вид, что совершенно не замечает Грейда, уже начавшего понимать, что к чему.
— Нет, только что, — отмахнулась девушка, засыпая в заварник новую порцию чая.
— Э... мне кажется, — Ник понял, что ступил на тонкий лед, и стал подбирать слова осторожней, — вы кое-что упустили из виду в процессе передачи...
— Ник, — предупреждающе начал Грейд, но маг явно собирался повеселиться от души.
— В конце концов, без поцелуя передача недействительна! — торжественно закончил он. — А мы, как представители студсовета, должны подавать студентам пример и не жульничать в таких важных вещах!
Грейд перехватил немного испуганный и раздраженный взгляд Гелари. Ему стало очень интересно, какое из этих чувств относится к Нику, а какое непосредственно к нему самому. Кроме того, Грейд понимал, что сейчас придется буквально пройтись по лезвию бритвы. Не железный же он.
Гелари была готова убить Ника, вот ведь болтун. Ну что мешало ему прийти позже, а ей сказать, что ленту на получила давно, и все прошло бы согласно традиции, но к раздражению из-за Ника, примешивалось и странное чувство ожидания и страха — поцелует или нет?
Грейд шагнул вперед и взял из ее руки свою ленточку, завязав неизящным бантом на ее косе.
Девушка подняла на него глаза и чуть улыбнулась, а в глазах ее отразилась пронзительная нежность и тепло. Она смотрела на него, как на самое дорогое и любимое для нее существо.
Слегка наклонившись, Грейд прикоснулся губами к губам Гелари. Лишь на миг.
— Ты свое любопытство удовлетворил? — глянул он на Ника, притянув покрасневшую девушку к себе.
— Нет, — отозвался явно забавляющийся Ник,— в конце концов, вы невесту целуете, а не чужую девушку.
— А не думал, что свою невесту я буду целовать без свидетелей? — рыкнул глава студсовета. — Ник, на выход.
Болтливого мага как ветром сдуло...
— Действительно будешь целовать? — с легким сомнением и смущением в голосе поинтересовалась аллари. Ответ на этот простой вопрос был ей безумно важен.
Грейд отпустил ее чуть более поспешно, нежели ей того хотелось, отстранившись на пару шагов.
— Я думаю, что так просто нас в покое не оставят, — вздохнул он. — Значит, придется либо стараться держаться подальше друг от друга до полуночи, либо очень реалистично изображать пару.
— Зная наш студсовет, — протянула девушка, — я практически на сто процентов уверена, что при попытке держаться на расстоянии они просто объявят на нас охоту. Академия, при всех ее достоинствах, не такая уж и большая, как иногда хочется. Такого развлечения они не упустят. И хорошо, если простых студентов к нему не подключат. Так что нам остается только второй вариант.
— Я иногда сомневаюсь, что поступил правильно, втянув тебя в это, извини, — Грейд пожалел, что правила не позволяют ему забрать ленту назад.
— Ничего страшного, тем более, ты ведь и мне помог — теперь у меня две ленты, и никто другой ко мне точно не подойдет. К твоему сведению, Ник подглядывает, и если он не увидит того, что хочет, день нам будет отравлен конкретно, — усмехнулась девушка. А потом, удивляясь собственной смелости, привстала на цыпочки и поцеловала его.
Она возликовала, когда демон притянул ее к себе и запустил пальцы в волосы у основания шеи.
Аллари одной рукой обняла его за плечи, запустив вторую в волосы, нежно перебирая их. Ей давно было интересно, какие они на ощупь. Теперь знала — мягкие, как шелк.
— Гелари, — выдохнул он, — я думаю, это более чем удовлетворит наших шпионов, а нам стоит остановиться.
— Я думаю, ты прав, — кивнула она, мгновенно загнав все эмоции под маску спокойствия и безмятежности, отстранившись от него. — Приготовить тебе еще кофе?
За три года она научилась виртуозно скрывать те чувства, что он в ней вызывал. Хотя сейчас душа пела и ликовала, на лице была все та же безмятежная улыбка, по которой нельзя было догадаться, как взволновал ее поцелуй.
— Да, — согласился он, хотя в этот момент скорее предпочел бы холодный душ.
— Тогда, как только он будет готов, я принесу его к тебе в кабинет.
