"Урожай времени"

— Нам не следовало забираться так далеко на север, — заявил Хейз после долгого молчания. — Мы должны были быть гораздо ближе. Это подразумевает беспечность.

— Техника пока еще несовершенна, — сказал Макгинти. Его голос был медленным, глубоким и напоминал голос зомби. — Мы должны использовать сигнал как средство наведения на цель. Когда Сборка будет завершена, контроль времени силдов станет намного точнее. А пока будьте благодарны за то, что мы находимся в нужном мире, в нужном секторе галактики, в нужное время.

— Вы правы, — сказала Сьюзен Купер все тем же медленным, невнятным голосом. — Мы не должны жаловаться на ошибку в несколько сотен километров. — Она медленно подняла руку, чтобы смахнуть с губ струйку слюны. У всех были проблемы с управлением моторикой. — Все под контролем. Основная цель миссии остается достижимой.

Они продолжили движение на юг. В этот ранний час на дорогах было не так много машин, но время от времени они встречали другой автомобиль или одинокого пешехода. Небо постепенно светлело. Время от времени они проезжали через маленькие деревушки или городки.

— Устройство, которое нашел Макгинти, — сказал Хейз, говоря о бродяге так, словно его здесь вообще не было. — Поврежденный амбулатор. Что стало с тем силдом?

— В воспоминаниях Макгинти говорится, что его поглотила местная фауна, — ответило тело бродяги. С легким отвращением сидящий верхом на Макгинти силд подумал о серых и белых летающих существах, хриплых падальщиках. Такие чуждые, такие бездумно-чувственные. Макгинти думал о них как о чайках. Само это слово навевало ужас. Преодолеть миллиарды лет, покориться славе безвозвратной миссии только для того, чтобы в итоге быть переваренным в чреве одного из этих хлопающих крыльями, визжащих, едва различимых ночных кошмаров ...

— На их месте могли быть мы, — нараспев произнес Иэн Стейпл.

— Да, — сказала Сьюзан Купер.

Пэт Макгинти добавил: — Мне не нравится этот мир.

— Скоро все изменится, — сказал Арчи Хейз. — Процесс преобразования начался. Океаны и воздух Праксилиона изменят его. Скоро все будет по-другому.

— Следующий поворот налево. — На коленях у Пэта Макгинти была расстелена потрепанная дорожная карта. Он следил за их продвижением с тех пор, как они покинули полицейский участок. — Это приведет нас к морю. Должны прибыть новые посетители. Мы их встретим.

Хейз неуклюже переключил передачу, когда машина преодолевала крутой перекресток. Они свернули с второстепенной дороги на однополосную проселочную дорогу, окаймленную с обеих сторон высокими темными живыми изгородями.

Других машин они не встретили. Живые изгороди поредели, и дорога, усеянная выбоинами, пересекла голую, продуваемую всеми ветрами вересковую пустошь, а затем плавно спустилась к морю. Они миновали заброшенную стоянку для фургонов. В конце переулка был заваленный мусором тупик, заброшенная площадка для пикника с видом на небольшую песчаную полосу. Море сверкало в утреннем свете, низкие волны разбивались о берег, как линии из гравированной платины. Через несколько мгновений четверо пассажиров вышли из автомобиля "панда". Они медленно выбрались на поверхность песка, их ноги двигались быстрее, чем руки. Они шли, как плохо анимированные фигурки из дешевого мультфильма.

Сьюзан Купер вытянула перед собой руку, словно деревенский указатель. — Вот. Это похоже.

— Да, — согласился Арчи Хейз.

В безоблачном воздухе появилось отверстие в форме линзы. Оно потемнело до фиолетового, затем стало черным. Из него вырвался столб воды, устремившийся вниз. Он упал в море примерно в километре от берега, подняв завесу тумана. Наводнение продолжалось несколько секунд, прежде чем внезапно прекратилось.

