Асита присел в кресло и задумался. Город-крепость будет построен, но его должна защищать обученная и хорошо вооруженная армия. Хорошо вооруженная... Асита проследовал в кузнецу.

Камо в почтительном поклоне докладывал:

— Ваше Величество, я набрал необходимое количество мастеровых людей, которые по моей технологии куют мечи и изготавливают луки. Я же сам занимаюсь исследованиями. Не знаю, как получилось, видимо, случайно, но в древесный уголь попали селитра и сера, а потом всё взорвалось от искры.

— Взорвалось? — переспросил Асита, — это что такое?

— Это, это... это трудно объяснить, это надо видеть... сейчас покажем, — пытался объяснить Камо.

Помощники сыпанули в чан горстку угля, серы и чуть больше селитры. Камо попросил отойти, заявив, что сейчас будем гром. Он бросил в чан горящую палку и произошел взрыв, разорвавший чан на куски.

— Это взорвалась смесь Громовержца, — пояснил Камо, — я назвал её бухлом. Взрыв — бух, — он сделал жест руками. — Сейчас я подбираю количественный состав ингредиентов для усиления мощности взрыва, который можно сделать направленным. Ваше Величество, это будет чудо-оружие, которого ни у кого нет. Но позвольте мне ещё поработать и через месяц я представлю вам это оружие в готовом виде. Оно будет убивать на расстоянии сотен метров.

Асита находился в растерянности, его испугал внезапный взрыв, который разорвал металлический чан в клочья. Но королю не пристало показывать нерешительность или испуг. Он объявил чётко:

— Действуй, Камо, доложишь результат через месяц.

И Камо усердно трудился, опытным путем усовершенствуя состав бухла. Он понял, что порошок должен состоять из 75% калиевой селитры, 15% древесного угля и 10% серы. Теперь он рисовал, чертил и раздумывал над орудием, которое сделает взрыв целенаправленным. После долгих опытов и трудов Камо отлил медную бушку, способную стрелять. Всё от искомого слова бух. Сделав несколько выстрелов, он пришел к Королю. Рунако доложил, и он вошел в покои.

— Ваше Величество, — склонился он в поклоне, — я готов продемонстрировать изготовленную бушку, способную разить врага на расстоянии в тысячу метров.

Асита с личной охраной выехал в поле, где уже были подмастерья Камо. Он пояснял:

— Эта бушка отлита из меди, но необходимы ещё опыты, которые определят лучший металл для бушек. В ствол мы помещаем зарядный пакет с бухлом, закатываем ядро, тоже снаряженное бухлом и через отверстие в основании поджигаем.

Бушка грохнула, оглушив и задымив всех присутствующих. Снаряд улетел далеко и вскоре взорвался. Асита и Камо поскакали к месту взрыва. Увиденное поразило и порадовала короля — в огороженном загоне находились разорванные трупы десяти козлов. Бушка действительно разила насмерть на расстоянии и особенно поражал её гром-взрыв, который мог напугать и обратить в бегство целую армию. Асита это хорошо понимал.

— Если Его Величество позволит, то я еще поработаю над бушкой месяц или два для её усовершенствования.

— Я разрешаю, — повелительно произнес король, — но мечи и луки нам тоже необходимы.

— Да, Ваше Величество, мечи и композитные луки изготавливают мои помощники под присмотром, их изготовление не прерывается ни на секунду, — ответил Камо.

— Молодец, Камо! — король бросил ему мешочек золота и распорядился об усиленной страже для кузницы.

Дома он решил немного отдохнуть, поплавать в бассейне, вода успокаивала и расслабляла натянутые эйфорией нервы. Но всё замечательно, бушки и бухло (пушки и порох) — это его разящее насмерть оружие, которое повергнет врагов в трепет и ужас.

Накинув халат, Асита позвонил в колокольчик. Мгновенно вбежал Рунако.

— Слушаю, Ваше Величество, — произнес он в поклоне.

