...речь идёт о методе культивации ДО ЗАКЛАДЫВАНИЯ ФУНДАМЕНТА.
Старик Фирун не знал. Это единственный разумный вывод. Если бы у него хоть тень подозрений была, он бы ни за что не вручил мне подобное сокровище со словами "они твои, возвращать не требуется"!
Небеса. Такого просто не бывает. Такого просто не может быть. Даже после всей этой истории с Хином и Раджендраварманом — такого просто не может быть.
Но оно есть. Вот он. Метод. У меня на столе. Вплоть до Закладывания Фундамента.
Балансом твою силу юности, ЭТО МЕТОД ДО ЗАКЛАДЫВАНИЯ ФУНДАМЕНТА!
Первой мыслью, конечно, было не сообщать об этом, никогда и ни за что. Если культивировать метод Отравленной Пальмы тайком, то, когда я смогу добраться до Накопления Ци, я смогу...
Касаюсь своего ошейника и вздыхаю.
Нет. Если вдруг когда-нибудь Монивонг Дживан узнает об этом — а он непременно узнает... я не знаю, что он со мной сделает. Но, не сомневаюсь, что-нибудь чрезвычайно неприятное. Я ношу его ошейник, я его собственность. Нет. Я должна ему обо всём рассказать. Если он вдруг решит оставить мне этот метод — что же, отлично, если же нет... переживу. Не заслужи я право на его ошейник, я бы как-нибудь извернулась... если бы Старик Фирун вообще стал бы тогда со мной разговаривать... и если бы я всё равно не показала этот метод старейшине. "Метод до фундамента" — это, конечно, хорошо, но безопасность никто не отменял, что ярко показал мне мой первый день в секте.
Что же. Никаких альтернативных решений у меня, фактически, нет. Полагаю, это и к лучшему.
* * *
— Так. Так-так-так, — когда я объяснила господину Дживану ситуацию, он заинтересованно раскрыл связку бумаг и принялся бегло проглядывать листы.
Занимался он этим на протяжении десяти минут, нехарактерно для него сосредоточенно и молча.
— Так, — наконец-то подвёл он итог. — Идём к Старику. У меня появилось к нему несколько вопросов...
* * *
— Я. Повторяю. Что. Это. Такое, — чувствовалось, что Монивонгу Дживану очень хотелось бы бить по лбу Старика Фируна томом метода, но из-за ценности оного он ограничивался костяшкой пальца. Бил, разумеется, слабо и аккуратно, а то при желании, чувствуется, он даже костяшкой пальца убить может... Всё-таки разрыв в стадию культивации имеет большое значение.
Алхимик не сопротивлялся. Он уже успел просмотреть то, что на самом деле мне подарил, и во время просмотра ладони у него ощутимо тряслись.
— Я... я не знаю. Учитель Хенг практиковал тот же метод, что и я, метод Силы Юности, Бодрящей Словно Хинин. Я, я никогда и представить не мог, что в его распоряжении есть подобное сокровище, он никогда не упоминал о таком...
— Интересно, о чём он ещё не упоминал, а? Сам он метод придумать не мог. Ни один из доступных мне методов это не напоминает. В общем, обыщи все бумаги, всю библиотеку внешнего двора, если потребуется, но найди, откуда здесь взялся метод и не затерялось ли там ещё что-нибудь эдакое! Ну, или хотя бы убедись, что следов найти невозможно, — думаю, что приказ излишен, после такого Старик Фирун и так перероет всё что можно.
— Разумеется, старейшина, — Алхимик кланяется и вновь берёт в руки листы с методом.
Монивонг Дживан резко хлещет его по пальцам.
— Куда? Это уже не твоё, ты сам Ли Лун подарил, вообще-то! Или, скажешь, что слов "они твои, возвращать не требуется" не было?
— Были, — вздыхает Старик Фирун, больше не пытаясь тянуться к сшитым листам.
