— Я оттолкнул вас только раз... — ответил Алекс, услышав в этих словах свой подтекст. Ведь он бы никогда не стал отталкивать, если бы Дэвид сам не старался быть этим "кем-то слишком незнакомым и чужим".
— Не на том акцентируешь, но, раз уж начал... похоже, это так важно для тебя, ведь ты уже упрекал в этом, — Дэвид тоже расценил это со своим цинизмом. — Ты был так искренен и доверился мне, а я, гад такой, причинил тебе боль, не остановившись, когда ты просил, и воспользовался тобой. Хотя ты и в первый раз не испытывал особого желания, разве не так?
— Не так! — тон повысился непроизвольно, и Алекс осекся, прикрывая рот рукой. Было слишком неловко говорить обо всем этом, но он не хотел упустить возможность высказать все, что думает. А с другой стороны — стоило промолчать. Вспомнив о прошлом, Алекс подумал, что, вероятно, именно с того момента все и пошло не так... насколько это вообще возможно, ведь все было "не так" изначально. Возможно, не придай он тогда каким-то словам значения и пропусти их мимо ушей, то сейчас бы многое было иначе.
— Ха, ну да, ты сделал это из чувства обязанности мне, — усмехнулся Дэвид, а в его взгляде сверкнуло нечто недоброе. Он еще тогда знал, что не нужно поддаваться моменту и брать то, что предлагают, а после только убедился в этом. Всегда существует рубеж, который лучше не переступать.
— Ошибаетесь, — возразил Алекс на такую едкую усмешку. Ему виднее, из каких чувств и побуждений он тогда подошел и одним жестом отдал всего себя. — Конечно, было чувство благодарности, но не обязанности...
— Есть разница?
— Слишком большая... благодарность гораздо приятнее и теплее, чем обязанность, — вздохнув, он опустил взгляд, ощутив нечто сродни обиде.
Дэвид не видит разницы сейчас, и не видел тогда, так же, как и не почувствовал, что Алекс сделал такой отчаянный шаг исключительно из-за привязанности и симпатии к нему.
Все разговоры бесполезны, когда собеседники не понимают друг друга.
Чувство серой апатии все сильнее расплывалось внутри, так что Алекс уже не хотел что-либо доказывать и отстаивать свою точку зрения, ведь все так или иначе останутся при своем мнении.
— Даже если ты прав... мне чуждо подобное, — осторожно проводя ладонью по ноге Алекса, по колену и выше, Дэвид приблизился.
Алекс молча смотрел в его голубые глаза, в которых нельзя было что-либо рассмотреть, потому что они ровным счетом не выражали никаких эмоций. Ощущая холодную ладонь, постепенно согревающуюся от тепла его тела, Алекс неуверенно, и в чем-то опасливо, подался немного вперед... так, что пряди его челки едва не коснулись лица Дэвида... но замер, словно что-то мешало ему наклониться еще чуть-чуть.
— Можешь забрать свои вещи и, позже, когда разберу хлам, спать в другой комнате, — предпочтя не ждать, когда же Алекс все-таки решится, Дэвид отстранился и встал, указывая взглядом на валяющийся на полу чемодан. Кроме того, он передумал делать из Алекса постельную грелку, расценив это как очередное принуждение. Редко, но иногда все-таки Дэвид отказывался от своих слов, брошенных по резкости, потому что не только терял интерес, но и не хотел в очередной раз принуждать.
Когда он вышел, Алекс вымученно выдохнул и лег на спину, глядя в потолок. Стало слишком все равно, даже на увиденное в кабинете, потому что Дэвиду, похоже, тоже было все равно.
Среди множества несуразных мыслей Алекса всплыли и слова о том, что он неосознанно совращает... но он так и не смог вспомнить что-нибудь, хотя бы близко подходящее под такое определение, и снова нервно улыбнулся.
