Король Героев вытянул руку и из портала в его ладонь упал небольшой цилиндр с сердцем гомункула Иллиясфиль. Ведь никто же не думал, что Король явится просто так?
========== Глава 23. Рыцарь-Предатель ==========
— Я не буду с тобой драться, — вздохнул я, продолжая держать меч в руке. Просто для красоты, конечно же. Как и экзорцистка, я внимательно осмотрел наших нисколько не желанных гостей.
Кайри был все в той же кожанке из магических существ и неторопливо курил. Наемник остался стоять у входной двери совершенно случайно. У открытой двери. А вторая рука удобно расположилась в кармане штанов рядом с кобурой.
— Могу я попросить вас снять очки, мистер Сисиго? Ночь на дворе, и черные стекла могут плохо повлиять на вашу реакцию в это опасное время, — неторопливо продолжил я.
Конечно солнечные очки смотрятся невероятно круто, но носить их ночью — такой же идиотизм, как пытаться набрать воды ситом. Сисиго дураком не был точно, а значит, очки выполняли какую-то функцию. Я не знал, для чего именно они нужны, но этот тип не расставался с ними и в тот раз в церкви. Профилактика — залог здоровья.
— Разумеется, — Кайри вытащил руку из кармана и медленно снял очки, в это же время я так же неторопливо отозвал Экскалибур и демонстративно положил револьвер на подлокотник кресла, скрипнувшего под тяжестью. Наемник, поняв посыл, криво улыбнулся и застегнул кобуру. Экзорцистка выдохнула с облегчением и, отойдя от кровати, встала рядом со мной. Кресло в комнате было лишь одно.
— Я должна была одолеть тебя, — недовольно буркнула Мордред, совершенно не аристократично бухнувшись в кровать. В мягкую кровать мотеля. Я невольно задержал взгляд на коротком топе и не менее коротких джинсовых шортах как бы моего ребенка. Было сложно. Неприлично большая концентрация возбуждения и отсутствие охлаждения в течение длительного времени сказались на моем восприятии не лучшим образом. Я не знал даже, о чем мне начать беспокоиться сильнее: с того что меня возбудил ребенок или мысли слишком опасно близкой к инцесту.
Мордред была ребенком, примерно возраста Рин, может, немного старше. Одежда, вернее, ее обильное отсутствие и молодежный стиль вполне могли сбросить возраст Слуги в моих глазах. Внешнее сходство было очевидно, будь я внешне моложе, мы бы могли сойти за сестер. Не близнецов конечно, черты ее лица были мягче, глаза ближе к зелено-салатовому. Не совсем такие, как у оригинала, более тусклые. Мышцы не бугрились как у бодибилдера, но фигура явно была не модельной, а спортивной.
— Скажи, кто это сделал, кто помешал мне добиться своего, и я откручу ему голову! — злилась Берсерк, глядя на мое повреждение.
— Зигфрид, — я невольно улыбнулся, она решила доказать свою силу, победив того, кто победил меня.
— Значит, ты тоже была там! — Мордред быстро подпрыгнула на кровати и в один прыжок оказалась возле своего мастера. — А я тебе говорила! Нужно было идти! Мы пропустили все веселье! Все, пошли, — красная короткая куртка, надетая поверх топа девушки, была смотана в комок и брошена в лицо ее мастера Сисиго.
— Во-первых, не все. Мастера Кастера и Райдера, как и мы, не нарушали договора, — терпеливо ответил Кайри, аккуратно снимая с лица импровизированный снаряд и с сожалением убирая сломанную сигарету, — Во-вторых, мы получили компенсацию от Наблюдателя.
Я скосил глаза на прикроватную тумбочку с электронными часами, быстро они. О награде и спрашивать смысла не было, дополнительный рисунок на тыльной стороне ладони нельзя было увидеть сквозь перчатки с обрезанными пальцами, но догадаться было просто.
