А вот с Хенигасом все обстояло совсем по другому. Учителем он оказался требовательным, но на удивление терпеливым, хотя и утверждал обратное. Его спокойствие и размеренность движений и меня заставляли быть предельно собранным. Я сам не заметил, как впервые за последние дни приободрился, причем настолько, что мир вокруг вновь обрел четкость. Наемник заставлял меня раз за разом повторять одно и то же движение, оттачивая его до совершенства. Он не давил на меня, не понукал, просто делал так, чтобы мне самому захотелось наконец добиться той же безукоризненной плавности, что без всякого видимого труда выходила у Хенигаса.
Разбуженный нашими голосами, на крыльце показался Цирон, зевнул, протер глаза да так и застыл, увидев меня в компании командира. Понемногу удивление в глазах уступило место интересу и он, как-то неопределенно улыбнувшись, стал с прищуром следить за тренировкой.
Потихоньку магический свет стал рассеиваться, угадывая наступление рассвета, и я с тоской вспомнил, что пора возвращаться. И тем не менее продолжал упорно тянуть время, свято веря, что не увидев ученика, Хрос и Арелли станут искать его где угодно, но только не здесь.
Хенигас, внимательно следивший за выражением моего лица, заметил беспокойство в глазах и как бы между прочим спросил:
— А чего не сидится под крылышком у Веланда?
— Опротивели рожи Единых, — напрямик сказал я
Он насмешливо приподнял брови, но прежде чем успел задать следующий вопрос, я уже ответил с горькой усмешкой:
— Да-да и своя тоже.
Он тихо засмеялся, но уже через миг вновь стал серьезным. Даже слишком.
— Не скажу, что Убежище благотворно влияет на тебя. Что происходит?
— Сначала мне казалось, что это просто усталость, — пожал я плечами, — наверное так оно и было поначалу, пока не появился тот сон. Я вижу его каждую ночь, но все, что запоминаю, это ощущение реальности, словно прожив день, продолжаю жить и ночью где-то далеко, не здесь. Как будто другой мир затягивает меня, словно омут. Я выбираюсь из него только к утру, настолько изнуренный борьбой, что весь день хожу как сонная муха. Даже злиться толком не могу. Нет сил, понимаешь? Как думаешь, в чем тут дело?
— А раньше такого не было? До того, как ты вернулся в Убежище? — поразмыслив, спросил наемник.
— Нет... да. Не помню. — Я схватился за голову. — Что-то мелькает в памяти такое знакомое, но откуда — я не знаю.
— Тебе надо ненадолго покинуть этот мир, — мягко посоветовал он.
— И кто позволит мне это сделать? — Я невесело рассмеялся.. — Наставники разорвут меня на части, если я позволю себе отлучиться хоть на секунду. Подозреваю, что ваш так называемый Старший неспроста столь рьяно взялся за мою выучку. Меня натаскивают, как охотничьего пса, Хенигас. И дичь наверняка припасена. Осталось только дождаться нужного момента и спустить поводок. И судя по тому, как старается Хрос, этот случай представится очень скоро.олько к утру, настолько изнуренный этой
Со спины ко мне подошел Цирон и негромко произнес:
— Никогда не называй Единых по именам, маг. Смотри, помянул одного и он тут же нарисовался, а нам тут такие гости, мягко говоря, не в радость.
Я скосил глаза и помрачнел. Мой расчет не оправдался, Хрос собственной персоной заявился не куда-нибудь, а именно сюда, очевидно памятую, в чей отряд меня поначалу определили. Хенигас холодно взглянул на Единого и отвернулся, а тот и вовсе миновал наемника, как безликую скалу.
— Опаздываем на тренировку, ученик? — со значением произнес он. — Вряд ли это понравится Старшему, как считаешь?
— А ты что, уже прикидываешь, в какой форме преподнести донос? — язвительно парировал я.
— Не дерзи мне, — неприятно улыбнулся Хрос. — Не люблю угрожать, но еще никто из учеников не смел разговаривать со мной в таком тоне. Да что ученики, даже из Единых мало кто себе такое позволяет.
