— Проехали. Так или иначе, у Белл хватило смелости со мной спорить, поэтому я и сочла разумным Гриффиндор. Кэти осветляла и завивала волосы, чтобы не выглядеть похожей на Алисию. Шляпа, вероятно, вытащила этот факт из моей памяти и кое о чем догадалась.
— Она просто пытается тебя разозлить, Кэти. У неё это обычно великолепно получается. После того, как Шляпа решила, что проехаться вслух по наследию гоблинов — потрясающая идея, я получил самую запоминающуюся поездку на тележке в своей жизни.
— Это так грубо!
— Но составляет часть её очарования. Поверь мне.
— Расслабься, Белл, я не собираюсь уговаривать ЭйчДжея воткнуть в тебя колбаску...
— Шляпа!
— Гарри!
— Да бросьте вы! Ты тащишь его сюда и заставляешь купить себе фаллический символ, покрытый охлажденным коровьим лактатом! Единственное, что ты упустила, так это не предложила ему вишенку. Кэти выпучивает глаза.
— Мать твою, Шляпа, заткнись! Нет, Кэти. Это всего лишь предположение Шляпы. Именно поэтому я её и снял. Чертова тряпка груба до невозможности; она тысячелетиями копила оскорбления и только и ждет момента, чтобы ими воспользоваться.
Неуклюжая пауза; Кэти в ужасе смотрит на свой десерт. Наверное, она никогда больше не возьмет в рот банановый сплит. Прямо сейчас я готов отдать своё левое яйцо за возможность легально наложить заглушающее — да хотя бы за умение накладывать его без палочки. К счастью, столики Флореана зачарованы так, чтобы беседу за одним не слышали за соседними.
— Меня поражает, как её позволяют надевать на головы детей, когда она настолько гадкая.
— Я видел, как она обложила Дамблдора прямо перед нашим отъездом. Назвала его "почивающим на лаврах" или чем-то в этом роде.
— Что с ней не так? Её случайно не прокляли слизеринцы перед отъездом из школы?
— Нет. Меня не проклинали. Если бы это было так, я бы посылала маглорожденных в те же комнаты, что и фанатиков-чистокровок, и хохотала бы при виде драк. Нет, Белл, изюминка моего года — момент, когда я пою песню, заглядываю в разумы одиннадцатилетних идиотов и рассматриваю очаровательные истории, которые они готовы предложить моему вниманию. Потом меня засовывают в кабинет директора, и остаток года я слушаю храп Дамблдора. Когда директором был Нигеллус, он хотя бы иногда вызывал к себе суку потрахаться, чем, кстати, придал совершенно новое значение работе старосты школы!
От этакого унижения хлопаю себя по лбу. Хотелось бы полагать, что хуже уже не будет, но я вообще-то жду совершенно противоположного! Я полагал, что Шляпа больше не держит меня за дерьмо и что на людях способен удержать её под контролем. Даже и близко нет! Мне повезет, если Кэти вообще со мной когда-либо заговорит. Заглатываю свое мороженое как Рон, пропустивший обед, — так быстро, что, наверное, доведу себя до головной боли. Швыряю денег, наверное, раза в три больше, чем требуется заплатить за лакомство, хватаю проклятую ветошь и натягиваю на голову. Надо убираться отсюда, пока всё не стало ещё хуже!
— Послушай, Кэти... Нужно бежать... Меня ждет Олли. И надо уносить отсюда эту проклятую Шляпу, пока она не оскорбила кого-нибудь ещё. Как-нибудь пришлю тебе сову. — Даже угроза возвращения Волдеморта не способна быстрее отогнать меня от столика.
* * *
Я назначаю Шляпе испытательный срок, сосредоточившись на быстром развитии — или повторном развитии — моих навыков окклюменции, и блокирую её. Некоторое время не разговариваю с ней, так как та не желает поддерживать цивилизованного диалога. Очередная поездка на Ночном Рыцаре, и меня высаживают у Малолестонского учебного центра. Я прохожу через ворота; охрана проверяет мою гостевую карту. Присылают стажера — как я полагаю, хаффлпафца, одногодка Джинни, — и тот убегает за Олли, пока я вынужденно терплю привычное разглядывание моего лба.