Грейд посмотрел вслед удаляющейся аллари. Это превращалось в пытку. Он не ожидал, что девушка, в которой он изначально видел лишь друга и соратника, вызовет такую бурную реакцию организма. Не то, чтобы он жаждал сделать помолвку настоящей, он понимал, что ему такого не позволят семейные интересы. Да и не испытывал на данном этапе острой в этом необходимости — жена, как таковая, ему была не нужна. Конечно, Гелари была бы замечательной кандидатурой, по сравнению с Арией. Его помощница чудный собеседник, опять же, единомышленница и привлекала его в физическом плане. Раньше, когда ему не приходилось общаться с ней на личные темы, последний факт как-то мало волновал, а сейчас все поменялось кардинально. Запретный плод сладок. Он не имел морального права позволить себе уступить слабости. И в то же время, раз уж причинял девушке определенные неудобства фиктивной помолвкой, то и ему пришлось на время забыть о возможности получить в свою постель другую женщину. Он никогда не допускал интрижек в стенах академии, а теперь ему были недоступны и другие представительницы прекрасного пола. Об этом ему, кстати, весьма недвусмысленно намекнула тетушка. Раз уж он выбрал себе в помощницы наследницу такого влиятельного рода, то не смел ни действием, ни мыслью оскорбить их доверия. И теперь каждый раз, когда Гелари оказывалась слишком близко, ему приходилось прибегать к жесткому самоконтролю.
Сегодняшнее событие вообще стало из ряда вон выходящим. В какой-то момент он понял, что не сможет остановиться на "показательном" поцелуе, если еще раз вдохнет ее запах. То, как быстро она отстранилась, порадовало его и одновременно вызвало волну гнева. Грейда раздражало, что простой поцелуй почти смел его самоконтроль и при этом, казалось, совершенно не взволновал ее. Ему стало неприятно, что он не вызывал у этой девушки даже простого влечения. Ее выдержка, которой он всегда восхищался, в данный момент начала его раздражать, а, с другой стороны, вызывала благодарность, что хоть кто-то из них двоих сумел выйти из ситуации достойно. Взыграло самолюбие, и только прибегнув к логике, удалось загнать это чувство как можно глубже. Увидь он в ее глазах хоть малую толику желания, он бы сделал катастрофическую глупость. Единственный выход, который сейчас был ему доступен, — избежать, по возможности, в ближайшее время общения с нею хотя бы наедине.
Наверное, кто бы не строил эту библиотеку, он строил ее в расчете на вампиров. Мягкий сумрак, в котором обычному глазу не разлечить даже крупных букв только что напечатанных книг, не говоря уж о древних манускриптах, совершенно не мешал Фредерику во время его посещений разбирать мелкую вязь ажурных рун. В темноту уходили длинные коридоры, образованные каменными стеллажами. На боковых стенках "мебели" отчетливо виднелись охранные руны, до сих пор поддерживающее заклинание безвременья для стоящих на полках книг и наваленных кучами свитков. С потолка свисала светящаяся паутина, скорее выполняющая декоративную роль, чем действительно являющаяся местом жительства теоретически отнюдь не маленьких пауков. Впрочем, вампиру ни разу не удалось застать арахнидов, если таковые здесь и обитали. В целом, ему здесь определенно нравилось.
Фредерик внимательно вчитывался в древнюю, почти рассыпающуюся, книгу. Мелкая вязь на пожелтевших страницах да архаичный слог не облегчали его изыскания... за последние три часа он смог разобрать не слишком много.
— Фредерик, — голос девушки, расположившейся рядом, отвлек его. Но он не разозлился, все равно уже пора было сделать перерыв.
— Да? — он поднял глаза на Арию, отложив книгу,
— Ты книге уделяешь больше внимания, чем мне, — пожаловалась она.
— Мне нужна информация, — усмехнулся он — а я не могу ее найти в этой книге. Иди сюда, — он поманил ее, предлагая сесть на колени.
— Мне нравится, когда ты такой сосредоточенный, — улыбнулась саам. — Но мне скоро идти на занятия.
— Ты можешь их пропустить, — отмахнулся Фредерик, — или устала проводить время с хмурым затворником?