— Позови ко мне Зубери.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

Рунако спиной вышел в дверь. Зубери появился минут через десять, он как раз обучал личных стражников короля.

— Слушаю, мой господин.

— Ты, Зубери, один из самых преданных мне людей и был со мной в непростые дни. Ты был со мной, когда я ещё был простым лесоярцем, ты был моим ординарцем и сейчас возглавляешь личную стражу. Кого ты можешь предложить назначить начальником личной стражи? — спросил король.

— Чем я не угодил своему королю? — Зубери пал ниц.

— Встань, Зубери, я хочу назначить тебя на другую и более ответственную должность. Так кого ты предлагаешь вместо себя?

— Абрафо, Ваше Величество, он лучший воин и предан своему королю, он был с вами с первого дня.

— Да, Зубери, я помню, передашь дела ему, а сам займешься созданием тайной стражи. Тайная стража — это будут мои глаза и уши. О чем говорят люди между собой, какие у них проблемы, что они замышляют, какие помыслы у врагов наших и соседей. Я должен знать всё. Я даю тебе право, Зубери, наказывать непослушных розгами или другим способом, но казнить только с моего разрешения. Ты должен иметь своих людей-агентов не только у врагов, но и у друзей, ты должен знать мысли каждого человека в моем королевстве, любого человека, кроме королевы Амади. Например, верен ли мне князь Истограда Дженго. Ворует ли он из казны и сколько? За один день тайную стражу не создать, работай, подбирай людей, учи их быть незаметными, а самим видеть и слышать всё. Ответственное дело я поручаю тебе, Зубери, не подведи своего короля. Ситуацию докладывай мне каждую неделю, а экстренную тотчас же.

— Слушаюсь, Ваше Величество, приложу все силы и буду стараться до последнего дыхания, до последнего биения сердца, но своего короля не подведу, — ответил Зубери в поклоне.

Оставшись один, Асита с удовольствием присел в кресло, немного расслабился. Начало положено: возводятся крепостные стены, создается и обучается армия, тайная стража... Много дел ещё предстоит, архи много, но зараз всё не свершить, он это понимал прекрасно.

В кабинет вошла Амади. Асита поднялся ей на встречу, обнял.

— Как чувствуешь себя, мама? Давно не заходил к тебе...

— Я понимаю, сынок, ты теперь король и дел много. Жаль, что отец не дожил до твоего величия... У тебя всего лишь две девушки в гареме, я подыскала ещё нескольких, — резко сменила тему Амади, — но пока достойной жены не вижу. Посмотришь наложниц сейчас, чтобы выбрать себе на вечер и ночь? Я оставила их в приемной.

— Хорошо, мама, посмотрю.

Он позвонил в колокольчик, появился Рунако и впустил девушек. Амади подала знак кистью руки и наложницы закрутились в танце. Девушки не были голыми, но прозрачные шелковые халатики позволяли разглядеть все прелести тела.

Асита почувствовал желание и выбрал двоих, ещё двоих приказал привести вечером. Амади тоже ушла с остальными девушками.

Расслабившись, он искупнулся в бассейне и решил отправиться в город. Верхнегорск строился ударными темпами, строителей и рабов хватало вполне и Тафари разворачивался вовсю. Он увидел короля и сразу же подошел к нему, поклонился, стал объяснять:

— Ваше Величество, я решил первым делом выстроить стены крепости и одновременно построить торговую площадь, чтобы люди могли процветать.

— Что это за проёмы вверху крепостных стен? — спросил король, — для стрельбы из лука они слишком велики.

— Это бойницы, Ваше Величество, для бушек. Ко мне подходил Камо и сказал, что необходимы именно такие проемы для зашиты города-крепости от врага.

— Хорошо, Тафари, работай, — ответил король и проследовал дальше.

Работа кипела везде и город походил на большую стройку. В центре разместились торговые ряды, которые не пустовали. Торговля шла вовсю, но что-то смущало Аситу. Он остановился и стал наблюдать. Через некоторое время понял — товар обменивался на товар и нужный товар не всегда находился под рукой. Необходим единый, на который можно обменять или купить всё.