— Знаешь, я тут на досуге почитал правила, — холодно уведомил я его, — так вот там сказано, что принявший посвящение в Единые учеником уже не является. Может значиться чисто формально, но по существу быть равным остальным магам.
Хенигас издевательски улыбался, следя за нашей перепалкой. Цирон, напротив, наблюдал с каменным лицом, прислонившись плечом к деревянному косяку. Остальные наемники, выглянув в окно и узрев Хроса, вообще предпочли пока во двор не высовываться, предоставив разбираться с ним командиру.
— Вот, значит, как, — протянул Хрос, понимающе прищурив глаза, — умным стал. Никак с подачи Ирнина? Это ж он у нас первый знаток правил и любитель выворачивать их так, как никто другой отродясь не додумается. А это подводит нас к следующему выводу — свободного времени у тебя, Арлин, хоть завались, если ты совершенно спокойно позволяешь себе почитывать на досуге книжку-другую. В ущерб, кстати, основным тренировкам. Что ж, я это учту, причем начиная с сегодняшнего дня. Посмотрим, будет ли тебе теперь до чтения.
— А не много на себя берешь, Хрос? — сдержанно спросил я. — Пожалуй, это мне пора поговорить со своим непосредственным учителем и объяснить ему, что из трех выбранных наставников мною фактически занимаются только двое. Третьему же весьма невежливо посоветовали не соваться, хотя Веланд никого из вас особо не выделял. Предполагалось, что время поделится поровну, но пока что выходит совсем наоборот.
— Мальчишка, — прошипел Единый, — ты хоть понимаешь, к кому напрашиваешься во враги? Я смету тебя и сделаю это прежде, чем успеет вмешаться Старший.
— Настолько уверен в себе? — резко вскинув голову, я окинул его холодным взглядом.
— Можно и так сказать — с кривой усмешкой ответил он. — Тебе все равно не понять.
— Ну почему же? — притворно удивился я. — Это ведь так просто. На данный момент ты его единственная замена, и что бы ни случилось, тебе все сойдет с рук. Его гнев, нарушение запретов — ты ничего не боишься, потому как знаешь, что в любом случае останешься здесь. Он просто не посмеет тронуть тебя, боясь, что в случае чего некому будет собрать вокруг себя Единых, и его великий союз развалится. Но это сейчас. А если появится другая кандидатура?
— Ты что, намекаешь на себя? — неверяще ахнул он.
Не удержавшись, я расхохотался во все горло, настолько невероятным показалось мне его предположение. Да чтоб одиночку да вместо себя! М-да, тут Хрос хватил через край, хотя что-то в этом определенно было, недаром у Цирона челюсть отвалилась чуть не до колен.
— Да ты... ты... — Хрос с внезапно проснувшейся ненавистью сделал шаг вперед, вплотную приблизившись ко мне. Его потемневшие глаза, превратившиеся в узкие щелки, напоминали отточенное лезвие. — Это было очень большой ошибкой с твоей стороны, вот все, что я могу сказать. Не надейся, что это сойдет тебе с рук.
— Давай без угроз, наставник, — нехорошо прищурился я. — Запугивать меня бесполезно. Пуганый, знаешь ли.
Хрос гордо вздернул подбородок:
— Я никогда и никого не пугал попусту, заруби себе это на носу.
— Вот как, — нахально ухмыльнулся я. — Ну так давай, подтверди слова чем-нибудь посущественней, чтобы все убедились в твердости твоих намерений.
— Арлин, — предостерегающе вскинул руку Хенигас.
— Не волнуйся, — повернул я голову к наемнику. — Видишь, как он колеблется, опасается свидетелей. А что если один на один, а, Хрос? Выберем другой мир, подальше отсюда и там разберемся между собой без лишних глаз. Как тебе предложение?
— Идет, — прорычал он. — Так что нечего терять время. Я перекину нас к Вратам и...
— Арлин, ты безрассуден, — холодно перебил его Хенигас. — Хрос, я считал тебя умнее, если это понятие вообще применимо к Единым, но, видимо, ошибся.
