Прикосновение Cмерти

— Я случайно, — проговорила Елена, и опустив глаза. — Я вас не заметила. Правда.

Аделаида посмотрела на часы. Желания возится с курсанткой, как и времени, у неё не было. Зазвонил стол и Аделаида обернулась. Перед её лицом появился небольшой экран, на котором улыбался программист Тони Вагнес.

— Я всё сделал, — победоносно сообщил он. — Пришлось потрудиться, чтобы всё собрать, но у меня получилось. С тебя бутылка наримской водки.

— Этого пойла? — удивилась Аделаида, краем глаза следя за курсанткой, она сидела на краю кровати и опасливо смотрела на увердена.

Наримская водка, водкой по своей сути не являлась. Это была настойка из каких-то трав, растущих на планете Нарим, и славящаяся тем, что градус у неё приближался к сотне. Кроме сотни градусов она была весьма сомнительного качества, содержала несколько разновидностей ядовитых трав и была противопоказана людям.

— Так я ведь не собираюсь её пить, — отмахнулся программист, — это чтобы протирать контакты... Так ты подойдёшь за папкой?

— Я занята, — Аделаида указала, на свой маленький химический завод на столе, где в данный момент что-то булькало и источало голубоватый дымок. — А сбросить ты её мне не сможешь?

— Нет, конечно! — возразил программист, — Там вирусов столько, что могут свести с ума любой компьютер. "Гольфстрим" такую тревогу поднимет, ты что!

— А "доверенная зона"? — скептически спросила Аделаида.

— Через "доверенную" только по два-три вируса передать смогу. Проще придти.

Аделаида вздохнула. Если бы "Гольфстрим" не был размером с небольшой город, прогулка туда и обратно не была бы столь проблемной.

Но тут Риваил посетила отличная мысль.

— Тони, тебе ведь всё ещё нужен помощник, чтобы разобраться с бардаком? — спросила Аделаида.

— Да, — немного смутился неожиданному вопросу Тони.

— Я к тебе курсантку пришлю. Отдашь ей мою папку, а затем она тебе поможет с бумагами, — улыбнулась Аделаида.

Да она просто гений. Сразу двух зайцев одним махом! И другу поможет, и самой возиться с курсанткой не придётся. Ко всему прочему это избавит Аделаиду от нужды тащиться в другую часть корабля за папкой.

— Хорошо, — удивлённо сказал Тони, — Только уровень допуска её дай.

— Жди, — последнее, что ответила Аделаида, прежде чем разорвала связь.

Майор обернулась к Елене. Та была очень удивлена.

— Сходишь в блок А-12, к Тони Вагнесу. Заберёшь у него папку и принесёшь мне. Потом вернёшься и поможешь ему с бумагами. Пропуск я тебе обеспечу. Понятно?

— Да.

Елена встала, неуверенно потопталась и вышла. Минут через десять она вернулась, принесла папку и удалилась.

Аделаида проверила весь список программ. Вагнес, и правда, отлично поработал. Большая часть списка была собрана, в точности как она и просила, другая часть была заменена на другие версии, но не менее качественные.

Ночь перед отлётом Аделаиде не спалось. Обычно с ней такого не случалось. Она знала, что хороший сон — это двадцать процентов успешного выполнения операции, но в этот раз даже эта мысль не помогала уснуть. Вся эта операция казалась какой-то не правильной и гнетущей, словно её заставляли прыгнуть в зловонное болото и опуститься до самого дна, с тем расчётом, что никто не будет помогать ей выбраться. Пойди туда, не зная куда, найди то, незнамо что. Именно так Аделаида понимала поставленную перед ней задачу.

Ей и раньше поручали бестолковые задания. Иногда даже не уточняя место и цель, но тогда её это так не задевало. В те разы она воспринимала это как должное: работа такая. Так почему сейчас всё это не даёт ей покоя? Почему, кажется, что за этой операцией кроется подвох, что всё это не просто так, а чей-то корыстный план, план в котором она лишь расходный материл...