— Вот и хорошо. Думаю, когда Лун прорвётся на Накопление, она не откажется одолжить свой метод секте для копирования, правда? Деньги ведь за это хорошие платят, — что будет, если я не прорвусь, Дживан уточнять не стал. Оно и понятно, мертвецам деньги ни к чему. — И, кстати, что у Лун с талантом к алхимии? Только честно.
— Честно... Ну-ка, начерти гексаграмму цзинь!
— Именно цзинь? Не цзин, не одну из двух цзяней? — это, кажется, ли плюс кунь, огонь-земля...
— Да, именно цзинь — хотя не, не требуется, вижу, что ты всё же что-то освоила, не всё в методе копалась, — тяжело вздыхает и обращается к Дживану. — Да, у девчушки есть талант к алхимии, но это не имеет никакого значения, ведь она всё равно через год сгинет. Ну, не через год так через несколько лет, неважно.
— Хе-хе, в тебе совсем, совсем погасла сила юности, раз ты больше не веришь в молодое поколение! Неудивительно, что все тебя "стариком" кличут!
— Я просто достаточно всего в жизни повидал... ладно, раз она хотя бы несколько лет помощницей проработает, всё хоть какой-то прибыток будет.
Еееесть!
* * *
После очередного часового визита господина Дживана, когда мне всё же удалось немного отдышаться и прийти в себя, я поинтересовалась, какой же метод мне следует культивировать.
— А, искушение метода до фундамента, понимаю, понимаю. Ну, — чувствуется что мужчина по-настоящему задумывается, — согласно правилам, ты обязана пройти два боевых испытания и или два сеанса телесной культивации, или закончить Закалку Органов за один. Нет, тот, что ты прошла, не считается. Я уточнял. Так что сейчас я всё равно советую тебе сосредоточиться на методе Силы Юности, Пылающей Словно Костёр. Хотя бы техники оттуда ты усвоить должна. А вот потом... ты понимаешь, что в методе Отравленной Пальмы нет телесной культивации? И что с этим методом ты не сможешь провести Закалку Меридианов?
— Да, господин Дживан, я готова с этим смириться! — да я готова петь и плясать от радости, что мне не придётся "огнь жидкий" в меридианы заливать! Даже на Закалке Меридианов телесная культивация не становится безопасной. Отнюдь. Это я уже выяснила.
— Ну, наша секта, конечно, всячески способствует распространению телесной культивации, но в правилах ничего не сказано о том, что использовать методы без телесной культивации запрещено. В конце-концов, секте нужны разные специалисты. Так что если твоя сила юности мечтает об отравленной пальме — что же, я не стану этому препятствовать.
— Спасибо, господин Дживан, я вас не подведу!
* * *
{Культивация к 13 годам, 5d27 + 2 + 20 (ресурсы Монивонга Дживана): 92. Меридиан гениталий на 42/90}
{Открыт меридиан печени, +1d6 к боевым броскам (всего 8d6), продолжительность жизни увеличена на 5 лет (наступление старости в 79 лет)}
{Изучение метода Силы Юности, Пылающей Словно Костёр, 0/100 прогресса. 1d100 + 40 (обучение): 51 + 40 = 91. 91/100 прогресса, метод не освоен, но техники телесной культивации освоены, 19/100 прогресса в Закаливании Органов}
{Освоение алхимии, автоуспех, достигнут уровень ученика в алхимии}
{Ли Лун завершает тренировки ученицы щита (+10 к защите при использовании щита)}
{Случайное событие в возрасте 13 лет, КС 1/100, 1d100: 29. Обычная жизнь}
Подъём. Утренняя культивация. Утренние тренировки. Изучение алхимии. Вечерние тренировки. Изучение метода. Вечерняя культивация. Сон.
Раз за разом, день за днём, месяц за месяцем. Честное слово, я даже нечастым визитам Дживана радовалась (искренне, я имею в виду, напоказ-то я всегда рада). Хоть как-то рутину разнообразит!