Все это больше походило на медленное сумасшествие или обычную дурость. Еще недавно Алекс ощущал, словно что-то надрывается внутри, но оно замолкло. Образ увиденного потускнел, как только Дэвид упомянул о том, что Алекс переспал с ним из-за чувства обязанности в первый раз, а во второй — отталкивал. Но теперь, вероятно, не представится возможности спросить, какая же тогда была причина для этого самого "второго раза".
Еще Алекс вспомнил, как когда-то просил Дэвида не оставлять его, как боялся, что жалость Дэвида пройдет... и, похоже, не зря. Даже домашние питомцы надоедают, что уж говорить о несовершеннолетнем юноше.
Хоть Алекс и занимал схожее положение, он доставил немало неудобств и, возможно, успел надоесть. Но Дэвид все еще не оставил его и не выкинул за порог, а лишь значительно изменил свое отношение.
И все-таки внутри что-то сломалось или же потухло, словно Алекс перешагнул какую-то невидимую, но осязаемую черту, или увидел конечные титры фильма.
"Конец? Уже нельзя что-то вернуть или изменить, но..." — от собственной дурной мысли Алекс зажмурился и сел, закрывая лицо руками. — "Можно ли начать сначала? Или заново?"
Мысль действительно была дурной, но не лишенной смысла. Несмотря на множество эмоций, которые Дэвид буквально заставил испытать по отношению к себе, Алекс не утратил того теплого чувства, которым дорожил. Кроме того, Дэвид сам сказал думать о нем как о ком-то чужом и незнакомом... так почему бы не сделать шаг вперед и не узнать его? Алексу ничего не мешало, кроме него самого. Было слишком много вопросов и противоречий, но он всегда мог попытаться.
Надежда на то, что все можно начать сначала, закрыв глаза на все прошлое до этого момента, до этой минуты и секунды, тлела тусклым углем все в той же странной апатии. Но она постепенно отступала, когда Алекс пытался не оглядываться назад, на прошлое.
Через несколько дней казалось, что они вновь претерпеваются друг к другу, так же, как и в то время, когда Дэвид впервые позволил Алексу жить в своем доме. Дэвид редко с ним разговаривал, но так же ровно и беспристрастно. Алекс все еще спал в его постели, но едва ли Дэвид замечал его присутствие, потому что, как правило, уставал на своей неизменной работе и просто засыпал. А сейчас же Дэвид ходил по квартире и наблюдал за работниками, которые привезли и собирали мебель. Когда они закончили, он притязательно осмотрел проделанную ими работу, но придираться не стал, потому что терпение было на исходе, да и он никогда не отличался перфекционизмом.
— Можешь выбирать себе любую комнату, — Дэвид развел руками, — а я пойду раскладывать весь этот хлам из коробок.
— Вам помочь? — спросил Алекс, припоминая немалое количество коробок в гостиной, в которую направился Дэвид.
— Как хочешь, — пожал плечами тот, обернувшись.
Дэвид уже достаточно давно переехал в эту квартиру, но время для благоустройства нашлось только сейчас. Помогая доставать различные вещи из массивных коробок, Алекс не раз ловил на себе такой взгляд, словно Дэвид хотел что-то сказать, но предпочитал молчать.
— Куда эти папки? — достав увесистую связку папок с различными бумагами, Алекс осмотрел гостиную на предмет того, куда же их стоит положить.
— На верхнюю полку, — Дэвид указал в сторону довольно-таки высокого шкафа-купе.
Кивнув, Алекс подошел к указанному шкафу и обреченно взглянул на самую последнюю полку, дотянуться до которой для него было просто нереально. Он обернулся, решив взять что-нибудь, на что можно будет встать, но едва не натолкнулся на Дэвида.
— Высоко... сейчас принесу стул, — тихо проинформировал Алекс, передавая ему папки. — Подержите пока...
— Не нужно, я помогу, — даже не взглянув на них, Дэвид повернул его обратно лицом к шкафу и, обхватив немного ниже пояса, приподнял.
Алекс опешил, но все-таки положил папки на нужную полку. Опустив его, Дэвид чуть помедлил, прежде чем убрать руки, но все-таки отпустил и вернулся к разбору других коробок.