Аделаида перевернулась на другой бок и открыла глаза. От этого не было особого толку, потому что в комнате стояла абсолютная темнота. Свет не горел, а иллюминаторов не было, потому что жилой отсек корабля находился в самом сердце корабля. Тем не менее, Аделаида поняла, что Реймор, который лежал у её кровати, обеспокоенно смотрит на неё. И как объяснить ему, что её беспокоит, если она сама не знает ответа?

Аделаида положила руку на голову увердена и почесала его за ухом.

Может это просто страх неопределённости? Страх того, что она никогда раньше не работала под прикрытием, без привычного снаряжения, без чётких задач и временных рамок? Или может потому, что ей придётся вести переговоры, лгать и подлизываться, то, что она не любила делать больше всего. Ведь нажать на курок по чужой указке всё-таки проще...

Нет. Вроде бы нет. Сомнения есть, страха нет. Тогда почему? Может она боится, что заиграется? Забудет то, ради чего так работала, ради чего так старалась? И дело даже не в званиях и почестях, не в авторитете и признании. Если она захочет, то станет пиратом, захочет — президентом и ничьё мнение её не волновало.

И всё-таки что-то сопротивлялось в душе. Ныло тупой болью, сеяло сомнения. Какое-то странное чувство: что-то после этой операции изменится, что-то случится...

Под эти невесёлые мысли, Аделаида уснула.

Глава 3

Хатсиф

На следующее утро, Аделаида покинула "Гольфстрим". Небольшой военный кораблик подбросил её до Гийи, маленькой планеты на окраине Созвездия, откуда Аделаида на торговом судне, добралась до пиратской планеты Выд-торийя. Здесь Аделаида планировала найти попутку до Васиямы-13, но это оказалось сложнее, чем она предполагала.

Оказалось, что пираты ещё более суеверны, чем земные старушки. Брать на борт увердена, даже в клетке, даже в наморднике, никто не соглашался на отрез. Некоторые пилоты даже заговорить боялись, при виде послушно сидящего возле ноги Аделаиды увердена. Больше недели Риваил и Реймор просидели на Выд-торийи прежде чем один из пилотов согласился взять на борт увердена без каких либо ограничение на перемещение по кораблю, лишь под честное слово Аделаиды.

О полёте, Аделаида договорилась по телефону и по пути к космодрому всё ещё не могла поверить в свою удачу. С трудом верилось, что кто-то из инопланетян решился согласиться на такое, учитывая плохую славу уверденов.

Аделаида свернула за перекошенное серое здание космопорта и вышла на посадочную площадку. Перед глазами возникли ряды космических кораблей выстроенные без особой последовательности на плоской площадке. Неприятные лучи голубого солнца отражались от их корпусов и резали глаза. Аделаида поморщилась и надела солнцезащитные очки. За неделю это светило ей надоело и она была рада, что наконец сможет убраться с этой планеты. Девушка проверила, чтобы куртка хорошо закрывала кожу. Излучение этого солнца вызывало сильнейший загар, в котором Аделаида не нуждалась. Риваил ещё раз окинула взглядом космопорт и двинулась к посадочным площадкам. Реймор бежал рядом и внимательно оглядывался по сторонам. Эта часть космодрома славилась бандитизмом и разбоем, и уверден не терял бдительности.

Космодром Выд-торийи ничем не отличался от космодромов других планет. Плоская площадка, залитая бетоном или чем-то подобным, тянущаяся на несколько километров во все стороны. Площадка была расчерчена на прямоугольные сектора жёлтой чуть фосфоресцирующей краской. В зависимости от площади занимаемой кораблём пилоты платили разную цену.