— Мы должны действовать лучше, — сказал Макгинти. — Если мы этого не сделаем, потребуется много столетий, чтобы осушить океаны и атмосферу Праксилиона. Всегда есть риск, что местные праксилионы воспротивятся нашим попыткам обескровить их мир. Их Красная королева умна.

— Мы победим, — сказал Купер. — Когда мы привнесем эту грань в Сборку, наш контроль станет безграничным. Мы ускорим гибель Праксилиона. Этот мир скоро станет пригодным для оккупации силдами.

— Я вижу новоприбывших, — объявила Сьюзен Купер, опуская руку, как при железнодорожном сигнале.

Из пены более тяжелых волн, всколыхнувшихся при приближении водяного вала, на мокрый песок выползали отчетливые яркие предметы. Амбулаторы силдов выходили на берег поодиночке и по двое, четверками и пятерками, а затем десятками и двадцатками. Все люди, выступавшие в роли носителей силдов, видели похожие картины в полузабытых документальных фильмах о дикой природе, но это не было естественной миграцией. Пилоты-силды, глубоко погрузившиеся в воспоминания о своих человеческих транспортных средствах, почувствовали трепет. Это все еще не были силы вторжения, по крайней мере, не в том количестве, которое должно было появиться со временем. Но, по крайней мере, их было достаточно, чтобы начать что-то делать.

Стальные крабы поползли по песку. Они двигались неровными рядами и колоннами. Приближались к четырем наблюдателям.

— Приготовьте пятого носителя, — сказал Макгинти.

Не говоря ни слова, Арчи Хейз и Сьюзан Купер обошли машину, подошли к багажнику и открыли его. Там лежал связанный полицейский с кляпом во рту. Это был их коллега, констебль Ник Уин. Когда они захватили полицейский участок, рядом не было амбулатора, который мог бы контролировать его, поэтому они привезли с собой его самого.

Уин заерзал в своих наручниках. Его глаза выпучились от ужаса и непонимания. Он не понимал, почему его друзья и коллеги отвернулись от него таким образом.

— Теперь мы — силды, — объяснила Сьюзан Купер с полным отсутствием сочувствия. — Вы вот-вот станете силдом. Амбулатор подключится к вашей нервной системе и будет взаимодействовать с вашим мозгом. Вы сохраните некоторую долю сознания, хотя у вас не будет свободной воли. Но вы начнете понимать. Пожалуйста, будьте готовы.

Уин попытался что-то сказать или прокричать. Сьюзан Купер и Арчи Хейз протянули руки и вытащили его из машины. Поставили его на землю, по-прежнему с поджатыми ногами, так, как его запихивали в машину. Встали по обе стороны от него, положив руки ему на плечи. Амбулаторы окружили коленопреклоненную фигуру. Некоторые начали подбираться ближе. Глаза Уина расширились больше, чем казалось возможным. Он замотал головой, как мокрая собака, издал еще несколько приглушенных криков.

На нем были три амбулатора. Их пилоты стремились первым приобрести носителя. Крабы сцепились. Два из них упали, приземлившись лапами кверху. Третий проворно взобрался на спину Уина. Уин отчаянно сопротивлялся. Силд оттянул воротник, обнаружил ярлычок с надписью "Для стирки" и отодвинул его, открыв участок кожи. Он крепко вцепился в Уина лапами и щупальцами и вонзил в него свои нервные щупальца. Зонды распространили самовоспроизводящиеся структуры вглубь его тела, отыскивая кортикальное вещество.

Уин дернулся и задергался в конвульсиях.

Он стал силдом.

Стоял неподвижно. Ужас исчез из его глаз.

Уин встал. Он отряхнул песок с колен. Был напряжен даже сильнее, чем остальные. Его пилоту потребуется некоторое время, чтобы научиться пользоваться носителем.

Он посмотрел себе под ноги, на множество других снующих крабов.

— Для меня есть место в пассажирском салоне. Другие амбулаторы могут разместиться в задней части машины. Для них там есть место. Скоро мы найдем для них других носителей.

Остальные согласились, что это был хороший план.