Через несколько минут мне становится до того скучно, что я убираю барьер. Очень может быть, что Олли сейчас у колец.
— В чем проблема, ЭйчДжей?
— Ты ведь участвовала в той же беседе, что и я. Сначала ты жутко оскорбляешь её, а потом пытаешься сделать вид, что уложить девчонку в койку была моя идея! Клянусь, только попробуй ещё раз вытворить подобное дерьмо, и я напялю тебя на голову Добби и дам взглянуть на то, что творится внутри!
— Ох, да хватит уже скулить. Могу поспорить, что когда в следующий раз она заговорит с тобой, то вспомнит этот случай и посмеется над ним. Я возвела для тебя мост. Кроме того, когда в следующий раз она попытается себе подрочить, то перед её глазами появится некий зеленоглазый выродок! Вы, люди, живете и дышите намеками: думаете одно, а говорите совершенно другое. В твоем котелке я обнаружила парочку бессвязных мыслей и попыталась помочь. Младшая сестра Хельги была в возрасте Белл, когда сорокалетний Годрик начал регулярно распахивать её ниву. Обычно он надевал меня на голову и хвастался о старых добрых временах. Закончится всё тем, что ты засунешь в Белл свою биту и поблагодаришь меня. Неужели ты и вправду собираешься дальше действовать по принципу "в ближайшие годы я собираюсь быть отшельником", пока не решишь, что для тебя достаточно? Я живу вот уже тысячу лет, так что вы для меня все как свежевыжатая сперма.
Своевременное прибытие Олли спасает меня от высказывания Шляпе всего, что я думаю по поводу её помощи.
— Гарри! Рад, что ты смог приехать. Пойдем. У меня полчаса перерыва. Проведу тебе ознакомительную экскурсию.
Вуд гордится центром. Он показывает его как свой собственный дом. Я тоже впечатлен. Малолестонцы тренируются с большим вкусом: бассейны, кафетерий, тренажерные залы, корты для ракетбола и куча вещей вроде тех, что в журналах по боксу и тяжелой атлетике, которыми Вернон пытался заинтересовать Дадли. Черт, жаль, что здесь нельзя поселиться!
По пути я встречаю нескольких игроков и кое-кого из персонала. Я не поддаюсь импульсу попросить у кого-нибудь автограф, однако, как ни удивительно, пара из них жаждет сфотографироваться со мной! Всё это лишь подтверждение того, что слава на самом деле весьма странная штука.
В итоге Олли приводит меня на поле, и мне удается понаблюдать за его тренировкой. Честно говоря, я не так уж много внимания уделяю упражнениям вратаря. Делю внимание между ловцами и охотниками. Кстати, надо бы приобрести омниокуляр. Шляпа, кажется, неплохо проводит время. По крайней мере, она больше не прохаживается по поводу Кэти Белл, так что запишем происходящее в плюсы.
Во время следующего перерыва Олли приближается ко мне и предлагает полетать, пока другие квиддичные игроки отдыхают. Я сажусь на свою Молнию и взвиваюсь в небо. Люблю летать. По-другому просто не скажешь. Даже оставляю на голове Шляпу и позволяю безумному артефакту наслаждаться полетом, пока довожу метлу до предела возможностей. Очень хочется проделать некоторые из моих упражнений ловца, но это, пожалуй, будет выглядеть несколько глупо в глазах профессионалов. Довольствуюсь основательным облетом поля и выжимаю из Молнии максимум.
Я уже было собираюсь приземляться, когда раздается звонок — сигнал, что игрокам следует вернуться на поле.
— Неплохой полет, Гарри! У тебя отлично получалось. Как думаешь, Карлсон? — произносит Олли, обращаясь к вратарю основного состава.
Эндрю Карлсон, известный в лиге как "Паук", кивает головой.
— Выглядело так, как будто ты почти знаешь, что делаешь. Очень неплохо для малявки.
Разумеется, я несколько обижен на его замечание, но ответа он не дождется.
— Блин, Карлсон, проверь-ка себя в игре с Поттером!