— Заткнись, наемник или я...
— Боюсь, что если поток угроз не иссякнет, причем сию же минуту, вам обоим придется несладко, — не обращая внимания на мага, продолжил тот. — Возлагая на тебя обязанности наставника, Хрос, Старший сказал далеко не все. Не думал, что договаривать придется мне, потому как это поручили Арелли, но наша чародейка, похоже страдает забывчивостью. Так что слушай меня: ты можешь лишь обучать. Предпринимать действия, способные нанести вред Арлину, запрещено. И не только тебе, но и вообще всем Единым. Так что умерь пыл, иначе об этом маленьком инциденте тотчас станет известно Веланду и тогда тебя ничто не спасет.
— Да я... — запальчиво начал Хрос.
— Твоя самоуверенность просто поражает, — издевательски прервал его Хенигас. — Так вот тебе небольшой совет: забудь про нее хотя бы на время. Для Арлина припасено задание, и чтобы выполнить его, он должен оставаться целым и невредимым, ты понял?
— Значит, все же припасено, — понимающе протянул я. — Как это приятно, знать, что предчувствие в который раз оказалось верным.
— Не нарывайся, — коротко осадил он меня. — Раз уж ты теперь в курсе дела, отправляйся со своим наставником на тренировку. Небольшая разрядка вам обоим сейчас не повредит, но не забывай о моих словах, Хрос. А что касается тебя, Арлин, тоже не увлекайся. Я может, и не так хорошо подкован как Ирнин, но кое-что все же усвоил раз и навсегда — если маги обратят Силу друг против друга и один из них при этом погибнет, другой будет сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Не очень долгую, как правило. Намек понял?
— Понял, — неохотно ответил я.
— Тогда свободен.
Мы обменялись с Хросом взглядами, мало способствовавшими дальнейшему общению, и молча зашагали прочь. Цирон, глядя нам вслед, только ошалело покрутил головой.
Вроде вместе, но по сути порознь. Именно так мы миновали темный проход во внутренний двор и вышли из привратницкой. Едва заметив нас, Арелли поспешила навстречу. Она и подбежала бы, как я понял по ее глазам, но гордость не позволяла. К тому же вокруг было слишком много любопытных глаз, так что ей пришлось удовольствоваться сдержанной улыбкой, ничем не выдававшей охватившего ее волнения. А волноваться есть с чего, это ведь ее промах, ее вовремя не высказанное предупреждение могло стоить Хросу самого дорого, что только у него было, дороже даже самой жизни — звания Единого мага. Хотя как знать, чем могло обернуться наше противостояние, не вмешайся Хенигас.
— Все в порядке? — тревожно спросила чародейка, заглядывая в глаза Хросу.
По его лицу расползлась иронично-злая улыбка.
— Ну еще бы. Скажи, это твоя очередная задумка? Не знаешь, как избавиться от меня?
— Хрос, я... — она умоляюще сложила руки на груди.
— Не оправдывайся, — грубо оборвал он ее. — Мне и раньше приходилось наблюдать, как изящно ты избавлялась от соперников, но при этом никогда не задумывался о том, что в один прекрасный момент ты причислишь к ним и меня.
От обвинения, при всех так язвительно брошенного ей в лицо, Арелли растерялась. Краснота залила лицо чародейки и слезы обиды навернулись на глаза.
— Ты несправедлив, — негромко произнесла она. — Никогда бы не подумала, что ты посмеешь высказать такое вслух. Это просто низко, Хрос. И недостойно тебя.
Маг в ответ лишь скривил губы.
— Если это ложь — опровергни, — ядовито предложил он. — Я же от своих слов не отступлю.
— В таком случае я считаю это оскорблением для себя, — гордо вздернула подбородок чародейка. — И по правилам имею право на ответный шаг.
Поток воздуха взметнул накидку нежно-сиреневого цвета, на миг превратив ее в полупрозрачные крылья. Сила приглушенно забурлила, обвивая хозяйку слабо светящейся спиралью.