Все эти дни, наблюдая за Дэвидом, Алексу казалось, что он видит что-то не то... точнее, не того. У Дэвида, сколько он знал и помнил, были длинные волосы и шрамы на спине... а сейчас, глядя на него, Алекс видел совсем другого человека: его спину покрывала огромная татуировка, которая порой виднелась через тонкую ткань белой рубашки, а волосы едва касались основания шеи. Но у него был тот же голос, те же руки и пронзительный холодный взгляд, что и позволяло узнать в нем того человека, каким он некогда встретился. Начать все заново оказалось проще, учитывая именно этот момент. Хотя, помнится, Алекс уже когда-то начинал все сначала, но что-то в той попытке не задалось, поэтому оставалось верить в эту.
Дальнейший разбор вещей проходил без лишних слов. Дэвид говорил, что делать — и Алекс делал.
Вечер наступил почти незаметно, а прошедшее время ощущалось разве что по садящемуся за окнами солнцу.
— Уже выбрал себе комнату? — отвернувшись от шкафа, в который складывал свои вещи, Дэвид взглянул на Алекса.
— Мне неплохо и в вашей, — улыбнулся тот, расклеивая коробку, придавая ей изначально плоский вид, чтобы ее можно было куда-нибудь убрать или выбросить. Решив перечеркнуть прошлое, Алекс еще и старался показать это, проще ко всему относясь. Так, словно мог позволить себе просто так улыбнуться, без особых причин.
— Да? — укоризненно усмехнулся Дэвид и подошел ближе. — Несколько дней назад ты настолько хотел спасть в другой комнате, что предпочел темный угол моей постели.
— Даже если и так, считайте, что я передумал, — отложив коробку, Алекс вздохнул.
— Хм, как-то ты странно ведешь себя все эти дни... ничего не хочешь сказать? — Дэвид остановился напротив него и окинул внимательным взглядом, уже не первый раз замечая явно не свойственное тому поведение.
— Я решил оставить все прошлое в прошлом, — озвучив свои мысли, Алекс почувствовал странное облегчение, словно посвятил в сокровенную тайну.
— Именно все или лишь какие-то его части? — взглянул Дэвид с особым интересом, будто что-то замышлял.
— Все... в нем почти нет того, что бы не хотелось забыть, — голос звучал ровно и уверенно, вероятно, потому что Алекс уже не раз мысленно повторял это из слова в слово. Он смирился со всем, поэтому сейчас мог спокойно говорить о пережитом. Алекс не хотел бы забыть только то, как Дэвид улыбался ему, как мягко прикасался и жалел, а то, как именно они встретились — мог с легкостью перечеркнуть.
— Но все же есть? — Дэвид не столько спросил, сколько был уверен, словно умел читать мысли.
Алекс кивнул.
— Например?
— Например... — он сделал шаг к Дэвиду и, подняв голову, встретился с отчего-то даже не удивленным взглядом. Робко протягивая руки, чтобы прикоснуться к нему, Алекс вздрогнул, когда Дэвид резко поймал их за запястья.
— Пусть и это останется в прошлом.
— Несколько дней назад вы хотели сделать из меня постельную игрушку, — ответил на мотив его недавних слов Алекс.
— Хочешь, чтобы я передумал? — так и не отпустив, Дэвид притянул ближе к себе.
— Нет... просто когда-то вы могли прикасаться не причиняя боли, — честно сказал Алекс, и руки на его запястьях тут же разжались.
— Оставь все прошлое в прошлом, без исключений, — отведя от лица неровные пряди волос, сухо бросил Дэвид, возвращаясь к прерванному занятию.
— Да... — согласился Алекс и продолжил помогать разбирать коробки.
Только начало казаться, что Дэвид понимает и подыгрывает, отмахиваясь схожими словами, но он резко и на корню все пресек. Иногда действительно не стоит делать исключения, особенно чтобы избежать прошлых ошибок, ведь ошибки нужно не повторять, а учиться на них.