Слышу, как один из других игроков — он достаточно близко от Оливера, чтобы расслышать комментарий — произносит:
— О нет, новичок вызывает ветерана. Похоже, мальчики и девочки, нас ждет небывалое зрелище!
— Как будто я собираюсь принять вызов и поиграть с тобой, Вуд. Ты не делаешь и половины того, что я, и я это знаю!
— Я компенсирую разницу, Энди, — предлагает одна из начинающих охотников по имени Марсиа Риггз. — Нам тут все уши прожужжали твоим новым контрактом. Давай-ка посмотрим, стоишь ли ты таких денег. Карлсон разгневан. Его загнали в угол, и он это знает.
— Что ж, у малявки пять подач. Я сыграю с тобой, если он сможет обыграть меня хоть раз.
Н-да, смотрите-ка: стоит тут и оскорбляет меня, хотя я не сказал ему ни слова.
— А что случится, если мне удастся обыграть тебя больше раза? Мое заявление вызывает явственное хихиканье у небольшой группки, собравшейся вокруг нас.
— Куда тебе, малыш! — По крайней мере, он не называет меня мальчиком. Пришлось бы его убить.
— Вот что я тебе скажу. Обойду тебя дважды, и весь остаток дня ты будешь носить повязку на голове с надписью "Гаррина сука". Ну как?
Полагаю, с моей стороны неправильно участвовать в столь вздорной беседе, но, принимая во внимание прошедший день, с удовольствием выпущу скрытую агрессию. Эндрю Карлсон оказался прямо-таки манной небесной. Даже не дожидаясь от него ответа, вскакиваю на метлу и лечу к стойке с квофлами.
Олли подлетает ко мне, когда я приближаюсь к центральной линии. Протягиваюсь и вручаю ему Сортировочную Шляпу.
— Подержи мою шляпу. Что всё это значит, Олли? У меня хватает опыта, чтобы узнать инсценировку. Он смотрит на меня, усмехаясь по-волчьи, и отвечает:
— Я несколько переборщил, когда получил поощрительную премию, и теперь мне требуется помощь для оплаты квартиры. Считаю, что это покроет стоимость любой услуги, которой ты от меня желаешь. Фишка с повязкой просто гениальна! Пожалуйста, Гарри, прошу тебя! Забей два гола этому самодовольному и высокомерному сукиному сыну!
Не удержавшись от ухмылки, говорю:
— Что ж, мистер Оливер Вуд, полагаю, близнецы Уизли не слишком хорошо на тебя влияют. Есть что посоветовать?
— Карлсон возвращается в форму после разрыва мышц плечевого пояса. Сегодня утром он сказал тренеру, что место пока ещё слишком чувствительно. А теперь ступай и принеси мне немного денег!
Ускорившись до максимума, ныряю вниз и влево. Я собираюсь отойти назад и попытаться сделать бросок с дальнего расстояния. Даже если не получится, ему придется двигаться быстрее. К тому же, он никоим образом не ожидает такого финта от тринадцатилетки — ну, или почти четырнадцатилетки — на быстрой метле.
Как и следовало ожидать, когда я отхожу к задней линии, Карлсон перемещается к ближайшему кольцу, куда, по его ожиданиям, я и должен ударить. Мощным рывком отправляю длинный пас к дальнему краю третьего кольца. Его обманули, и он это знает, однако мужик — профи, так что делает отважную попытку спасти ситуацию. Карлсон почти достаёт шар, но в "почти" и заключается вся соль не быть побежденным "малявкой". У Оливера теперь имеется великолепный бонус!
Одобрительный смех поднимает мне настроение. Я разворачиваюсь к одному из смеющихся охотников на земле, и тот пасует мне второй квофл. Для завершающего штриха я лечу прямо на него, опускаюсь вправо и делаю ложный замах на первое кольцо. Черт, он останавливает меня на подлете! Теперь уже ему есть чем гордиться. Я с силой толкаю его, но он ловит квофл номер три, спереди снизу на третье кольцо, пока я пытаюсь прощупать его заживающую руку.
Квофл номер четыре я вообще-то целил в верхний угол второго кольца, но мяч срикошетил от кольца. Остался один. Нужно что-то особое. Интересно, получится ли у меня?