Асита думал над этим вопросом несколько дней и решил ввести в стране денежную систему. Он пригласил к себе казначея Бузибу и главного кузнеца Камо, поставил задачу. А через неделю уже получил первую пробную партию денег. Асите представили деньги, отлитые из меди, на аверсе которых красовался королевский профиль, а на реверсе в зависимости от стоимости: "1 Деньга", "3 Деньга", "5 Деньга", "10 Деньга". Монеты, отлитые из серебра достоинством "25 Деньга" и "50 Деньга". Золотые монеты стоимостью "100 Деньга".

Казначей предложил расценки, и король утвердил их. Например, среднюю тушу бородавочника можно было приобрести за "10 Деньга". Королевский Указ издан, но всё только начиналось и приходилось изобретать меру длины и веса. В дальнейшем это помогало здорово и, например, расстояние уже не мерили днями конного или пешего пути.

Естественно, новинки внедрялись не сразу и переходный период существовал несколько лет. Но постепенно новые меры прочно входили в обиход, вытесняя старые измерения в днях пути или мешках соли, ведре воды.

ХIV

Строительство города завершилось и Асита теперь проживал в настоящем замке с множеством комнат, залов и потайных ходов. Про все знал только Асита, многие были известны Амади и некоторые начальнику тайной стражи Зубери.

Дел ещё предстояло много, но уже можно было немного расслабиться. Асита распорядился и Маньяра, старшая фрейлина гарема, привела девушек. Их было немного, но к своему удивлению и огорчению, Асита не увидел среди них Белочку, а Солнышко стояла очень грустной и расстроенной.

— Белочка где? — гневно спросил король, — заболела?

— Да, она приболела немного, — потупив глаза, ответила боязливо Маньяра.

— Почему мне не сказали сразу? — возмутился Асита.

Маньяра, опустив голову, молчала.

Король понял, что здесь что-то не чисто, что-то скрывают от него и впредь допустить подобного не мог. Он вызвал Рунако, приказал, указывая на старшую фрейлину:

— Пороть её розгами, пока не сознается, а потом отрубить голову.

— Ваше Величество, — обратилась к нему Солнышко, — не казни и разреши сказать.

Король поднял руку, давая понять Рунако, чтобы пока не уводили Маньяру.

— Говори, Солнышко, — позволил король.

— Уважаемая Маньяра ничего не скажет вам, господин. Её Величество запретило ей говорить под страхом лютой смерти. Её Величеству не нравится Белочка, и она была выпорота нещадно розгами за то, что не отказалась идти к вам в прошлый раз. Теперь меня тихо удавят ночью...

Солнышко замолчала, а из её глаз закапали слезы.

Асита понял, что его мать полностью управляет его гаремом, и свои планы попытается довести до конца. Белочка — дочь северного народа, непонятного ей, потому и непринятого. А у него были свои планы.

Он распорядился отправить к Белочке лекаря, а сам прошел в покои к матери. С порога заявил твердо и безапелляционно:

— Если с Маньярой или Солнышком, другими девушками что-нибудь случится, если они случайно запнутся и упадут, получив шишку или синяк, то ты, мама, будешь заточена в башню пожизненно. Тебя не казнят, но вмешиваться в мои дела, как и общаться с другими людьми ты не сможешь. Тебя даже кормить станут через окошечко в двери камеры.

— Но сынок...

— Молчать, — резко оборвал он мать, — я всё сказал.

Король повернулся и ушел, направившись в комнату к Белочке. Там уже находился лекарь и осторожно втирал в раны на спине девушки какую-то мазь.

— Белочка, тебя больше не обидит никто, — ласково произнес Асита, — и если у неё кожа не заживёт, — он посмотрел в сторону лекаря, — то с тебя живого её снимут.