— Закончим в следующий раз... надоело уже, — забросив в шкаф вещи, Дэвид быстро задвинул дверцу, чтобы они не вывались обратно на него. Он закинул руки за голову и устало потянулся, выдыхая. — Ты, наверное, голоден? Сейчас закажу что-нибудь... — говорил Дэвид таким тоном, что это больше походило на предложение, чем на вопрос. К тому же, ответ ему был явно не нужен, ибо он вышел из комнаты, что-то набирая в телефоне.
Закончив с раскладыванием папок по полкам, Алекс выключил в комнате свет и тоже вышел. В коридоре стояло некое подобие полумрака и темноты в целом, а свет виднелся только со стороны кабинета Дэвида. Алекс решил не отвлекать его и отправился в сторону кухни.
Из одной из комнат доносился тихий и знакомый звук.
Проходя мимо, Алекс остановился, поняв, откуда ему знаком этот звук — так звонил его телефон.
Зайдя в комнату, он заметил второй из тех чемоданов, в которых были его вещи. Осторожно открыв его, Алекс увидел свою куртку. Именно в ее кармане и звонил телефон. Алекс достал его и взглянул на дисплей, слепящий своей яркостью в темноте комнаты.
— Да? — удивленно ответил он на вызов, не успев разглядеть номер или имя звонящего.
— Как же резко ты съехал, даже ничего не сказал, — усмехнулся с того конца Кристиан.
— Для меня это было еще более резко и неожиданно... — Алекс улыбнулся, слыша его знакомый приятный голос.
— Хм? Ладно, не суть... если ты ответил на звонок, то, полагаю, у тебя все как минимум неплохо. Подозреваю, ты у Дэвида?
— Да...
— Давно он не показывался миру... поделишься адресом? — как бы между дел спросил Кристиан.
— Если бы я его знал... — ответил Алекс, закрывая чемодан. Когда он попал в этот дом, ему было не до таких деталей, а после — не представлялось возможности даже выйти за порог.
— Похоже, это все-таки военная тайна, а разведка все молчит. Ладно, не буду отвлекать. Я рад, что с тобой все хорошо, — мягко донеслось из трубки.
— В тайны не посвящен... — слова Кристиана заставили Алекса улыбнуться, но далеко не по поводу "разведки". В груди стало тепло от его последних слов. — И... спасибо.
— Ха, ну тогда посвящайся, может, еще удастся поговорить... считай, что завербован.
На усмешку Алекса в ответ послышалось лишь короткое "пока" и превратилось в гудки. Выйдя в коридор, Алекс это же ответил шепотом уже в прерванный вызов, а телефон пикнул почти севшим аккумулятором.
Вздохнув, Алекс убрал его в задний карман джинсов и снова улыбнулся. Было приятно услышать Кристиана и то, что ему не все равно. Но из этих мыслей буквально выхватили — Алекс был пойман за руку и притянут в комнату, мимо которой проходил.
— Молилась ли ты на ночь, Дездемона? — коварный вопрос прозвучал всего в паре дюймов от лица.
— Что?.. — искренне удивившись, Алекс уперся свободной рукой в грудь вопрошавшего. Кроме Дэвида едва ли тут мог быть кто-то еще, но удивления от этого отнюдь не убавилось. — Что вы имеете в виду?
— Ничего особенного, — Дэвид отпустил его руку и, коснувшись спины, притянул к себе.
— Что вы делаете? — вздрогнул Алекс, когда ладони плавно опустились ему на поясницу и, ненадолго там задержавшись, продолжили свой путь ниже.
— Ничего особенного, — повторился Дэвид, странно усмехнувшись.
Пройдясь ладонями по узким бедрам Алекса, он плавно огладил ягодицы и ловко достал из заднего кармана джинсов телефон.
Едва слышно охнув на выдохе от таких действий, Алекс завел руки назад, но в руках Дэвида ничего не оказалось: раскрытые ладони касались поясницы, а кончики пальцев ненавязчиво поглаживали край приподнявшейся футболки.
Свет из окна позволял увидеть едва ли не хитрый взгляд Дэвида, а его лицо было достаточно близко для того, чтобы чувствовать на коже его теплое дыхание.