Сообщница Оливера, Марсиа, бросает мне последний квофл и подбадривает меня. Возвращаюсь к центральной линии и готовлюсь начать свою атаку с захода. Этот трюк называют "Штопор Каллигана". Это бочка с коварным крученым броском. Цель броска зависит от места сбрасывания. По большей части, квофл вылетает под странным углом и процент попадания невысок, но против него практически нереально защититься. К скорости броска добавляется сила инерции от маневра. Я закрываю глаза, делаю успокаивающий вдох-выдох и начинаю выполнять бочку на самой высокой скорости. Подобный бросок охотник делает, когда знает, что в него не летит ни один из бладжеров.
После трех оборотов выпускаю шар туда, где, как мне кажется, должно располагаться кольцо, и в виде уловки инстинктивно делаю полубочку перед тем, как спикировать. Загонщики обычно из принципа посылают бладжер к выполняющему штопор.
* * *
Через четыре часа я вылетаю из камина, сжимая свой автограф — фото Эндрю Карлсона в его новой повязке. Олли до сих пор хихикает, вытаскивая пиво из холодильника, в котором стояло шесть упаковок выпивки и немного побуревшего латука — это всё, что там есть. Оставляю содержимое холодильника без комментариев.
— Погоди, давай разберемся. Ты способен прокрутить хрестоматийный штопор, но не можешь нормально выйти из камина? — Я позабыл упомянуть ему, что квофл пролетел в третье кольцо, а целил я в первое. Это тот случай, который группа гриффиндорцев, с которой я вроде как играл, обычно называла "законом Франка" — если не можешь выполнить хорошо, надейся, что тебе повезет! Поднимаясь на ноги, надеюсь, что в моей старой памяти найдется хоть что-то, способное помочь мне с этой мурой, но у ДП не было ни малейшей проблемы с путешествием по каминной сети.
Показываю ему неприличный жест и усаживаюсь на кушетку, подвинув журналы и коробки от пиццы.
— Боже правый! Ну ты и свинья!
— Ага, надо навести марафет. Завтра у нас укороченный день, и мы с Марсией собираемся поужинать и отпраздновать мой неожиданный куш!
Окинув комнату взглядом, предлагаю:
— Скажу лишь два слова, Олли: к ней. Даже не думай о том, чтобы привести её сюда!
— Поттер прав. Это место похоже на нужник. ЭйчДжей, вызови своего эльфа и спаси меня от необходимости лицезреть, как вроде бы взрослый мужчина валяется в собственной грязи, как свинья.
— Мерлиновы яйца, Гарри! Что это, мать его?
Я снимаю чары и позволяю ему увидеть Шляпу. На то, чтобы передать "жизнерадостный характер" Шляпы, уходит несколько минут, но Олли быстро понимает намёк, чему изрядно способствует сам предмет разговора, отпустив парочку попутных комментариев.
Я вызываю Добби, главным образом потому, что уверен: Олли планировал попытаться привести сюда мисс Риггз. Эльф выглядит так, как будто я только что сделал ему досрочный подарок на день рождения — ещё одно место, которое можно убрать.
— Со стороны главного управляющего очень мило выдать тебе пропуск с общим доступом ко всему комплексу. Не так уж много людей получает подобные. Знаешь, он хочет попытаться подготовить тебя в лигу новичков на твоем пятом курсе. После того штопора он бы записал тебя прямо сейчас, если бы мог.
Главный управляющий "Малолестона", Роджер Бенчли, подошел ко мне, пока Карлсон примерял свой оригинальный головной убор. Мы мило побеседовали во время следующего получаса тренировки. Он не знал, что это уже не первый раз, когда мы вот так вот "беседуем". На шестом курсе Джеймса "Малолестон" предложил ему спонсорство. "Соколы" успели на год раньше, и Джеймс ответил им согласием. На кошмарном шестом курсе Роджер услышал, что Джеймс бросает квиддич в пользу карьеры профессионального дуэлиста. Он пригласил ДП в Косой Переулок, где ДП накормили бесплатным ленчем; Рождер тщетно попытался убедить его не позволить такому таланту пропасть зря. Мужчина был профессионалом и очень любил квиддич. Время не слишком его изменило.