Асита вернулся в покои. Приказал сразу:

— Рунако, найди того, кто выполнял приказ моей матери. Запороть его розгами до смерти — пусть все знают, что наказывать моих наложниц безнаказанно не может никто.

Расслабленно отдохнуть не получилось, и король решил заняться делами. Но в начале обдумать ситуацию.

Почему Амади поступила таким образом? Она же прекрасно понимала, что я выделяю среди наложниц Белочку и Солнышко. Насолить сыну или унизить — это вряд ли. Упрочить таким образом свой статус, откусить немного от пирога власти? Это возможно. Она рассчитывала, что я буду недоволен, но не до такой степени. Она не политик и не просчитала ситуацию: Солнышко и Белочка — дочери вождей! Это может пригодиться в последующих отношениях с севером и югом.

Асита решил отправиться на базарную площадь в одежде простолюдина, накинув капюшон на голову, чтобы его не узнали. Интересно посмотреть, чем занимается народ, когда не обращает на тебя внимания.

Он встал в неприметном месте и наблюдал. Потом походил между торговыми рядами. Люди приходили, торговались, покупали и уходили, приходили другие. Но все-таки одну странность Асита заметил: с одного прилавка скидывали тюки тканей в тележку. Он решил подойти и спросил купца:

— Хорошие ткани. Почему вы уезжайте?

— Это уже не мои ткани, у меня их изъяли за неуплату налога, — ответил купец.

— Какого налога? — не понял Асита.

— Чего тебе здесь надо, голодранец? — недовольно возмутился подошедший с охраной смотритель базара, — беги отсюда, пока тебе плетей не всыпали.

— Хотелось бы знать: о каком налоге идет речь? — спокойно спросил Асита.

— Всыпать ему плетей! — гневно приказал смотритель базара своей страже.

Асита скинул накидку с головы, присутствующие узнали своего короля и упали ниц. Остался стоять непонимающий ничего купец, который не знал короля в лицо. Но его тоже уронили быстро.

— Взять смотрителя, — приказал Асита страже.

Стража смотрителя мгновенно вскочила и скрутила своего хозяина.

— Я король Арголании, — достойно пояснил Асита, — о каком налоге ты говорил, купец?

— Ваше Величество, — поднял голову купец от земли, но Асита подал знак и его подняли на ноги, немного склонив, — смотритель базара заявил, что я должен оплатить ему налог в виде трети товара за предоставленное место торговли. Что это Указ короля и ему должны платить все. Я возмутился, потому что никто из местных налоги не платил. В результате у меня забрали всё за пререкания.

— Понятно, — произнес король, — вернуть купцу товар, — приказал он страже, — а этого выпороть здесь же. Полагаю, что пятидесяти плетей смотрителю хватит.

Король постоял, немного подумал и приказал снова:

— После плетей отрубить смотрителю голову, а всё его имущество определить в казну государства.

Он вернулся в свой замок и задумался. Какой-то смотритель базара решил посягнуть на его имидж своим воровским разбоем. Король вызвал к себе начальника тайной стражи Зубери. Спросил сразу:

— Ты знал, что смотритель базара обирает купцов?

— Нет, господин, моя стража ещё только формируется. Но я проведу расследование и все пострадавшие, если таковые есть, будут реабилитированы от имени короля. Это укрепит власть Его Величества короля Арголании и привлечет новых купцов для торговли.

Асита понял, что Зубери мыслит в правильном направлении и жестом руки отпустил его.

Оставшись один, Асита снова задумался. Он построил город-крепость, где у каждого жителя каменный дом, есть вода и канализационные трубы-каналы, уносящие отходы и не создающие вонь, как в других городах. Инновационное решение его поданного Тафари. Великолепный у него архитектор, лучший в мире! Надо бы его наградить получше. Торговля пошла интенсивнее при введении денежной системы, стали приезжать иногородние купцы, жизнь налаживалась, а тут такой облом со смотрителем базара. Да, он правильное принял решение о наказании, впредь никому неповадно будет.