Эта информация была общедоступна для всех Слуг и мастеров. Всего один звонок в церковь Наблюдателя, и я был в курсе о том, что Черные также получили три Командных Заклинания в качестве компенсации. Почему не Слуга Рулер? Зачем передавать их через того одноглазого священника Сервантеса? Возможно ли, что Похоронка решила воздействовать на войну или Святая Церковь отобрала у Рулер знаки?
Звучит бредово. Рулеры — Слуги, призванные контролировать войну, их параметры при призыве на войну всегда несколько выше, особенно Сопротивляемасть Магии. Это нарушение баланса Слуг сделано системой намеренно, чтобы Рулеры могли при необходимости вмешаться и урегулировать конфликт грубой силой.
— Мордред, война — это не игрушки, — тихо сказал я, вздохнув. Я и сам не понимал это внутреннее беспокойство о моем враге, которого знал буквально пару минут. Возможно, что Артурия на самом деле беспокоилась о своем чаде, но по каким-то своим причинам не проявляла близости к дочери... то есть к сыну. Блин, этот гендерный диссонанс меня просто убивает.
— Я знаю, отец, — Берсерк стояла ко мне полубоком, и лицо я видел лишь слегка, но было заметно, как девушка недовольно немного опустила голову. — Я тоже воевала, воевала лишь ради тебя, — Слуга повернулась ко мне и медленно начала приближаться, от нее не исходило жажды убийства, и она не призывала оружия, но гнев исказивший черты ее лица был очевиден. — Ты ведь помнишь, как ты отплатил за мою верность, отец? Помнишь свои слова?
— Я не твой отец, — возможно, конфликт перейдет к агрессивным действиям, я быстро прикинул габариты комнаты, учел, что мы всего на третьем этаже и рассчитал путь отступления через окно. Второй раз трюк Кузуки не сработает, драться на мечах — слишком узкое и тесное пространство. Остается рукопашный бой. Ее мастер наверняка не дилетант, Кала может справиться, а может и погибнуть. — Если у тебя проблемы, то это не ко мне, — лучшим решением сейчас было бы не развивать конфликт и просто разойтись.
— Это очевидно, — фыркнула Берсерк, остановившись в полуметре от меня после того, как я встал с кресла. — Отец был правшой. Просто я всегда хотела сказать ему что-то в этом стиле.
Она наколола меня, осознание пришло постепенно, нарастая подобно хитрожопой улыбке на лице этой мерзавки. Я сделал быстрый шаг в ее сторону и снова вскинул руку к горлу, естественно, Мордред была готова к такому и с легкостью отвела удар в сторону вместо обычного блока. Однако суть была не в этом. Приблизившись достаточно близко, я впился губами в ее рот. Это настолько потрясло явно не ожидавшую такого девушку, что ее буквально парализовало на несколько секунд. Непозволительно долгое время для Слуги, я бы мог убить ее...
Я должен был воспользоваться моментом.
Моя рука легла на талию Мордред, прижимая ее ближе, я впивался в нее почти хищнически. Разумеется, только губами, никакого языка и обмена жидкостями, проклятье все еще было со мной. С некоторым интересом я успел отметить, что один зуб у нее немного выпирается из верхнего ряда, прежде чем, вздрогнув и выйдя из оцепенения, Слуга наконец-таки пришла в себя и отскочила от меня, шипя словно злая кошка.
— Какого черта?! — в ужасе девушка отходила назад, до тех пор, пока не уперлась спиной в стену.
— Это самое извращенное существо, которое я когда-либо видела, — прокомментировала экзорцистка, пряча ехидную улыбку, — а я, между прочим, пару раз охотилась на суккубов.
Если Кайри и офигел от подобного, то он отлично скрыл свои эмоции за поиском сигарет в куртке.
— Ты сделала то, что всегда хотела, и я сделала то, что хотела, — улыбнулся я, вспоминая милую и смущающуюся Рин, — разве это не справедливый обмен любезностями?
— Ты. Ты поцеловала меня! — обвиняюще тыкнула пальцем Берсерк.