Мимо Аделаида пробегали тарды, люди и эльмы в скафандрах и рабочих комбинезонах, готовящие корабли к взлёту. Они таскали тележки с ящиками, управляли погрузочными и ремонтными роботами, ругались друг с другом и махали пистолетами. Всё как обычно. Такую картину Аделаида наблюдала в любом космопорте от Земли и до Коумы — планеты-столицы Расфирской империи. Хотя на Коуме Аделаида никогда не была. Это опасно для жизни, учитывая тот факт, что за её голову власти Расфира назначили круглую сумму, на которую можно купить небольшую планету. Правда, эту сумму могут выплатить только тарду состоящему в войсках Расфира, что немного успокаивало. Зато Аделаида несколько раз бывала на окраинных планетах Расфирской империи, не таких развитых как столица, но тоже достаточно состоятельных.

Аделаида поправила съехавший с плеча рюкзак. Вещей с собой она брала самый минимум, но, тем не менее, багаж получился довольно увесистый. Большую его часть занимал приобретённый недавно скафандр, остальное были походные мелочи, немного одежды и еды. Девушка забрела в тень огромного судна и остановилась оглядеться.

Их окружали громадины космических кораблей в основном человеческих и тардских. Отличить друг от друга их было не трудно. Человеческие корабли имели не сложную вытянутую форму наподобие эллипса, прямоугольника или пирамиды. Тардские же корабли поражали своей абсурдностью. Каждый корабль представлял собой невообразимое количество странных выступов и впадин круглой и прямоугольной формы, о назначении которых можно было только догадываться. С точки зрения аэродинамики такие корабли вообще летать не должны. Но магия антигравитационных двигателей и двигателей Тёмной материи делала свое дело и поднимала в воздух даже такие нелогичные конструкции. А за пределами атмосферы, где правил лишь необъятный космос было всё равно, какой формы у тебя корабль. Нужно было только иметь фотонный и ионный щит от радиации и ТМ двигатель.

Сориентировавшись в пространстве, Аделаида свернула в узкий проход между высокой опорой крана и одиноким эльмским кораблём, больше напоминающий по форме толстый блин. Здесь корабли стояли совсем близко друг к другу, образовывая узкий тёмный коридор, иногда перечерчиваемый полосками света. Аккуратно ступая по разбитому бетону, Аделаида прошла по этому коридору и через метров тридцать вышла на свободную площадку, залитую голубоватым светом. Подул холодный ветерок, и девушка поежилась, рассматривая стоящий перед ней космический корабль.

Он был совсем не большой, высотой в двенадцать метров и длинной в двадцать. Сложные многоступенчатые выступы на корпусе отливали перламутром на свету и выдавали тардский корабль. По общей форме он скорее напоминал грушу, лежащую на боку, только сложенную из прямоугольных и острых углов, основание которой расходилось причудливыми стальными перьями.

Аделаида проверила номер платформы: всё было верно — это тот самый корабль. Она ещё какое-то мгновение постояла в стороне, рассматривая сверкающие грани, а затем направилась к шлюзу. Реймор бежал рядом. Сейчас его кожа была серо-коричневого цвета в тон окружающего ландшафта.

Они приблизились к кораблю со стороны грузового шлюза, там, где в тени стального пера стоял одинокий тард. Он крутил в руках курительную трубку и смотрел в небо.

Внешность тардов была специфической. Они имели рост в два метра и шесть конечностей, а при хождении напоминали кентавров. Крупные задние конечности тарды использовали как ноги, а верхние, относительно небольшие — для работы, как человеческие руки. Средние конечности, были какой-то переходной стадии, то ли из рук в ноги, то ли наоборот. Они были достаточно длинными, чтобы при ходьбе тело тарда сохраняло горизонтальное положение, но когда тард сидел, эти длинные мускулистые конечности помогали основным рукам в различных операциях, может лишь чуть-чуть отставая в точности.

Сейчас верхние руки тарда были заняты набиванием трубки травой.

Аделаида долго смотрела за этой неторопливой операцией, пока вдруг не словила себя на мысли, что не привыкла видеть тарда живым. За последние несколько месяцев она убила так много представителей этой расы, что стоять вот так просто рядом и наблюдать за тем как тард занимается своими обычными делами, а не направляет на неё пистолет и не рассыпается в прах от выстрела электро-пули, было довольно необычно.

Хотя, в общем, Аделаида ничего плохого против представителей других рас не имела.