— Нет, — она задумчиво перебирала пальчиками его волосы. На лбу пролегла тоненькая морщинка, явно свидетельствовавшая, что девушка напряженно о чем-то размышляет.
— Тебя что-то тревожит? — спросил вампир, осторожно разглаживая морщинку.
— Опять не угадал, — улыбнулась она, — но... в общем, мне на ум тут пришла одна идея.
— И что за идея? — в глазах вампира появилась искорка интереса. — Могу я узнать?
— Ты помнишь, что говорил мне в ночь после своего задания, когда отлавливал вампира? — девушка медленно, но верно подводила его к цели начатого разговора.
— Я о многом тебе говорил, — улыбнулся Фредерик, — что именно тебя заинтересовало?
— Рассказывал о крови, — шепнула она, целуя его за ухом. Может, так ей удастся смягчить его негативную реакцию, которой саам ожидала.
— И... — он прикрыл глаза, все-таки в ее руках страшное оружие, при помощи которого она может вить из него веревки.
— Ты не хочешь укусить... меня, например? — прошептала она.
— Что?! — Фредерик распахнул глаза, посмотрев на Арию. Судя по выражению глаз, ей действительно очень хотелось это попробовать. — Мне казалось, ты боишься укусов вампиров?
— Ну, раз уж мы вместе, мне хотелось бы попробовать, — покраснела она.
— Укус? — парень рассмеялся чуть хрипловато. — Ты неподражаема. Хочешь, чтобы я укусил тебя сейчас?
— А что тебе мешает? — спросила она, все же немного испуганная тем, что он не отказал сразу же, раз и навсегда.
— Ну, кажется, ты собиралась на занятия. А если я укушу тебя сейчас, то их однозначно придется пропустить, — спокойно объяснил вампир. — Если ты все-таки этого хочешь, то советую снять платье или хотя бы расстегнуть его.
— Я просила укусить, а не соблазнить меня, — засмеялась девушка, справляясь с пуговицами.
Фредерик погладил ее по щеке, чуть улыбнувшись, наклонился к шее. Клыки удлинились и через секунду вонзились в нежную шею. Саам только охнула от неожиданности, но не от боли, ее как раз не было.
По телу растекалось почти непереносимое наслаждение, оно закручивалось в тугую спираль, сменяясь нестерпимым жаром и взрываясь миллиардами искр, чтобы снова завернуться в тугой узел. Дышать становилось тяжело...
Ариа чувствовала странное удовольствие от происходящего, ноги подгибались, но не от слабости, а от удовольствия в его объятиях.
— Хватит, — шепнула она ему, испугавшись происходящего.
— Хорошо... — Фредерик отпустил женскую фигурку, машинально облизнув испачканные кровью губы. — Тебе стоит немного полежать, — посоветовал он, глядя на девушку. — Ты удовлетворила свое любопытство?
— Да, — она машинально прикоснулось к тому месту, где еще ощущалось прикосновение его губ.
— Жалеешь? — нахмурился вампир.
— Нет, — мягко улыбнулась она.
— Проснулся дух экспериментатора? — усмехнулся парень.
— Твой пример оказался заразным, — хмыкнула брюнетка.
Рейн точно знал, что ему надо сделать. Он уже не в первый раз замечал желтоглазого демоненка возле Виолы и все сильнее уверялся в том, что это совершенно необходимо сделать. А так как нормального обращения мелкий, судя по всему, не понимает, то придется объяснить так, чтобы до него точно дошло. Рейн стоял, прислонившись спиной к дереву, дожидаясь, пока группа Акенкара закончит практические задания. Наконец, в приделах видимости появился демоненок.
— Пошли, поговорить надо, — довольно жестко сказал он, цапнув того за руку.
— Да ты знаешь, кто я? — возмутился тот.
— Не знаю и знать не хочу. Пусть даже ты наследник престола, мне на это глубоко наплевать. Но если я еще раз увижу тебя рядом с Виолой, тебя никто и ничто не спасет.
— Ты мне угрожаешь? — изумился он.
— Я тебя предупреждаю. Это Сайоран, здесь недействительны все чины и заслуги рода. Здесь ты только то, что представляешь из себя сам. И далеко не всегда именитые и благородные занимают высокий пост.
— Ага, как же, — рассмеялся демон, — треть студсовета благородные.