— Да ладно, это почти монашеское прикосновение, — закатил глаза я, на всякий случай приготовившись уклоняться от удара. Она явно пришла не убивать меня, скорее всего, просто вышла прогуляться по городу, утро все-таки, ну или, можно сказать, день. Однако в морду дать она имела право. Разумеется, я был достаточно нечестным, чтобы не предоставлять ей этого права. — Легкое прикосновение губами между девочками, разве это не невинно и мило?
— Это поцелуй! И ни капли не невинный, — зашипела Мордред. Мне показалось, у нее даже волосы немного дыбом встали.
— Ладно, я извинюсь, если ты ответишь на один вопрос, — кивнул я, примирительно поднимая руки. Мне было интересно, с чего она решила, что я левша, ведь оружие я всегда держал в правой руке, как и оригинальная Артурия.
— Очевидно, что ты левша, которую переучивали на правую руку, — блондинка странно сощурила глаза и наконец опустила палец. — Мой отец был правшой, а Агравейн левшой.
— Что меня выдало? — поинтересовался я. Да ладно, правая у меня всегда была ведущей. Этой рукой я писал, звонил с телефона, и мышку для ноута тоже использовал правой рукой. Ну раньше, когда у меня был выбор.
— Тот удар в церкви. Ты блокировала левой, хотя правой рукой было бы удобней, — начала девушка, невольно коснувшись шеи, — шнуровка на твоих ботинках: так вяжет левша, но самое главное — это двери.
— Вы очень внимательны к деталям, мистер Холмс, — для Берсерка она была чрезвычайно наблюдательна. Двери — это действительно мой косяк. Все стандартные двери рассчитаны на правшей, и левша всегда будет открывать их иначе даже правой рукой. Другое положение тела, привычка делать оборот тела иначе. То, чего я не замечал в силу автоматизма, своего или тела. — Что же, мои извинения, — чуть склонил голову я.
А вот шнуровка наводила меня на мысли о том, что я не помню, какой она была раньше. В конце концов, обувь мне снимать не приходилось, обмундирование призывалось и отзывалось. Теперь я не мог уверенно сказать, появились ли изменения после перехода на темную сторону. У засранца ведущей была тоже правая? Ну Эа он держал правой.
— И все? — возмутилась Мордред, чуть приподняв брови.
— У тебя довольно жесткие губы и один кривой зуб, — на последнем слове я легко уклонился от полетевших подушек. Ребенок есть ребенок. — Рин целовалась гораздо лучше, хотя у нее и не было опыта, — и иногда мой язык бы слишком длинным.
— У меня тоже... — Берсеркер резко осеклась и, опасно сощурившись, угрожающе ткнула в меня пальцем, снова, — ты ведь... не...
Брови Сисиго все же взметнулись в удивлении, и я мысленно поставил себе дополнительное очко.
— Господь милосердный, а я думала, что меня уже не удивить,— протянула экзорцистка, впрочем, тон ее даже близко не был удивленным.
— Все в этом бренном мире возможно, — расплывчато ответил я, вновь внимательно осмотрев тело Мордред.
— Мы уходим, — Слуга, вздернув подбородок, пошла в сторону выхода, — мне нужно выпустить пар, найдем этого Зигфрида и...
— Ты ведь знаешь, что он стал вместилищем Ангра-Манью? — спросил я, неторопливо двинувшись следом. — ...стал гораздо сильнее? Вобрал в себя все зло мира: гнев, зависть, похоть... ну там, привычки нехорошие, типа козявки ковырять.
— Справлюсь, — прошипела Мордред, уже коснувшись ручки на двери.
— И что, его уже развоплотили? — закончил я, с удовольствием отметив, как круглая ручка, не выдержав давления, разломилась на небольшие кусочки.
Кайри с интересом посмотрел на Калаварнер.
— Таинство Очищения. Агенство Погребения,— коротко сказала церковница. — И Сейбер.
Это было странно, что Агенты не доложились о выполнении задания... или наемник был снова сам по себе?
— Благодарю, — немного склонил голову Кайри. — Я не поддерживаю связь с остальными за исключением вечерних собраний.
Возможно ли, что Наблюдатель тянет с оповещением? Что-то мне этот Сервантес кажется все более подозрительным.