Тем временем тард закурил, выпустив струйку едкого дыма.

Аделаида посмотрела на его лицо. Ни один человек не смог бы назвать внешность тардов красивой. У них были треугольные лица, короткий, почти не выступающий из черепа нос, две пары глаз, расположенных друг под другом и тонкая линия губ. Но с другой стороны внешность тардов не пугала и не вызывала отвращения, чем не могут похвастаться некоторые из рас галактики.

Этот тард в довершении образа имел серую бороду, коричневую кожу и пару шрамов на своем лице. Ему только не хватало пиратской повязки на глаз, для завершения образа морского волка.

Пауза затянулась, и пора было что-то сказать.

— Это вы, Хатсиф? — спросила Аделаида на тардском языке.

Тард перевёл на неё взгляд, будто до этого и не замечал её присутствия.

— Да, — отозвался он, тоже на тардском.

— Вы довезёте нас до Вассиамы-13? — спросила Аделаида. — Цена та же?

Риваил всё ещё не могла поверить в свою удачу и потому ожидала какого-нибудь подвоха.

— Да, — кивнул тард, — я не меняю цену на ходу.

Хатсиф говорил спокойно и равнодушно, непривычно после нервных пилотов, с которыми Аделаиде приходилось общаться на этой неделе до этого.

Взгляд тарда скользнул по Аделаиде, затем по Реймору. Риваил удивилась тому, как спокойно он отнёсся к присутствию рядом с девушкой увердена: словно ещё один обычный пассажир.

Тард развернулся к шлюзу лицом.

— Проходите, — пригласил он, первым скрываясь в полумраке космического корабля.

Такой реакции от тарда Аделаида никак не ожидала.

Дело в том, что именно тарды первыми столкнулись с уверденами и панический страх, этих существ, сохранился в их памяти практически на генетическом уровне, за несколько поколений войны с уверденами.

Всё началось лет четыреста назад, ещё до того как первые эльмы посетили земные колонии, наладив первый контакт с человеческой цивилизацией. Тарды со свойственной им жадностью, в то время колонизировали планеты в скоплении Энба. Основной их целью был поиск месторождений полезных ископаемых и их добыча. Один из кораблей обнаружил небольшую планету в самом центре скопления, которая отличалась от прочих устойчивой атмосферой, состоящей из кислорода и углекислого газа. Дальнейшая разведка показала, что на планете есть жизнь, а первые снимки оказались живописными пейзажами тропических джунглей.

Планету назвали Диша, и уже через несколько месяцев там была образована первая тардская колония. Несколько лет колонии существовали без каких-либо последствий, быстро росли и развивались и многим грезились перспективными. Но потом, что-то произошло. Аделаида внимательно изучила доступные ей документы, но так и не нашла причину восстания уверденов. То ли тарды переступили какие-то не видимые границы, то ли капнули, где-то не там, но уже через месяц информация о нападениях уверденов появилась в заголовках всех космических газет. Сначала увердены нападали только на зазевавшихся путников, которые решили прогуляться по диковинным джунглям. Затем начали нападать на окраинные районы колоний, а когда их попытались остановить, восстали. Расфир не собирался терять такую прекрасную планету, по вине каких-то хищников-хамелеонов. Они прислали на Дишу несколько специальных военных отрядов, но все они так и остались там. Попытки выжигания лесов и разорения гнёзд уверденов привели лишь к тому, что хищники обозлились ещё больше. Дишу официально признали опасной для жизни и запретили любые посадки на её поверхность. Вот только было уже поздно. Увердены проникли на тардские корабли и словно чума разнеслись по всей Расфирской империи. Оказалось, что увердены были достаточно хорошо приспособлены к жизни на космических кораблях, отлично переносили отсутствие гравитации и могли дышать аммиаком, углекислым и угарным газом почти так же хорошо как кислородом. Хищники с планеты Диша были слабовосприимчивы ко многим ядам, легко переносили длительные голодовки и обладали высоким уровнем регенерации.