Побег

Акита слушала, не прерывая. Только отодвинулась, насколько позволял салон.

— И где же мы можем спрятаться?

— Ну, место есть. Но мне нужно сделать одно дело. Я прошу тебя мне довериться.

Он теперь и сам не мог понять, врет или говорит правду. Циничная часть сознания заявила, что на эту дилемму можно временно наплевать.

— Давай так. Выходи из машины и сиди тут. Мне надо ее отогнать. Я, видишь ли, ее угнал. Ну не совсем. Если верну через час — никто не хватится. Только давай, не сбегай. Все равно тебе, кроме меня, помочь некому.

К его удивлению, девушка, пристально посмотрела ему в глаза и кивнула. Что она в них разглядела?

Дейв быстро обработал салон спреем и салфетками, чтобы стереть явные следы, свои и Акиты. Можно, конечно, оставить машину с открытым верхом — снова начал накрапывать дождик. Но он решил не быть подлым по отношению к хозяину. Хотя тот и не заслуживал ничего хорошего. Это был мелкий дилер корпорации, гадкий и наглый.

Просто Дейв был в курсе, что тот обычно держит свой мобиль незапертым.

Через несколько минут машина оказалась точно на том же месте, где стояла пару часов назад, а Дейв под моросящим дождем ушел к площадке такси. И через полчаса вышел на пандусе двумя витками выше спрятавшейся, как он надеялся, Акиты. Отпустил кибертакси, сам зашел в небольшое кафе. Сел за столик, выпил кофе. И вышел.

Дождь усилился. Не жалея промокающую куртку, он спустился по технической лестнице и оказался там, где был сорок минут назад.

8.

— Акита... — Он позвал девушку тихим голосом, подозревая, что она все-таки убежала. Но ошибся. Осторожно ступая по осыпающемуся щебню, невысокая фигурка спустилась к нему из темноты насыпи под пандусом. Дейв почувствовал неожиданную радость от этого. "Что-то я становлюсь чувствительным... Точно, пора на пенсию".

Он вытащил два пакетика с пластиковыми плащами. Дал один ей, второй натянул сам.

— Тут недалеко. Есть место.

"Недалеко" оказалось почти в часе ходьбы. Это была полуподпольная гостиница-притон. В заброшенном бетонном техническом бункере, где когда-то стояли насосы старой канализации, теперь жила пожилая пара. Весь объем был разделен на два невысоких этажа. Тут были комнаты, которые можно было снять на ночь, было... Ну, собственно, больше тут ничего и не было. Когда-то шумело подпольное казино, но его прикрыли пару лет назад. Дейв набрел на это место, разыскивая беглеца. И на всякий случай не стал раскрывать "лежбище" начальству, оставив его про запас для себя. Вот и пригодилось.

— Номер на двоих, на сутки. — Он сунул в щель несколько купюр. Хорошо смазанная тяжелая железная дверь с тихим гулом отъехала в сторону.

— Входи. Не бойся. — Он толкнул Акиту в спину. Та по инерции вошла. Дверь закрылась.

В коридоре никого уже не было, только на столике лежал металлический ключ с деревянной грушей на цепочке. На груше была цифра "7".

— Поднимайся туда. В коридоре не разговаривай. Капюшон не поднимай.

— Тут безопасно?

— Ну если на несколько часов, то да. Как повезет. Другого места я не знаю.

— Зачем тогда на сутки?..

— Тсс!.. Запас карман не тянет. — Жестом показал, куда идти.

Номер был первым делом проверен на жучки и камеры наблюдения. Камер не нашлось, а к единственному микрофону он прилепил "гаситель" — микрокапсулу с генератором серого шума.

В комнате стояла двуспальная кровать, за матовой стенкой — туалет и душ. Кроме этого была видео-панель и большой холодильник. В нем нашлась пластиковая бутылка минеральной воды, шесть баночек пива, бутылка дешевого шампанского и начатая бутылка виски. Из еды — пара яблок, упаковка нарезанной ветчины, коробочка маргарина и пачка крекеров. Все крайне убогое, но съедобное. На столике стояла банка растворимого кофе, чайник и по паре пластиковых чашек и стеклянных стаканов.