— Итак, вы идете к... кому-то, — сказал Йейтс, накладывая себе на тарелку вторую порцию бекона.

Джо выглядела удивленной. — Вы имеете в виду Мастера? Да, Майк, именно поэтому я завтракаю пораньше. Доктор хотел начать как можно скорее. — Джо металлическими щипцами положила себе на тарелку два ломтика поджаренного хлеба, затем отнесла поднос к одному из многочисленных свободных столиков, Йейтс последовал за ней по пятам.

— Вы же не думаете, что он замешан во всем этом?

— Это Мастер, Майк. Было бы глупо не задать несколько вопросов. — Джо опустилась на стул с пластиковой спинкой.

— Вы с ним знакомы?

Джо подняла голову, озадаченная этим странным вопросом. — С кем знакома?

— Парень, о котором мы только что говорили! Вы знаете, старый... у него такое лицо. — Йейтс демонстративно почесал подбородок, подразумевая бороду Мастера.

Джо уже начала сомневаться, не было ли все это каким-то тщательно продуманным и не очень изящным розыгрышем. — Майк, конечно, я встречалась с Мастером. Много раз. Как и вы! Что за странный вопрос!

Йейтс казался невозмутимым. — Мы имеем дело с таким количеством забавных персонажей, что трудно не потерять их из виду. Если это не йети, то киберлюди; если это не они, то автоны или чудаковатые силурийцы. Вы не можете винить нас, бедных старых военных, за то, что мы время от времени немного путаемся.

Джо намазала тост маслом, похожим на пюре. — Вы помните их всех достаточно отчетливо.

— Не то чтобы они не доставляли нам головной боли, не так ли? Доктор и бригадир на ножах, мир в опасности...

Джо нахмурилась, чувствуя, что за этим кроется нечто большее, чем просто озорство. — Значит, вы помните автонов и пещерных монстров, но не можете удержать в голове имя Мастера дольше, чем на несколько секунд? И все же Мастер и сознание нестин работали сообща, чтобы направить вторжение автонов — по крайней мере, так думал Мастер.

Йейтс воткнул вилку в бекон.

— Кто что думал?

— Мастер, Майк! Вам действительно так трудно его вспомнить? — Джо откусила кусочек от своего тоста. — Но дело не только в вас, не так ли? Вчера вечером произошел тот странный разговор с бригадиром. Он списал это на усталость, но теперь я начинаю сомневаться.

— В чем сомневаться?

— Майк, происходит что-то странное. Мне нужно поговорить с Доктором. — Джо встала из-за стола с чувством глубокого дурного предчувствия, как будто земля под ней могла уйти из-под ног в любой момент. За время работы в ГРООН она не в первый раз испытывала подобное, но это не делало ощущение более приятным.

— Вы оставили немного тостов, — заметил Майк Йейтс.

Джо пододвинула свой поднос к месту, за которым сидел Йейтс. — Сегодня ваш счастливый день...

Изящный черный вертолет в форме акулы низко парил над английской сельской местностью. Мастер наслаждался пейзажем, тенистыми дорожками, покрытыми инеем обочинами и аккуратно окаймленными полями, все еще покрытыми одеялом утреннего тумана. Не то чтобы эти вещи сами по себе доставляли ему большое удовольствие, но они служили приятным напоминанием о том, что он скоро покинет эту планету и ее скучные пасторальные пейзажи. Он тосковал по космосу и бесконечности, по игровым площадкам хаоса.

— Не стоит выглядеть таким довольным собой, — сказал Кэллоу с пассажирского сиденья напротив Мастера. — Еще одна оплошность, еще одна вещь, которую вы не сможете объяснить, и мы забудем о существовании этой договоренности. — Он остановился, чтобы пригладить прядь жестких волос, торчавшую из того места, где она была приклеена к его голове. — Эта история с Ломаксом стала последней каплей. Предполагалось, что вы запугаете этого человека, а не доведете беднягу до самоубийства!