Я тихо присвистнул и отодвинулся, не желая попасть под горячую руку Арелли. Прямо сказать, в ее невиновность мне верилось с трудом. Было что-то в выражении глаз, лица такое ускользающе-фальшивое, что можно было ощутить только на грани возможного. Не знаю, на чем основано недоверие Хроса, но вел он себя очень уверенно, так, будто ничуть не сомневался в том же, что и я.
— Только не ошибись, Арелли, — очень тихо произнес он, — разыгрывая здесь из себя оскорбленную невинность. Все прекрасно знают, чего ты стоишь и как далеко готова зайти во имя своих великих замыслов.
"Боги, — с тоской подумал я, — у всех-то мания величия, планы, замыслы. И ты в них, как ничтожная пешка. Да пропади оно все пропадом!".
Сила радугой разноцветных искр безо всякого предупреждения ударила в Хроса, вызвав испуганные восклики со стороны Единых, на свою беду выползших подышать свежим воздухом. Несколько магов испуганно отскочили в стороны, поспешно гася долетевшие чуть ли не до самых лиц брызги магической ярости. Но тот, против кого она направлялась, даже не шелохнулся. Да и зачем, если всплеск магии дождевой водой стек по одежде, не причинив ему ни малейшего вреда.
— Теперь удар за мной, — бесстрастно сказал он, словно констатируя давно и хорошо известный факт.
Нехорошее предчувствие шевельнулось внутри, подсказывая, что этого никак нельзя допустить. Хотя бы не сегодня. И я, проклиная взваленную на себя миссию миротворца, кротко — как мне по крайней мере показалось — произнес:
— Хрос, не стоит, правда...
Он медленно повернул ко мне голову и с наигранным удивлением вскинул брови:
— Полагаешь?
Я молча кивнул.
В воздухе повисло тяжелое молчание.
-Что ж, слово ученика — закон, — неожиданно согласился он, — так гласят правила. Я пока оставлю за собой право ответного удара, Арелли, но не надейся, что это навсегда. Рано или поздно, но я воспользуюсь им и тогда ты вспомнишь этот день.
Вокруг вдруг стало невероятно тихо. И среди всеобщего замешательства Хрос повернулся ко мне и совершенно невозмутимо произнес:
— Идем, Арлин. Обучать тебя еще надо много чему, а времени у нас, как я понял, в обрез.
Единые расступились, пропуская нас к ступеням двухъярусного серого здания. Из тренировочного зала, стоило нам лишь войти туда, учеников и наставников тут же будто ветром сдуло. Мы остались наедине.
— А теперь давай начистоту, — из-за спины бросил Хрос..
Я внутренне подобрался, как гулон, изготовившийся к прыжку. Это ж надо, слова Цирона, не так давно обращенные ко мне, да из уст Единого мага. Да, господа, что-то подозрительно много развелось нынче любителей поболтать по душам. Не иначе, как к серьезным переменам.
— Давай, — вкрадчиво ответил я. — Начни ты.
Он меланхолично кивнул.
— Да пожалуйста. Прости, но я обойдусь безо всяких уверток, скажу, как есть. Где-то с пару дней назад я неожиданно для самого себя осознал, что ты, оказывается, намного сильнее, чем зачастую хочешь показать. Этого мог не заметить Веланд, вообще старающийся держаться от тебя как можно дальше, или Арелли просто потому что женщина, чье внимание направлено не совсем туда, куда следует. А вот меня тебе не обмануть. Все, что я показываю, ты схватываешь на лету и повторяя, просто тянешь время, разыгрывая этакого слабенького, малоопытного мага-недоучку. Если честно, не знаю, что там приготовил тебе Старший. Я видишь ли, последний, с кем он делится своими планами. Но подозреваю, что испытание тебе предстоит похлеще, чем все, что тебе пришлось пройти до этого. Иначе с чего еще он перешагнул через себя и позволил мне стать твоим наставником. Будь все куда проще и привычнее, он бы выбрал свою драгоценную Тайру, эту изуверку. Да мало ли, к кому еще тебя можно определить, чтобы получить вышколенного Единого мага, как две капли воды похожего на еще ни одну сотню точно таких же.