— Ты все еще можешь выпустить пар со мной, — я нежно положил руку на талию Берсерка, заставив ту отскочить вперед.
— Нет. Не приближайся ко мне, — Мордред инстинктивно встала за своего мастера, я, разочарованно пожав плечами, сел обратно в кресло...
* * *
— Я не испугалась, в мире вообще нет того, чего бы я боялась, — заметила Берсерк, выходя из здания и, немного подумав, добавила, — за исключением дураков, особенно с оружием и у власти.
— Я не проронил и слова, — отметил Сисиго, надевая очки.
— Но ты подумал, — капризно добавила Слуга.
— Хм, дай-ка я еще раз посмотрю на тебя,— Кайри задумчиво смял пустую пачку тайваньских сигарет и, выкинув, достал новую. — Способности к телепатии у тебя все еще нет.
— Это не смешная шутка, — процедила Мордред, чуть обернувшись.
Ей и вправду было не смешно. Тот поцелуй. Он показал ей прошлое Сейбер. Совсем другое прошлое. Артурия, что пришла к власти не как наследница короля. В ее прошлом не было меча в камне. Калибурн был с той Артурией почти с самого начала ее пути. Ее восхождение к власти было жестким и кровавым. Однако... она пользовалась значительной поддержкой.
Была некая ирония в том, что Артура, отца Мордред, народ поддерживал, но в итоге многие отвернулись от него. Проклятую Сейбер же многие считали тираном, но в конце ее истории...
* * *
Шум боя почти затих. Она сидит в седле и смотрит на переданный ей меч. Меч Короля Рыцарей. Часть Круглого Стола там, на поле боя, эти рыцари умирают в окружении, брошенные ей, Мордред. Но верные Артурии до самой смерти.
Она поворачивается к своим товарищам по оружию, ее глаза пробегают по лицам мужчин. Бедьвьер и Гавейн смотрят на нее с мольбой, она знает: лишь один ее кивок, лишь намек, и они сорвутся на помощь. Не только они. Но она приказывает стоять и ждать, она видела сигнал. Они все видели.
Ланселоту тяжелее всех. То, что он был особо близок и питал чувства к Артурии, не было особой тайной для внутреннего круга рыцарей. Но преданность и клятва связывали его крепче любых цепей. Мордред не смотрит ему в глаза, лишь крепче сжимает плечо соседа. Его конь фыркает в несогласии и, чувствуя волю хозяина, рвется в бой.
Она молчит, медленно обводит всех тяжелым взглядом и крепче сжимает Экскалибур. Свое наследие... и свою ношу. Сейчас не время для речей и боевых кличей...
Наконец, они слышат... шум воды. Более пяти лет подготовки. Планы внутри планов, изучение инженерного дела, ландшафта и многих наук. Фальсификация документов и празднеств. Повышенные налоги на постройку колодцев, "во имя духов". Все ради этого момента.
— Надеюсь, ты смог, Счастливчик, — шепчет Мордред.
Простое и одновременно гениальное решение. Обман и дезинформация. Блеф. Западня.
Ловушка захлопнулась. Огромное количество воды из нового водоема возле Камелота хлынуло через уничтоженную плотину к старому озеру, где в данный момент находилась почти вся греческая армия вместе с их лидером.
Лошади захватчиков заржали в панике, построения дрогнули, в скором марше отступая, но было слишком поздно. Вода хлынула внутрь огромной могилы и укрыла всех плотным слоем воды, коричневый грязный цвет быстро сменился алым, крики паники сменились гробовой тишиной.
— Сейчас, — это не первый ее приказ, но впервые она приказывает как новый полноправный Король Рыцарей, сменивший погибшего. И это тяжело. Но большего от нее и не требуется, командиры уже знают что делать, а лучники, пехота ближнего боя и конники разделяются на крупные отряды, чтобы окружить и добить врага...
Так погибла легенда...
И так родилась новая...
* * *
— Мы вышли из зоны Барьера, — сказал наемник, развернувшись и помахав рукой кому-то позади. — Ты ведь тоже заметила?