И, что самое печальное, успехи, если не брать в расчёт алхимию, у меня весьма средние. Пусть я и усвоила технику Закаливания Органов Чужими Страданиями, сам метод так мне до конца и не дался (если выживу, то не стану учить его дальше, переключусь на пальму). Травы, которые дарил мне Дживан, помогли, я благополучно открыла меридиан печени... но до полного открытия меридиана гениталий ещё очень и очень далеко. И, самое гадское, сколько я ни надрывалась на тренировочной площадке, в скольких поединках ни участвовала, сколько бы синяков и травм ни получала — научиться сражаться лучше я так и не смогла! Да, я чуть изящней обращаюсь копьём и щитом, чем раньше, технику мне поставили, да. Но для чего-то большего...
...для чего-то большего необходимо, чтобы это жалкое, тщедушное, хилое тельце наконец-то выросло, чего оно делать отказывается наотрез! Бесит, моё затянувшееся "отрочество" меня просто бесит! Один год разницы в возрасте для меня — это всё ещё очень, очень много!
А ведь Тола тоже занимается с отличными инструкторами — Дживан специально так сделал, "чтобы подстегнуть твою силу юности и заставить её пылать ещё ярче, ведь я нисколько не сомневаюсь в твоей победе!". Ну "спасибо", баланс бы тебя побрал! Ещё бы трав ей дал, для ускорения культивации (не давал, я спрашивала, так что, надеюсь, она обгоняет меня лишь на один меридиан)! Как будто без этого смертельно опасное испытание было бы недостаточно смертельно опасным! Ведь Тола тоже мотивированна донельзя, она прекрасно представляет, что её ждёт в случае поражения.
Что ждёт меня, я тоже прекрасно представляю.
Именно поэтому я рада, что хоть с алхимией всё получается. За обнаружение метода я извинялась велеречиво и неоднократно, и учитель Фирун их всё-таки принял. Он смог где-то отыскать дневник своего учителя, Хенга, в котором описывалось, как молодой алхимик, недавно перешедший на Накопление Ци, отправился за ингредиентами и едва не стал жертвой кусьтигра. В последний момент ему пришёл на помощь незнакомый культиватор из какой-то чужой секты, и вдвоём они смогли одолеть мистического зверя, вот только спаситель скончался от полученных ран. "Перед смертью он попросил меня передать ту вещь его сыну, который придёт позже, и я намереваюсь сдержать обещание".
Природа "той вещи" не указывалась, и вообще, это могло быть и ложным следом... но вряд ли, всё довольно хорошо сходится. И невероятно ценный метод, спрятанный среди ученических конспектов... умно. Отыскать непросто, не удивлюсь, что и сам Хенг под конец жизни подзабыл о том случае.
Никакой сын, понятное дело, так никогда и не пришёл.
Впрочем, это дела прошлого. А что до настоящего...
В ступке с пестиком измельчить засушенные лепестки Розового Десятилетнего Лотоса (дуй, Озеро) до состояния праха. Снять с огня чайничек, залить кипятком засушенные листья Оранжевого Низкогорного Дикочая (гэнь, Гора). Нет, я не знаю, почему он "оранжевый"! И да, лить нужно плавно, но быстро и ни в коем случае не помешивая!
А дальше... Озеро добавляется к Горе, следовательно, Гора, увы, главнее. Сунь, проникновение. Очень, очень противный и сложный метод. Но, ничего не поделаешь.
Аккуратно, стараясь ничего не просыпать, добавляю истёртые лепестки в отвар. Беру пальцами обеих рук (обеих! Это важно!) палочку из красного дерева и начинаю помешивать по кругу.
— Ом мани падме хум, — в направлении янь, — ом мани падме хум, — в направлении инь, — ом мани падме хум, — в направлении янь...
Чередовать направления. Каждый раз. Считать вслух нельзя — я читаю мантру. Загибать пальцы нельзя — все пальцы должны касаться палочки. Пользоваться помощью кого-то другого, кто будет считать за тебя... можно, но так как это экзамен, то нельзя (стоящий сзади учитель Фирун не вмешается, даже если я совершу грубейшую ошибку). Только мысленное усилие, только внутренняя сосредоточенность, только изменение направления после каждого вращения, каждой прочитанной мантры.