— Ломакс был хрупким человеком, — спокойно ответил Мастер. — В его возбужденном психическом состоянии на его молчание нельзя было рассчитывать. Или вы предпочли бы, чтобы он снова заговорил с ГРООН?

Кэллоу ткнул пальцем в Мастера. — Вы переступили черту. Возможно, пришло время пересмотреть наши отношения. Мне следовало послушаться Лавлейса... ему никогда не нравилась идея привлечь вас к делам МОРНЕЙ.

Мастер пожал плечами. — Без моей технической помощи вы бы до сих пор блуждали в темноте, как пещерные люди, каковыми и являетесь. Но если вы чувствуете, что моя полезность подошла к концу, пусть будет так. Я уверен, что вы сможете устранить оставшиеся дефекты в своем оборудовании, потратив около двадцати лет на пробы и ошибки.

— Вы знаете, что мы не можем ждать двадцать лет, — сказал Кэллоу. — Нам это нужно сейчас. Пока русские или китайцы не напали на нас. Или, не дай бог, французы. МОРНЕЙ должно работать!

МОРНЕЙ: морское оборудование для приема, модуляции и усиления нейтрино. Это была новейшая разработка военно-морского флота, настолько секретная, что о ее существовании знала лишь горстка высокопоставленных чиновников.

В течение многих лет военные пытались найти способ поддерживать связь со своими подводными флотами, находившимися в море. Радиоволны не проникали на необходимую глубину и их было легко перехватить и подслушать. Звуковые волны сверхнизкой частоты имели огромную дальность действия, но могли быть легко заглушены вражескими установками.

Нейтрино, с другой стороны, были подарком физики. Эти субатомные частицы проникали сквозь материю с такой легкостью, что их пучок можно было направить прямо сквозь Землю, с одной стороны планеты на другую. Конечно, прежде чем реализовать эту идею, необходимо было преодолеть технические препятствия. Требовалось генерировать нейтрино и сфокусировать их в какой-то пучок, который можно было бы послать в нужном направлении. Чтобы пучок мог передавать сигнал, он должен быть модулированным. Еще сложнее было то, что устройство обнаружения должно было быть достаточно компактным, чтобы поместиться на борту подводной лодки.

Ничто из этого не было непреодолимым. Но после долгих лет попыток заставить все это надежно работать правительство неохотно решило, что им нужна помощь извне.

Кто может быть лучше, чем местный инопланетянин, гений-гуманоид, разбирающийся в науке и технологиях, далеко превосходящих все, что известно на Земле?

На самом высоком правительственном уровне истинная натура Мастера была известна всем. Итак, Кэллоу и Лавлейс пришли к нему, еще когда он находился в тюрьме. Их условия были просты. В обмен на техническую помощь Мастеру будут предоставлены определенные удобства и послабления в условиях его заключения.

Мастер с самого начала отказал им. Их уступки были недостаточно привлекательны. Проблема обеспечения функционирования нейтринного оборудования была для него такой же скучной и тривиальной, как игра в крестики-нолики. Он мог бы сделать это во сне, если бы ему когда-нибудь хотелось спать.

— Пойдите и спросите Доктора, — сказал он. — Он уже работает на правительство.

— Доктор не станет вмешиваться в военные проекты, — заметил Кэллоу. — С другой стороны, у вас не должно быть подобных сомнений. Вы любите оружие и военные действия. Вы искалечили и убили тысячи людей. Вы убиваете без малейших колебаний.

— Вы слишком добры.

Но когда у Мастера появилось время поразмыслить над их предложением, он начал видеть возможность, выходящую далеко за рамки того, что могли иметь в виду Кэллоу и Лавлейс.

Их оборудование для генерации и приема нейтрино было чрезвычайно примитивным. Они едва понимали, как оно работает. Кое-что подправив, Мастер мог легко настроить его на достижение всего, что пожелают Кэллоу и Лавлейс. Мгновенная, неразрывная связь с подводными лодками, где бы они ни находились.