Кровать, тем не менее, порадовала свежей простыней и двумя большими махровыми полотенцами.

— Наверное, ты хочешь в душ?

Акита кивнула.

— Тогда давай в темпе. Мы тут не надолго.

Девушка опять кивнула и деловито скинула комбинезон. Дейв только сглотнул. Ее фигура поразила его пропорциональностью. Он не мог отвести глаз от... С трудом, но, все-таки, отвел. Отвернулся и налил себе виски в кофейную чашку. Чертыхнулся и перелил в стакан. И залпом выпил.

Затем раскрыл сумку и кинул на кровать простые джинсы, футболку, свитер, вязаную шапочку и тонкую куртку. Для нее. И примерно такой же комплект для себя.

Через несколько минут девушка вышла из душа. Если бы тут находился Дик, он бы испытал приступ дежавю. Акита вышла в полотенце вокруг бедер, с несколькими пластырями на местах порезов и ссадин.

Дейв сидел в одиноком кресле и болтал стаканом виски с кусочком льда. На это раз он не стал отводить глаз. Картинку хотелось запомнить, как можно лучше.

— У нас есть часа три поспать. Потом тихо уходим. За все заплачено, так что без проблем. Вот, посмотри. Твою робу лучше сменить — по городу шляться в такой рванине...

Девушка с улыбкой смотрела на него.

— Спасибо, Дейв Роджерс. Я вам верю.

И опять, как на насыпи, когда он понял, что она не сбежала, по телу пробежала теплая волна... чего-то, очень похожего на счастье.

— Может, заваришь кофе? — Дейв выглянул из душа. Акита сидела в одной футболке на краешке кровати.

Она повернулась на звук его голоса.

— Кофе? А как?

— Э... вон чайник, включи его. Стой, там есть вода? Тащи сюда... Ой! — Он прикрылся полотенцем и отодвинулся, пропуская руку с чайником. До него дошло, что лабораторная жизнь вовсе не способствовала получению жизненного опыта. — Так. Включай. В каждую чашку насыпь по две ложки кофе. Из банки. Мне — две ложки сахара. Себе — смотри сама. Когда закипит, налей в чашки воду. Я скоро.

Дейв увидел в запотевшем зеркале, что широко улыбается. Он кончил намыливаться и быстро смыл пену. И старую жизнь.

Вскоре они сидели, он в кресле, она на кровати, пили дрянной и очень сладкий кофе. Чтобы успокоиться, он налил себе еще немного виски и бросил туда последний из найденных в морозилке кубиков льда.

Есть не хотелось. А вот Акита, напротив, отсутствием аппетита не страдала. Почему-то очень смущенно просила дать ей попробовать виски. Дейв с улыбкой протянул ей стакан.

Девушка поморщилась, явно сдерживая порыв выплюнул глоток на ковер. Проглотила. Прислушалась к себе.

— Слушай, тебе ведь всего лет шесть? Ну, насколько я знаю насчет этого проекта.

— Да.

— Так тебе нельзя пить алкоголь. Ты же еще малолетка.

— Да, нам так и говорили. Говорили, что вредно. Но некоторые сестры пробовали. Потом рассказывали, что шумит в голове и спать хочется. А я не пробовала... — И Акита рухнула на подушку.

Через четыре часа Дейв проснулся от вибрации будильника в комме. Он встал, быстро оделся в заготовленную одежду, собрал все прочее, сунул в сумку пару банок пива, остатки крекеров и яблоко. Прополоскал рот глотком виски, сплюнул в унитаз. Посмотрел уровень зарядки парализатора — почти полная. Включил чайник. Мгновение полюбовался спящей девушкой. Тихонько прикоснулся к плечу Акиты.

Та вздрогнула и распахнула глаза. В них стоял ужас, постепенно угасающий по мере возвращения из сна.

— Пора? — Она села на кровати и потянулась. Дейв запоздало понял, что забыл взять для нее белье.

— Вставай, я думаю, самое время уходить. Пей кофе.

Девушка быстро сбегала за перегородку, потом натянула джинсы и свитер.

— Что, еды больше нет?