Читать мантру (и вращать палочкой) необходимо ровно сто восемь раз, не больше и не меньше.
— Ом мани падме хум. Ом мани падме хум. Ом мани падме хум.
Чувствую, как сначала грудь, а потом и всё тело охватывает странное, но приятное тепло. Значит, всё идёт неплохо? Так, не отвлекаться! Девяносто шесть. Девяносто семь. Девяносто восемь...
— Ом мани падме хум, — остановить палочку. Резко. Аккуратно, но быстро вытащить её вертикально вверх, продолжая касаться всеми десятью пальцами. Всё, самый сложный этап завершён, и при этом совершенно непонятно, нормально он завершён или нет. По лицу учителя разобрать ничего невозможно. Ну, будем считать, что нормально.
Аккуратно, через мелкое-мелкое сито переливаю всё содержимое чашки в котелок, наполненный ключевой водой, набранной не раньше последнего затухания солнца. Ага, измельчённые лепестки лотоса, кажется, растворились полностью, хороший знак. Ой! Маленькая чаинка всё же упала мимо ситечка прямо в котелок! Ладно, ничего не поделаешь, если пытаться достать, будет хуже.
Содержимое чашки бурым облаком расползается по котелку. Так, всё верно, всё правильно, так и должно быть, помешивать пока ни в коем случае нельзя, эх, если бы не чаинка...
Ладно. Неважно.
Бронзовыми щипцами (обязательно бронзовыми!) беру молодой плод Фиолетового Кисломанго (как ни странно, оно действительно было фиолетовым). Это чжэнь, Гром, а вода в котелке, разумеется, кань, Вода, и она главнее. Соединение даёт чжунь, "начальную трудность". Ну, да, по сравнению со многими другими методами он труден. Тут требуется помешивать не сто восемь, а все двести шестнадцать раз — сперва сто восемь в направлении янь, затем сто восемь в направлении инь. Самое большое число помешиваний среди всех методов смешения, да. Но это можно делать одной рукой и, что самое важное, можно считать вслух, чем я с огромным удовольствием и пользуюсь!
А так, при минимальном умении сосредотачиваться, провести в воде манго кругами двести шестнадцать раз совершенно несложно. Главное — не прикасаться к стенам котелка, не позволять манго упасть и ни в коем случае не повредить его кожуру!
Так. Всё. Закончено. Достаю Фиолетовое Кисломанго и тщательно вытираю хлопковым полотенцем. Даже двумя, на всякий случай, это не возбраняется. Так. Последний этап!
Склянку я тоже подготовила заранее, с той же самой ключевой водой. Бронзовой иголкой протыкаю манго сбоку, вплоть до косточки. Прижимаю горлышко склянки к проколу, так, чтобы оно прилегало плотно-плотно. Переворачиваю.
Спустя несколько бесконечно-невыносимых мгновений в склянку наконец-то падает первая алая капля.
Вторая. Третья. Ну, ну, давай же, давай! Четвёртая. НУУУ! ЕЕЕСТЬ — ПЯТАЯ!. Шестая. Ну, ну, ещё немножечко! Седьмая. Ну, ну, последняя, последняя осталась, ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!
Я не переворачивала песочные часы, чтобы строго засечь время, но в какой-то момент сама поняла: всё. Конец. Только семь капель. Восьмой не будет. Это всё та проклятая чаинка, чтоб её забалансило! И нет, второй прокол делать бесполезно, а пытаться выдавить — значит, запороть то, что есть...
Учитель Фирун, всё это время стоящий молча и неподвижно, сдвигается с места и подходит. Убираю манго, протягиваю зелье ему. Он рассматривает его на свет, взбалтывает раз, другой. Наверняка Ци тоже проверяет.