— Э... я всё уже упаковал с собой. Положи побольше сахара в кофе. — Но смилостивился и вытащил пару крекеров. Она с видом кошки, поймавшей птичку, намазала их толстым слоем маргарина и сунула в рот.

— Не включай. — Он запоздало махнул девушке, но она уже провела рукой по панели. Экран засветился, с него раздалась тихая музыка. — Эй, нам нельзя в сеть...

Но на экране уже возник какой-то развлекательный канал. Танцевали полуголые девушки, писклявый голосок выводил фальшивые ноты популярной песенки, ему вторил басовитый речитатив. Смысл текста ускользал от понимания.

— Что это? — Акита слегка покачалась в такт музыке, подражая девушкам на экране. Вышло даже лучше, чем у них.

— Ерунда. Раз уж включила, посмотри новости.

Она стала прокручивать ленту.

— Стой! Вон.

"Полиция разыскивает опасного преступника Билла Диккенса. Он подозревается в покушении на убийство двух человек на почве ревности. Информацию о его местонахождении просьба оставлять... "

— Этот Билл помогает твоей сестре, девятой. Я на него вышел за день до тебя. Ты рекламу видела?

— Что?

— Ну пятна цветные, как ваши волосы и глаза.

Акита широко распахнула глаза, зеленые с золотыми искорками.

— Да, я видела. Но не догадалась, что это сигнал.

— А я вот догадался. — Он не стал уточнять, что работала специальная программа. — Его пытались похитить "лунатики"...

— Кто?

— Ну ваши покупатели. Те, что с летучей мышью на фоне Луны... Я тоже там был. Билл... Дик, как он себя называет, мне не поверил и хотел уйти. Его повязали. Вдруг выскакивает твоя синеглазая сестрица...

— Нина!

— Нина? Ну вот, Нина стреляет в похитителей, в меня, я-то как раз вышел из кафе... А потом — вжик! Исчезает на машине-невидимке. Меня в больницу — еще кто-то мне в спину второй заряд засадил. А потом босс меня сливает. И я решил, что это я солью его, если получится. Решил все-таки поймать тебя лично... Это я напустил облаву. Иначе бы ты там так и сидела. Все рассчитал, и как видишь, получилось! — Дейв и сам не мог понять, зачем выкладывает все, как на допросе. И почему так волнуется.

Акита вновь молча слушала. А затем подошла к нему и крепко поцеловала в губы.

— Скажи, а сейчас ты все еще ловишь меня или уже помогаешь мне... нам?

Дейв молчал, как-будто прикусил язык. В голове был сумбур, какого он не ожидал. Всегда гордился своей собранностью и последовательностью!..

— Нет... Я тебя больше не ловлю. Похоже, я... — Его прервал второй поцелуй.

— Где, как ты думаешь, сестра? И этот Дик?..

9.

Они добрались до "норы" пару часов назад. Совсем слабую Триш отнесли к местному доктору куда-то вглубь сложной системы пещер.

Дик с интересом и опаской оглядывался вокруг.

Больше суток они сидели в пещере. Снаружи ярко светило солнце, а затем на чистом ночном небе — звезды. Триш приказала ждать дождя, а еще лучше — грозы.

Как-то само собой получилось, что эта израненная девушка, родившаяся не более восьми лет назад, отдавала приказы, а тридцатипятилетний мужчина их выполнял. Внешне она, конечно, не выглядела восьмилетней. Скорее, около двадцати. Но твердость в голосе была просто командирская.

"Да уж!.. Эта кукла явно заточена под боевого лейтенанта..." — Думал Дик, глядя на лицо усталого ангела с розовой сеточкой шрамиков по правой щеке. Фигуру он оценить не мог — девушка была одета в грубые подвернутые штаны и клетчатую рубаху явно с мужского плеча. От этого она казалась меньше ростом, хотя была выше Нины на пол-головы.

Еды у них было мало, воды около литра, несколько баночек пива и полбутылки виски. Но на сутки-другие могло хватить.

— Тройка, у тебя идет кровь! — Нина обеспокоенно осмотрела рукав рубашки, под которым пряталась шина на переломе. — Или что-то по-хуже...

Триш, поморщившись, подняла руку выше. Сквозь бинт просочилось желтовато-коричневое пятно, расползаясь по рукаву.

— Гной. Это называется гной. Он бывает в открытых ранах. Я читала. Пока ничего поделать нельзя. Лекарств у нас нет. Чистого бинта тоже. Я потерплю.

— Осталось три таблетки синергина. Выпей одну.

— Или можно на рану плеснуть виски. — Дик потряс бутылкой. — Ну, если будет совсем плохо...

Триш посмотрела на бутылку.

— Этанол. Девятка, разрежь рукав по шву. Лей. — Она протянула руку к Дику. Голубые глаза почернели от боли, но она не проронила ни звука. Нина вытащила яркое шелковое парео и использовала его для перевязки.

Наконец, к вечеру второго дня набежали тучи и начался дождь. Не сильный, но другого ждать смысла не было — и силы, и ресурсы были на исходе.

На все попытки Нины заговорить о поисках Акиты Триш только отрицательно качала головой.

— Сначала в "нору". Дик, вы садитесь за руль.

Они втиснулись в двухместный салон. Дик оказался зажат между двумя девушками. Триш пришлось сесть в пол-оборота и закинуть ногу ему на колени, иначе разместить ее раненные конечности было трудно.

— Может теперь тебя сунем в багажник?

Он строго посмотрела на мужчину.

— Без меня вы... — И вдруг расхохоталась. Осунувшееся лицо вмиг преобразилось, на щеках появились ямочки, голубые глаза заискрились. Дик только ахнул от удивления.

— Обиделся? А что еще было делать с таким слюнявым мешком?

— Обиделся?.. Да я благодарен вам обеим, что вытянули меня... Хотя, надо признать, что вы же меня и втянули. Да я не жалею. — Он прервал возражение, готовое соскочить с губ Нины. — Как ни странно... Так куда летим?

"Норой" Триш называла пещерный городок, расположенный в каньоне километрах в сорока на восток от границы Города. Высокие скальные обрывы стен каньона выглядели издалека как берег реки, где обитают ласточки. Несколько десятков чернеющих углублений на разных уровнях соединяли сеть пещер и ходов. Вблизи становились видны легкие лестницы, мостки и навесы. Примерно посередине виднелась площадка, на которую мог припарковаться мобиль. Там же было и углубление, за которым находился гараж.

В городке обитала колония "чистых". То есть, людей не желающих делать себе кодовую татуировку на руке. Конечно, не все они не имели кода. Некоторые имели его с рождения, лишь позже примкнув к колонии. Много лет назад таких бы в "семью чистых" не приняли. А полицейские рейды в те годы часто косили ряды этого поселения. Не в том смысле, что убивали, но отлавливали, чаще детей, и насильно ставили код. Были даже случаи самоубийств на этой почве. Члены группы считали себя опозоренными.

Но сейчас экстремальность ушла. Часто дети, подрастая, уходили в Город, чтобы работать и учиться. Это означало обязательное присвоение кода. Но бывало, что потом возвращались, иногда с семьей. И племя их принимало. Полиция тоже перестала докучать, с единственным условием — обязательной выдаче уголовных преступников, если такие решат там спрятаться.

В Городе также произошли изменения. Код продолжал быть обязательным, но его отсутствие теперь не считалось уголовным преступлением, как некогда, хотя и сильно затрудняло жизнь. Расплачиваться наличными было хлопотно, найти жилье почти, а работу совсем невозможно. В результате, полиция пристально проверяла любого, у кого не было кода, заранее считая его подозрительным. Но формально можно было жить и в "чистом" виде.

Он стоял в обширном пещерном гараже, куда закатили их синюю машинку. Нина ушла вместе с Триш.

— Ну вот, придется все перекодировать. А то и перекрашивать. Вы так хорошо на нем покатались, что полиция станет тормозить на каждом углу. Автоматика зарегистрировала больше сотни нарушений правил. Хорошо хоть сообщать в полиция сама не может — мы ей язычок подрезали, хе-хе. — Высокий, рыжий парень в синих штанах и с голым торсом внимательно диагностировал машину.